Сны. Любовь. Время. Боль
Он прошёл на кухню. Включил чайник. Достал кружку - синюю, единственную.
Чайник закипел. Он заварил чай - чёрный. Зелёный он не пил без неё. Слишком горький.
Он сел за стол. Посмотрел на календарь на стене. Июль 2026. Двадцать девятое число. Он обвёл кружком - день, когда они расстались. Два месяца назад. Или уже больше?
Он не считал. Он старался не думать.
Улица была пустой. Ветер гнал пыль. Он пошёл к остановке.
По дороге думал о ней. Всё время о ней.
Варвара снилась ему почти каждую ночь. Разная - смеющаяся, злая, плачущая. В последних снах она всегда была. Он просыпался и долго лежал, глядя в потолок.
Парень не знал, правда это или нет. Он не знал ничего. Он не писал ей - боялся. Боялся, что не ответит. Боялся, что ответит, но скажет то, что разобьёт его окончательно.
Автобус пришёл вовремя. Ведьмак сел у окна.
Он вырос здесь, уехал в Москву, чтобы стать кем-то, а вернулся никем. Без неё.
Варя жила по расписанию. Утро - завтрак, прогулка, потом работа. Днём - обед, отдых, снова работа. Вечером - ужин, чай, сериал. Иногда - звонок подругам с «Битвы». Иногда - тишина.
Она почти не выходила в люди. Не потому, что стеснялась - нет. Просто не хотелось. Люди были либо слишком любопытными, либо слишком равнодушными. Ни тех, ни других она не выносила.
Магазин - через дорогу. Поликлиника, где она проходила практику, будучи студенткой медицинского - два квартала. Парк - за домами. Она знала каждый камень на этих маршрутах.
Иногда она ловила себя на мысли, что скучает по Москве. По суете, по людям, по съёмкам. По нему. По тому, как они сидели на диване, пили чай и молчали. Как она клала голову ему на плечо, а он гладил её по волосам.
Семён работал, возвращался домой и ложился спать. Работа была монотонной и тяжёлой. К вечеру он еле стоял на ногах. Он возвращался домой, падал на диван и смотрел в телефон. Новости, мемы, глупые видео. Всё, что не заставляло думать.
Он открывал её страницу - по сто раз на дню. Она не заходила в сеть. Последняя запись была ещё весной, до их расставания. Фотография - они вдвоём, в кафе, пьют кофе. Он бы удалил её, но не мог. Она смотрела на него с экрана - улыбалась. Ему хотелось плакать. Он не плакал.
Парень писал ей сообщения - в черновиках. Десятки. Сотни. «Я скучаю», «Прости», «Вернись», «Я люблю тебя». Ни одно не отправил.
Июль прошел незаметно. Август тоже. Наступил сентябрь. Осень. Холодная и мрачная.
Варя знала, что должна сказать. Знала, что он имеет право знать. Но страх был сильнее. Страх, что он не захочет. Страх, что он захочет, но не сможет быть рядом. Страх, что он будет рядом, но будет несчастлив.
Она хотела ему написать, но не смогла - убрала телефон.
В сентябре в Сибири начались дожди. Не карельские, затяжные - сильные, холодные, с ветром.
Семён сидел дома. Первый день листал телефон. Второй - читал книгу, которую нашёл в шкафу. На третий день начал сходить с ума.
Он вставал рано, заваривал чай - чёрный, пил. Смотрел в окно. Дождь. Дождь. Дождь.
На четвёртый день он не выдержал. Взял телефон, открыл её контакт. Написал: «Как ты?» Не отправил. Написал: «Я скучаю». Не отправил. Написал: «Прости меня за всё». Не отправил.
Он смотрел на экран. Пальцы дрожали, парень сжал телефон в кулаке.
- Чёрт, - сказал он вслух.
Набрал номер. Не в мессенджере - обычный звонок. Гудки пошли. Длинные, тоскливые.
Она не взяла.
Он перезвонил ещё раз. Ещё. На пятый раз ему показалось, что она взяла - шорох, дыхание. Но нет. Просто помехи.
Семён бросил телефон на диван. Прошёл на кухню. Налил воды в кружку. Сделал глоток. Вода была комнатной температуры, безвкусной.
Он не знал, что она сменила номер.
Варя поменяла номер ещё в конце мая. Не потому, что хотела спрятаться - просто старый номер был как напоминание о нём - о прошлом и несостояшемся будущем.
Она не дала ему новый номер. Не специально - просто не подумала. Или подумала, но решила, что пусть будет так. Если он захочет - найдёт. Не захочет - тишина будет ответом.
С каждым днём тишина становилась всё громче.
Она знала, что он живёт в Сибири. Знала, что работает. Знала из соцсетей - общие знакомые иногда что-то писали, она читала и замирала. Он похудел, стал другим. Или она хотела, чтобы он был другим.
Девушка не писала. Ждала. Чего - не знала.
Иногда ей казалось, что она ждёт его шагов на лестнице. Что однажды вечером раздастся звонок в дверь, и он будет стоять на пороге - мокрый от дождя, уставший, с цветами. Или без цветов. Она обнимет его. Он обнимет её в ответ. И всё будет хорошо.
Но никто не звонил.
Дни шли. Варя работала, гуляла, ела, спала. Жила. Плохо, но жила.
В октябре дожди кончились. Работа отвлекала. Спасала. Вечером она валилась с ног и засыпала, не успев подумать о нём.
Семён почти не рассказывал о ней. Мама звонила раз в неделю, спрашивала: «Сынок, как ты?» Он отвечал: «Нормально». Она спрашивала: «А Варя?» Он отвечал: «Не знаю». Мама вздыхала. Больше ничего не говорила.
Однажды - в середине декабря - ему пришло письмо. Не по почте - на электронную. От редакторов «Битвы сильнейших». Он прочитал, перечитал. Они приглашали его на съёмки в конце января. Он согласился.
Парень знал, что она будет там. Он решил: не упустит шанс. Поговорит. Всё скажет.
Осталось немного. Всего каких-то полмесяца. Он считал дни, часы, секунды.
Варя лежала на диване, читала очередную книгу, читала много - всё подряд. Классику, детективы, кулинарные книги, старые журналы. В последний раз, когда была у мамы, она нашла дневник в шкафу - свой, из седьмого класса. Листала, смеялась. Такая глупой она была. Наивной. Влюблённой.
Влюблённой - как сейчас.
Она запретила себе думать о нём. Не получалось. Он был везде - в запахе чая, в случайных прохожих, в его футболке, которую она надевала на ночь и теперь не снимала.
Варя всё думала: «Где он сейчас? Спит? Работат? Думает обо мне?»
Она заплакала. В первый раз за долгое время у мамы в гостях. Плакала очень долго. Не от обиды - от боли.
- Всё пройдёт, - сказала мама.
- Не пройдёт.
- Пройдёт. Не сейчас. Но пройдёт. Нужно время.
Варя кивнула. Вытерла слёзы. Вернулась домой.
На кухне заварила чай - зелёный. Взяла кружку и села у окна.
За окном было светло, как днём. Варя смотрела на улицу и ждала. Ничего не ждала.