ой
За окнами начинало темнеть, а в коридорах школы стояла непривычная тишина.
Мы с Кёнджуном сидели за одной партой и заканчивали большой плакат, который задал учитель. Маркеры, краски и листы бумаги были разбросаны по столу.
Дверь вдруг открылась.
Учитель заглянул в класс и посмотрел на нас.
— О, вы ещё здесь? — сказал он с лёгкой улыбкой. — Молодцы. Я же сказал закончить работу сегодня.
Он выглядел довольным, что мы послушались его. Кивнув, учитель закрыл дверь и ушёл.
В классе снова стало тихо.
Кёнджун что-то дорисовывал на плакате, когда вдруг его телефон завибрировал. На экране высветилось: «Сестра».
Он закатил глаза и ответил.
— Что?
Я невольно слышала разговор, потому что в классе было слишком тихо.
— Где ты? — послышался женский голос из телефона.
— В школе, — коротко ответил он.
— С кем?
Кёнджун на секунду бросил на меня быстрый взгляд… и равнодушно сказал:
— Один.
—Точно?
—Да да точно, я один.
Я замерла, делая вид, что продолжаю писать.
Сестра на том конце явно не поверила.
— Покажи класс.
Кёнджун раздражённо вздохнул, но всё же поднял телефон и медленно повернул камеру, показывая пустые парты, доску, окна…
И… меня.
Сестра тут же удивлённо сказала:
— Подожди… там же девочка. Ты же сказал, что один.
Кёнджун даже не посмотрел в мою сторону.
Его голос был холодным и безразличным.
— Она не считается.
После этого он просто убрал телефон, будто разговор был неважен, и продолжил рисовать на плакате.
А я сидела рядом, делая вид, что ничего не услышала…
хотя внутри неприятно сжалось.
В классе снова стало тихо.
Слышно было только, как скрипит маркер по бумаге и как ветер слегка стучит в окно.
Я пыталась сосредоточиться на работе, но слова «она не считается» всё ещё звенели у меня в голове.
Наконец я не выдержала.
— Тогда зачем ты вообще со мной работаешь? — тихо сказала я, не поднимая глаз от плаката.
Маркер Кёнджуна вдруг остановился.
На секунду в классе стало ещё тише.
Он медленно поднял голову и посмотрел на меня.
— Потому что учитель сказал, — холодно ответил он.
Я тихо усмехнулась.
— А… понятно.
Я снова начала писать на плакате, делая вид, что мне всё равно.
Но через пару секунд я заметила, что Кёнджун больше не рисует.
Он просто смотрит на меня.
Я подняла глаза.
Наши взгляды встретились.
И вдруг стало очень неловко.
Слишком тихо.
Слишком близко.
Кёнджун быстро отвёл взгляд, будто его поймали на чём-то странном.
— Ты неправильно написала слово, — резко сказал он, указывая на плакат.
Я нахмурилась.
— Где?
Я наклонилась ближе, чтобы посмотреть.
В этот момент наши головы почти столкнулись.
Мы оба резко остановились.
Между нами осталось буквально несколько сантиметров.
Я почувствовала его дыхание.
Кёнджун тоже замер.
На секунду он даже не отодвинулся… просто смотрел.
А потом вдруг резко откинулся назад на стул.
— Сядь нормально, — грубо сказал он, снова взяв маркер.
Но его уши слегка покраснели.
Кёнджун вдруг встал со стула.
— Дорисуй мою часть, — коротко сказал он, кладя маркер на стол. — Я сейчас вернусь.
Не дожидаясь ответа, он вышел из класса.
Дверь тихо закрылась.
Я посмотрела на плакат.
— Эм… его часть? — пробормотала я.
Я попыталась повторить то, что он делал раньше, но линии получались немного кривыми. Краска растекалась не так, как нужно.
— Ай… нет, это не так…
Я попыталась исправить, но стало только хуже.
В этот момент дверь снова открылась.
Кёнджун вернулся.
Он подошёл к столу… посмотрел на плакат… и его лицо сразу изменилось.
— Что это? — сказал он раздражённо.
Я вздрогнула.
— Я просто…
— Я же сказал дорисовать, а не портить!
Он протянул руку.
— Дай сюда.
Я сразу покачала головой и крепче взяла плакат.
— Нет. Я сама закончу. Я смогу.
Кёнджун раздражённо выдохнул.
— Ты только хуже делаешь.
— Я сказала, я сама!
Он на секунду замолчал, потом вдруг подошёл ближе.
Очень близко.
Он встал прямо за моей спиной.
Я даже почувствовала, как он наклонился немного вперёд.
— Смотри… — тихо сказал он, беря мою руку с маркером. Раздражённо. — Нужно вот так.
Его рука слегка направляла мою, показывая линию на плакате.
Мы стояли почти вплотную.
Я даже почувствовала его дыхание рядом.
И именно в этот момент…
Дверь резко распахнулась.
— ЭЙ КЁНДЖУ...Н— …!
Его друг замер на пороге.
Перед его глазами была очень странная картина.
Кёнджун стоял прямо за мной, почти прижимаясь, его рука держала мою руку, а мы вместе рисовали на плакате.
Друг несколько секунд просто смотрел.
Потом его глаза расширились.
— Ооооо… — протянул он с ухмылкой. — Я, кажется, помешал?
Кёнджун резко отпустил мою руку и отступил назад.
— Заткнись, — холодно сказал он.
Но его друг уже начал смеяться.
— Так вот почему ты сказал что занят и не сможешь прийти.
Он посмотрел на меня, потом снова на Кёнджуна.
— А я думал ты тут просто уроки делаешь… а тут романтика.
Кёнджун раздражённо провёл рукой по волосам.
— Проваливай.
Но его друг только ухмылялся.
— Да ладно, я никому не скажу… наверное.
Друг всё ещё ухмылялся, глядя на нас.
—А вы тут нечего личного не сделали сделали… — протянул он. —Может вы поцелов—
Он даже не успел закончить.
Кёнджун резко подошёл к нему, схватил его за воротник и потащил к двери.
— Пошли, — холодно сказал он.
— Эй! Эй! Что ты делаешь?!
Кёнджун буквально вытолкнул его из класса и захлопнул дверь за собой.
Я осталась одна в классе, слыша их голоса в коридоре.
— Слушай внимательно, — раздражённо сказал Кёнджун. — Закрой рот и никому ничего не говори.
Друг рассмеялся.
— Ооо, значит я всё правильно понял.
— Ты ничего не понял.
— Да? Тогда почему ты так нервничаешь?
— Я не нервничаю.
— Конечно, конечно… — ехидно протянул друг. — Наш холодный Кёнджун тайно проводит время с девочкой в пустом классе.
— Заткнись.
— Или что? Боишься что расскажу всей школе, что вы там почти обнимались?
— МЫ НЕ—
Друг резко побежал по коридору, громко смеясь.
— Ребятааа! У меня есть ново—
— ТЫ ИДИОТ!
Кёнджун тут же рванул за ним.
По пустому коридору школы раздался шум шагов.
— СТОЙ!
— ПОЙМАЙ СНАЧАЛА!
Друг бегал между классами, смеясь, а Кёнджун гнался за ним, всё больше злясь.
— Я тебя убью!
— Ой, страшно! Особенно после такого романтичного вечера!
— ЗАТКНИСЬ!
В классе я слышала весь этот шум… и не знала, смеяться или просто спрятаться под партой.