Уборка
Семён проснулся от того, что её не было рядом.
Кровать была пуста, но простыня ещё хранила тепло её тела. Он потянулся рукой - пусто. Сегодня она встала раньше.
За окном только начинало светать. Небо было серым, тяжёлым, будто налитым свинцом. Дождь кончился, но воздух оставался влажным - он чувствовал это даже сквозь закрытое окно.
Он сел. Потер лицо. Волосы торчали в разные стороны - он спал на боку, и они замялись.
Из кухни доносились звуки. Тихое звяканье посуды. Шипение - она готовила. Он слышал, как она двигается - быстрые, уверенные шаги, открывание шкафа, звон ложки о кружку.
Он встал. Прошёл на кухню.
Варя стояла у плиты. В его футболке - сегодня это была чёрная, с надписью, которую она носила, когда её футболки были в стирке. Волосы собраны в пучок на макушке, из пучка выбивались пряди - она не успела их убрать.
- Доброе утро, - сказал он.
- Угу.
Она не повернулась.
Он сел за стол. Смотрел на неё.
Девушка выключила газ. Разложила завтрак по тарелкам. Достала хлеб из хлебницы - вчерашний, но ещё мягкий. Отрезала два куска. Положила в тостер.
Тостер щёлкнул через минуту. Хлеб подпрыгнул, подрумяненный, почти чёрный по краям.
Она поставила перед ним тарелку. Села напротив.
- Ешь, - сказала она.
Он взял вилку. Отрезал кусок белка. Отправил в рот. Вкусно.
- Ты сегодня рано, - сказал он.
- Не спалось.
- Что случилось?
- Ничего. Просто не спалось.
Они ели молча. Она смотрела в окно. Он смотрел на неё.
После завтрака девушка ушла в ванную. Он слышал, как шумит вода - она умывалась.
Парень сидел за столом. Допивал чай - чёрный, с бергамотом, который она заварила для них обоих. Чай остыл, но он не заметил.
Она вышла из ванной. Снова в его футболке, с мокрым лицом. Волосы распущены.
- Твоя очередь, - сказала она.
Он встал. Пошёл в ванную.
Ванная пахла её шампунем с ванилью, сладким и немного приторным. Он любил этот запах. Он ассоциировался у него только с ней.
Он почистил зубы. Умылся - холодной водой, чтобы проснуться. Посмотрел в зеркало.
Из зеркала на него смотрел мужчина с опухшими глазами и щетиной. Он не узнавал себя по утрам. Днём он был другим - собранным, серьёзным. Утром - просто уставшим человеком.
Он вышел из ванной. Она уже переоделась в шортв и свитер - серый, с высоким воротником.
- Сегодня без съёмок, - сказала она.
- Знаю.
- Что будем делать?
- Не знаю.
- Может, уберёмся?
- Может.
Она вздохнула. Убрала волосы за уши.
Лень было убираться. Ей - не меньше, чем ему. Но она знала, что нужно. Потому что если не сегодня, то завтра будет хуже. Пыль, крошки, горы одежды на стуле.
- Ладно, - сказала она, - План.
- Какой план?
- Уборка. Я убираю комнату. Ты убираешь кухню.
- А ванная?
- Ванную потом вместе.
- Почему вместе?
- Потому что там мало места. Вдвоём быстрее.
Он кивнул. Планы она составляла хорошо. Сам он в этом не разбирался.
Она осталась в спальне. Он пошёл на кухне.
Он начал с раковины.
В раковине стояли две тарелки, две кружки, две вилки и сковорода. Он открыл кран. Вода потекла - холодная, сильная. Он взял губку. Налил средство для мытья посуды - зелёное, с запахом лимона.
Тёр. Мыл. Споласкивал.
Кружки отставил в сторону. Тарелки поставил в сушилку. Вилки - в подставку для вилок.
Сковорода была грязной - пригоревший жир, следы от жарки. Он тёр сильнее. Губка порвалась. Он выбросил её. Взял новую.
Сковорода отмылась не до конца - на дне осталось тёмное пятно. Он решил, что сойдёт.
Закрыл кран. Вытер руки о полотенце.
Потом он взял тряпку. Намочил. Налил средство для мытья полов - синее, с запахом хвои. Его выбор. Она терпеть не могла этот запах. Но сегодня убирался он.
Протёр стол. Раковину. Плиту. Подоконник.
Выжал тряпку. Повесил сушиться на край раковины..
Потом прошёлся влажной тряпкой по полу. Протирал быстро, без усердия - ему надоело.
Он выпрямился. Посмотрел на кухню.
Чисто. Ну, почти.
Она убирала их комнату.
Она начала с кровати. Сняла пододеяльник, простыню, наволочки. Бросила их в угол - стирать будем потом.
Потом она взялась за одежду.
На стуле лежала гора вещей - её кофта, его джинсы, носки, его футболка, её пижама. Взяла все вещи сразу и понесла в ванную. Там она рассортировала их: его - налево, её - направо. Вернулась в спальню и продолжила убираться там.
Пыль на полках. Она взяла тряпку. Протёрла каждую полку - там, где стояли её книги, их общие рамки с фотографиями. На одной фотографии они смеялись - кто-то снял их на проходке, когда они разговаривали вместе.
Она улыбнулась. Поставила рамку на место.
Полы в комнате она протёрла тряпкой - мокрой, быстро. Под кроватью не стала - там слишком пыльно, а ей лень выдвигать кровать.
Она выпрямилась. Посмотрела.
Чисто. Почти.
Они встретились в коридоре.
- Я закончил на кухне, - сказал он.
- Я в комнате тоже.
- Осталась ванная.
- Иду.
Они зашли в ванную вдвоём. Там было тесно - ванная была маленькой, квадратной, с одной раковиной, одной полкой и тумбочкой.
Через десять минут ванная была чистой.
- Всё, - сказала она.
- Всё.
Они вышли из ванной. Закрыли дверь.
Оба сидели на кухне. Устали.
- Есть хочется, - сказала она.
- Я тоже.
- Что будем кушать?
- Не знаю. Что есть?
Она открыла холодильник. Посмотрела. Молоко, сыр, яйца, помидоры, курица в морозилке.
- Сделаю пасту, - сказала она.
- С чем?
- С сыром и помидорами.
- Хорошо.
Она достала кастрюлю. Налила воду. Поставила на плиту. Включила газ.
Вода закипела через пять минут. Она насыпала пасту - рожки, короткие. Перемешала.
Он сидел за столом. Смотрел, как она готовит.
Она нарезала помидоры. Мелко. Бросила на сковороду. Добавила масло. Сыр натёрла на крупной тёрке.
Паста сварилась. Она слила воду. Переложила пасту в сковороду. Перемешала с помидорами. Посыпала сыром.
Разложила по тарелкам.
- Ешь, - сказала она.
- Спасибо.
Они ели молча.
После еды она лежала на диване. Он сидел рядом.
Телевизор работал. Шёл какой-то сериал - про полицию, про преступления, про погони. Она не смотрела. Он не смотрел.
- Устала, - сказала она.
- Отдохни.
- Не могу. Надо ещё бельё постирать.
- Постираем потом.
- Когда потом?
- Вечером.
Она вздохнула. Закрыла глаза.
Через пять минут она уснула. Устала за сегодня.