Осколки
Злоба заполнила разум, не оставив даже крохотного местечка другим чувствам и эмоциям. Плохие воспоминания всплывали первыми, хорошие моменты жизни коверкались, изменялись, чернели. Все лица, что помнил мозг казались жалкими и ничтожными. В голове так и крутились фразы: Я знал, что я был прав!! Они чудовища и полные паскуды!! Все было ясно, я с самого начала понимал это!!
Заострённые клыки верхней челюсти вцепились в нижнюю губу, кусая и рвя кожу. На глазах появились еле заметные хрустальные капли, что так и обжигали сетчатку глаза, точно не вода, а лимонный сок. Ненависть ко всему переполняла грудь, но больше всего ненависти было к самому себе. Все вокруг казалось ужасным. И высокие бархатистые шторы, и деревянный пол, и комод наполненный почти полностью цветными лентами и стразами.
На сцене заиграла музыка. Основной свет выключился, лишь вслед зажглись яркие фонари, следившие и следующие за тем, что находится прямиком на сцене. Из больших колонок послышался ровный, четкий и звонкий голос ви, которая уже начала свое выступление. Где то из зала слышалась какая то возня и тихий гомон.
Все притихли, и шримпо притих, все так и не понимая, что ему делать дальше. Заметив на полу, не подалеку с собой черный провод, что шел прямиком от колонок на сцене, появилось желание перегрызть твердую оболочку шнура, что бы больше никогда не слышать ни чей голос. Но эта идея быстро утихла, поблекнув под плотной пеленой других странный и даже ненормальных идей.
Поднявшись с пола, шримпо поскорее рванул из-за кулис, желая как можно скорее уйти отсюда. Босые ступни быстро пробежали по разлитой, холодной воде на полу, лишь маленькие капельки мыльного раствора разлетелись в разные стороны.
На пути появилась Шелли, несущая в своей руке сухую половую тряпку. Даже всегда невинное, доброе и открытое личико амоннита, сейчас казалось ужасающе искревленным и ложным для широко открытых черных глаз.
Не желая уступать дороги и сбавлять нагнанный темп бега, шримпо пронесся мимо шелли, сбив девушку с ног. Амоннит приземлилась точно на холодную лужу воды, намочив низ своего сарафана, и явно не плохо ударившись ногой.
Под давлением громкого звука колонок, слух менялся и тускнел. Под тихо наигранной музыкой казалось, что амоннит кричит вслед убегающего шримпо ужасные гадости, пока, на самом деле, робкий голос пытался попросить помощи у шримпо подняться с пола.
Как можно сильнее зажмурив глаза, креветка выбежал из-за кулис, быстро прошмыгнув мимо сцены, так, что ни единая пара глаз, не увидела его силуэт. Схватившись за ручку двери, шримпо выскочил из зала в коридор, закрыв за собой дверь.
В коридоре было до невозможности тихо. Все мультяшки сейчас были на выступлении, и только глухой бег раздавался по длинному, цветному коридору. Хотелось скрыться ото всех, и больше никогда не видеть чужих лиц. Забыть про все, и броситься на утек, навсегда потерявшись в густом тумане.
Жалкая выносливость не давала возможности креветке бегать на далёкие расстояния. Остановившись по середине коридора, долго не задумываясь, шримпо забежал в первую попавшуюся открытую дверь.
Это оказалась небольшая умывальня. По всему периметру комнаты была выложена голубая плитка, в воздухе витала огромная влажность. Было до невозможности душно, аж сводило дух. По одну сторону были размещены несколько небольших раковин, над которыми висели самые обычные зеркала, без рамы. Больше в этой комнате ничего не было, не считая одной, единственной лампочки, что прекрасно справлялась со свое работой без помощи другой техники.
Глубоко дыша, стараясь как можно скорее наполнить лёгкие кислородом, шримпо ввалился в комнату, дотянувшись до включателя света. Шатаясь и кашляя от быстрого бега, креветочный подошел к одному из умывальников. Подбитые ладони уперались об керамическую конструкцию, пока голова была опущена вниз.
Подняв взгляд вверх, шримпо взглянул на себя в зеркало. Вместо холодного, четкого и серьёзного лица, полного решимости и строгости, в отражении было ужасно усталое лицо. Брови были не в силах хмурится, не опускаясь вниз.
В глубоких, черных глазах была лишь усталость и какое-то недомогание. Лицо приобрело немного болезненный вид. Больше добавляла красок алая линия крови, шедшая из совершенно здорового носа.
Проведя кусочком белого бинта по красному ходу, только еще больше испачкав лицо, из уст вырвался холодный смех. Тот, что похож на звучание ударов двух стеклянный чащех друг об друга. Щеки горели, пока на нервной почве, руки сами хрустели пальцами.
Ш:АХАХАХ, ОХ! КАК ЖЕ МЕНЯ ЭТО ВСЕ РАЗДРАЖает!!!.. НЕНАвижу!!!
Словно не имея контроля над самим собой, замахнувшись, рука сильно отпрянула назад, со всей имеющийся скоростью устремившись прямиком в середину зеркала. С режущим хрустом хрупкое стекло разбилось на множество острых кусков. Те, что были поменьше полетели в разные стороны, те что были крупными устремились вниз, звонко ударяясь и еще больше ломась друг об друга, скатывась ко дну белоснежного умывальника.
Сразу под стеклом, и без того измученные тяжелыми силовыми тренировками, костяшки встретились с бетонной стеной, только тогда и остановившись. Вся сила, что была направлена на бьющую руку, собралась в небольшом кулаке, резко устремившись назад. Рука взныла, посылая в мозг ноющую боль по всей ладони.
В глазах все предметы вокруг перестали иметь свою четкие формы. Рыча от нахлынувшей боли, шримпо пошатнулся назад, скривившись, держась за ноющую руку. Пальцы кулака не разгибались, пока сама ладонь начала холодеть. Хотелось больше потерять сознание, лишь бы не чувствовать боли, ни в голове, ни в руке.
Деревянная дверь с протяжным скрипом открылась, запуская в душное помещение свежий воздух. В комнату на половину заглянула тиша, осматривая обстановку вокруг. Салфетница явно слышала громкий шум и теперь проверяла не послышалось ли ей.
Глаза быстро увидели разбитое в дребезги зеркало и пол, засыпанный осколками стекла, но видимо внимание девушки привлекло не это, а виновник всего этого хаоса. Странно безэмоциональный взгляд шустро осмотрел шримпо с головы до ног, заметив все, и кровавый нос, и посиневшую ладонь, и дрожь в невысокой фигурке.
Т:шримпо? Ты выглядишь..
Ш:НУ!! НУ, И КАК ЖЕ!!? КАК ПОСМЕШИЩЕ!? КАК БЕЗДАРЬ И НЕУДАЧНИК!?! КАК НЕАДЕКВАТ И ИДИОТ!?! КАК ПОЛНЫЙ ПРИДУРОК!?!- резко перебил шримпо, не дав девушке закончить мысль.
Голос казался безумно громким, но без нотки злобы. Будто шримпо кричит самому себе в им же разбитое стекло, даже не ожидая другого, менее громкого ответа на свои слова.
Т:измученно..- закончила свою мысль салфетница, тихо, но прямо и чётко.
Явно уставший от всего взгляд глядел куда то поверх головы шримпо, но в нем не было никакого негатива и ядовитой насмешки. Ни эмоций, ни чувств, точно слова произносит робот.
Не ожидая такого ответа, креветочный вновь ухватился за больное запястье, опустив голову вниз. До сих пор взгляд не мог сфокусироваться, делая все вокруг водным и расплывчатым. Голос утих, видно не желая больше произносить ни слова.
Т:все на выступлении. Лекарей нигде нет, даже в зале. Могу довести тебя до Финна, я знаю где он сидит в зале.
Ш:ладно..
Т:помочь идти?
Ничего не ответив, шримпо, лишь коротко качнув упавшей вниз головой, еле как докавыляв до дверей.
Сейчас не хотелось ничего, но дождавшись, когда легкая рука опустится на плечо, поведя не смотрящее по сторонам фигуру, шримпо молча последовал по уже чутка знакомому ему пути, мысленно желая чтобы все это поскорее закончилось.
/// 1122 слова///