7
Чуя вернулся в комнату и закрыл за собой дверь. Подойдя к оконному проёму, он выглянул наружу. Конюх уже увёл лошадей, а Дазай всё ещё стоял внизу. В какой-то момент он поднял голову, и их взгляды встретились. Накахара резко отпрянул от окна и задёрнул занавесь.
Пару минут он просто стоял на месте, ожидая, что дверь откроется и в спальню войдёт Дазай. Но этого не произошло.
Чуя решил переодеться. А потом двое слуг принесли обед и удалились. Накахара поел без особого удовольствия и вскоре слуги унесли посуду.
Чуя принялся мерить шагами комнату. Сейчас он немного жалел, что решил закончить прогулку так быстро, но поцелуй Дазая снова выбил почву у него из-под ног.
Через время Накахара опять выглянул на улицу. За окном он увидел Дазая в сопровождении нескольких стражников. Тот оказался одет необычно: на нём был тосэй-гусоку, однако куда более изящный, чем у дворцовой стражи. Из-под доспеха виднелась тёмная хакама, а кирасу украшали золотая чеканка. Широкие наплечники-содэ покрывал тонкий узор. Поверх доспеха ниспадал короткий шёлковый плащ красного цвета. На поясе висела катана в чёрных лакированных ножнах.
Дазай, даже не взглянув в сторону окон, прошёл мимо и вскоре скрылся из виду.
- Странно, - пробормотал Чуя. - Куда это он так вырядился?
Накахара отошёл от окна. Весь день до самого вечера он не находил себе места. То принимался за тренировки, то бесцельно бродил по комнате, то выглядывал в окно, наблюдая за суетой во дворе, и считал минуты до ужина.
Не то чтобы он проголодался, но надеялся, что к ужину вернётся Дазай. Однако слуги внесли в покои еду лишь на одну персону. Чуя ощутил разочарование и лёгкую тревогу. Ему сложно было это признать, но, кажется, он немного скучал. В конце концов Дазай был единственным человеком здесь, которого он хорошо знал. Когда тот находился рядом, Чуя ощущал странное спокойствие и тепло, словно Дазай был последней нитью, которая связывала его с домом.
Да, порой он ужасно его бесил, и Чуе казалось, что он готов его придушить. Но, как все вспыльчивые люди, Накахара был отходчивым и не мог злиться долго. Он наверняка знал, что Дазай снова полезет к нему с поцелуями, но, несмотря на это, ждал его возвращения.
Слуги поставили поднос на стол и молча вышли из императорских покоев. Чуя выругался и вновь принялся ходить по комнате. Аппетита не было. Мысли роились в голове, словно муравьи.
Сегодня у него было время подумать. Он вспомнил всё, что произошло с ним после того, как он тут оказался: арест, неделю в темнице, Дазая...
Мысли о нём не давали покоя. Чуя до сих пор ощущал тепло его рук. Он больше не мог отрицать, что Дазай ему нравится, а его поцелуи сводят с ума. Но был ли он готов к тому, чтобы их отношения перешли на новый уровень, Чуя не знал. Слишком неожиданно Дазай стал проявлять к нему интерес. Слишком неожиданно Чуя понял, что его к нему влечёт. Но зачем Дазай всё это делал? Неужели Чуя действительно ему нравился? Или всё это было лишь очередной игрой?
- Ублюдок, - выругался он и бросил взгляд на поднос: там были запечённая рыба, варёный рис, маринованные овощи и какой-то напиток в широкой чашке.
Чуя решил поесть. Рис оказался вполне обычным и уже успел ему надоесть, а рыба даже понравилась. Она была нежной, сочной и просто таяла во рту.
Закончив с ужином, он снова принялся мерить шагами комнату. В ожидании Дазая Чуя то и дело поглядывал на дверь, но, кроме слуг, в покои императора сегодня больше никто не заходил.
Дазай не пришёл на ночь, и беспокойство охватило Чую ещё сильнее. Полночи он не спал: ходил по комнате, нервно сжимая руки в кулаки, и размышлял. Хотелось надеяться, что Дазай просто испытывает его терпение и не пришёл лишь потому, что хотел заставить Чую переживать. Но что, если с ним что-то случилось? К тому же этот его странный наряд... Куда он так оделся? Словно в поход собрался.
- Сукин сын, - выругался Накахара и остановился посреди комнаты. - Он специально? А если нет? Вдруг его... - Чуя запнулся, боясь закончить свою мысль, и снова сжал руки в кулаки.
Он опустился на постель и некоторое время смотрел в стену, потом лёг на спину и попытался уснуть, но не смог. Чуя долго ворочался, прежде чем усталость взяла своё, и он наконец погрузился в беспокойный сон.
Когда он проснулся, Дазая всё ещё не было. Чуя умылся и почистил зубы, воспользовавшись предметами личной гигиены, которые в покои принёс кто-то из слуг.
Накахара выглянул из комнаты. По ту сторону стояли шестеро стражников, но Акутагавы среди них не было.
- Где император? - спросил Чуя, обратившись к одному из них.
- Не могу знать, - ответил тот.
Чуя раздражённо выдохнул.
- Тогда пусть унесут воду, - сказал он и скрылся за дверью.
День тянулся мучительно долго. Чуя места себе не находил от беспокойства. Дазай не появился и сегодня. Накахара решил, что завтра сам пойдёт его искать.
Он снова долго не мог уснуть, а под утро у него разболелся живот.
Боль становилась всё сильнее, а затем Чую бросило в жар. Он ослабил ворот кимоно и улёгся боком в постель, подтянув колени к животу. Между ног стало как-то слишком мокро. Примерно через двадцать минут болевые ощущения уменьшились, но теперь на него нахлынуло возбуждение, с которым он не мог бороться.
Его снова бросило в жар, а внутри разливалось приятное тепло. Оно нарастало, и Накахара не мог понять, что с ним происходит, по какой причине возбуждение охватило его так внезапно.
Чуя подошёл к окну, надеясь, что ночная прохлада поможет ему освежиться и он хоть немного приведёт мысли в порядок. В лицо дунул ветер. Он и правда слегка остудил жар во всём теле.
Дверь тихо открылась и тут же закрылась. Чуя резко обернулся на звук.
В комнату шагнул Дазай. Накахара отметил, что он был одет не так, как вчера. В полумраке помещения их взгляды встретились. Чуя ощутил какой-то странный аромат, который тут же вскружил ему голову. Он казался знакомым, но сейчас этот тонкий запах чувствовался намного сильнее и влиял на него, как афродизиак. Его снова бросило в жар, но гораздо сильнее, чем раньше, сердце заколотилось быстрее, а дыхание сбилось.
Мысли в голове Чуи быстро вертелись, сталкиваясь друг с другом. Дазай был здесь, он был в порядке. Но где же его носило почти двое суток?
Дазай улыбнулся, и Накахару захлестнула такая злость, что захотелось придушить его собственными руками. Всё тело Чуи по-прежнему горело, кровь стучала в висках и теперь это казалось следствием раздражения. Он сделал к нему шаг. Дазай замер на месте, в его взгляде мелькнуло что-то похожее на удивление.
- Чуечка не спит, меня ждал? - низким бархатистым голосом спросил он, неотрывно глядя в голубые глаза.
- Где ты был, чёртов ублюдок?
Ярость накрыла его с головой, не оставив места ни тревоге, ни облегчению. Накахара сжал кулаки и шагнул к Дазаю ближе.
Тот не ответил. Вместо этого быстро сократил расстояние между ними. Рука Чуи взметнулась вверх, и удар пришёлся Осаму по лицу.
- Сволочь! - прошипел Чуя и вновь замахнулся, но Дазай перехватил его руку, толкнул к стене и впился в губы жадным поцелуем.
Чуя попытался его оттолкнуть, но голова закружилась сильнее, а сердце забилось так быстро, что на миг у него перехватило дыхание.
Накахара ощутил возбуждение Дазая, по его спине пробежали мурашки, а сознание будто начало ускользать. Не отдавая отчёт своим действиям, он зарылся пальцами в каштановые волосы, страстно отвечая на поцелуй.
Едва войдя в комнату, Дазай почувствовал феромоны омеги. Он сразу понял: что-то изменилось. Когда Чуя приблизился, его феромоны стали ощущаться сильнее. Это сводило с ума. Сердцебиение ускорилось, а мысли куда-то выветрились, оставляя лишь одну: Чуя здесь, он рядом - слишком близко. Даже его удар не отрезвил - Дазай будто его не почувствовал.
Они целовались долго и жадно. Дыхание обоих окончательно сбилось. Руки Осаму скользнули на талию Чуи и быстро расправились с широким поясом. Затем Дазай развязал тонкие завязки-шнурки изнутри кимоно и распахнул по́лы, проводя ладонью по животу Накахары. Тот не возражал. Дазай чувствовал, что он его хочет. От этого кровь ударила в голову и застучала в висках.
Он принялся осыпать поцелуями шею Чуи, затем прижал его к стене всем телом. Накахара откинул голову назад и застонал.
Дазай скользнул ладонями под кимоно, провёл рукой по разгорячённой коже, спуская ткань с левого плеча. Затем он поднял Чую на руки и швырнул на постель, тут же вновь накрывая его губы поцелуем и стягивая с него нижнее бельё.
Чуя закинул руки ему на шею и ответил на поцелуй. Дазай нащупал колечко мышц: оно было влажным, горячим, слегка припухшим и таким желанным. Его палец вошёл довольно легко и Дазай понял: Чуя готов его принять.
Он оторвался от его губ. Чуя быстро развязал пояс на кимоно Дазая. Тот расправился со шнуровкой на своей одежде и стянул с себя нижнее бельё, нависая над Чуей и целуя его в шею.
Накахара ощутил, как что-то твёрдое упирается в его проход, а Дазай двинул бёдрами вперёд, проникая в тело омеги на треть. Низ живота Чуи обожгло приятным теплом. Он впился пальцами в плечи Осаму и прогнулся в спине, застонав. Дазай снова толкнулся в разгорячённое нутро, со стоном погружаясь почти до конца. Его руки сжали упругие ягодицы и двинули Чую к бёдрам. С губ Накахары сорвался протяжный стон, когда всё тело прошибло приятным разрядом.
Он обхватил Осаму ногами за талию и двинулся ему навстречу, насаживаясь на член полностью. Дазай сделал ещё один резкий толчок, его горячее дыхание обожгло кожу. Чуя вскрикнул, ощутив, как огромный член проехался по простате, подарив целый фейерверк ощущений и эмоций.
Дазай принялся быстро выбиваться в податливое тело, проникая внутрь со звуками влажных хлюпов и быстрых шлепков. Чуя стонал и громко вскрикивал, сжимая пальцы на плечах любовника всё сильнее и подаваясь бёдрами вперёд. Внизу живота разгорался настоящий пожар и с каждым толчком Дазая он только усиливался. Чуя казалось, что он сгорит в этом пламени, если тот остановится хоть на секунду.
- А-ах, - сорвалось с его губ. - Не останавливайся.
- Ни за что, - выдохнул Осаму, яростно вбиваясь в Накахару и до боли сжимая его бёдра.
Тела парней двигались навстречу друг другу, словно в каком-то безумном танце. Сердцебиение обоих участилось, а дыхание было прерывистым. С губ срывались протяжные стоны и крики, кожу покрывали прозрачные капельки пота, а звуки шлепков бёдер о бёдра стали слышаться чаще.
Внизу живота Чуи полыхало настоящее пламя, а потом там будто что-то взорвалось, разливаясь по всему телу потоками раскалённой лавы. Он больно впился ногтями в плечи Дазая, прогнулся в спине и задрожал, с громким криками изливаясь на свой живот и живот Дазая.
Чуя сжался вокруг его члена несколько раз и ощутил, что Осаму внутри стало ещё больше. Тот хрипло застонал, сделав резкий и глубокий толчок, прижимаясь к Чуе всем телом. Накахара понял, что Дазай тоже кончил. Он попытался выйти, но не получилось. Осаму словно застрял. Тогда он сделал ещё один резкий и глубокий толчок - по телу Чуи пробежала дрожь, и его вновь накрыло обжигающими волнами оргазма.
- Чёрт, - сорвался то ли стон, то ли крик с губ Дазая, когда он кончал во второй раз.
Накахара плотно прижался к его бёдрам своими ягодицами и ощутил ещё один резкий толчок - его накрыло третьим оргазмом, и он выкрикнул:
- Сука!
Дазай застонал и обмяк на нём сверху, часто и прерывисто дыша. Минут через пять он снова попытался выйти из Чуи и у него это получилось сделать. Он откатился в сторону и уставился в потолок.
Возбуждение прошло, и Чуя взглянул на ситуацию трезво. Ему стало как-то не по себе из-за того, что между ними произошло. Да, за время отсутствия Дазая, Чуя думал об этом - о том, как бы это могло быть и он не был разочарован, но сейчас не знал, что сказать, да и стоит ли. На самом деле он бы предпочёл остаться в комнате один. К тому же молчание Дазая било по ушам сильнее любого самого громкого звука. Дазай жалеет или слишком доволен собой? А может, он тоже не знает, что сказать?
Накахара натянул на себя простынь и отвернулся. Через минуту он ощутил прикосновение к своему плечу, а затем тёплое дыхание на коже.
- О чём ты думаешь? - прошептал Дазай.
Чуя не ответил, и Осаму развернул его лицом к себе. Их взгляды встретились.
- Жалеешь? - спросил он.
- Я не готов был у этому, - выдавил Чуя.
- А по-моему, очень даже готов. Ты же хотел меня.
- Нет, - буркнул Чуя.
- Нет? - Дазай усмехнулся. - Мне так не показалось. Чуя, зачем отрицать очевидное? Нас влечёт друг к другу. В этом нет ничего плохого, особенно в этом мире.
- Меня никогда к тебе не влекло, - возразил Накахара. - Ты меня бесишь.
- Правда?
Дазай слегка улыбнулся и коснулся губами щеки Накахары, тот раздражённо дёрнул головой.
- Отвали, - отмахнулся Чуя.
- Я знаю почему ты бесишься, - сказал Дазай.
- Да ну?
Чуя перевёл на него взгляд. В его глазах сверкнула злость.
- Да, - Дазай слегка пожал плечами. - Тебе понравилось, но ты не можешь этого признать, поэтому злишься.
- Пошёл к чёрту! - прошипел Чуя и попытался подняться с постели, но Дазай поймал его за руку и дёрнул на себя.
- Эй, - возмущённо протянул Накахара, свалившись рядом с ним.
Дазай притянул его к себе. Чуя попытался его оттолкнуть, но Дазай держал крепко. Затем его губы коснулись губ Чуи. Тот дёрнулся, отворачиваясь, а Дазай прошептал:
- Всё изменилось, Чуя. Мы попали в этот мир и тоже изменились.
- Изменились? - Накахара усмехнулся. - Я не верю, что ты изменился.
- Я думал, ты это почувствовал.
- Нет.
Дазай посмотрел на Чую с искренним удивлением и захлопал длинными ресницами. Его рука легла на бедро Чуи. По спине того табуном пробежали мурашки.
- Правда? Тогда проверим ещё раз?
Чуя резко скинул его руку и отстранился.
- Извращенец. У тебя только одно на уме.
- А у тебя нет? Ты ведь сам этого хотел.
Накахара фыркнул и отвернулся.
- Ты раньше бывал снизу? - вдруг поинтересовался Дазай.
- Почему ты спрашиваешь?
- Хочу узнать о тебе побольше.
- Несколько раз, - ответил Чуя. - Но ты прав. Тогда было всё иначе, - неожиданно добавил он. - Совсем не так, как сейчас.
- Да. И это неоспоримо.
Чуя снова развернулся к Дазаю лицом.
- Где ты был? - спросил он.
- Чу-уя, - протянул Осаму. - Так ты переживал?
Накахара снова фыркнул и зло бросил:
- Заткнись.
- Вспыхнуло несколько очагов восстания, - всё-таки ответил Дазай. - Я решил принять личное участие в их подавлении.
- Зачем? Это же опасно.
Дазай слегка улыбнулся.
- Не опасней, чем находиться здесь.
- В смысле?
- После того, как мы вернулись с прогулки, на меня покушались.
- Вот как? - машинально обронил Чуя, почувствовав, как сердце сжимается в груди от тревоги. - С тобой всё в порядке?
- Всё нормально, - ответил Дазай.
- А если это повторится?
- Всё может быть. Потому я и хожу с охраной.
- Почему ты меня не предупредил, что уезжаешь?
Дазай пожал плечами.
- Замотался, забыл.
- Забыл? - повторил Чуя и стукнул Дазая в плечо. Его глаза метали молнии. - Тебя не было два дня, и я не знал, что думать.
- Значит, Чуечка всё-таки переживал за меня, - с улыбкой сказал Дазай, а Накахара снова стукнул его в плечо.
- Пошёл ты!
- Не могу, - с ухмылкой ответил Осаму. - Я слишком сильно тебя хочу.
Он развернул Чую к себе спиной и сдёрнул с него простынь. Тот ощутил, как твёрдый член упирается между его ягодиц. Накахара тоже чувствовал возбуждение, несмотря на то что кончил три раза. Но признавать, что он хочет Дазая, не желал, поэтому двинул его локтём и прошипел:
- Отвали!
Дазай не обратил на его слова внимания. Он сжал ягодицы Чуи и толкнулся внутрь. Крупный член альфы проехался по простате, обдав низ живота омеги горячей волной. Тот коротко вскрикнул и непроизвольно двинул бёдрами ему навстречу, принимая его в себя без остатка.
- Нравится? - прошептал Дазай, слегка прикусывая кожу на шее Чуи и снова толкаясь в его тело.
- Урод, - прошипел Накахара и не смог сдержать стона, а Дазай вновь резко толкнулся внутрь и, сразу же взяв ускоренный темп, принялся быстро вбиваться в податливое тело.
Внизу живота Чуи будто вспыхнуло пламя. С каждым движением бёдер Осаму оно нарастало, становясь всё сильнее. Сердце бешено колотилось в груди, а дыхание стало прерывистым. От ощущуний у Чуи кругом шла голова. В висках громко стучала кровь, а тело покрылось крупными капельками пота. Он громко постанывал и вскрикивал, насаживаясь на член всё быстрее. Дазай крепко сжимал его бёдра и быстро их двигал к своим, проникая в партнёра всё глубже.
- Сука! - почти выкрикнул Чуя.
Дазай обхватил рукой его член и принялся интенсивно двигать ладонью, толкаясь в тело любовника всё грубее и резче.
Осаму почувствовал его дрожь и понял, что Чуя почти дошёл до предела. Он и сам был уже на грани, его движения стали ещё быстрее.
- Сука! Дазай! - выкрикнул Накахара.
Дазай застонал и кончил внутрь омеги, ощутив, как ладонь становится мокрой от чужого семени. Он снова толкнулся вперёд, понимая, что выйти сейчас не сможет. Его накрыло вторым оргазмом, а затем и третьим. Чуя тоже дважды излился в его ладонь, и они оба замерли, пытаясь отдышаться и привести в норму пульс.
- Почему так? - тихо спросил Чуя, а Дазай вытер руку о простынь и произнёс, целуя его в плечо:
- Ты о чём?
- О том, что ты застряёшь во мне и тебя.. - Чуя запнулся, раздумывая над тем, как это ощущение описать словами.
Дазай усмехнулся.
- Становится слишком много?
- Что-то вроде того.
- Понятия не имею. Видимо, такова физиология здешних людей. После оргазма происходит что-то вроде сцепки, как у собак.
- Фу, - фыркнул Накахара. - Ну и сравнение.
Дазай пожал плечами.
- Я лишь называю вещи своими именами.
- А это состояние...
- Какое состояние?
- Сильного возбуждения. Оно нахлынуло так внезапно и...
- О Чуя, - перебил его Дазай, - если бы я знал, что ты так сильно хочешь, чтобы я тебе вдул, пришёл бы раньше, - с усмешкой произнёс Осаму.
- Завали, - буркнул Чуя, но беззлобно.
Он встал с постели, но Дазай схватил его за руку и потянул на себя. Чуя снова свалился рядом, а Дазай навис над ним сверху. Накахара упёрся руками в его грудь, вновь ощущая головокружение и какие-то странные бабочки внизу живота.
- Ты сводишь меня с ума, - прошептал Осаму в его губы.
Он смотрел в голубые глаза примерно с минуту, а затем поцеловал Чую, оглаживая разгорячённую кожу на его плечах. Накахара зарылся пальцами в его волосы и ответил на поцелуй, прикрывая глаза, ощущая, как крупный орган, раздвигая нежную плоть, вновь входит в его тело.
Красотища