глава 46 - ночь перед отъездом
Ваня сидел на кровати, продолжал собирать рюкзак. На полу валялись джинсы, футболки, тёплая кофта — он перебирал, думал, что взять, что оставить. Рюкзак был старым, ещё с прошлого года, когда они с Егором ездили на шашлыки. Тогда всё было проще. Тогда не было Леры. Не было Алины. Не было этих мыслей, которые не давали спать по ночам.
Мать зашла без стука, как всегда. Остановилась в дверях, сложила руки на груди, оглядела комнату.
— Куда это ты собрался? — спросила она.
— За город, — ответил он, не поднимая головы. — С одноклассниками. Я же говорил.
— А... с этими, из «Б» класса?
— Ага.
— И надолго?
— На выходные. Вернусь в воскресенье.
Мать помолчала.
— С Лерой едешь?
— Нет. Она же не училась с нами.
— А кто едет?
— Ну там Егор, Илья... Нас пятнадцать человек примерно.
— И девчонки?
— И девчонки.
Мать вздохнула. Этот вздох он знал слишком хорошо.
— Ваня, будь аккуратнее, — сказала она.
— Мам, хватит, — он отложил футболку. — Я не маленький.
— Я знаю, — она подошла ближе, села на край кровати. — Но ты иногда горячишься. И не думаешь о последствиях.
— Всё будет нормально, — он застегнул рюкзак. — Не переживай.
— Я всегда переживаю, — она погладила его по голове. — Ты мой сын.
Он промолчал. Мама посидела ещё немного, потом встала, вышла. Дверь закрылась, и Ваня остался один.
Он взял телефон, открыл переписку с Лерой. Она написала час назад: «Привет. Как дела?» Он ответил: «Норм. Собираюсь». Она сразу прочитала.
Лера: Я скучаю
Ваня: Я тоже
Лера: Ты завтра уезжаешь
Ваня: Ага. Днём
Лера: Будешь писать?
Ваня: Конечно
Лера: Я люблю тебя
Ваня: Я тебя больше
Он отложил телефон, лёг на кровать, смотрел в потолок. Думал о завтрашнем дне. О том, как они поедут, как будут собираться у дома, как разделят комнаты. О том, кто с кем будет спать, кто будет готовить, кто будет сидеть у костра.
Он подумал об Алине. Интересно, что она наденет? Она всегда одевалась красиво. Даже в школе, даже в обычный день, когда другие ходили в джинсах и свитерах, она умудрялась выглядеть так, будто только что с обложки журнала. А на тусовку наденет что-то особенное. Платье, наверное. Короткое. Или джинсы и красивый топ. Она любила топы — с открытыми плечами, с кружевом, с тонкими бретельками.
Он представил её. Светлые волосы, распущенные, падают на плечи. Улыбка, от которой у него когда-то замирало сердце. Глаза, которые смотрели так, будто видели его насквозь. Как она смеётся, запрокидывая голову, как поправляет волосы, когда говорит, как касается его руки, когда хочет привлечь внимание.
Он одёрнул себя. Зачем он об этом думает? У него есть Лера. Он любит Леру. Алина — просто друг. Просто человек, с которым он когда-то встречался. Сейчас они просто общаются. Ничего больше.
А потом он открыл чат с Лерой. И написал.
Ваня: Лер
Лера: Что?
Ваня: Я тут лежу, думаю о тебе
Лера: Хорошо или плохо?
Ваня: Очень хорошо
Он улыбнулся. Ему захотелось говорить ей приятное. Захотелось, чтобы она знала, как много значит для него.
Ваня: Ты не представляешь, как я хочу тебя обнять
Лера: Правда?
Ваня: Да. Прижать к себе так, чтобы ты никуда не делась
Лера: Я бы и не делась
Ваня: Я знаю
Он на секунду задумался. Потом написал:
Ваня: Знаешь, что я хочу сделать, когда вернусь?
Лера: Что?
Ваня: Подойти к тебе сзади, пока ты будешь что-то делать. Обнять за талию. Поцеловать в шею. Чтобы ты вздрогнула и выдохнула
Лера: Ваня...
Ваня: Что?
Лера: Ты меня смущаешь
Ваня: А я хочу тебя смущать
Она прислала смайлик — краснеющий. Он улыбнулся.
Ваня: А потом я разверну тебя к себе. Посмотрю в глаза. И поцелую. Долго. Медленно. Чтобы ты забыла, как дышать
Лера: Ты это серьёзно?
Ваня: Абсолютно
Он чувствовал, как её смущение передаётся через экран. Ему это нравилось. Нравилось, что он может заставить её краснеть даже на расстоянии.
Ваня: А потом я возьму тебя за руку и отведу в комнату. Закрою дверь. И никто нам не помешает
Лера: Никто?
Ваня: Никто
Она помолчала минуту. Потом написала:
Лера: И что ты сделаешь?
Ваня: Сначала раздену тебя. Медленно. Пуговица за пуговицей. Чтобы ты дрожала от нетерпения
Лера: Я и так дрожу
Ваня: Я знаю
Он чувствовал, как разговор заводит его самого. Но ему нравилось. Нравилось говорить ей это.
Ваня: А потом я прижму тебя к кровати. Так, чтобы ты не могла шевелиться. Чтобы чувствовала только меня
Лера: Ваня...
Ваня: И ты будешь шептать моё имя. Снова и снова
Лера: Ты меня добьёшь
Ваня: Это и есть цель
Она прислала смайлик — сердечко. Он улыбнулся, представил её лицо.
Лера: Я тебя люблю
Ваня: Я тебя больше
———
Но даже этот диалог не мог успокоить внутреннюю тревогу Леры. Так бывает у девушек — вроде, всё хорошо, но шестое чувство подсказывает, что нет.
Она лежала в своей постели, перечитывала их переписку, улыбалась, но внутри всё равно ныло. Его слова согревали, но страх не уходил. Он сидел где-то глубоко, в самом тёмном углу, и ждал.
Она открыла чат с Крис.
Лера: Крис, привет. Ты можешь сделать ещё расклад?
Крис: Лерка! Привет. Конечно. Что опять случилось-приключилось?
Лера закусила губу. Как объяснить? Как рассказать, что её парень завтра уезжает с бывшей? Что она боится, что он вернётся другим? Что она боится, что он не вернётся вообще?
Лера: Ваня завтра уезжает на выходные. С одноклассниками. И там будет его бывшая. Алина. Я боюсь
Крис: Поняла. Сделаю
Лера ждала. Минута, две, пять. Она смотрела на экран, не моргая. Сердце колотилось где-то в горле. Потом пришло сообщение.
Крис: Лер, я сделала три расклада
Лера: И что?
Крис: Они все одинаковые. Я перетасовала несколько раз, но каждый раз выходит одно и то же
Лера: Что именно?
Крис: Он будет смотреть на неё. И она на него. Между ними что-то есть. Какая-то связь, которую он не может разорвать
Лера смотрела на экран. Слова расплывались перед глазами.
Лера: То есть он может изменить?
Крис: Я не знаю. Карты не говорят прямо. Они говорят, что он запутан. Что он не знает, чего хочет. Что у него в голове каша
Лера: И что мне делать?
Крис: Ничего. Ты не можешь контролировать его чувства
Лера отложила телефон. Слёзы текли по щекам, она не вытирала. Она чувствовала, как они капают на подушку, на одеяло, на руки.
Лера: Спасибо
Крис: Держись. Всё будет хорошо. Как бы ни повернулось
Лера отложила телефон, свернулась калачиком. Смотрела в стену. Думала о Ване. О том, что он сейчас, может быть, думает о ней. Или об Алине. Она не знала. Она ничего не знала.
Но завтра всё решится.