Боишься?
- Мой дурак.
Вечер выдался не особо тяжёлым.
Они сидели на диване. Она - с ногами, под пледом. Он - рядом, без пледа, потому что ему было жарко.
Она лежала на его коленях. Он гладил её по спине.
- Ты сегодня много делал, - сказала она.
- Я?
- Да. Прошёл испытание.
- Это ерунда.
- Не ерунда. Это важно.
Он не ответил. Продолжал гладить.
- Как думаешь, - спросила она, - Мы будем вместе всю жизнь?
Она закрыла глаза. Он подумал, что она уснула. Но она не спала.
- Я хочу, - тихо произнесла девушка, - чтобы мы состарились вместе.
- Мы состаримся.
- Вместе?
- Вместе.
Он наклонился. Поцеловал её в лоб.
- Я люблю тебя, - сказал парень.
Она не ответила. Уснула.
Он смотрел на её лицо - спокойное, беззащитное. Убрал волосы с её лба.
- Спокойной ночи, - прошептал он.
Она не ответила.
Он выключил телевизор. Потом свет. Остался только фонарь за окном, который наполнял комнату жёлтым цветом.
Они сидели в темноте. Она спала у него на коленях. Он смотрел на неё.
Тишина. Дождь за окном. Где-то лаяла собака.
- Ты спишь? - спросила она через минуту. Всё-таки не уснула, а просто закрыла глаза.
- Нет.
- Я тоже.
- О чём думаешь?
- О завтрашнем дне.
- Что завтра?
- Ничего. Просто день.
- Это хорошо.
- Да. Хорошо.
Она подвинулась к нему. Обняла. Он обнял её в ответ.
- Я люблю тебя, - сказала Варя.
- Я тоже.
Она вздохнула. Закрыла глаза.
Через пять минут она задышала ровно. Уснула.
Он не спал. Смотрел на неё. На её лицо в темноте.
Он думал о том, что завтра будет новый день. С новыми делами. С новыми звуками. С новыми молчаниями.
Он думал о том, что хорошо бы, чтобы так было всегда.
Но он знал, что всегда не бывает.
Поэтому он просто лежал. Слушал её дыхание. Смотрел на трещины на потолке.
За окном шёл дождь.
И было тихо.
Он не спал. Смотрел на неё. На её лицо в темноте.
Варя дышала ровно, спокойно. Иногда вздрагивала во сне - и он гладил её по спине, и она успокаивалась. Ему казалось, что он может делать это вечно. Сидеть на диване, гладить её по спине, слушать дождь за окном. Никуда не спешить. Ничего не бояться.
Но он боялся. Всегда боялся. Только сейчас, в этой тишине, страх казался чем-то далёким, неважным. Как тот самый дождь за окном - он есть, но ты в тепле, и тебе всё равно.
Он вспомнил, как они познакомились. Её холодный взгляд, которым она смотрела сквозь него. Её голос - ровный, без эмоций, когда она спросила про костюм. Он тогда подумал: «Эта девушка меня съест». И оказался прав. Она съела. Его сердце, его мысли, его жизнь. Всё.
Она пошевелилась во сне. Перевернулась на другой бок. Теперь её голова лежала не на коленях, а на подлокотнике дивана. Он потянулся, поправил плед, укрыл её плечи. Она что-то пробормотала - неразборчиво, сквозь сон. Что-то отдалённое и напоминающее писк зверька. Он улыбнулся.
- Ты говоришь во сне, - прошептал он.
Она не ответила.
Парень смотрел в окно. Фонарь горел - жёлтый, тусклый, как старый янтарь. Ветер качал ветки деревьев, тени прыгали по стене. Кто-то во дворе зажёг свет в окне - напротив, на третьем этаже. Молодая пара, кажется. Они часто ссорились. Он видел сквозь - не слова, только тона. Крики. Потом тишину. Потом снова крики.
У них с Варей было не так. Они почти не кричали. Спорили, да. Но не кричали. Он не умел кричать - его так воспитали. Молчать, терпеть, проглатывать. Она - другая. Она могла взорваться, бросить фразу, хлопнуть дверью. Но не кричать. Никогда.
- Ты спишь? - спросила девушка снова.
Он вздрогнул. Думал, что она уснула.
- Нет, - сказал он.
- А я проснулась. Холодно.
- Иди ко мне.
Варя придвинулась. Прижалась к его боку. Семён обнял её, укрыл пледом себя и её.
- Так теплее? - спросил он.
- Да.
Она положила голову на его грудь. Слушала сердце.
- Громко стучит, - сказала она.
- От любви.
- От страха.
- И от любви.
Она не ответила. Провела пальцем по его ключице, по шраму на плече - старому, ещё с детства.
- Ты никогда не рассказывал про это, - сказала она.
- Про что?
- Про шрам.
- Упал в детстве с дерева.
- Врёшь.
- Правда.
- Ты врёшь, когда не хочешь говорить.
Парень замолчал. Она была права. Он не хотел говорить. Боль прошла, а память осталась и не знал, как рассказать о том, что давно похоронил.
- Не хочу говорить об этом, - сказал он наконец.
Варя замерла. Не дышала.
- Почему ты не хочешь говорить? - спросила она тихо.
- А зачем? Это прошлое. Его не вернёшь.
- Ты поэтому боишься?
- Чего?
- Всего. Что я уйду. Что ты меня не достоин. Что ты сломаешь что-то.
Он не ответил. Она погладила его по щеке.
- Ты не сломаешь, - сказала девушка.
- Откуда ты знаешь?
- Знаю. Я вижу.
Он сжал её руку. Она не отняла.
За окном дождь стих. Выглянула луна - полная, жёлтая. Свет упал на пол, на ковёр, на их ноги, укрытые пледом.
- Варь, - сказал он.
- М?
- Ты боишься меня?
- Нет.
- Даже когда я злюсь?
- Ты не злишься. Ты уходишь в себя. Это хуже.
- Хуже?
- Хуже. Потому что я не знаю, что у тебя внутри. Не знаю, как помочь.
Он повернулся к ней. Посмотрел в глаза.
- Просто будь рядом, - сказал ведьмак. - Это и есть помощь.
Она кивнула. Поцеловала его в губы - легко, почти невесомо.
- Я буду рядом, - ответила шаманка.
- Обещаешь?
- Обещаю.
Он не спросил, надолго ли. Боялся ответа.
Она снова положила голову на его грудь. Слушала сердце.
- Спокойной ночи, - сказала Варя.
- Спокойной ночи.
Через минуту она уснула. Настоящим сном - глубоким, тихим, без сновидений. Он обнимал её, боялся пошевелиться. Боялся разбудить. Боялся, что проснётся сам и поймёт - это был сон. Или не сон. Или всё было слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Но это была правда. Она спала у него на груди. Её волосы пахли ванилью. Её рука обнимала его. Её сердце билось в одном ритме с его. Или ему казалось.
Он не знал, готова ли она. Готова ли к тому, что будет. К ссорам, к обидам, к его молчанию, к её слезам.
Он не знал ничего. Сейчас он знал только одно: она здесь. Она живая. Она любит его. Или он хочет так думать.
Он закрыл глаза. Дождь за окном снова пошёл - мелкий, осенний. Капли стучали по подоконнику, по крыше, по стёклам.
- Я люблю тебя, - прошептал парень.
Она не ответила. Спала.
Он улыбнулся. Закрыл глаза.
И провалился в сон - тихий, спокойный, без сновидений.