11 часть
Около двух часов Адель помогала Диме на СТО. Так как парень работает здесь очень давно, а Шайбакова часто к нему заглядывает, и иногда помогает, то примерно поримала что ей нужно делать. Девушка всего лишь подавала ему нужные инструменты, которые он просил, протирала машины, и пылесосила салон если это требовалось. Николаева в свою очередь за этим наблюдала и развлекала их своими разговорами.
— Хотите анекдот? — Вика зыркнула сначала на Диму, затем перевела взгляд на Адель, видя, как те закатывают глаза.
— Нет, — одновременно ответили они.
— Поздно, — хмыкнула Николаева, удобнее устраиваясь на диване. — Короче, идут как-то...
— Вика, — устало протянул Дима, не отрываясь от работы. — Пощади.
— Не перебивай, — отмахнулась она. — Это искусство.
Адель тихо усмехнулась, протягивая Диме тряпку.
— Давай, начальник, жги.
— Идут как-то две зубочистки по лесу. Вдали они видят ежа и одна из них останавливаеся и говорит другой: "я не знала, что здесь маршрутки ездят".
И тут Дима вдруг хмыкнул. Сначала тихо, потом ещё раз — уже громче. Он провёл ладонью по лицу, качая головой.
— Блять... какая же это тупая хуйня, — выдохнул он, но уже смеясь.
Адель не выдержала и тоже рассмеялась, коротко, срываясь на тихий смех.
— Это реально тупо, — сквозь улыбку сказала она. — Но почему это смешно...
— Хотите ещё одну? — в гараже на секунду повисла тишина, — конечно хотите.
Шайбакова переглянулась с Димой. Тот медленно приподнял бровь, будто спрашивая: мы сейчас серьёзно?
Адель едва заметно усмехнулась.
— Даже не думай, — протянул Дима, но уже без особого сопротивления.
— Поздно, — Вика довольно поудобнее устроилась на диване. — Вы сами этого хотели.
— Мы ничего не хотели, — сразу отозвалась Адель.
— Врёшь, — прищурилась Николаева.
Дима тихо выдохнул, качая головой.
— Давай, добивай.
— Прилетели как-то отдыхать девушка из Индии и Греции. Семья канибалов приняла их у себя пожить. И мужчина радостный говорит: " сегодня у нас на ужин будет гречка с индейкой"
Адель резко выдохнула носом и отвернулась, пытаясь сдержаться, но через пару секунд всё-таки рассмеялась — коротко, почти срываясь. Дима провёл ладонью по лицу, уже не скрывая улыбку.
— Я не знаю, что хуже — то, что я это понял, или то, что я реально это понял.
Вика довольно хмыкнула, явно довольная реакцией.
— Ну все, значит зашло.
Адель всё ещё улыбалась, качая головой.
— Это был преступный уровень каламбура.
— Спасибо, — спокойно кивнула Вика.
И на секунду в гараже снова стало легко и шумно от их тихого, уже почти привычного смеха.
Смех постепенно стих, возвращая в гараж привычный шум инструментов и гул улицы снаружи. Дима как раз вытирал руки, когда с улицы послышался резкий звук — хлопок двери машины. Он замер на секунду.
Адель тоже перестала улыбаться, взгляд автоматически ушёл к входу.
— Ты кого-то ждёшь? — тихо спросила она.
— Нет, — коротко ответил Дима.
Вика на диване чуть приподнялась, уже не шутя. Тяжёлые шаги отдавались на улице. Было понятно что идёт не один человек.
Дверь в СТО открылась без стука. В помещение вошли двое мужчин. Спокойные, но в этой «спокойности» было что-то неприятное. Они осмотрели гараж, будто уже всё здесь принадлежит им.
— Дим, — протянул один из них, останавливаясь у входа. — Мы по делу.
Николаев медленно выпрямился.
— Я помню.
Атмосфера в гараже резко изменилась. Даже звук капающей воды стал громче.
Шайбакова автоматически сделала шаг ближе к Вике, неосознанно закрывая её собой сбоку.
— Мы договаривались на срок, — спокойно продолжил второй. — Сроки прошли.
Дима сжал челюсть.
— Я работаю. Я не тяну просто так.
— Это не наши проблемы, — перебил первый, оглядывая помещение. — Нас интересуют деньги.
Вика молчала, но взгляд у неё стал жёстче. Она уже всё понимала без объяснений.
— У тебя есть варианты, Дим, — добавил второй, чуть наклоняя голову. — Или ты решаешь сам, или мы решаем по-другому.
— Дайте время, — глухо сказал Дима.
— Время истекло, мы и так достаточно много выделили на тебя, — холодно ответили ему.
Один прошёлся вдоль стены, будто изучая СТО, второй остался ближе к входу, перекрывая выход. Ничего открытого, никакой суеты — только спокойное, уверенное давление.
— Тут у тебя, конечно, уютно, — протянул первый, проводя пальцем по металлическому шкафу. — Но ненадолго.
Дима напрягся.
— Я сказал, что работаю над этим.
— Работать — это хорошо, — кивнул второй. — Только результат где?
Адель стояла рядом с Викой чуть ближе, чем нужно было бы «просто стоять». Почти незаметно, но так, чтобы закрывать её собой от лишних движений.
Вика молчала, но взгляд стал жёстче. Она следила за каждым их шагом.
— Мы же не звери, Дим, — продолжил первый, уже спокойнее, почти даже дружелюбно. — Просто бизнес.
— Бизнес, — коротко повторил Дима, сдерживаясь.
— Ну да, — мужчина пожал плечами. — Ты берёшь — ты отдаёшь. Всё честно.
Он на секунду перевёл взгляд на Вику.
— Или у тебя теперь семейный подряд?
Вика резко подняла глаза.
— Не лезь.
Голос был тихий, но от этого только холоднее.
Мужчина усмехнулся.
— О, говорит.
Адель сделала шаг вперёд, но Вика почти незаметно коснулась её руки — не остановить, скорее удержать. Дима это заметил и напрягся ещё сильнее.
— Она не при делах, — резко сказал он.
— Пока не при делах, — поправил второй.
— Вы пришли не деньги обсуждать, — спокойно сказала она. — Вы пришли давить.
Мужчины переглянулись. Первый чуть улыбнулся.
— Соображаешь.
Дима сжал руки в кулаки, но не двинулся.
— Срок — неделя, — добавил второй уже жёстче. — Последняя.
Пауза.
— И совет, Дим, — первый наклонился чуть ближе, понизив голос. — Не усложняй. У тебя тут и так всё на честном слове держится.
Он обвёл взглядом помещение.
— Было бы жалко, если бы оно вдруг... перестало держаться.
Адель почувствовала, как Вика рядом напряглась. Но та не отвела взгляд.
— Всё? — холодно спросил Дима.
Мужчины ещё пару секунд смотрели на них, будто проверяя реакцию. Потом один из них коротко кивнул.
— Пока всё.
Они развернулись и вышли так же спокойно, как и зашли. Дверь закрылась. И только тогда воздух в гараже будто вернулся обратно — тяжёлый, вязкий, но уже без их присутствия.
В гараже висело напряжение, было слишком тихо. Дима стоял там же, где и до этого, уставившись в пол. Потом медленно провёл рукой по лицу и отвернулся к машине, будто ничего не произошло. Взял тряпку, но так и не начал работать — просто сжал её в руке.
Адель не сдвинулась с места. Плечи напряжены, взгляд всё ещё в сторону двери.
Вика молча наблюдала за ним с дивана. Уже без шуток.
— Ты серьёзно думаешь, что разберёшься сам? — спокойно спросила она.
Дима коротко усмехнулся, но без веселья.
— А у меня есть варианты?
— Есть вариант не тянуть это одному, — так же ровно ответила Вика.
— Не начинай, — отрезал он.
Пауза. Адель перевела взгляд на него.
— Сколько? — коротко спросила она.
Дима даже не обернулся.
— Не твоё дело.
— Теперь уже похоже, что моё, — спокойно бросила она.
Он сжал челюсть сильнее.
— Я сказал — разберусь.
Вика тихо выдохнула, опуская взгляд.
— Ты всегда так говоришь.
И в этот раз он ничего не ответил.
Тишина снова повисла между ними. Глухая, тяжёлая. Адель на секунду прикрыла глаза, будто сдерживая что-то, потом выдохнула и развернулась к Вике.
— Пошли.
Без лишних слов. Вика кивнула и попыталась подняться, опираясь на диван. Движение вышло неловким — нога тут же напомнила о себе. Адель сразу оказалась рядом.
— Стой, — тихо.
Она подставила плечо, аккуратно перехватывая её за талию. На этот раз — без шуток, без подколов. Просто уверенно. Вика не сопротивлялась, только на секунду сжала её футболку пальцами.
— Я могу сама, — пробормотала скорее по привычке.
— Я вижу, — так же тихо ответила Адель.
И не отпустила. Они двинулись к выходу медленно. Дима проводил их взглядом, но ничего не сказал. У самой двери Вика на секунду остановилась.
— Дим.
Он поднял голову.
— Я найду деньги.
— Даже не думай, — жёстче сказал он, делая шаг к ним. — Это не твоя проблема.
— Уже моя, — Вика чуть приподняла подбородок.
Шайбакова толкнула дверь плечом, выводя их наружу. С улицы сразу ударил прохладный воздух. Солнце уже клонилось ниже, свет стал мягче, длинные тени тянулись по асфальту. Где-то вдали проехала машина, оставляя за собой гул.
Они остановились на секунду у входа. Вика глубоко вдохнула.
— Ненавижу это всё, — тихо сказала она.
Адель ничего не ответила. Только чуть крепче придержала её за талию. И они медленно пошли вперёд — к дороге, в сторону дома.
Они шли медленно. Сначала — почти в тишине. Только шаги, редкие машины и глухой шум города где-то в стороне. Воздух заметно остыл: к вечеру потянуло сыростью, ветер стал холоднее, пробирался под одежду, цеплялся за открытые руки.
Вика по привычке упрямо шла, стараясь не опираться слишком сильно, но каждый шаг всё равно отдавался болью. Она сжала губы, делая вид, что всё нормально. Адель это видела.
— Стой, — тихо сказала она, останавливаясь.
Вика нахмурилась.
— Что?
Адель уже стягивала с себя худи.
— Не надо, — сразу отрезала Вика.
— Надо, — спокойно ответила она и, не слушая дальше, накинула кофту ей на плечи.
Ткань ещё держала тепло. Вика замерла на секунду.
— Я не замёрзла.
— Угу, — коротко кивнула Адель, поправляя рукава, чтобы ей было удобнее. — Поэтому руки ледяные.
Вика ничего не ответила. Только отвела взгляд, но кофту не сняла. Они снова пошли. Улица тянулась вперёд почти пустая. Лампы только начинали загораться, размываясь в холодном воздухе. Асфальт был влажный — то ли недавно прошёл дождь, то ли просто вечерняя сырость осела. Под ногами тихо шуршали мелкие камни.
— Ты вообще когда-нибудь слушаешь? — вдруг прервала тишину Николаева.
— Редко, — спокойно ответила Адель. — Но метко.
— Очень смешно.
— Я не шутила.
Вика фыркнула, но худи не сняла.
Они пошли дальше.
Шаги были медленные, неровные. Иногда Вика чуть сбивалась, и Адель автоматически подхватывала её крепче.
— Не держи так сильно, — пробормотала Вика.
— Тогда не падай.
— Я не падаю.
— Ты пять минут назад чуть не сложилась.
— Это было один раз.
— Это было три раза.
Николаева закатила глаза, но пальцы всё равно крепче сжались в ткани её футболки, будто на автомате.
— Ты считаешь, серьёзно?
— Конечно, — спокойно отозвалась Адель. — Мне нужно понимать, когда ты решишь окончательно впечататься в асфальт.
Вика тихо фыркнула, но голос всё равно выдал лёгкую усталость.
— Не дождёшься.
Где-то проехала машина, разбрызгав воду по краю дороги. Ветер снова дёрнул рукава худи. Вика чуть сильнее закуталась в неё, даже не заметив этого. Адель усмехнулась краем губ.
— Тебе идёт.
— Что? — Вика повернула к ней голову, не сразу понимая.
— Моё худи.
Николаева бросила на неё быстрый взгляд. Они сделали ещё несколько шагов. Неровных. Медленных.
Шайбакова чувствовала, как Вика чуть сильнее опирается на неё — неохотно, будто сама себе это не признавая.
Они медленно поднялись по лестнице. Каждый пролёт давался Вике тяжелее — шаг, пауза, выдох. Пальцы на плече Адель сжимались сильнее, когда нога отзывалась болью, но она всё так же молчала, упрямо двигаясь вперёд.
В подъезде было прохладно и тихо. Где-то сверху глухо хлопнула дверь, по трубам прошёл звук воды. Лампочка на пролёте мерцала, отбрасывая неровный свет на стены.
Когда они наконец остановились у нужной двери, Вика чуть выдохнула, будто только сейчас позволила себе расслабиться.
Адель аккуратно придержала её, пока та одной рукой доставала ключи. Пальцы у Вики на секунду замерли — то ли от усталости, то ли от того, что замок никак не попадался.
— Дай, — тихо сказала Адель.
— Сама, — упрямо ответила Вика, но голос вышел слабее, чем она хотела.
Адель стояла рядом, чуть в стороне, уже не поддерживая, но всё ещё наготове — на случай, если Вика снова оступится.
— Ну ладно, я пойду, — тихо сказала Адель.
Вика подняла на неё взгляд.
— Уже?
— Ты дома, — спокойно ответила Адель, чуть пожав плечами. — Значит, я лишняя.
Пауза повисла короткая, но плотная.
Вика не сразу ответила. Сжала пальцы на дверной ручке, потом чуть сильнее закуталась в худи, которое всё ещё было на ней.
— Ты не лишняя, — наконец сказала она, почти тихо.
Адель на секунду задержала взгляд на её лице.
— Угу, — коротко отозвалась она, будто не придала значения, и отвела глаза.
Ещё мгновение — и она развернулась.
— Отдыхай.
И вышла.
Дверь мягко закрылась за её спиной.
Вика осталась одна в коридоре. Тишина квартиры сразу показалась громче, чем должна была быть.
***
Во дворе было прохладно и сыро. Ветер снова усилился, гоняя по асфальту мелкий мусор и заставляя качели тихо поскрипывать. Фонари уже полностью зажглись, размывая свет в влажном воздухе.
Адель вышла из подъезда и не ушла сразу.
Она опустилась на лавочку рядом, откинулась назад и на секунду просто закрыла глаза. Руки засунула в карманы шатнов, плечи чуть подняты — от холода или усталости, непонятно.
Фонари уже горели, размывая свет в сыром воздухе. Редкие окна в доме напротив мерцали тёплым жёлтым, будто отрезанные от этого холодного двора.
Адель смотрела вперёд, но не видела ничего конкретного.
В голове всё смешалось в один поток — гараж, напряжённые голоса, резкие взгляды, Вика, которая упрямо стояла до последнего, Вика, которая молчала, когда было больно, Вика, которая шутит, даже когда не до шуток. Всё будто крутилось вокруг Николаевой.
Шайбакова сидела у подъезда, чуть откинувшись назад и упершись затылком в холодную деревянную спинку. Ветер стал сильнее — пробирался под тонкую футболку, заставляя кожу покрываться мурашками.
Она держала сигарету между пальцами, иногда медленно затягиваясь и так же медленно выдыхая дым в сторону. Он растворялся в сыром вечернем воздухе, смешиваясь с запахом мокрого асфальта и далёких выхлопов машин.
Сигарета чуть дрогнула между пальцами.
И именно в этот момент телефон завибрировал. Так резко, неожиданно, что Адель вздрогнула. На экране появилась надпись "Вика".
Она даже не сразу ответила. Просто смотрела пару секунд, будто проверяя, не показалось ли.
— Да?
На том конце было тихо секунду дольше, чем обычно.
— Ты... — голос Вики звучал чуть ровнее, чем раньше, но с лёгкой паузой. — Ты кофту забыла.
Адель на секунду зависла, потом тихо усмехнулась.
— Я не забыла. Я её тебе оставила.
— Нет, — сразу отрезала Вика. — Ты без неё ушла.
Адель опустила взгляд на себя, будто проверяя, и только сейчас поняла, что реально осталась в одной футболке.
Ветер тут же напомнил о себе — холодный, цепкий.
— Блять... — тихо выдохнула она, уже без эмоций, скорее устало.
Вика на том конце чуть выдохнула.
— Вот.
Пауза.
Адель провела рукой по лицу.
— И что ты предлагаешь?
Секунда молчания.
— Поднимись.
— Зачем? — спокойно уточнила Адель, хотя уже и так понимала ответ.
— За кофтой, — просто сказала Вика.
И чуть тише, почти так, будто добавила между делом:
— И не мёрзни там.
Адель замерла на секунду.
Потом коротко усмехнулась — не громко, больше себе.
Адель поднялась с лавочки, убирая телефон в карман и на ходу стряхивая с пальцев остатки сигаретного дыма. Ветер сразу ударил сильнее — холодный, резкий, будто нарочно напоминая, что она осталась без кофты.
Она хмыкнула себе под нос и пошла к подъезду.
Дом уже казался тише, чем раньше. Только редкий шум машин с дороги и глухие шаги где-то сверху. Адель поднялась по ступеням, не спеша, будто специально растягивая момент. Дверь старой пятиэтажки распахнулась со скрипом.
В подъезде было теплее, но не намного. Свет лампы над входом мигал, отбрасывая неровные тени на стены.
Адель поднялась на нужный этаж и остановилась у двери. Через пару секунд замок щёлкнул. Николаева открыла сразу, будто уже стояла рядом.
Шайбакова зашла внутрь быстро, стараясь за мгновение согреться в этой маленькой, но уютной квартире.
Она молча посмотрела на неё секунду, потом отошла в сторону.
— Заходи.
Адель прошла внутрь, оглядываясь на ходу.
Николаева закрыла дверь за ней и сразу протянула ей кофту.
— Вот.
Адель взяла её, чуть приподняв бровь.
— Ты ради этого меня звала?
— В том числе, — спокойно ответила Вика.
Адель на секунду посмотрела на неё внимательнее, потом тихо усмехнулась и надела кофту обратно.
В квартире было тихо. Только приглушённый свет из комнаты и где-то вдалеке слабый звук музыки или телевизора. Вика чуть опёрлась плечом о стену, наблюдая за ней.
— Можешь остаться, — сказала она вдруг.
Спокойно. Почти буднично.
Адель остановилась, уже снимая рукава обратно на запястья.
— Это ты сейчас так пригласила или просто чтобы я опять не ушла?
Вика чуть прищурилась.
— А есть разница?
Адель усмехнулась краем губ, задержав взгляд на ней чуть дольше, чем обычно.
— Есть.
Пауза. Вика отвела глаза первой.
— Останься, — уже тише повторила она.
Адель помолчала пару секунд, потом чуть кивнула.
— Ладно.
И прошла глубже в квартиру, закрывая за собой дверь. Из комнаты тянуло мягким светом и тихой музыкой — что-то ненавязчивое, фоновое, почти как шум. Не громко, но достаточно, чтобы тишина не давила.
Она прошла внутрь.
Комната была простая, но живая. Не идеальная — и в этом было что-то настоящее. На стуле лежала одежда, на столе — телефон и какие-то мелочи, которые обычно никто не замечает, но которые всегда выдают человека.
Адель задержала взгляд на полке с книгами, потом на кружке на столе, потом на открытом окне, через которое тянуло прохладой.
— Классно у тебя тут, не думала, что ты в такой обстановке живешь. — Шайбакова оглядывала коллекционные фигурки Гарри Потера.
— В "такой" это какой? — Вика внимательно наблюдала за ней, давая возможность трогать все что угодно, хоть и не любила когда без спроса что-то трогают.
— Ну знаешь.. — Адель остановилась около окна и опёрлась об подоконник, глядя той прямо в глаза, — Ты кажешься такой шумной, дерзкой и недотрогой, а на самом деле у тебя тут спокойно и минималистично.
— Ты так говоришь, будто ты впервые здесь, — Николаева улыбнулась, запрокидывая голову набок.
— Знаешь, когда ты побитая как собака, и пьяная как алкаш, то на такие мелочи как-то внимание и не обращаешь.
Николаева ничего не ответила, продолжая разглядывать Адель, которая мечется по комнате от угла до угла. Она лишь делает музыку чуть громче, но не сильно, чтобы можно было спокойно разговаривать. Адель провела ладонью по шее, выдохнула и наконец села на край стула, но так и не расслабилась полностью.
— Что с тобой? ты какая-то напряжённая. — тихо сказала Николаева.
— Тебе показалось. — нога Шайбвковой начала слегка подрагивать.
— Идём покурим?
Они вышли на балкон почти молча.
Холод сразу ударил в лицо — вечерний воздух стал ещё сырее и прохладнее, чем на улице. Город внизу шумел приглушённо: редкие машины, далёкие голоса, свет фонарей, размазанный по мокрому асфальту.
Адель прикрыла за собой дверь, опёрлась локтями о перила и выдохнула. Вика встала рядом, чуть сбоку.
— Тут холодно, — тихо сказала Вика.
— Угу, — отозвалась Адель. — Ты же сама меня сюда позвала.
— Я не думала, что ты сразу выйдешь, — спокойно ответила Вика.
Адель усмехнулась краем губ. Ветер дёрнул край худи, и Вика чуть сильнее в него закуталась.
Адель это заметила.
— Замёрзнешь, — сказала она тише, чем раньше.
— Переживу.
— Ты всегда так говоришь.
— Потому что всегда переживаю.
Николаева оттолкнулась слегка от перил, разворачивая корпус к Адель. Та удивлённо на неё глянула, не понимая что за резкостью.
— Адель, ты сегодня какая-то странная.
Шайбакова на секунду застыла, будто не сразу решила, как это воспринять.
— В каком смысле? — спокойно спросила она, но голос стал чуть тише.
Вика не отвела взгляд.
— В том смысле, что ты всё время рядом, но как будто не здесь.
Пауза. Ветер прошёл по балкону, заставив худи Вики чуть шевельнуться на плечах.
Адель опёрлась ладонью о перила, глядя вниз, а не на неё.
— Я просто устала, — сказала она наконец.
— Ты не выглядишь усталой, — сразу ответила Вика.
Адель тихо усмехнулась.
— А ты теперь ещё и специалист по моему состоянию?
— Нет, — спокойно сказала Вика. — Я просто вижу.
Шайбакова тяжело сглотнула и сделала затяжку длиннее обычного — слишком долгую, будто пытаясь выиграть себе пару лишних секунд. Она медленно отвела взгляд в сторону, не отвечая.
Рука слегка дрогнула, когда она убрала сигарету от губ — то ли от холода, то ли от напряжения, которое вдруг стало слишком заметным даже для неё самой.
— Адель.
Николаева шагнула ближе и осторожно взяла её за подбородок, мягко разворачивая лицо к себе. Девшука не сразу посмотрела прямо. Секунду будто сопротивлялась этому жесту, но потом всё-таки подняла взгляд.
В глазах Адель был лёгкий страх, недосказанность, которую она не успела спрятать.
Пауза повисла плотная, но спокойная — такая, в которой уже не нужно было ничего объяснять словами.
Шайбакова сглотнула, чуть приоткрыла губы, будто хотела что-то сказать, но слова не вышли. Пальцы у неё на сигарете дрогнули, и она медленно опустила руку вниз.
Николаева не убрала ладонь с её лица. Только чуть мягче провела большим пальцем по линии подбородка — почти незаметно, но достаточно, чтобы Адель перестала дышать ровно.
— Ты опять уходишь в себя, — тихо сказала Вика.
Адель едва заметно усмехнулась, но это больше было похоже на защиту, чем на реакцию.
— Я никуда не ухожу.
— Уходишь, — спокойно повторила Вика.
И в этот момент Адель впервые не нашлась, что ответить. Она сделала полшага вперёд — не резко, не уверенно, скорее как решение, которое давно висело в воздухе.
Вика не отстранилась. Наоборот — осталась на месте, чуть наклонив голову, не разрывая контакт. И тогда Адель накрыла это расстояние.
Губы коснулись мягко, сдержанно, без спешки. Сначала осторожно — почти пробно, как будто проверяя, реальность это или нет. На секунду она даже замерла, будто давая Вике возможность остановить. Но Николаева не остановила.
Адель выдохнула прямо в поцелуй, и напряжение, которое она держала весь вечер, вдруг ослабло. Она чуть сильнее наклонилась вперёд, уже не так осторожно, но всё ещё бережно — как будто боялась спугнуть этот момент.
Вика ответила сразу. Не резко, не требовательно — спокойно, уверенно, как будто это было самым естественным продолжением их разговора, который так и не был сказан до конца.
Холод балкона, шум города, сигарета, зажатая где-то в пальцах и забытая — всё это осталось где-то на краю восприятия.
мой тгк: https://t.me/jabiks_riv