Сам за себя
Лифт, тишина в округе и лишь пустота, постепенно наполняющая голову, лёгкие, желудок, да и все в целом.
С минуты на минуту лифт должен был отправиться в путь. Туда, куда солнечные лучи больше никогда не смогут добраться, туда, где даже самый тихий шум, считался сигналом постороннего, заставляя слух напрягаться, а острые зубы скалится.
Все мейны уже стояли в лифте, дожидаясь последнего участника этого забега. Того, кто явно не горел желанием с утра пораньше отправляться в неизвестность, в опасность, наконец, в руки к смерти. Только умные, проворные, сильные и хитрые могли выкрутиться из хватки кравлжадных монстров, что запросто смогут перегрызть сонную артерию, отправив разум на вечный покой. Но не у всех преобладало большое количество столь прекрасных качеств.
Шримпо стоял спиной к лифту, смотря в пол, чутка потупя голову. Через одно плечо была перекинута чёрная сумка, за ремешек которой сейчас держалась одно рука креветочного.
Перед ним стоял Финн, поставив руки в боки. Кажется, даже весельчак не мог сейчас найти ничего позитивного из такой сложившейся ситуации. Единственное, что у него получалось делать, это просто смотреть на до боли сейчас притаившегося Шримпо сверху вниз спокойным взглядом.
Ф:я верю, что у тебя все получится! С тобой все будет хорошо! Я буду ждать тебя!
Ш:не помру от твистедов, так помру от рук столь "продвинутой" команды.
Шримпо говорил холодно. В голосе не было ни единой частички хоть какого-никакого настроения. Словно сейчас Шримпо приготовился идти на казнь, уже заранее попрощавшись с жизнью. Что взгляд, что голос были нездушными и пустыми, что заставило Финна занервничать, когда Шримпо уже отвернулся от него, медленно пройдя внутрь лифта.
Многотонные рольставни с грохотом закрылись, оставив после себя лишь легкую прохладу и эхо, что медленно исчезалось и в воздухе, и в ушах. Толстые, металлические канаты начали поднимать лифт вверх, прямиком на первый этаж постороннего мира.
Пару секунд молча постояв, глядя на дверь, Финн развернулся от железной конструкции, направляясь на выход из главного лобби.
В лифте Шримпо старался прийти в себя, но наколенная жидким азотом атмосфера ломала прямолинейность и упрямство креветочного до спички.
Мейны держались от парня на расстоянии, тихонько перешептываясь между друг другом. Каждый из них слегка наклонялся к уху своего собеседника, что-то рассказывая и делясь своим мнением, параллельно глядя на креветочного сверху вниз.
Ох, сплетни. Никто не может быть от них застрахован. Каждый хоть раз в своей жизни слышал легкий смешок или еле слышный шёпот в свою сторону. А иногда и вовсе не знаешь, что и когда о тебе говорят, пряча свое лицо за твоей спиной. Но намного хуже, когда сплетники шепчутся про тебя на твоих же глазах, совсем не боясь наказания за свое деяние. Момент, когда руки точно связаны, а рот наглухо забит ватой.
Подойдя ближе, но все также находясь на расстоянии одного шага, к Шримпо шустро подбежал Пебл. Камушек громко лаял и рычал, точно в своих глазах видя в шримпо опасность и чужого. Его лапы были поджаты к плоскому животу, а пасть скатилась, не отрывая своего разгневанного взгляда от креветочного.
Стараясь отпугнуть Пебла, Шримпо стучал по железному полу своей ногой, совершенно не заметив как от всей компании отошёл Спраут, подойдя ближе к нему. Он говорил серьёзно, держа руки скрещеными на груди, точно стараясь выглядеть в глазах креветочного важным и прямолинейным.
С:не путайся под ногами, ни у нас, ни у пебла. Тебя, в прямом смысле, к нам подкинули и особым желанием мы не горели брать тебя. С твоими статами тебе будет лучше ошиваться где-то подальше ото всех и быть тише воды, ниже травы, ясно?
Ш:сам разберусь, что мне делать.- безэмоционально проговорил Шримпо, отстаивая свою позицию.
После столь неблагоприятно настроенного диалога было понятно: Забег будет тяжёлым. Но отступать от своих принципов, загоняя самого себя в угол Шримпо не собирался, держась одной цели: Есть силы стоять- Стой. Упёртость сейчас была превыше всего, выживая лишь действуя по принципу- Все за всех, а ты сам за себя.
Было тяжело сказать сколько прошло времени, с тех пор, когда обстановка вокруг была светлой и даже, в неком смысле, благоприятной. Когда-то казалось что время застряло на месте, а когда то, что стрелки часов сломались, слишком быстро наворачивая круги вокруг своей оси.
Бандажи и аптечки? Прочие столь дорого ценящиеся вещи, например коробки шоколада и вентили? В этом забеге для Шримпо их в прямом смысле не существовало. Лишь изредка удавалось перехватить с пола у всего собирающего Спраута какую-никакую конфету, а иногда и кабели. Было понятно и без слов, что команда была отрицательно настроена к единственному участнику туну, но нужно отдать должное, Пебл водил твистедов очень неплохо, прекрасно справляясь со своей работой. Жаль только, что твистед Конни невозможно водить, а разбитое сердце вернуть обратно без бандажа или аптечки.
Молча шагая по длинному коридору, Шримпо глядел себе под ноги, стараясь раньше времени обнаружить на полу какой-нибудь интересный предмет. Новый этаж, новая местность, рольставни дверей лишь недавно закрылись, не давая участникам забега зайти в него раньше, чем все машины на этаже будут полностью заполнены. Где-то в далеке кто-то уже заканчивал одну машину, в другом конце этажа Пебл потихоньку собирал твистедов, кружась вокруг одиноко стоящего стола.
Неожиданно в глаза врезался четкий, яркий предмет, лежащий на полу. Буквально в каких-то жалких пару метрах на плитке лежала крупная конфетка, завёрнутая в пестрый желтый фантик.
Заинтересовавшись, Шримпо скорее бросился перед, точно желая перехватить данную вещицу раньше кого-либо ещё.
Неожиданно тело остолбенело, потеряв силы двигаться и совершать какие-либо действия. Над головой загорелся белый значок открытого глаза. Послышался грозный лай и тяжёлые шаги огромной тварюги.
Достигнув своей цели, искаженное чудовище замахнулась своей головой, пошире открывая свою широкую пасть в воздухе. Острые, как кинжалы, клыки впились в кожу, почти достигая черепа, такого мягкого для этого твистеда. Выпученные, алые глаза кровожадно смотрели на напуганную мультяшку, видя в ней только забаву и еду.
Послышался хруст разбившегося сердца. Звон, что был отчётливо слышен в голове и ушах, оглушая пространство вокруг своей чёткостью. Ихор медленно покатился вниз по голове, прорезая лоб, глаза и щеки своим багряным вязким следом, что с каждой секундой становился все холоднее и холоднее. Стоять стало тяжело, ноги подкашивались, не получая от мозга команды бежать куда подальше, сражаясь за свою жизнь.
Нёссясь на полной скорости, не жалея своей стамины, из соседнего помещения на всех порах вылетел Пебл. За камушком бежала орава других кровожадных чудовищ, что были ужасными, но менее сильными твистед Пебла. Пролаев на лету, камушек перевел все внимание машины для убийств на себя. Дождавшись, когда существо, с протяжным воем рванет за ним, Пебл вновь побежал в помещение, из которого только выбежал, поведя за собой еще одного твистеда в догонку.
Колени тряслись, руки старались держать голову на плечах, не давая ей скатиться вниз. Пальцы ладоней быстро окрашивались черным цветом, становясь липкими и вязкими. Перед глазами все плыло, не имея точной формы, пока все звуки сворачивались в единый клубок, становясь непонятной речью.
Из-за спины вышел Спраут, держа руки за своей спиной. Клубничный услышал звуки разбитого сердца, решив что это Пебл, поспешив возобновить ему сердце. Но видя, что маленький водитель твистедов в порядке, как и все мейны, Спраут расслабился, не собираясь использовать свою способность в ближайшее время.
Лишь поверхностно глянув на креветочного, парень спокойно прошел мимо него, подойдя ближе к все еще одиного лежащей конфете. Присев на корточки, рука ловко перехватила сладкую вещицу, глянув на Шримпо, что еле стоял на ногах, явно не понимая, что происходит вокруг. Только этот взгляд не был добрым или спокойным, каким он был всегда, во время готовки, разговоров с другими мультяшками и прочего. Он был до невозможности холодным и безразличным. Точно глаза садиста, что будет с наслаждением смотреть на того, кто страдает и мучается от боли.
С:ты сам во всем виноват, Шримпо. Во всех проблемах, ты всегда был во всем виноват.
С этими словами Спраут прошёл мимо Шримпо, направляясь в противоположную сторону от места вождения твистед Пебла. Голос его никак не отличался от сурового, бесчувственного взгляда, которому было очень важно состояние других, но далеко не креветочного. Совсем не его.
Остановившись на месте, руки, что удерживали качающуюся из стороны в сторону голову, бездвижно упали вниз. Дыхание сперло, где-то в глубине что-то больно кольнуло. Единственное сердце, что осталось целым, но с каждой минутой разбивалось все сильнее, без твистедов и сильных ударов. С головы на футболку, на руки, на пол падали успевшие остыть капли ихора, кровоточащего из недавних ран. Широко открытые глаза прорезали взглядом воздух, бездушно глядя в никуда, пока вниз по щеке медленно скатилась хрустальная слезинка, единый раз блеснув на свету, проронив с собой не только печаль, но и последний осколок гнева и ярости, что больше не мог держаться на хладнокровном лице.
/// 1391 слово
Обновление по дуо машинам, йей!///