The freak circus 🎪

Благодарю за заказы 🩷 И заранее прошу прощения, если эта часть вышла не такой, какой вы её себе представляли

Статус: симпатия с обеих сторон

Пьеро~

Пьеро по натуре крайне прилипчив, когда дело касается тебя. Он обожает подолгу держаться за руки, сжимать тебя в своих почти медвежьих объятиях или собственнически класть свою когтистую ладонь на твоё плечо или колено. Так он видел проявление своей (слегка больной) любви, помимо хвалебных од, посвящённых тебе. Серьёзно, Пьеро готов всем своим существом обожествлять и защищать тебя в любое время дня и ночи. И то, что заставляло его сердце трепетать в груди, а маску покрываться густым слоем румянца, так это твоя взаимность.

Ты никогда не была против его неожиданных порывов нежности и даже сама часто проявляла инициативу, вызывая у него тихий, восторженный рокот. Но после того, как Арлекин узнал о чувствах Пьеро и принялся всячески дразнить и выводить его из себя, мим всерьёз задумался.

«Если моя леди такая светлая и ласковая, может ли она быть такой же не только со мной, но и с другими?» — мрачно думал он, натачивая свои ножи для выступлений.

                                       *****

Пьеро осторожно выглядывал из-за полога своего красного шатра, стараясь разыскать твою фигуру в огромной толпе посетителей. Утром он заглянул в кафе, где ты работаешь, и ты пообещала прийти сегодня вечером на его выступление. Если бы кто-то сейчас увидел его, то он показался бы побитым, преданным щенком, который ждёт своего хозяина после долгой разлуки. Однако тебя всё ещё не было видно...

До начала выступления было ещё несколько минут, поэтому Пьеро решил отправиться на твои поиски. А что если какой-то человек пристаёт к тебе? Или ты поранилась и не можешь идти? Он часто оправдывал свою одержимость бесконечной заботой о тебе — даже не стеснялся проникать в квартиру через балкон, чтобы полюбоваться твоим спящим личиком.

Красный монстр бродил между палатками с карамельным попкорном и сладкими яблоками в блестящей глазури. Посетители оглядывались и откровенно пялились на циркового артиста, но Пьеро не замечал их взглядов. Он шёл по твоему едва уловимому аромату, восстанавливая в памяти каждый твой шаг: ты зашла через главный вход, задержалась у закусок (он же просил тебя ничего не покупать здесь!) и потом ушла обратно в сторону разноцветных шатров. След привёл его прямиком к зелёному шатру — территории Арлекина. Его шоу давно закончилось, все зрители разошлись, и на пустых трибунах не осталось никого, кроме тебя и этого хитрого монстра.

Пальцы Пьеро привычно скользнули по рукояткам ножей, как вдруг извнутри шатра раздался твой вскрик и звук глухого удара. Приоткрыв полог, он замер, наблюдая красноречивую картину: Арлекин держал маску, от которой отлетел небольшой кусок, а ты стояла напротив с вытянутой рукой, часто и прерывисто дыша.

— А вот и твой рыцарь в красных доспехах пожаловал, — оскалился в зубастой улыбке Арлекин, заметив вошедшего.

— Что ты с ней сделал? — прорычал Пьеро, сжимая руки в кулаках. Зелёный монстр лишь закатил глаза, изображая невинность.

— Как я могу причинить вред мэм, Пьеро? Мы просто мило беседовали, а потом котёнок решил выпустить свои коготки.

— Пьеро, давай уйдём отсюда, пожалуйста... — одними губами прошептала ты. Руки всё ещё тряслись из-за недавних приставаний и горячего шёпота Арлекина.

Ты подошла к Пьеро, настойчиво увлекая его за собой к выходу. Монстр, повинуясь твоей немой просьбе, лишь бросил последний полный ненависти взгляд на соперника. А тот лишь хмыкнул, размышляя о том, как бы рассказать Шуту такую волнующую новость.

Ты никогда не любила чужих прикосновений, особенно если они были совершены без твоего согласия. Именно этим и напугал Арлекин. Он прижал тебя к стене, бесцеремонно исследуя руками твоё тело и шепча на ухо, что он может быть гораздо лучше Пьеро и более опытен в том, как доставлять настоящее удовольствие девушке. Тебе было противно чувствовать и слышать подобное, поэтому ты ударила его, когда тот отвлёкся на шум снаружи. А затем в шатре появился мим.

Присев на трибуны в шатре Пьеро, ты продолжала сжимать его ладонь, отказываясь отпускать её. Почему-то его прикосновения казались такими нежными и тёплыми, что ты невольно таяла под ними, наконец обретая долгожданное спокойствие.

— Моя леди... — робко позвал он, не в силах умалчивать увиденную сцену, — вы в порядке? Он не ранил вас?

Ты отрицательно покачала головой, обнимая и прижимаясь к монстру. От него пахло ванилью и мускусом, сочетание которое ты успела полюбить. Пьеро покраснел, ещё крепче сжимая тебя в своих руках.

— ...я люблю, когда меня касаешься только ты, — сонно пробормотала ты, слушая громкий стук его сердца. Если бы ты подняла голову в этот момент, то смогла бы увидеть расширенные сумасшедшие чёрные склеры глаз, в которых пляшут золотые зрачки-сердечки.

Арлекин~

Арлекин никогда и никому не показывал свою уязвимую сторону. Прожитые века и жестокие люди научили его скрывать свои слабые места и тому, как быстро превратиться из жертвы в настоящего хищника. Он был самым младшим в цирковой труппе, но при этом достаточно надоедливым и опасным для своих жертв.

Арлекин ещё в далёком детстве выучил правило: самое лучшее получает самый сильный, за ним идут приближенные или полезные и только в самом конце — одинокие и слабые. От последних нет никакого толку, а значит, и делиться с ними едой не нужно. Зелёный монстр был хитрым: он, подобно клещу, вцеплялся в кого-нибудь посильнее и жадно высасывал его кровь и силы. Да и живучим он был, как это противное насекомое — сразу не убьёшь, а если немного надломишь, то только сильнее продолжит вгрызаться в кожу.

И вот однажды, в очередном городе, где они остановились, появилась ты. Странная маленькая девушка, которая смотрела его кукольные спектакли с застывшими слезами на глазах. Но, несмотря на всю сентиментальность, ты оказалась очень острой на язык, иначе как можно было вынести его ежедневные подколы?

*****

Сейчас Арлекин сидел за стойкой, поближе к твоему рабоче месту, и вертел трубочкой в стакане с кофе. Этот чёрт пришёл за пять минут до закрытия и теперь просто сидел здесь. Как он пояснил: «Я пришёл составить компанию одной сварливой мисс, а то она здесь со скуки завянет».

— Вы так на меня смотрите, неужели влюбились? — игриво спросил монстр, сверкая изумрудными глазами.

— Арлекин, просто заткнись и пей свой кофе, — твой глаз начал невольно дёргаться от такой компании. — Я должна была закрыться ещё двадцать минут назад.

Ты скользнула взглядом по одежде Арлекина, которая была, на удивление, совершенно обычной. На нём было тёмно-серое худи, на талии повязана кофта в тон. Нижнюю часть лица закрывала чёрная тканевая маска, а капюшон и кепка скрывали вьющиеся короткие угольные пряди. Наверное, цирк сегодня не работал, поэтому он решил устроить представление здесь.

Однако Арлекин казался напряжённым и отстранённым, словно летает в своих мыслях очень далеко отсюда.

— Я заметила, что Пьеро, кажется его так зовут, стал часто заглядывать к моей коллеге сюда, — невзначай начала ты, краем глаза увидев, как он вздрогнул.

— А, это... Она ему как-то помогла, вот и носится теперь с ней, как влюблённый идиот.

— Арлекин, если ты продолжишь бубнить в том же духе, я решу, что ты ревнуешь.

Зелёный монстр поперхнулся воздухом и зашёлся в громком кашле. Вау, тебе удалось выбить его из привычного равновесия.

— Porra!* — выругался он. — С чего ты вообще это взяла? Я лишь считаю, что глупо выбирать того, кто постоянно молчит и не способен открыто проявлять свои эмоции.

— Ты тоже хочешь, чтобы тебя обняли? — ты поймала его взгляд, спокойно улыбаясь.

Арлекин замер, чёрные склеры непроизвольно расширились. А очередная колкая фраза застряла комом в горле.

— Зачем тебе это? — хрипло спросил он.

Ты обошла стойку, вставая прямо напротив монстра. Вы не отводили друг от друга глаз, внимательно следя за каждым действием и реакцией. В твоём взоре он прочитал немой вопрос: «Могу ли я?». Даже при таком дерзком поведении ты оставалась всё той же ласковой и пугливой девушкой, которой была в день вашей первой встречи. И которую он запомнил и подарил свой зелёный билет.

Не заметив сопротивления, ты осторожно обняла монстра за шею, вдыхая сладковатый, дурманящий аромат жасмина в ночи. Арлекин застыл, боясь лишний раз вздохнуть, будто это могло оттолкнуть тебя, но затем мягко обхватил твоё тело.

«Прости, что так резко... я давно никого не обнимала, и... очень хотела сделать это с тобой» — тихо прошептала ты ему в плечо. 

Думаю, со временем он увидит, что единственный, к кому ты прикасаешься — это он, и даже возгордится этим, будто павлин.

Шут~

Шут не любил, когда кто-либо к нему прикасался, если только он сам не являлся инициатором. Вероятно, так ему было проще держать всё под контролем своих фиолетовых острых глаз. Однако, с недавних пор — с приезда в этот город, ему стала слишком часто попадаться одна маленькая мышка, которая по мере их дальнейших встреч сильно осмелела. Она могла, как ей казалось, незаметно прикоснуться к его руке или краю роскошного костюма. Это заинтересовало Шута, и поэтому он вручил ей свой билет.

В первые вечера, когда ты приходила на его выступления, монстр замечал в твоих глазах страх, смешанный с жалостью — необычно для таких существ, как люди. На пятое представление ты явилась к нему с букетом белых лилий, поблагодарив его за потрясающую игру и полную отдачу на шоу. Ты думала, что он не понял, но Шут ясно видел, как ты попыталась коснуться его, передавая красивые цветы в изящной обёртке. Обычно он выкидывает все подарки от посетителей, но твой букет решил сохранить. Слишком уж миленькая мышка ему попалась.

    *****

Ты была в кофейне, подметая пол. Босс решил закрыться сегодня пораньше, сказав: «В такой ливень будет мало клиентов, да и тебе надо бы отдохнуть». Сам мужчина ушёл полчаса назад, наказав напоследок долго не задерживаться. Но ты не могла уйти, пока тщательно не приберёшься в помещении, да и было бы некрасиво сваливать эту работу на твоего сменщика.

Дверной колокольчик зазвенел мелодичной трелью, оповещая о приходе клиента.

— Прошу прощения, но мы закрыты, — ты подняла голову, столкнувшись с раздражённой маской Шута.

Он стоял насквозь промокший в своем шутовском костюме; холодные капли падали на пол, образовывая небольшую лужу под ним. Монстр небрежно откинул прилипшие лиловые волосы со лба, выругавшись на иностранном языке.

— Здравствуйте... — ты продолжила откровенно рассматривать его, игнорируя хмурый взгляд.

Шут едва заметно кивнул и элегантно присел на диванчик у панорамного окна, закинув ногу на ногу. Ты только убрала всё, а теперь придётся ещё и вытирать пол и стол... И как, чёрт возьми, ты сможешь высушить этот красный диван?!

— Эм... может вам принести полотенце?..

— Звучит заманчиво, — отозвался он.

«Почему он завалился в кафе, испоганил весь мой труд и ведёт себя так, будто я ему ещё и должна?!» — ты сжимала мягкое полотенце так, что костяшки побелели, и с натянутой улыбкой протянула полотенце Шуту.

Он, сняв свой шутовской колпак, стал просушивать свои длинные волосы. На голове над лбом у него виднелись два небольших белоснежных рожка, которые постоянно привлекали твоё внимание. Интересно, какими они будут на ощупь? Гладкие они или шероховатые?

— Это всего лишь часть моей маски, не надумай ничего лишнего, — бросил монстр, словно прочитав твои мысли.

Ты смутилась, чувствуя, как щёки порозовели от такого прямого замечания. Поэтому ты быстро отвернулась и пошла к кофемашине, включая её и доставая нужные ингредиенты.

— Может... вы хотите кофе?..

— Не откажусь. Двойной эспрессо, будь любезна. И, — добавил он после секундной паузы с холодной сталью, — я не буду его пить, если он получится ужасным на вкус.

Приготовив напиток, ты поставила маленькую белую чашку перед Шутом, затаив дыхание. Своими тонкими пальцами он взял её, вдыхая горьковатый кофейный аромат с кисло-сладкими нотками цитруса. Неужели мышка запомнила, что он предпочитает именно такое сочетание? Необычно...

— Хорошо, — тяжело вздохнул Шут, отпивая кофе. — Ты можешь посушить мне волосы. И только потому, что кофе ты делаешь приемлемым.

Твои глаза буквально засияли, и ты сразу же схватилась за полотенце, аккуратно промакивая ему мокрые пряди. От монстра пахло свежестью, грейпфрутом и дорогим шампунем. Он всегда казался тебе очень привлекательным и загадочным, оттого и притягивал к себе.

Дождь внезапно прекратился, и солнце залило кофейню тёплым светом. Лучи скользнули по застывшим чертам маски, а лиловые волосы мягко засияли в солнечном блеске.

— ...красивый, — прошептала ты.

Шут резко встал и надел свой колпак. Схватив тебя за подбородок, он наклонился к твоему лицу, проговорив тихим, дразнящим голосом:

— Мышка, ты всегда такая легкомысленная или это только со мной?

— Я... — ты сглотнула и кивнула, заалев, как июльский мак.

— Мм, вот как, — его маска растянулась в широкой ухмылке. Он лизнул мочку твоего уха, посылая дрожь по телу. — Запомни, что я всегда смогу заметить, если ты мне соврёшь.

Билетёр~

Ты жила (точнее, томилась в плену) в цирке уже два месяца. Забрали тебя монстры по одной простой причине: слишком много увидела и узнала об их скрытой от других жизни. Никто почему-то не промыл тебе мозги и не убил. Было ощущение, будто ты не прочитала мелкий шрифт в трудовом договоре и попала в своеобразное рабство в жутком странствующем цирке, в которое входила весьма специфическая «доставка»: удар в шею ночью на улице и грязный мешок на голову.

Почему до сих пор не сожрали — ты так и не поняла. Вместо этого тебя заперли в синем шатре. Первое время ты сидела, забившись в угол, как испуганный котёнок, вздрагивая от каждого звука и взгляда сапфировых глаз.

Билетёр пугал своей молчаливость и ледяной строгостью. Первые две недели ты просидела без дела, но затем он начал нагружать тебя работой — разбор бухгалтерии. Нужно было раскладывать бумаги по датам, утилизировать старые квитанции или заполнять новые бланки. Ты ожидала увидеть в этих архивах нечто душераздирающее, например, списки жертв или что-то похуже. Однако там были обычные сухие отчёты, данные о доходах цирка и планы расходов на ближайший месяц.

*****

Ты сидела напротив монстра, который скрупулёзно заполнял какой-то документ, не обращая на тебя никакого внимания. Сейчас он был без своего привычного цилиндра и пиджака, оставаясь в одной белоснежной рубашке. Его чёрные волосы лежали в идеальной укладке — волосок к волоску; и выглядели очень заманчиво. В твоей голове то и дело проскальзывала мысль о том, чтобы запустить руку в его волосы, проверяя их на мягкость.

Билетёр, как ты поняла, был крайне щепетилен в вопросах своего внешнего вида: всегда безупречно чистая одежда и уход за волосами с особым трепетом (ты даже как-то подслушала, как он советовал Шуту поменять свой шампунь).

Одна непослушная прядь волос неожиданно упала монстру на лоб. И пускай она никак не мешала ему продолжать работу, ты не могла отвести от неё взгляд. То ли этот завиток так раздражал тебя в его безупречном образе, то ли ты просто искала предлог прикоснуться к нему — и судьба так милосердно преподнесла тебе этот шанс.

Ты осторожно вытянула руку, наконец-то касаясь его! Волосы были шелковистыми и очень мягкими — мечта каждой девушки. Продолжая завороженно приглаживать причёску Билетёра, ты не заметила, что в шатре затих скрип перьевой ручки о бумагу.

— Могу ли я поинтересоваться, что вы сейчас делаете? — холодно отозвался Билл, однако не отстраняясь от тебя.

— А... я... — ты остолбенела, так и застыв с ладонью, похороненной в чёрных локонах, отчаянно пытаясь найти себе достойное оправдание. — Тут одна прядь выбилась... ну... я её и вернула назад...

— Обычно такое занимает меньше минуты, — поправил тебя монстр. — Уж постарайтесь получше обосновать свои действия.

— ...эм, наверное...

Глупо было полагать, что Билетёр не заметил, как ты тянешься к нему: он слишком долго жил и умел подмечать детали, которые могли бы пропустить остальные члены цирковой труппы. Но ему очень интересно послушать именно твой ответ, не зря же он не заступился за тебя на том собрании, где решалась твоя судьба.

— ...порыв нежности?.. — неловко произнесла ты, чувствуя, как по виску стекает прохладная капля пота.

— Порыв нежности? — переспросил Билл, словно пробуя это словосочетание на вкус.

Ты затаила дыхание, боясь увидеть его реакцию. Монстр лишь молчаливо осмысливал твой поступок, смотря куда-то сквозь тебя. Ты уже давно отдёрнула руку и села на место, спрятав ладони под стол.

— И как часто вы проявляете подобные «порывы» по отношению к другим?

— Что? Нет! Я ни с кем... только с вами...

В тишине шатра послышалось какое-то странное, низкое утробное урчание, словно довольный кот благодарит кого-то за проявленную ласку. Наверное, послышалось...

— Кхм, — кашлянул Билетёр в кулак, возвращая себе бесстрастный вид. — Что ж. Вы можете иногда делать это... если не будете сильно отвлекать меня от работы.

Доктор~

Доктор — учёный и исследователь, поэтому ему просто необходимо изучать, наблюдать и касаться объекта, который привлёк его внимание. Но он бы и помыслить не мог, что однажды кто-то другой станет инициатором контакта, особенно если это не влечёт за собой никакой практической цели.

И вот в его жизни появилась одна очень интересная пациентка, которая, превозмогая страх, пыталась раз за разом как-то разговорить его (руки у тебя же связаны). А когда Доктор касался тебя — будь то проверка пульса или попытка испугать тебя шприцем; твой ритм сердца резко подскакивал, а щёки предательски розовели. «Очень необычная реакция», —  подмечал ворон каждый раз, когда ты посещала его мрачный аттракциона.

                                        *****

Ты вновь стоишь у главного входа в цирк, протягивая бирюзовый билет Билетёру. Он лишь на секунду задержал взгляд на плотной бумаге, а затем молча кивает, пропуская тебя внутрь. Синий монстр давно тебя запомнил и позволял пройти, даже не вчитываясь в билет. Возможно, ему стоило проявить больше бдительности, чтобы ты случайно не решила заглянуть за кулисы шоу, но Доктор настойчиво твердил, что ты — крайне любопытный образец. Билетёру оставалось только вздыхать и надеяться на благоразумие ворона.

Сама же ты и не думала о чём-то сверхъестественном или запретном. Ты  просто-напросто влюбилась в этого странного мужчину.

На входе стоял Дурак в розовом костюме и белой маске. Все эти работники в розовом казались тебе пугающими: почти не разговаривали и всё время словно витали в своих мыслях, не реагируя ни на кого, кроме главной пятёрке артистов. Ты также заметила, что на щеках у них изображены разные рисунки: ромбы, кресты, слёзы. Может, эти знаки что-то значат?

Подписав документ об отказе от любых претензий, ты вошла внутрь бирюзового шатра. Он встретил тебя мраком и могильным холодом; многочисленные куклы висели под куполом, мертвенно светя своими голубыми глазами.

— Здравствуй, милая, — низко пророкотал голос Доктора прямо у тебя за спиной. — Вы первая на моей памяти, кто так добросовестно следует предписаниям врача и регулярно приходит на осмотр...

— Ой, здравствуйте... — вздрогнула ты, оборачиваясь к высокой фигуре.

— Проходите и присаживайтесь.

Доктор размашистым шагом направился в сторону кресла, как внезапно замер, почувствовав прикосновение тёплой руки. Неважно, какими были твои руки на самом деле — прохладными или горячими — для ворона они будут казаться обжигающими. Он ощущал твой учащённый пульс и видел бегающий взгляд, но не мог понять причину. Ты боишься его? Или что-то напугало тебя по пути в шатёр?

— Что вы делаете? — наклонив голову в маске, спросил Доктор.

— Вы же сказали пройти к креслу, и, — ты сглотнула комок; голос слегка дрожал от волнения, — я подумала, что вы проведёте меня.

— Поэтому вы взяли меня за руку?

Ты робко кивнула, и вы вместе прошли к креслу.

Доктор стоял, пристально всматриваясь в твоё лицо, всё ещё не отпуская твою ладонь. Ты сидела, запрокинув голову и глядя на него снизу вверх. В этот раз он не пристегнул тебя к креслу кожаными ремнями, лишь был рядом. В тягучей тишине шатра ты слышала, как сердце стучало в висках, и улавливала тихий скрип шарниров деревянных кукол, висящих над твоей головой.

— Думаю, — наконец произнёс ворон, отпуская твою руку, — сегодня я проведу немного другие тесты.

Металлические предметы на столе громко звенели, страницы книг и тетрадей мягко шелестели под его пальцами. «Что за другие тесты?» — вертелся навязчивый вопрос в твоей голове.

— Вы же не будете отрезать мне кисть?.. Верно же?

— ...жаль. Это был бы очень интересный эксперимент. Однако, я проведу другой тест, — он подошёл с толстым блокнотом, придвигая стул и усаживаясь прямо на против тебя. — Прикоснитесь ко мне.

— Что?

— Вы можете прикоснуться ко мне так, как захотите, — прояснил он, готовя ручку для записи, — а я буду задавать вам вопросы и всё фиксировать.

Ты нерешительно протянула руку, касаясь его предплечья, скрытого под грубой чёрной тканью циркового костюма. У него были удивительно сильные, накачанные мышцы...

— Почему вы выбрали именно это место? Вы пытались найти опору?

— Нет, я... Просто захотела коснуться вас здесь. Без явной причины, думаю...

— Любопытно, — ручка скрипнула по листу, пока ты ждала следующей «команды» от врача.

Осторожно ты поднялась по линии его руку до плеча, сталкиваясь с тяжёлой тканью накидки. Доктор поднял голубые линзы маски на тебя, задавая новый вопрос:

— Ваш пульс участился, когда вы прикоснулись ко мне пятнадцать минут назад. Сейчас ваше сердце бьётся так же учащенно, чем это обусловлено? Испытываете ли вы такие же ощущения, касаясь других?

— Чем это обусловлено... — шёпотом повторила ты, кладя руку себе на колено.

— Верните её на место, — пророкотал Доктор, не отрывая линз от блокнота. — Иначе мы не сможем довести эксперимент до конца.

— Я редко к кому-то прикасаюсь, — произнесла ты, возвращая ладонь на его плечо. — А... сердце ускоряется из-за вас.

— Очень интересно. Но должен заметить, что у вас специфические вкусы, милая... Надеюсь, позже вы не пожалеете о своём выборе.