THE END
Два месяца спустя
Я ездила к родителям на месяц, как и планировала.
Четыре недели без него. Четыре недели звонков, коротких сообщений и бесконечного «я скучаю». Я пропускала вечерние чаепития с родителями, чтобы уйти в свою комнату и поговорить с ним. Он докладывал мне каждый свой шаг — не потому что я просила, а потому что сам хотел. Мне было приятно.
Но всё равно я волновалась. Конечно, я доверяла ему, но когда вы далеко, вы не можете контролировать ничего. Только верить.
Джейвон переехал в новый дом. Не слишком далеко от моего, но и не рядом. Он ждал моего возвращения с таким нетерпением, что я слышала это даже через экран телефона. «Ты не представляешь, какой он, Флор. Ты должна его увидеть», — говорил он, и в его голосе звучало что-то мальчишеское, почти восторженное.
***
Самолёт шёл на посадку. Я смотрела в иллюминатор на город, который давно стал мне родным, и чувствовала, как внутри разливается тепло. Я возвращалась. Не в гости. Домой.
Он встретил меня в аэропорту — с букетом цветов и той самой улыбкой, от которой у меня подкашивались колени. Я бросилась к нему, обхватила его шею руками, и он подхватил меня, закружил. Букет прижался между нами, лепестки посыпались на пол.
— Я так скучал, — сказал он, отстраняясь. В его глазах было всё — и облегчение, и радость, и что-то ещё, чему я не знала названия.
— Я заметила, — усмехнулась я.
Он поцеловал меня. Не торопясь. Прямо посреди шумного аэропорта, под гул голосов и объявления о рейсах. Я забыла, где мы. Остался только он.
— Поехали, — сказал он, забирая мой чемодан.
— Поехали, — ответила я.
***
Его дом оказался именно таким, как он описывал — светлым, просторным, с большими окнами и камином в гостиной. Но было в нём что-то ещё. Какая-то неуловимая, щемящая теплота. Будто каждая комната ждала не его, а нас.
Мы вышли на задний двор. За домом открывалось озеро — спокойное, с прозрачной водой и кувшинками у берега. Джейвон уже успел разложить полотенца на деревянном настиле. Он снял футболку, надел солнечные очки и лениво растянулся, подставляя лицо солнцу.
— Ну? Как тебе? — спросил он, не открывая глаз.
— Мне нравится, — ответила я.
— И всё?
— А что ты хочешь услышать? Что я в восторге?
— Да, — он приподнял очки и посмотрел на меня. — Именно это.
Я усмехнулась.
— Я в восторге, — сказала я. — Но... тебе не кажется, что для одного оно слишком большое?
— Хм... — он снова закрыл глаза. — А ты права. В таком случае... переезжай ко мне.
Я поперхнулась воздухом.
— Что?
— Переезжай ко мне, — повторил он спокойно, будто речь шла о погоде. — Я так по тебе скучал. Теперь я не хочу тебя отпускать. Ну?
— У меня есть свой дом, — напомнила я. — И София. Мне надо подумать. Я не могу просто взять и...
— Можешь, — перебил он. — Думай. Но недолго.
Я не ответила. Просто сидела и смотрела на воду. Потом взяла бутылку с водой, что стояла рядом. Не думая, я опрокинула бутылку. Холодная вода полилась ему на грудь, на живот, разбегаясь прозрачными ручейками по загорелой коже.
— Флор! — он подскочил, как ошпаренный.
— Ты загораешь, а я тут скучаю, — пожала я плечами, с трудом сдерживая смех. — Надо было со мной плавать.
Он смотрел на меня, мокрый, ошеломлённый, с каплями воды на ресницах. Боже, какой же он красивый.
— Нарываешься, — тихо сказал он, и в голосе его прозвучало что-то опасное.
Я не стала ждать продолжения. Вскочила и рванула к воде, смеясь, не оглядываясь.
Вода стекала по его груди, капала с пальцев. Он смотрел, как я уплываю, как сверкают капли на загорелой коже, как я запрокидываю голову и смеюсь — звонко, радостно, беззаботно.
— Дикий ангел, — пробормотал он. — Флор! Я тебя догоню!
Я взвизгнула и прибавила скорости, но он уже плыл — сильно, размашисто, рассекая воду как дельфин. Он догнал меня у самого берега, схватил за талию, притянул к себе.
— Пусти! — я попыталась вырваться, с хохотом, беззлобно.
— Не отпущу.
Он перевернул меня в воде, и я оказалась на спине, а он держал меня, не давая уйти. Мои руки сами обвили его шею.
— Ты счастлива? — спросил он.
— Да, — ответила я.
Он поцеловал меня. Прямо на воде, под открытым небом. Медленно. Глубоко. Я закрыла глаза и чувствовала только его — его губы, его руки, его дыхание, его сердце, которое билось где-то совсем рядом.
Я счастлива..
THE END