Глава 16
Утро пришло тихо.
Сквозь плотные шторы пробивался мягкий свет. В комнате было тепло, почти душно. Воздух всё ещё хранил их запах — смешанный, густой, успокаивающий.
Чимин проснулся не сразу. Сначала он просто почувствовал тепло. Сильные руки вокруг него. Чужое дыхание у виска. Грудь под щекой, медленно поднимающаяся и опускающаяся.
Он чуть сдвинулся — и тихо выдохнул. Тело всё ещё было чувствительным. Слишком. Каждое движение отзывалось мягкой дрожью под кожей.
— Мм…
Юнги проснулся почти мгновенно. Руки на талии Чимина сжались сильнее, будто он и во сне не собирался его отпускать.
— Не двигайся, — хрипло произнёс он, не открывая глаз.
Чимин замер. Его пальцы инстинктивно сжали ткань футболки Юнги.
— Я не хотел… — тихо прошептал он.
Юнги открыл глаза. Взгляд был тёмным. Тяжёлым. Всё ещё наполненным чем-то диким, не до конца ушедшим.
Он медленно провёл ладонью по спине Чимина. От плеч вниз. Задержался на талии. Чуть сильнее сжал. Чимин вздрогнул.
— Всё ещё… — Юнги наклонился ближе, почти касаясь губами его уха, — чувствительный?
Чимин тихо выдохнул.
— Да…
И этого было достаточно. Юнги перевернул его на спину медленно, без резкости. Но в этом движении было слишком много контроля. Слишком много права.
Он навис сверху, опираясь на руки по обе стороны от его головы. Секунда. Они просто смотрели друг на друга. А потом Чимин сам потянулся. Руки обвились вокруг шеи Юнги, притягивая ближе.
— Альфа… — выдохнул он, почти в губы.
Это слово будто щёлкнуло что-то внутри. Юнги не сдержался. Поцелуй был глубоким сразу. Без осторожности. Без попытки смягчить. Но не грубым — нужным. Жадным. Настоящим.
Чимин тихо застонал в его губы, прижимаясь сильнее. Его пальцы скользнули по плечам Юнги, цепляясь, будто он боялся, что тот исчезнет.
Юнги углубил поцелуй, ладонь опустилась на бедро омеги, сжимая. Удерживая. Напоминая.
— Ты сам тянешься… — хрипло произнёс он, отрываясь всего на секунду.
— Потому что хочу… — прошептал Чимин, и голос предательски дрогнул.
Юнги замер на мгновение, а потом снова накрыл его губы. Теперь медленнее, глубже. Каждое движение было будто растянуто, осознанно. Он не спешил, он чувствовал.
Чимин дрожал под ним. Не от страха. От того, как сильно его тело отзывалось. Руки Юнги скользили по его телу — по спине, по талии, по бёдрам. Останавливались, сжимали, снова двигались. Не позволяя забыть, кому он принадлежит.
— Мой… — тихо, почти в губы.
Чимин закрыл глаза, резко выдохнув.
— Да…
Он не спорил, не отстранялся, наоборот — прижимался ближе. И в этом было всё.
Время перестало существовать. Остались только дыхание, тепло кожи, сбитые вдохи, аккуратные движения и руки, которые не отпускали ни на секунду.
Чимин иногда тихо звал его. Почти шёпотом. Иногда просто сжимал сильнее, утыкаясь в шею.
Юнги отвечал прикосновениями. Поцелуями в висок, в щёку, в губы. Глубокими, тёплыми, долгими. Без спешки, без необходимости доказывать что-то. Только чувствовать, только быть рядом.
***
Когда всё стихло, в комнате снова стало тихо. Чимин лежал, уткнувшись лицом в плечо Юнги. Его дыхание постепенно выравнивалось. Пальцы всё ещё сжимали ткань, будто отпускать было опасно. Юнги провёл ладонью по его волосам. Медленно. Повторяя движение снова и снова.
— Лучше? — тихо спросил он.
Чимин кивнул, не поднимая головы.
— Намного…
Пауза. Тёплая. Спокойная. Но не пустая. Чимин слегка сдвинулся, чтобы видеть его лицо.
— Юнги…
— Мм?
Он смотрел на него внимательно. Уже без той жёсткой тени во взгляде. Но что-то глубокое там осталось.
— Ты иногда… пугаешь меня.
— Когда? — спокойно спросил он.
— Когда говоришь «мой»… так… будто правда никому не отдашь.
Юнги задержал взгляд.
— А ты хочешь, чтобы я отдал?
Чимин замер.
— Нет…
Его голос был тихим. Но уверенным.
Юнги медленно провёл большим пальцем по его щеке.
— Тогда не бойся этого.
Чимин закрыл глаза на секунду, прижимаясь к его ладони.
— Я не боюсь… — прошептал он.