12.
Я вышла из подъезда — и сразу заметила его. На парковке стоял чёрный Porsche 911: глянцевый, чистый, будто только с салона, отражал фонари и окна домов. Дорогой. Красивый. Такой, что мимо не пройдёшь.
Рядом с машиной стоял он. В серых широких штанах, тёмно-зелёной зипке, кепка чуть опущена — сразу видно, свой стиль, свой вайб. Курил сигарету, спокойно, лениво, выдыхая дым в сторону, будто вообще никуда не спешит. В его руках был большой букет.
Дверь подъезда за моей спиной хлопнула. Он обернулся. Увидел меня — и сразу затушил сигарету, отбросив её в сторону, чуть улыбнулся.
Я невольно замедлила шаг. Стеснение накрыло резко. Но всё равно пошла к нему. Он тоже двинулся навстречу.
— Выглядишь ахуенно, — сказал он, останавливаясь напротив. — Это тебе.
И он протянул букет.
Нежно-розовые, аккуратные цветы, почти как маленькие пионы или розы, собранные в воздушный букет, завернутый в светлую бумагу. Всё такое мягкое, пастельное… очень красивое.
Я улыбнулась, даже немного растерялась. Глаза, кажется, сами загорелись:
— Спасибо большое… мне очень приятно.
Он чуть наклонил голову, глядя на меня:
— Как только их увидел — сразу подумал о тебе. Такие же нежные… прям для принцессы.
— Ой, ну перестань, — тихо засмеялась я, смущённо отводя взгляд.
Мы пару секунд постояли, неловко, но тепло.
— Идём тогда? — сказал он и открыл передо мной дверь машины.
Мы сели в машину, и я сразу растерялась — букет оказался реально большим. Я крутила его в руках, не зная, куда деть, чтобы не помять.
— Можешь назад положить, — спокойно сказал он. — Потом заберёшь.
— А… да, точно, — я кивнула и аккуратно переложила букет на заднее сиденье, будто он хрустальный.
Он завёл машину — мотор отозвался низким, мощным ревом, который будто прокатился по телу. Машина мягко тронулась с места.
Я чуть сжалась в кресле, глядя в окно. Неловкость снова накрыла. Руки не знали, куда деть, взгляд — тоже.
— Куда мы едем? — тихо спросила я.
Он усмехнулся, не отрывая взгляда от дороги:
— Хочу на свежий воздух. Отвезу тебя кое-куда.
Я только кивнула и замолчала.
Он включил музыку. Свои треки. Бит заполнил салон, и он сам тихо начал подпевать, будто это было самым обычным делом.
Иногда бросал на меня быстрые взгляды.
— Слушала когда-нибудь мои треки? — спросил он.
Я чуть смутилась:
— Нет… я больше нежное люблю.
Он усмехнулся:
— Да ты и так нежная, куда ещё.
Я закатила глаза, но всё равно тихо улыбнулась, отворачиваясь к окну.
Он бросил на меня короткий взгляд и усмехнулся:
— Расслабься… я не кусаюсь.
Я тихо хмыкнула, глядя в окно:
— По тебе не скажешь.
— Да ладно тебе, — он чуть качнул головой. — По телефону ты вообще другая была. Разговорчивая, живая… а тут сидишь, будто я тебя украл.
— Это ночь так на меня влияет, — пожала я плечами.
Он улыбнулся, уже мягче:
— Тогда хочу, чтобы ночь была всегда.
Я невольно улыбнулась в ответ, но сразу отвернулась, чтобы он не заметил.
В машине повисла тишина. Не напряжённая… просто тихая. Слышно было только музыку и ровный звук двигателя. Я смотрела на дорогу впереди, но мысли были совсем в другом месте.
Он правда такой… или просто играет?
Почему он вообще со мной возится?
Я сжала пальцы, потом выдохнула и всё-таки повернулась к нему:
— Можно вопрос?
— Стреляй, — коротко ответил он.
Я чуть замялась, но всё же сказала:
— Ты… правда так сильно хочешь со мной общаться?
Он на секунду посмотрел на меня, уже без улыбки, серьёзно:
— Ну да. Не видно, что ли?
Я отвела взгляд:
— Не знаю…
Он усмехнулся, но спокойно, без давления:
— Я ж не просто так катаюсь, время трачу. Если я рядом — значит, мне это надо. Понимаешь?
Я тихо кивнула, чувствуя, как внутри что-то опять чуть сдвинулось.
Он на секунду замолчал, будто подбирал слова, а потом сказал уже совсем серьёзно, без своих привычных усмешек:
— Ты вообще в первые дни дала мне понять, что кроме тебя мне никто не нужен.
Я резко перевела на него взгляд, но он смотрел на дорогу, спокойно, будто говорил о чём-то очевидном.
— В смысле? — тихо спросила я.
— В прямом, — пожал он плечами. — Ты не как все. С тобой не хочется играться, понимаешь? Не хочется искать кого-то ещё.
Я замерла, не зная, что ответить.
— Ты меня зацепила, — добавил он уже тише. — Сильно.
Я отвернулась к окну. Внутри стало странно. Тепло… и страшно одновременно.
Он сейчас серьёзно?
Такие слова… их не говорят просто так. Или… говорят?
Я сжала пальцы на коленях.
А если он врёт?
А если просто красиво говорит?
Я уже слышала похожее. Уже верила. И потом собирала себя по кусочкам.
И сейчас… я просто не знала, как реагировать. Хотелось поверить. Очень. Но где-то внутри стоял этот барьер, который не давал сделать шаг.
Поэтому я молчала. Просто смотрела в окно, делая вид, что меня больше интересует дорога, чем его слова.
Хотя на самом деле… они засели слишком глубоко.
Он будто почувствовал, что я зависла в своих мыслях, и бросил на меня взгляд:
— Ты чего такая?
Я чуть дернулась, вынырнув из себя:
— Ничего… просто… непривычно.
— Непривычно? — он усмехнулся. — Что именно? Что я правду говорю?
Я глянула на него. В его взгляде будто была лёгкая насмешка… или мне показалось.
— Может, — тихо ответила я.
— Да ладно тебе, — он качнул головой. — Ты так реагируешь, будто я что-то сверхъестественное сказал.
Я отвернулась к окну, сжав губы:
— Для кого-то это пустяки…
Он замолчал на секунду.
— …но не для меня, — добавила я тише.
Он на секунду посмотрел на меня и тихо усмехнулся:
— С каждым днём ты меня удивляешь всё больше и больше.
Я лишь кинула на него короткий взгляд, ничего не ответила и снова отвернулась к окну.
Дальше мы ехали молча. Город постепенно оставался позади — огни, дома, шум… всё исчезало. Мы выехали из Москвы, дорога стала тише, темнее.
И вот тут внутри что-то кольнуло.
А вдруг…
Мысли сами полезли в голову, одна хуже другой.
А если он вообще не тот, кем кажется?
Если он просто красиво говорит, чтобы…
Я сглотнула. Перед глазами на секунду всплыли самые жуткие картинки. Лес, тишина, никого вокруг…
По коже прошли мурашки.
Я резко тряхнула головой, будто выгоняя это всё:
Бред. Просто бред.
Но сердце всё равно билось быстрее.
Ну… если умру, значит так и надо… — мелькнуло в голове, и я сама тихо хмыкнула от абсурдности своих мыслей.
Машина свернула с дороги. Вокруг уже было поле — тёмное, тихое, почти пустое. Фары выхватывали только куски травы и земли.
Он остановился прямо посреди этого пространства и заглушил двигатель.
— Приехали, — спокойно сказал он, расстёгивая ремень. — Выходи.
И сам первым открыл дверь и вышел.
Я на секунду задержалась, но всё-таки вышла из машины следом за ним. Воздух был прохладный, свежий, совсем не такой, как в городе. Я обняла себя руками, будто согреваясь, и подошла ближе.
Он уже стоял, опершись на капот, и кивнул мне рукой:
— Иди сюда.
Я молча подошла и встала рядом, тоже оперевшись на машину.
Подняла голову… и замерла.
Небо было усыпано звёздами. Не просто пару точек, как в городе, а будто кто-то рассыпал тысячи огоньков по чёрному полотну. Они мерцали, переливались, складывались в какие-то узоры. Было тихо. Настолько тихо, что даже внутри стало спокойнее.
— Вау… — тихо выдохнула я.
Мы какое-то время просто молчали. Смотрели вверх. Без лишних слов.
А потом он повернул голову ко мне:
— Почему ты вечно такая?
Я чуть нахмурилась:
— Какая?
— Тихая… но внутри будто целый мир, — сказал он, глядя на меня. — Интересно же.
Я отвела взгляд, снова уставившись в небо:
— Не знаю…
— Не верю, — усмехнулся он. — Ты просто не показываешь.
Я слегка сжала губы, не зная, что ответить.
Он будто опять пытался меня прочитать.
Он повернулся ко мне чуть ближе, оперевшись на капот рукой, и смотрел так внимательно, будто пытался разобрать меня по кусочкам.
— Ты всё время ускользаешь, — тихо сказал он. — Как будто рядом, но не подпускаешь.
Я усмехнулась краешком губ:
— Может, так и есть.
— А может, ты просто боишься, — спокойно ответил он.
Я ничего не сказала. Только взгляд отвела.
— Скажи честно, — продолжил он мягче, — ты всегда такой была? Или… кто-то постарался?
Я напряглась. Внутри что-то кольнуло.
— Это не твоё дело, — тихо сказала я, но уже без злости.
— Может и не моё, — пожал он плечами. — Но мне интересно.
Я вздохнула, глядя куда-то в темноту поля:
— У всех есть прошлое.
— Я не про «у всех», — он чуть наклонил голову. — Я про тебя.
Тишина повисла между нами.
— Ты не просто закрытая, — добавил он. — Ты как будто… сломанная немного.
Я сжала пальцы на краю машины.
— И мне интересно, — сказал он тише, — кто же так сломал тебя.
Я зависла.
Слова будто ударили точно в то место, которое я старательно прятала.
Я замерла, глядя в темноту поля. В голове сразу всплыло прошлое — кусками, обрывками, чувствами. Слова, обещания, которые когда-то казались настоящими… и то, чем всё закончилось. Стало неприятно, холодно внутри.
Стоит ли ему это говорить?
Зачем?
А если он такой же…?
Я молчала, перебирая эти мысли, будто боялась даже самой себе признаться.
Он не торопил. Только тихо сказал:
— Не хочешь — не говори. Я не заставляю.
Я чуть повернула голову.
— Но… — добавил он спокойнее, — мне кажется, если ты со мной этим поделишься… тебе станет легче.
Я посмотрела на него.
И на секунду будто не узнала. В его взгляде не было привычной наглости, ни намёка на игру. Спокойный. Тёплый. Такой… как будто можно довериться. Как будто он не будет смеяться, не использует это против меня.
Передо мной будто стоял не рэпер со своим образом, не парень из тусовок… а просто человек.
Может… он и правда хороший?..
Я медленно отвернулась, снова посмотрела на звёзды. Глубоко вдохнула.
— Ну… — тихо начала я.
Он всё это время молча смотрел на меня. Не перебивал, не торопил. Ветер слегка трепал волосы, прохладный, тихий… а я смотрела куда-то в пустоту, будто снова проживала это всё.
— У меня был один парень… — начала я тихо. — Мы не встречались. Просто общались.
Я сглотнула, подбирая слова.
— Он писал мне каждый день. Говорил, что я лучшая, что я у него единственная… что я не такая, как все. Что ему со мной спокойно.
Я усмехнулась, но без радости.
— Обещал, что когда увидит меня вживую — сразу подойдёт. Что не будет как другие…
Ветер усилился, я сильнее обняла себя руками.
— Мы долго переписывались. Я… привыкла к нему. Начала верить. Даже ждать.
Я на секунду закрыла глаза.
— И потом мы встретились. Случайно. Я его увидела первая. Он стоял с друзьями…
Голос чуть дрогнул.
— Я думала, он подойдёт. Правда думала.
Пауза.
— А он просто посмотрел… и отвернулся. Сделал вид, что не знает меня.
Я тихо выдохнула.
— Я тогда стояла как дура. Не понимала, что происходит. Написала ему потом… спросила, почему он ничего не сказал.
Я опустила взгляд.
— А он ответил… что это был спор.
Слова застряли в горле.
— Что ему нужно было «зацепить» меня. Что я просто… вариант.
Я замолчала.
Сама не заметила, как по щеке скатилась слеза.
Я замолчала и наконец посмотрела на него. Он стоял рядом, но уже не таким уверенным, как обычно. В его лице было что-то… растерянное. Будто он сам только что прожил эту историю вместе со мной.
Он заметил мои глаза и нахмурился:
— Ты плачешь?
Я усмехнулась, отвела взгляд в поле:
— Да ничего страшного…
— Сонь… — он стал тише. — И как ты после этого?
Я пожала плечами, сжав пальцы:
— Ну как… Я впервые за долгое время почувствовала какие то чувства. Реально. Думала, что я ему тоже нравлюсь…
Я горько усмехнулась:
— А он сказал, что он так со всеми. А потом вообще оказалось, что это спор.
Я говорила и сама не замечала, как выговариваюсь. Как будто всё это копилось и наконец вылилось наружу.
Он слушал, не перебивая. А потом резко выдохнул:
— Клянусь… если я его где-то увижу… или, не дай бог, узнаю, кто это — я его в пол вкатаю, как грушу боксерскую.
Я удивлённо глянула на него сквозь слёзы.
— Или вообще… — он сжал челюсть, — закопаю где-нибудь.
Я тихо засмеялась, вытирая слёзы:
— Ну зачем ты так…
Он резко стал серьёзным, посмотрел прямо на меня:
— Я серьёзно.
Пауза.
— Я никому не дам тебя в обиду, — тихо, но твёрдо сказал он. — Вообще никому.
Он стоял рядом, не отводя взгляда, и тихо спросил:
— И ты всё это в себе держала?
Я кивнула, вытирая щёку:
— Ну а что делать… Я просто… разочаровалась. В нём, в себе… во всём этом.
Голос дрожал, но я продолжала:
— Я бы никогда так не поступила. Не смогла бы. Моё… доброе сердце не позволяет, наверное.
Я усмехнулась сквозь слёзы, будто сама над собой.
Он покачал головой, глядя на меня:
— Да ты вообще… слишком хорошая для такого дерьма. Я не понимаю, как с тобой можно было так поступить.
Я сжала губы, отвела взгляд:
— Ну как видишь…
Повисла тишина. Долгая. Только ветер и далёкие звуки ночи.
Он чуть задумался, потом тихо спросил:
— Получается… это он звонил?
Я не сразу ответила. Потом просто кивнула.
Он на секунду сжал челюсть, отвернулся в сторону, будто сдерживая что-то. Потом выдохнул и снова посмотрел на меня:
— Я такой хуйнёй страдать не буду.
Я чуть нахмурилась, глядя на него.
— Серьёзно, — продолжил он спокойнее. — Мне не надо самоутверждаться за счёт девочки. Не надо спорить на кого-то, играться… Это вообще не моё.
Я молчала, слушая.
— Если мне человек нравится — я с ним рядом, — добавил он. — Если нет — я просто не трогаю. Всё. Без этих приколов.
Я тихо выдохнула, обняв себя руками:
— Звучит… нормально.
— Потому что это и есть нормально, — пожал он плечами. — Просто тебе попался не тот.
Я опустила взгляд:
— А вдруг все такие?
Он сразу покачал головой:
— Нет.
Я подняла на него глаза.
— Не все такие, — повторил он. — Просто ты встретила одного долбоёба, и теперь думаешь, что все такие же.
Я чуть улыбнулась сквозь остатки слёз.
— Я не говорю, что я идеальный, — добавил он, — но… я точно не буду делать тебе больно просто так.
Я замерла на секунду.
И впервые за долгое время… эти слова не вызвали во мне отторжения.
Постепенно разговор сам ушёл в другую сторону. Как-то незаметно. Он начал шутить, вспоминать какие-то странные ситуации, подкалывать меня — и я… начала смеяться. Сначала тихо, потом уже по-настоящему.
Иногда так бывает: приходишь к человеку с болью внутри… а через время сидишь и смеёшься, будто ничего и не было. Легче становится. Будто кто-то аккуратно снял с тебя этот груз. Только я тогда ещё не понимала, что это значит.
Мы сидели так долго. Разговаривали, смеялись, снова молчали. Время будто остановилось.
И в какой-то момент он посмотрел на меня внимательнее:
— Тебе холодно?
Я чуть повела плечами и покачала головой:
— Всё нормально.
Он хмыкнул:
— Угу, видно.
И, не спрашивая, снял с себя зипку и накинул на меня.
Я замерла на секунду. Тёплая ткань сразу окутала плечи, и вместе с этим — его запах. Лёгкий, дорогой, смешанный с чем-то своим… и от этого внутри стало странно спокойно.
— Спасибо… — тихо сказала я, поправляя её на себе.
Он лишь кивнул, снова опершись на капот:
— Сиди.
И мы продолжили сидеть рядом.
Какое-то время мы просто молчали, глядя на звёздное небо. Каждый думал о своём. Тишина была спокойной, не давящей. Ничего не менялось… только я заметила, как он чуть придвинулся ближе. Теперь мы слегка касались плечами. Лёгкое, почти незаметное прикосновение, но от него внутри что-то отозвалось.
Я долго колебалась, но всё-таки решилась:
— Можно ещё один вопрос?
— Давай, — спокойно ответил он.
Я на секунду замялась:
— А как вы с Кристиной…?
Он повернул голову ко мне. Взгляд стал другим — серьёзнее.
Пару секунд он молчал, потом выдохнул:
— Да никак уже.
Я тихо ждала, не перебивая.
— Это я… — он усмехнулся без радости, — мудак, если честно. Неправильно поступил.
Я удивлённо глянула на него.
— Мы разошлись нормально, без скандалов, — продолжил он. — Просто поняли, что дальше не по пути.
Он провёл рукой по затылку:
— Я не хочу врать — там моя вина больше.
Я нахмурилась:
— Сильно обидел её?
— Достаточно, — коротко ответил он. — Но мы поговорили, всё спокойно закрыли. Без грязи.
Он на секунду замолчал, потом добавил:
— Я не горжусь этим.
Я смотрела на него, пытаясь понять… он сейчас искренний или просто говорит красиво.
Но в его голосе не было игры.
Он замолчал на пару секунд, потом будто сам для себя решил что-то и тихо сказал:
— У меня вообще… не всё так просто было.
Я повернула к нему голову, но ничего не сказала. Просто слушала.
— С детства всё как-то криво, — усмехнулся он без веселья. — Отец рано ушёл, мать одна тянула. Денег особо не было… сам крутился как мог.
Он смотрел куда-то вперёд, не на меня:
— Двор, улица… сама понимаешь. Там быстро учишься быть жёстким. Иначе тебя просто сожрут.
Я тихо сглотнула.
— Рано начал зарабатывать, — продолжил он. — Не всегда правильными способами. Потом музыка появилась… как будто шанс выбраться.
Он выдохнул:
— Но характер уже сформировался. Я привык… не привязываться. Не верить особо.
Я смотрела на его профиль — чёткие черты, серьёзный взгляд, и в этот момент он казался совсем другим. Не тем, кого все видят.
— Поэтому и косячу иногда, — добавил он тише. — С людьми. С чувствами.
Я поджала губы, чувствуя, как внутри поднимается что-то тёплое и грустное одновременно.
Ему тоже было непросто…
— Но я не хочу таким оставаться, — сказал он, наконец посмотрев на меня. — Правда.
Я встретилась с его взглядом… и на секунду просто потерялась в нём.
Мы замолчали, и я просто смотрела на него. В этот момент его взгляд был совсем другим. Не насмешливый, не дерзкий, не тот, к которому я уже начала привыкать. Глубокий… чуть уставший, будто в нём было больше, чем он обычно показывает.
Он смотрел прямо на меня, не отводя глаз, и в этом взгляде было что-то тёплое, но с примесью грусти. Будто он не просто видел меня… а пытался почувствовать. Понять.
И от этого становилось странно. Спокойно… и тревожно одновременно.
Я даже не заметила, как задержала дыхание.
Он вдруг усмехнулся, ломая этот момент:
— Поэтому если я тебя, не дай бог, обижу… разрешаю уебать мне по лицу.
Я не сдержалась и засмеялась:
— О, спасибо за разрешение. Запомню.
— Я серьёзно, — хмыкнул он.
— Ага, конечно, — улыбнулась я, качая головой.
Мы переглянулись, и напряжение будто растворилось.
— Ладно… — он посмотрел на небо, потом на меня. — Поехали? Поздно уже, да и ты замёрзла.
Я кивнула, чуть кутаясь в его зипку:
— Да… пора.
Мы оттолкнулись от машины и пошли обратно, всё ещё рядом… чуть ближе, чем раньше.