The freak circus 🎪

Пьеро~

Ты не видела Пьеро целый день, что было крайне удивительно и совсем на него не похоже. Обычно каждую свободную минуту он проводил у тебя на работе, тихо мозоля глаз — в самом милом и уютном смысле этого слова. Красный мим усаживался за стойку, неизменно заказывая клубнично-кофейный милкшейк со взбитыми сливками и влюблёнными, сияющими золотистыми глазами наблюдал за твоими движениями. На публике вы не могли говорить открыто — были лишь твои тихие разговоры о прошедшем дне, пока ты протирала стойку. А Пьеро ловил каждое твоё слово, каждый мимолётный взгляд, жадно и бережно проглатывая их, словно величайшую драгоценность.

Интересно, испугалась бы ты, если бы узнала, что именно творишь с сердцем и разумом этого монстра? Убежала бы в страхе? Или начала бы смотреть на него с нескрываемым отвращением и злостью?

Нет, ты ведь не поступила бы так, верно? Ты слишком добрая, слишком чистая и светлая, чтобы быть обычным человеком. Ты — его любимая, милая леди. Ты защищала его от злых прохожих и всегда так тепло улыбалась на все его небольшие подарки... Ты ведь тоже любишь его, просто пока сама не понимаешь этого. Но Пьеро готов ждать. Он будет ждать тебя хоть целую вечность — у него хватит терпения и той огромной, всепоглощающей любви, которой хватит на вас обоих.

Правда, Арлекин стал позволять себе слишком многое по отношению к тебе. Пьеро до сих пор до скрежета зубов помнит, как скользкие, зелёные щупальца Арлекина лапали тебя в его шатре. Его ядовито-кокетливые, приторные слова, которые буквально въедались в твою нежную кожу... Как его раздвоенный язык медленно проходился по твоей шее, пока ты испуганно дрожала, прижатая поясницей к какой-то пыльной коробке в полумраке.

Мерзко. Невыносимо мерзко.

Ты уставшая шла с работы, однако на душе было неспокойно. Сегодня в кофейню не пришёл ни Пьеро, ни Арлекин. Конечно, видеть зелёного артиста после того случая в его шатре было невыносимо, но это затишье было пугающим. Арлекин заглянул бы к тебе в любом случае — неважно, сколько бы раз ты ни повторяла, что не рассматриваешь его в романтическом плане. И Пьеро... ты очень волновалась за него. Не натворил ли он глупостей? Или, может, с ним что-то случилось, когда он раздавал листовки на улицах городка?

Пытаясь вставить ключ в замочную скважину, ты не сразу поняла, почему дверь так легко поддалась. Она была не заперта. Кто-то проник к тебе в квартиру, пока ты работала, и этот кто-то явно был твоим большим красным мимом, который сегодня игнорировал тебя целый день.

Стоило тебе сделать шаг за порог, как чьи-то сильные руки мгновенно утащили тебя в темноту. Тебя мягко прижали к широкой груди, и в нос тут же ударил знакомый, сладковатый аромат ванили и терпкого мускуса. Это точно был Пьеро.

Он мелко дрожал, до боли в рёбрах сжимая тебя в своих объятиях и ласково тёрся маской о твою макушку. Ты слышала, как гулко и быстро бьётся сердце в его груди, словно пытаясь убаюкать тебя и унять твой собственный страх.

Твои глаза уже немного привыкли к темноте, и ты почувствовала пальцами странные мокрые пятна на его одежде. Присмотревшись, ты вздрогнула — это была кровь.

— Пьеро! Неужели тебя снова кто-то ранил? — ты резко оторвала голову от его груди, взволнованно всматриваясь в бледный фарфор маски в поиске ран.

— Моя леди, я в порядке, — сипло отозвался Пьеро. Он осторожно перехватил твою ладонь, прижимая её к своей бледной щеке и ласкаясь о неё, как щенок. — Она не моя...

— Что? — ты вопросительно наклонила голову набок, не услышав его последнюю фразу.

— Арлекин не побеспокоит вас в ближайшие несколько дней, моя леди.

Не дав тебе опомниться и осмыслить сказанное, Пьеро прильнул к твоей шее, жадно вдыхая пьянящий аромат. Он осыпал кожу мелкими поцелуями, обжигая кожу горячим дыханием. Его длинные когтистые пальцы потянулись к твоей рубашке и с глухим треском рванули ткань, вырывая несколько пуговиц. Ты попыталась остановить его, слабо ударив кулаком по плечу, как вдруг почувствовала влажный, шершавый язык. Он медленно, смакуя каждый миллиметр прочертил невидимую дорожку от ключиц до самого уха, заставляя колени твои подкоситься.

Пьеро посасывал твою кожу, оставляя темнеющие багровые следы, а затем ты болезненно ахнула от резкого укуса. Красный мим глубоко запустил свои острые клыки в твою плоть, стараясь не слишком увлекаться, чтобы случайно не откусить от тебя кусочек. Оторвавшись от раны, он тщательно, успокаивающе зализал отметину, почти пьянея от сладкого металлического вкуса твоей крови.

Ты чувствовала сильное, пульсирующее жжение на шее, понимая: эта рана не сойдёт ещё несколько дней и спрятать её от чужих глаз будет крайне проблематично.

— Дурачок... — ты дала ему слабый щелбан, заставляя его наконец оторваться от твоей шее и поднять на тебя свои золотые глаза. — Если ревнуешь, то мог бы просто сказать об этом.

— Прошу прощения, моя госпожа, — прошептал Пьеро.

Однако в его вкрадчивой интонации ты не уловила ни капли раскаяния — только довольное, сытое урчание и победную улыбку.

Арлекин~

Арлекина было сложно воспринимать всерьёз, учитывая его вечно дразнящую и кокетливую натуру. Даже раздавая листовки горожанам, он умудрялся заигрывать и флиртовать со всеми подряд. «Привлекаю новых посетителей в наш цирк» — лениво оправдывался он, хотя сам не раз тайком вручал несчастным прохожим розовые билеты. Однако никто в труппе и помыслить не мог, что обычная девушка-бариста из кофейни так запросто и прочно сосредоточит всё внимание этого ядовитого змея на себе.

Арлекин просто обожал шептать тебе насмешливо-ласково «котёнок» или «киса», с упоением наблюдая, как ты буквально закипаешь и краснеешь от злости. Казалось бы, это было его привычным поведением... тогда почему же обитатели цирка стали замечали столь странные и необычные перемены в своём собрате?

Он просто-напросто лгал сам себе. Лгал каждый раз, провожая твою фигуру голодным изумрудным взглядом. Лгал себе, когда твердил, что хочет лишь затащить тебя в постель на одну ночь и забыть на следующий же день. И всё началось из-за каких-то смазливых, стереотипных фраз и действий, которыми ты невзначай одаривала его день за днём.

Арлекин искренне не понимал, как мог так глупо повестись на простое тепло твоих рук и пару ласковых слов. На такую дешёвую наивность был бы способен разве что сентиментальный Пьеро, но никак не он. Тогда почему же его сердце так приятно, так сладко сжималось и трепетало от каждого твоего прикосновения? Неужели взаправду в этом мире существует та, которая способна горячо полюбить его?

Поэтому ему было до скрежета зубов противно видеть, как какой-то наглый клиент открыто флиртует с тобой, пытаясь всячески прикоснуться к твоим рукам. А ты... ты неловко улыбалась и осторожно пыталась отказать ему. На таких приставучих типов не работают мягкие действия — с ними нужно поступать жёстче. Или просто играючи показать этому ничтожеству, где его законное место.

— Котёнок, вот ты где! — раздался за твоей спиной шелестящий голос Арлекина. Он по-хозяйски обвил руку вокруг твоей талии, крепко прижимая тебя к своему телу.

Ты не успела и слова вымолвить, как зелёный артист резко прильнул к твоим губам. Воспользовавшись твоим замешательством, он без стеснения запустил свой раздвоенный язык в твой рот, кружась и дразняще сплетаясь с твоим. Нос защекотал знакомый плотный аромат ночного жасмина, дополненный сладостью фруктов и теплотой амбры. Ты чувствовала, как ноги становятся ватными, а голова начинает кружиться от недостатка кислорода. Только спустя минуту Арлекин с тихим, тягучем звуком нехотя оторвался от твоих губ, с удовлетворением наблюдая, как они покраснели и слегка припухли от его напора.

Назойливый гость же быстро ретировался — толи из-за неловкости момента, то ли из-за пугающего блеска зелёных глаз и клыкастой усмешки.

— М-да, киса, целуешься ты так себе, — Арлекин внезапно отпустил твою талию, отходя на несколько шагов и дразняще облизываясь. — Да и со вкусом в мужчинах у тебя явные проблемы.

— Арлекин, ты что здесь устроил?! — ты покраснела, словно рак, сжимая кулаки, едва сдерживая крик.

— Тише-тише, котёнок, — он в примирительном жесте выставил ладони вперёд, ухмыляясь ещё шире и наглее. — Давай перенесём наше свидание на вечер. Сразу после моего шоу... я буду ждать тебя в своём шатре. А сейчас прошу прощения, но мне нужно разобраться с одним маленьким дельцем. До встречи, киса!

Арлекин скрылся за дверью, оставив тебя стоять посреди кофейни в немом ступоре, с бешено колотящимся в груди сердцем. Он совершенно неисправим.