1 глава
Посвящается всем девушкам, которые боятся показывать
себя настоящими, думая, что их не полюбят за их недостатки. И тем, которые потеряли веру в человечество и разучились доверять.
Мэддокс
Прошло две недели со смерти моего паршивого отца. Они выдались спокойными и умиротворенными, но где-то в глубине души я все еще чувствовал себя одиноким. Как бы он ни игнорировал меня при жизни, маленький Мэддокс внутри все еще жаждал родительской любви. Впрочем, этого мальчика в себе я убил еще в тот день, когда ушла мать.
Без понятия, где она сейчас: может, шляется где-то или давно мертва, но мне, честно говоря, плевать. Она оставила меня там одного, и теперь её судьба меня совершенно не касается.
Мне было пять лет, когда она нас покинула. Тогда родители ничего не объясняли, но я уже понимал: рано или поздно наша семья распадется. Так и случилось.Никогда не забуду тот вечер поздней осени. Я проснулся ночью от криков, доносившихся с кухни, и пошел на звук. Человек, который должен был защищать свою семью, в ту ночь ее уничтожил. Он пришел в стельку пьяный, пропахший чужими духами и сексом. Мать давно знала о его изменах, но хотела сохранить фасад «счастливой семьи».
Не знаю, с чего начался их конфликт, но когда я вошел в кухню, сжимая в руках любимого игрушечного пса Арчи, увидел отца с бешеным взглядом, жестоко бьющего мать. Она лишь сжималась, принимая удары с тем самым покорным видом, который я ненавидел в ней больше всего. Глаза мамы были полны боли и умирающей надежды. Все произошло мгновенно. Я бросился к ней, пытаясь защитить, но отец перехватил мою руку и швырнул на пол. Арчи отлетел в сторону. Никогда не забуду мамин крик — она рвала на себе волосы, умоляя его остановиться, просила убить её, но не трогать меня. Он не слышал. В тот вечер мою любимую игрушку разорвали в клочья, а мое тело приняло на себя сотни ударов.
Я не помню, сколько пролежал без сознания, истекая кровью на полу рядом с останками Арчи. Очнулся уже в гостевой спальне, но мамы нигде не было. В комнату ворвался отец и процедил, что я слишком слаб, раз так быстро сдался, а моя «шлюха-мать» больше не вернется. Он оказался прав. Она так и не пришла, и с тех пор я ни разу не видел её глаз, до боли похожих на мои. С того дня моя жизнь окрасилась в серые тона. Тогда отец потерял не только мое доверие — он потерял меня прежнего.
Я был в ярости, когда узнал, что произошел «несчастный случай» и он умер. Я ведь клялся, что отомщу ему за того мальчика, которого он убил в тот день. Но судьба распорядилась иначе. Из мыслей меня вырвал резкий сигнал машины сзади. Я и не заметил, как доехал до города. Еще немного — и буду на кладбище. Будь моя воля, я бы и ноги там не выставил, но сегодня огласят завещание. По наследству мне должна перейти его компания, так что я обязан присутствовать. Была лишь одна проблема. Огромная проблема: я несовершеннолетний. Через год, следующим летом, мне исполнится восемнадцать, и только тогда я смогу принять наследство. Я еще не знал, с кем мне предстоит жить этот год, но через несколько минут мне предстояло это выяснить. Судьба приготовила для меня интересную игру.
Ариэль
Прекрасным июньским днем я ехала в машине с отцом и мачехой Леоной на чьи-то похороны.Хотя Леона и не была мне родной матерью, она всегда поддерживала меня и стала по-настоящему близким человеком. Свою настоящую мать я даже не помню. По словам папы, они не были близки: она постоянно бросала меня на него, употребляла наркотики и в итоге погибла в аварии вместе со своими «друзьями», переборщив с дозировкой. Отец мало рассказывал о ней, но кое-что я всё же узнала.
Выбросив эти мысли из головы, я снова принялась разглядывать дорогу и красивую природу июньского дня.
М-да, «лучшее» начало лета. Я до сих пор не понимала, зачем мне там быть. Недавно я подслушала их разговор: они обсуждали какого-то юношу, и Леона называла его своим сыном. Спор был эмоциональным, мачеха о чем-то безостановочно умоляла отца, но по иронии судьбы я уронила любимый цветок, стоявший рядом. Отец тут же заметил меня и строго отправил в комнату.
Погруженная в свои мысли, я не заметила, как мы подъехали к кладбищу. Признаться, они мне никогда не нравились. Здесь всегда царила мертвенная тишина, изредка прерываемая карканьем ворон, от которого становилось только неуютней. Когда родители вышли из машины, я направилась за ними. У назначенного места стояло всего несколько человек: телохранители, пара незнакомцев и парень, который явно был старше меня. Он сразу приковал к себе мой взгляд. Волосы темные, как смола, и такие же бездонные черные глаза, в которых можно было утонуть. Резкие линии челюсти и… о боги, он был невероятно высоким, чуть ли не под два метра. Сквозь одежду угадывались очертания крепких мышц.
В какой-то момент его взгляд сосредоточился на мне. На мгновение в его глазах промелькнуло явное удивление, будто он не ожидал меня увидеть, но он тут же взял себя в руки и нацепил маску холодного безразличия. Сердце ушло в пятки. Его глаза буквально резали душу, было тяжело не отвести взгляд — казалось, он смотрит прямо в сердце. Наш зрительный контакт разорвал голос нотариуса, начавшего читать завещание.
После окончания похорон этот парень сел к нам в машину. За всю дорогу он не проронил ни слова. Было заметно, что он находится в полном замешательстве и необъяснимой злости, хотя и пытался скрыть это за своей невозмутимостью. Мне хотелось задать ему миллиард вопросов, но, чувствуя напряженную атмосферу, я решила потерпеть до дома. Казалось, он наблюдал за мной, но стоило мне взглянуть на него, как его взгляд снова оказывался прикованным к Леоне.
Знакомы ли они и кем он ей приходится? Получу ли я ответы на свои вопросы?