Роза

Мы стояли на краю куста, и казалось, что весь мир сжался до ширины моего дыхания. Бан Чан тихо проверил позицию, Минхо поднял лицо к небу, Чонин сжал лисий платок так, будто это было всё, что у него осталось, а я держала мешочек с розами и старалась не думать о том, чтобы спрятать его глубже. Я записывала , но карандаш дрожал вместе с пальцами.

План был прост: наблюдать, не вмешиваться, вынести максимум данных. На деле же всё было тоньше: тень может стать плотью в одно мгновенье, и никто не даст тебе отсрочки, если печать проснётся.

Мы растянулись вдоль леса. Трое в укрытии, двое на перегибе, пара переговорщики. Минхо чуть в стороне ближе к небу, Рюджин у ручья, чтобы слышать подземные шумы, Сынмин рядом с болотом. Я в середине, потому что так мне спокойнее, и потому что никто не должен знать, что я держу мешочек у самой груди.

Первые минуты ничего не предвещали беды. Потом, один за другим, люди вышли из домов. Они шли размеренно, как будто знали порядок своих действий по старым коленям: кто-то с фонарём, кто-то с посохом, у ворот - тотем из веток, обвешанный сушёными травами, в центре - лисья морда вырезанная из дерева. Человек с рунами на ладони стоял у входа, и по его пальцам пробегал слабый свет.

Я почувствовала, как воздух изменился. Нельзя было сказать, что это ветер , скорее было ощущение плотности, как будто кто‑то слегка надавил ладонью на песок воздуха. Минхо шевельнулся, его лицо побледнело.
М: есть ритм - прошептал он, и это было довольно точное слово. Ритм, который слушает небо и землю одновременно.

Они начали чтение ,тихое, без плясок, без громких телодвижений. Слова шли низко и ровно, вплетаясь в шелест листьев. В центре круга у ворот светился знак, который я видела раньше в чертежах кабинета директора : круг с разрывом внизу и лучи, как лепестки. Розы в мешочке ответили сначала теплом, потом - странным подрагиванием. Я попробовала не дышать, потому что запах начинал подниматься, и мне казалось, что он тянет от меня что‑то старое и скреплённое памятью.

Когда ритуал добрался до определённой фразы, старейшина снял накидку. Его лицо было иссечено жизнью, но глаза - острые, внимательные. Он посмотрел туда, где, как я думала, никто не стоит, и на секунду мне показалось, что он смотрит прямо на нас. Минхо чуть наклонился, как будто слушая облака. Он попытался подправить туман, но небо не поддалось - как будто руна уже заняла свою полосу и отказывалась делиться.

Потом случилось то, чего я и боялась, и ждала одновременно: один из сторожей учуял розу,которую ранее я нечаянно уронила. Он шагнул, взял её и всё в его лице изменилось. Сначала удивление, потом какая‑то далёкая боль, словно старое воспоминание всплыло и разорвалось. Он втянул воздух, глаза закрылись, губы шевельнулись, и он прошептал имя. Оно прозвучало не как обращение, а как ключ. Старейшина положил свою ладонь с печатью над его головой, и оттуда вырвался тонкий нитевидный свет.

Этот свет как будто проверил землю и воздух, потом ударил по нам - не прямой удар, а по нервам. Рюджин, сидевшая ближе к воде, дернулась и схватилась за уши. Её взгляд потемнел, защёлкал внутренний механизм, и она словно утонула в собственной крови: у неё не стало слуха, который она использовала, чтобы ловить подводные голоса. Это было хуже объяснения - словно руна заставила её внутреннее ухо забыть, как слушать.

Б: сохранять тишину. Наблюдаем - Бан Чан тихо отдал команду. Но по мне поползла тревога - роза в руках стала нагреваться, и я ощутила прилив чужих образов. Один образ - краткий, но густой: храм, не разрушенный, женщина с зеркалом и в нём тёмный цветок. Это не был просто образ, это была сцена, что вставала у меня в горле, требуя, чтобы я её записала.

Чонин рванулся, бросил иллюзию в сторону ворот - стаю лисиц, мелькающих в полумраке. Часть людей отвлеклись, но руна сработала иначе: не как охрана, а как сторожевая память. Свет у ворот сложился в силуэт - лиса, но не совсем зверь, скорее след. Она смотрела прямо на меня, и в этот взгляд врезалось то, что уже было в моей голове - старое имя, знак с архива.
Не успела я понять, что делаю, как одна роза вырвалась из мешочка и катнулась по земле. Сторож поднял её, понюхал - и его лицо искажалось от эмоции, словно он принял на вкус долгую боль. Мне захотелось кинуться, поймать розу, но Бан Чан удержал мою руку железной хваткой. Б: не двигайся - прошептал он. Его голос содержал в себе всю тяжесть выбора: движение может стоить нам всего.

Потом началось. Рюджин стала синим пятном на земле - не от холода, а от изжоги слуха. Её рот шевельнулся, но звука не было; она пыталась взять воду, но не сумела определить, где её края. Мы поняли - их руна бьёт не только по телу, она пробирается в память. Через аромат роз и мелкие знаки она может вытащить то, что роднит человека с этим местом: имена, лица, песни. Это была защита не от оружия, а от тех, кто пришёл извне - она возвращала людей к тому, кем они были, и заставляла гостей чувствовать чужую боль.

Команда сработала быстро и не без паники.
Б: Отойти - сказал он, и свист прорезал воздух : два длинных сигнала, которых мы учили на случай серьёзной опасности. Чонин поднял иллюзии сильнее, Минхо попытался вызвать туман, но атмосфера была жёстка - небо слушало и отвечало неохотно. Феликс и Йеджи включили отражатели, чтобы ослепить наиболее внимательных сторожей, и это сработало - но не полностью. Старейшина, кажется, чувствовал нашу попытку скрыться. Он поднял руку, и по воротам пробежали новые круги света - запирающие, как ловушки.

Рюджин упала, и, клянусь, мне никогда не было так страшно за чужой слух. Она - наша «ушная нить», наша карта подземных шумов , вдруг оказалось, что она не слышит нас. Чонин бросился к ней, прижал к груди платок, что у него всегда с собой. Я видела, как его глаза бегут в панике, как будто он считал такты, которых не хватало.

Мы отступали, но делали это будто по канату: нельзя было рвать порядок, потому что тогда ритуал загорится и расползётся. Мы двигались короткими шагами, пряча силуэты, стараясь не издавать звук, хотя весь мир внутри меня стучал. Розы шептали свои образы и тянули меня туда, к воротам, к тем именам, которые звучали как судьба.

Когда мы наконец отошли на безопасное расстояние - за последними старенькими дубами, где корни были вросшими губами земли все рухнуло с меня одновременно: усталость, испуг и огромное, беспросветное удивление от того, как легко память может быть использована как оружие. Мы присели. Рюджин дышала, но её лицо было бледным, и она шептала что‑то не для ушей, а для себя.
Р: они включили... память - сказала она, и это была не метафора. -Они не просто защищают дом. Они вынимают то, что уходит-Я видела это в её глазах ,в тех местах, где раньше билась уверенность.

Бан Чан посмотрел на мешочек, на розы, на меня. В его взгляде было и недоверие, и смутная тревога.
Б: мы не можем вернуться так - сказал он тихо. - Нужно разобраться с тем что мы нашли в архиве. Имя, что они произнесли оно есть в списке.
Ф: Юнань. Это же имя он произнёс?
- да, это. - мы стали раздумывать в тишине. Каждый сидел и втыкал разгадывая загадки, который нам задали разгадать эти люди.
С: у меня есть теория. - сказал он - в этом списке есть ещё и твоё имя Юна, а значит ты с этим всем как-то связана. Юнань идёт перед тобой и имена похожие. Вы точно чём-то связаны.
Х: родом? - выдвинул свои варианты парень с идеальным профилем, на который я просто сейчас смотрела и не могла отлипнуть.
Ха: кстати как вариант... - это звучало и вправду как настоящая правда.
Б:да, вариант не плохой, но чтобы узнать так это или нет, я думаю нам стоит пробраться в эту деревню. Там что-то есть. Непросто так же в кабинету детектора лежала карта к какой-то деревне, о которой ранее не знали.
Й: и когда пойдём?
Б: завтра - сделал вдох, как бы готовясь к чему то - утром. Мы пойдём в открытую, по другому мы навряд ли проберемся.
Р: это рисковано.
Х: жизнь одна - делай всë чтобы добиться своего.
Где-то я уже слышала эти слова. Как будто дежавю, перед моими глазами всплыл момент с самого детства. Но это не с "моими родителями".Все размыто... Помню только голос...
Я даже не задумываясь сразу сказала про это всем.
Ф: возвращается память? - в недоумении посмотрел на меня блондин.
Ха: в последнее время твоё прошлое начинает активничать и помогать нам..
Р: как-будто специально
- надо поскорее дождаться утра и пойти в ту деревню.
После этих слов все стали готовиться ко сну. Мы все спали в один ряд, я была возле стенки, возле меня Хенджин.
Я не знаю что происходит со мной в последнее время. Рядом с ним я чувствую свободу, спокойствие и защиту. Я знаю что этот человек защитит меня во что бы то не стало. Спросите с чего я это взяла? Я сама не знаю, сердце подсказывает, что этот человек может ня не придаст.

Я лежу на этом жёстком, холодном поту и не могу уснуть. Спать легли мы давно, но я все верчусь и верчусь.

Х: что случилось? - внезапно послышался сладкий шёпот рядом со мной.
- уснуть не могу. - моя голова повернулась в его сторону
Х: холодно? - посмотрел он мне в глаза.
- да.. - я не знаю зачем я соврала. Я даже не знаю почему не могла уснуть.
Парень раскрыл руки
Х: иди сюда - я ожидала чего угодно, но не этого. Он продолжил мне его обнять? Но я ничего не сказала и просто легла обняв покрепче этого парня. Его запах сразу ударил в нос. Его объятия были такими теплым и нежными...
- от тебя вкусно пахнет
Х: от тебя тоже , принцесса. - было слышно как он улыбнулся.
Что это все?
Я тоже улыбнулась и полностью "укутавшись" в него я наконец-то заснула.

Й:.... ну братиик ты даешь- услышала я, но виду не подала что я проснулась
Ха: ну все Йеджи, твоего брата уже охумутали .
Р: ну а как в такого красавца не влюбиться
Ф: че? - с перекошенным от неожиданности лицом он посмотрел на свою девушку.
Р: я пошутила... - её голос чуть утих, поняв что сказала вообще не то что надо.
Парень ничего на это не сказал.
Б: что вы тут столпились? - как я поняла Чана здесь до этого не было.
С: да так, парочка новая походу у нас будет.
Ч: а может уже и есть.
Б: ну и быстрые они. - быстро сказал Чан.
Тут я решила сделать вид что просыпаюсь. Я стала шевелиться и поворачиваться, одновременно потягиваясь. Все разбежались.
Я встала. Когда я посмотрела на всех, все были чем то заняты. Какие быстрые. Дурачки. Мой взгляд перепал на спящего красавца, с которым я только ято лежала в обнимку.
Х: красивый? - ухмыльнулся парень. Честно, я испугалась.
- честно?
Х: да - его глаза уже были открыты и устремлены на меня.
- очень.
Х: ого. Можно считать как признание? - его улыбка с лица не сходила, а становилась все ярче и ярче.
- так хочешь, чтобы я тебе призналась в любви?
Х: очень. - как бы повторяя мои слова сказал он.
- ну жди -я встала и направилась к остальным
Идти долго не пришлось, так как находились они на улице. Ну они вышли к моменту нашего разговора с Хенджином.
М: оо, спящая красавица проснулась. А спящий принц проснулся?
- проснулся.
Ф: как спалось? - даже дурак догадается что они намекают на то как мы спали в обнимку
Х: безупречно- похлопал меня по плечу Хван. Все посмеялись.
Б: что между вами? - с улыбкой на лице спросил старший.
Х: в смысле?
Ч: не обращай внимания.
- выдвигаемся? - сменила я тему.
Б: да, вещи мы уже собрали. Так что пошлите.
Путь был уже полегче, чем ночью.
Нам не приходилось прятаться, поэтому и стало легче.
Pov Хенджина
Я даже не заметил, когда меня стала притягивать к себе Юна. Меня тянет что то , и отцепиться я уже не могу.

Сейчас мы идём к той деревушке. Она идёт и разглядывать все вокруге. Её внешность поражает, как ее могли буллить? Эта девушка просто взяла и перевернула все наши планы, поставив нам задачу, на которую мы решились сами. Нас не заставляли...
Она может и боится внутри, но точно не снаружи. Она готова на всë, лишь бы узнать правду. Узнать кто она.
Раньше, у меня уже была девушка. Но как оказалось потом, она была со мной только из-за денег и моего статуса. Да, не все королевства прям богаты.
Королевство огня на 2 месте, по знатности. Спросите про 1 место? Так вот, я не знаю кто на 1-м месте. Но вот родители 100% знают. И знают только они, и больше никто. Потому что когда я спрашиваю об этом, они становятся оооочень странными и подозрительными. Они отнекиваются на то, что они не знаю.
Бред.