Запретная зона

УТРОМ МИЛЕНУ разбудил лёгкий стук в дверь и голос Арианы:
— Милена, подъём! Опаздываем в школу!

Милена приоткрыла глаза, потянулась и улыбнулась. Комната Арианы, в которой она теперь жила, выглядела по‑домашнему уютно: на подоконнике стояли цветы, на стене висели постеры с любимыми группами подруги, а с двери свисала гирлянда с маленькими жёлтыми лампочками.

— Уже встаю, — Милена села на кровати, потёрла глаза. — Спасибо, что приютила меня.
— Да ладно, — Ариана махнула рукой. — Теперь ты моя временная соседка! Пойдём завтракать, мама приготовила блинчики.

Они спустились вниз. Тётя Марина уже накрыла на стол: аромат кофе и свежих блинчиков наполнил кухню.
— Доброе утро, Милена, — улыбнулась женщина. — Как спалось?
— Отлично, спасибо, — Милена села за стол. — Вы так добры ко мне...
— Ешь, набирайся сил, — тётя Марина поставила перед ней тарелку с блинчиками и клубничным вареньем. — У тебя сегодня непростой день.

В школе всё шло как обычно: уроки, подготовка к ЕГЭ, тесты по математике и русскому языку. Милена старалась сосредоточиться на заданиях, но мысли то и дело возвращались к предстоящему вечеру — к работе в офисе Белинсонов и возможной встрече с Артуром Белинсовым.

Одноклассники бросали на неё любопытные взгляды — слухи о конфликте её семьи с Белинсонами уже разошлись по школе. Но никто не решался подойти и спросить напрямую. Только Лиза, староста класса, наклонилась к ней на литературе и тихо спросила:
— Ты в порядке? Говорят, у тебя дома проблемы...
— Всё нормально, — Милена улыбнулась. — Просто временные сложности. Спасибо, что спросила.

После уроков Милена направилась в офис холдинга Белинсонов. Она переоделась в свою «рабочую» одежду — строгую блузку и юбку‑карандаш чуть выше колен, поправила волосы и вошла в здание. Охранник на входе кивнул ей, как знакомой, и пропустил через турникет.

Рабочий день прошёл в делах: она сортировала документы, помогала с оргтехникой, отвечала на звонки в приёмной. Коллеги относились к ней доброжелательно, а Анна Воронова даже похвалила за аккуратность и внимательность.

Ближе к концу смены Милена зашла в небольшую комнату отдыха для сотрудников — там стояли диван, кофейный автомат и книжная полка. Она села на диван, достала телефон и разблокировала экран.

Там её ждало сообщение от отца — короткое, резкое, написанное заглавными буквами:

Отец : Из дома ты выписана , можешь больше НИКОГДА не возвращаться сюда , тут тебя никто не ждёт

Милена сглотнула. Пальцы замерли над клавиатурой — она хотела ответить, но не успела подобрать слова.

В этот момент в дверь постучали.
— Милена? — в проёме показалась голова Анны Вороновой. — Артур Белинсон просит тебя зайти к нему через десять минут. Подготовь отчёт по сегодняшним документам, пожалуйста.
— Хорошо, — Милена быстро убрала телефон в сумку. — Буду через десять минут.

— Отлично, — Анна улыбнулась и закрыла дверь.

Милена глубоко вздохнула, встала и поправила блузку. Сообщение отца всё ещё горело в памяти, но сейчас было важнее сосредоточиться на встрече с отцом Яна. Она вернулась в приёмную, собрала нужные бумаги и начала быстро проверять цифры в отчёте.

«Я не отступлю, — подумала она, перелистывая страницы. — Я здесь не для того, чтобы шпионить или ссорить семьи. Я здесь, чтобы найти правду. И я её найду».

Она ещё раз проверила отчёт, сложила листы в папку и посмотрела на часы. До встречи оставалось пять минут. Милена расправила плечи, сделала глубокий вдох и направилась к лифтам — к кабинету Артура Борисовича Белинсона.

...

Милена вышла из здания холдинга, вдохнула прохладный вечерний воздух и поправила сумку на плече. День выдался напряжённым: разговор с Артуром Борисовичем, куча документов, постоянное напряжение из‑за сообщения отца... Но она держалась — и даже получила от Белинсона‑старшего одобрительный кивок за хорошо выполненную работу.

Она направилась к автобусной остановке, чтобы доехать до дома Арианы. Улица уже погружалась в сумерки, фонари отбрасывали длинные тени, а в витринах магазинов отражались первые огни вечернего города.

Милена свернула в короткий переулок — так было ближе к остановке, — и вдруг замерла. У стены дома, небрежно прислонившись к кирпичной кладке, стоял Егор Глюков по прозвищу Глюк — известный в школе задира и заклятый враг Яна. Он курил, лениво стряхивая пепел, и, заметив Милену, расплылся в ухмылке.

— О, Демидова, — протянул он, выпуская дым. — Какими судьбами в этих краях? Неужели опять бежишь к своему новому дружку Белинсону?

Милена сжала рюкзак , висевший на одном плече, она постаралась сохранить спокойствие.
— Егор, я спешу.
— Куда спешишь? — он сделал шаг вперёд, преграждая ей путь. — К Ариане? Говорят, ты теперь там живёшь. Папаша выгнал из дворца?
— Это не твоё дело, — Милена попыталась обойти его, но он снова встал на дороге.
— А я вот думаю, что моё, — Егор затушил сигарету о стену и бросил окурок на асфальт. — Знаешь, я тут подумал: ты ведь теперь вроде как между двух огней. Демидовы против Белинсонов, а ты — где?
— Я там, где хочу быть, — твёрдо ответила Милена. — И не собираюсь отчитываться перед тобой.
— О, какая гордая, — он усмехнулся. — Но знаешь что? Ты всё равно проиграешь. Твой отец тебя не простит. А Белинсоны... Думаешь, они примут тебя? Артур Борисович просто использует тебя, чтобы давить на Демидовых. А Ян... Ну, Ян — предаст.
— Ты ничего не знаешь ни обо мне, ни о Яне, — Милена почувствовала, как закипает внутри. — И уж точно не тебе судить, кто кого использует.

Егор помолчал, потом сделал шаг ближе — теперь между ними оставалось всего полметра. Неожиданно он протянул руку и положил ладонь на талию Милены, слегка сжав.
— Может, и не знаю, — тихо произнёс он, понизив голос. — Но я точно знаю одно: ты сейчас уязвима. И если будешь продолжать лезть в дела Белинсонов, это может плохо кончиться. Для тебя.

Милена резко отстранилась, сбросив его руку. Её глаза сверкнули гневом.
— Убери руки, — чётко и холодно произнесла она. — Немедленно.
— Да ладно, не кипятись, — Егор поднял ладони в притворном жесте примирения, но в глазах читалась насмешка. — Просто хотел показать, что я могу быть... полезным. В отличие от Белинсона.
— Твои «полезные» предложения мне не нужны, — Милена отступила ещё на шаг, увеличивая дистанцию. — И если ещё раз ты ко мне прикоснёшься без разрешения — я не просто уйду, а сделаю так , чтоб в школе тебя ненавидели.

— Ого, какие мы грозные, — Егор рассмеялся, но отступил, больше не пытаясь приблизиться. — Ладно, Демидова. Ты упрямая. Это я уважаю. Но запомни: я предупредил.
Он отступил в сторону, освобождая проход.
— И ещё, — добавил он, когда Милена уже сделала шаг мимо него. — Если вдруг передумаешь дружить с Белинсоном — знаешь, где меня найти. Я могу помочь. По‑настоящему.
— Спасибо, обойдусь, — бросила Милена через плечо и быстро пошла вперёд.

Она ускорила шаг, стараясь не оглядываться. Сердце билось чаще, но не от страха — от злости и решимости. Егор пытался запугать её и манипулировать, но добился обратного: теперь Милена была ещё твёрже уверена в своём выборе.

Через несколько минут она вышла на главную улицу, увидела вдалеке автобусную остановку и облегчённо выдохнула. Ещё немного — и она будет у Арианы, в безопасности, среди тех, кто ей верит.

По дороге она достала телефон и написала Яну:

Милена: Только что встретила Глюка. Он пытался меня запугать, говорил, что твой отец использует меня против моей семьи. И... он ко мне прикасался. Положил руку на талию. Я его оттолкнула.
Ян: Придурок. Сейчас все нормально?
Милена: Всё нормально, я уже почти у дома Арианы. Он просто угрожал словами и пытался манипулировать.
Ян: Будь осторожна. Глюк — тот ещё тип. Если ещё раз появится — сразу звони мне. Обещаешь?
Милена: Обещаю.
Ян: Тогда иди домой , я всегда рядом

Милена улыбнулась, убрала телефон и ускорила шаг. Впереди, за поворотом, уже виднелся знакомый дом Арианы — уютный свет в окнах, калитка, ведущая к крыльцу. Она глубоко вздохнула и пошла быстрее.

Ночь уже окутала город, уличные фонари отбрасывали мягкий свет в окна дома Арианы. Милена тихо приоткрыла дверь в комнату подруги — та сидела на кровати, обложившись учебниками и тетрадями, и что‑то сосредоточенно записывала.

— Ари, — тихо позвала Милена, — можно к тебе?

Ариана подняла голову, улыбнулась и отложила ручку:
— Конечно! Заходи, садись. Что случилось?
Милена прошла внутрь, села на край кровати и вздохнула:
— Просто не спится. Столько всего навалилось... Хочу с кем‑то поговорить нормально, без оглядки на всех этих Белинсонов и Демидовых.
— Тогда рассказывай, — Ариана пододвинулась ближе, обняла подругу за плечи. — С чего начнём? С Глюка? С твоего отца? Или с Яна?

Милена рассмеялась:
— Давай с самого простого. С Глюка. Представляешь, он посмел ко мне прикоснуться! Положил руку на талию и ещё пытался что‑то там внушить про «помощь»...
— Что?! — Ариана возмущённо выпрямилась. — Да как он посмел! И что ты сделала?
— Оттолкнула его и сказала, что испорчу его репутацию в школе ,если ещё раз так сделает, — Милена гордо подняла подбородок. — Знаешь, это было... неожиданно смело. Я сама от себя такого не ожидала.
— Ты молодец, — Ариана сжала её руку. — Так ему и надо. Глюк всегда был мерзким типом.

Они помолчали, потом Милена улыбнулась:
— А знаешь, что самое прикольное? После этого я написала Яну. И он так за меня испугался! И сказал что всегда рядом
— О, — Ариана хитро прищурилась, — вижу, вижу, как загораются твои глаза, когда ты про него говоришь. Он тебе нравится?
— Нет, — Милена слегка покраснела. — Но мне с ним... спокойно. И в то же время волнующе, но он явно не тот кто мне нужен
— Звучит очень многообещающе, — подруга подмигнула. — Ну а теперь твоя очередь задавать вопросы. Спрашивай.

Милена лукаво улыбнулась:
— Как у тебя дела с Максом? Он ведь тебе нравится, я права?
Ариана вдруг залилась румянцем и опустила глаза:
— Ну... да, нравится. Но он такой... сложный. Мы дружим уже сто лет, и я не уверена, видит ли он во мне что‑то большее.
— А ты пробовала намекнуть? — Милена подвинулась ближе.
— Пробовала, — вздохнула Ариана. — Но он либо не понимает, либо делает вид, что не понимает. Вчера вот говорит: «Ари, ты лучшая подруга, с тобой так классно!» А я думаю: «Макс, ну когда же ты поймёшь, что я хочу быть не просто подругой?»
— Может, стоит сказать прямо? — предложила Милена.
— Боюсь, — призналась Ариана. — Вдруг он испугается? Или решит, что это всё испортит? Мы же столько лет дружим...
— Но ведь и я боялась говорить с Яном, — Милена взяла её за руку. — А теперь вижу: стоило рискнуть. Иногда нужно просто сделать шаг навстречу. Даже если страшно.

Ариана задумалась, потом улыбнулась:
— Знаешь, ты права. Может, я и правда слишком осторожничаю.
— Вот и отлично! — Милена обняла её. — Значит, будем работать над двумя фронтами: я — с Яном и разбором всей этой истории с данными, а ты — с Максом. Договорились?
— Договорились! — Ариана рассмеялась. — План на ближайшую неделю: счастье в личной жизни и разоблачение корпоративного заговора!

Девушки расхохотались, и напряжение последних дней словно растворилось в этом смехе.

— Спасибо, Ари, — серьёзно сказала Милена. — За то, что ты есть. За дом, за поддержку, за эти разговоры...
— Да ладно тебе, — Ариана махнула рукой. — Мы же подруги. А друзья для того и нужны — чтобы вместе смеяться, плакать и строить планы по завоеванию мира.

Они ещё немного поболтали, выпили чаю с печеньем, которое Ариана тайком принесла из кухни, и наконец решили, что пора спать.

Уже лёжа в постели, Милена думала о словах подруги. В груди разливалась теплота — не только от уютного дома и надёжного плеча рядом, но и от новой решимости. Завтра будет новый день, новые вызовы... Но теперь она не одна. И это главное.