Глава 15. Раскаяние.
21.00.
Прошло уже более 3 часов. В кабинет Эдварда заходили множество людей в форме. Все кто побывал в его кабинете, выходили от туда с паникой на лице. Но никто не обращал внимание на маленькую девочку которая сидит на полу. Будто бы знали что ее трогать нельзя.
Спустя ещё какое то время в коридоре появилось знакомое лицо...
Девушка с паникой подбежала к маленькой девочке которая сидела у стены.
У Эмили было бледное лицо, на щеках засохшие слезы. А сама она выглядела ужасно.
- Эмили вставай, ты чо тут сидишь?! Кэсс была в панике, и примерно понимая ситуацию, была рассержена.
Она пыталась поднять ее, но все бессмысленно.
- О..он.. он.. ...., я..яя..я..
Девочка не выдержав снова заплакала, и укуталась в плечо Кэсс.
- Все тише, тише солнышко, все будет хорошо...
Ее глаза горели от ярости, она чуть отодвинула от себя Эмили. И оставив девочку со злобой направилась к кабинету Эдварда.
Открылась дверь, Эдвард даже не посмотрел на ту.
- Если ты пришла насчёт Эмили, то иди обратно. - закончил он, не поднимая головы, листая документы. - У меня нет ни времени, ни настроения на нянек.
Кэсс захлопнула дверь за собой так, что стекло в раме дрогнуло.
- Ты охренел, Эдвард.
Он медленно поднял взгляд. Холодный. Пустой.
- Тон сбавь. Ты в кабинете находишься.
- Нет, - она шагнула ближе к столу. - Она сидит на полу, как выброшенный щенок, её трясёт, она слова связать не может - и ты мне сейчас говоришь идти обратно?
Эдвард откинулся на спинку кресла. - Я сказал ровно то, что имел в виду.
- Ты её сломал, - голос Кэсс дрогнул, но злость только усилилась. - Это ребёнок, Эд. Не солдат, не новобранец, не мишень для твоего херового настроения.
Он резко встал.
- ЗАТКНИСЬ.
Одно слово. Резкое, как удар.
Кэсс замерла.
- Ещё одно слово - и вылетишь отсюда следом за ней, - продолжил он тихо, но в голосе было столько давления, что воздух будто сгустился. - Я не обязан перед тобой отчитываться. Ни за неё. Ни за себя.
- Ты даже не посмотрел на неё, - прошипела Кэсс. - Ты просто вышвырнул
- Я сказал: хватит, он подошёл вплотную.
- Ты сейчас не защитница, не подруга и не мать героиня. Ты человек, который мешает мне работать. А я сегодня не выбираю выражения.
Она сжала кулаки.
- Когда нибудь ты пожалеешь.
Эдвард наклонился чуть ближе. - Нет. Не пожалею. Потому что сожаление роскошь. А у меня её нет.
Он выпрямился и указал на дверь.
- Вышла. Забери её и убери с глаз, пока я ещё держу себя в руках.
Кэсс смотрела на него пару секунд. Потом резко развернулась.
- Ты стал хуже, чем о тебе говорят.
- Закрой дверь, бросил он вслед.
- И аккуратно. Я не хочу лишнего шума.
Дверь закрылась.
Эдвард остался один. Он стоял неподвижно несколько секунд, потом резко провёл рукой по лицу.
- Чёрт... - выдохнул сквозь зубы.
Документы лежали ровной стопкой.
Он открыл следующую папку. Закрыл. Снова открыл.
Перед глазами стояла маленькая заплаканная девочка
- Чёрт возьми... - вырвалось глухо.
Он ударил ладонью по столу. Соберись, - сказал сам себе.
- Ты не для этого здесь.
Но пальцы всё ещё дрожали.
За дверью было тихо.
Эдвард резко встал, сделал шаг к двери... и остановился. Рука зависла в воздухе.
- Поздно, - процедил он сквозь зубы и отступил назад. - Уже поздно.
Он отвернулся, будто от собственной тени.
В коридоре Кэсс опустилась рядом с Эмили, обняла ее, и сама чуть ли не заплакала.
- Пойдём, тихо сказала она. - Я с тобой... Он тебя больше не тронет милая..
Эмили всхлипнула, и вцепилась в неё, и вдруг откуда-то послушалась вибрация. Это был телефон Эмили, который лежал в кармане зипки. Бедняжка даже чуть замёрзла.
Эмили достала телефон из карамана
- Мама -
Эмили подняла трубку, и сразу же в этот момент всхлипы донеслись маме
****
- Эмили, милая что случилось, где вы? Пол десятого уже, где вы шляетесь?
- Ма..а ..ммочка...
Кассандра выхватила телефон из дрожащих рук Эмили
- Здравствуйте тятя Лина, это я Кассандра...
- Ой Кассандра, как ты девочка моя, все хорошо? Услышала что Эмили плачет... что то случилось?
- ДА! Ваш сын вышвырнул бедняжку, как псину. Эмили несколько часов на полу сидела. Замёрзла вся, а щас даже слова сказать не может. Объяснить ничего не может.
- О чем ты Кассандра, почему?! Он так не мог! Ты уверенна что он так и сделал...?
- Я уверена, - Кэсс сжала трубку сильнее. - Она плакала несколько часов. Я пыталась успокоить, но он... Он не даёт объяснений. Она... она снова рыдает...
- Господи, Эдвард... - Лина выдохнула, её голос дрогнул. - Скажи ей, что я люблю её. Скажи, что всё будет хорошо.
- Да, тётя Лина, - Кэсс мягче сжала плечи Эмили. - Она слышит.
Эмили слегка успокоилась, но в глазах всё ещё стояли слёзы. Кэсс взглянула на девочку и тихо пробормотала:
- Всё будет хорошо, милая. Мы рядом.
- Детка, слышишь меня, я щас твоему брату позвоню, и разберусь... вот щенок мелкий, никак не может в покое оставить девочку мою.
- Хо...рошо...
- И да кстати Кассандра, если есть что нибудь теплое, дай ей. Она часто болеет, иммунитет слабый у нее.
- Да хорошо, тетя Лина, не переживайте.
Вызов был завершён...
Кэсс сняла с себя вверх формы, и накинула на Эмили. Подняв ее на ноги, она повела ее в мед отдел.
А в это время телефон Эдварда зазвенел, кто это может быть, ну конечно мама. Он прекрасно знал девочек, а особенно маму.
- Слушаю
- Эдвард, как это понимать?! Что мой ребенок делает ночью в коридоре, да и тем более сидя на полу.
- Я не заставлял ее сидеть на полу
Мама на секунду растерялась, она совсем не ожидала такой реакции, да и спокойствия
Эдвард откинулся на спинку кресла, слушая прерывистое дыхание матери в трубке. Его голос оставался ровным, почти ледяным, что всегда раздражало тех, кто пытался воззвать к его эмоциям.
- Не заставлял? - голос матери сорвался на высокую ноту. - Ты выставил её за дверь, Эдвард! Ты знаешь, какая она хрупкая. Кассандра сказала, что она дрожит и не может вымолвить ни слова. Что такого могла сделать двенадцатилетняя девочка, чтобы заслужить такое обращение?
- А чо ты у меня спрашиваешь? Твоя доченька все расскажет. И да, у меня смена до завтра. Неполадки на работе. Я кого то попрошу дочь твою домой отвезти.
- Эдвард ты с головой поссорился? Или работа настолько важна, что аж забил на свою сестру?
- Мам, я все сказал..
прости, у меня дела.
Эдвард повесил трубку. И снова кабинет затих.