{💚Маммон💚 & 🎀дочь Т/И🎀} Временный переезд
Примечание : здесь Т/И дочь Маммона! Да, я решила разбавить историю родительскими драбблами/зарисовками (；^ω^) TW : РПП
$ $ $ $ $ $ $ $ $ $ $ $ $ $ $ $ $ $ $ $ $
Маммон стоял, нависая над твоим письменным столом. Ты старалась быть как можно тише, вся согнулась, и при желании, наверное, слилась бы со стулом. Ты не боялась его, вовсе нет. Отец никогда не поднимал на тебя руку, на многое закрывал глаза, частенько баловал лишь потому что ты его любимая доченька, и пожалуй единственная, кого он искренне любит. Но стоило ему заподозорить опасность для своей драгоценной малютки (да, в порывах нежности он всё ещё называет тебя "малюткой", несмотря на то, что ты уже подросток), он становился строг и беспрекословен. Нервно барабаня пальцами по столешнице, Маммон прошипел сквозь зубы :
— Я обеспокоен. — он пристальнее всмотрелся в твоё лицо, стараясь увидеть реакцию. Не получив ответа, он легонько приподнял тебя за подбородок, чтобы ты не отводила взгляд.
— Я очень обеспокоен. — настойчивее повторил Маммон, утягивая тебя в паучие объятия. — И ты прекрасно знаешь о чём я.
Ты свернулась клубочком в его руках (Маммон легко менял размер, ты могла хоть лежать на нём, как на огромной кровати) и тихо вздохнула. Маммон продолжал гладить тебя по голове, сильнее прижимая к себе. Всё вскрылось. Но было наивно ожидать, что Маммон не заметит...
Это началось где-то полгода назад. Вам с Маммоном пришлось переехать из центрального города круга Жадности в окраину, потому что там открывалась новая сеть банкоматов. Естественно, этот процесс требовал контроля со стороны князя Жадности.
- Не волнуйся, Т/И, это лишь на месяц. Как только я удостоверюсь, что эти придурки сделали всё качественно, мы сразу же вернёмся в Золотой замок.
Золотой замок - это ваш дом. Огромное поместье, конечно сделанное не из золота, но богато украшенное и оснащённое всеми удобствами. Ты росла в нём с детства и это был один из немногих случаев, когда ты покидала его больше, чем на два дня. Маммон всеми силами старался, чтобы этот месяц прошёл для тебя как можно более комфортно. Вы поселились в уютном отеле, который, конечно был не таким роскошным как Золотой дворец , но и простой гостиницей его не назовёшь. Интерьеру и обслуживанию (несколько горничных, лакей и начальник отеля всегда были к вашим услугам) можно было поставить все пятьдесят звёзд вместо пяти. И школа, в которую ты ходила весь этот месяц была неплоха. Там не торговали наркотой, как во многих неблагополучных школах, и даже почти не курили. Но вот только...
— Они что-то тебе сказали, да? — тихо, но с той же настойчивостью спросил Маммон, укачивая тебя на руках — Что они сказали тебе?
— Ничего. В целом, всё было хорошо. — тихо ответила ты, потупив взгляд.
— Всё было хорошо, когда у моего ребёнка был завтрак, обед, полдник, ужин и тёплое молоко с мёдом перед сном. — отрезал Маммон — А когда ты вдруг стала взвешиваться после еды и отказываться от приёмов пищи "хорошее" прекратилось. — Маммон напряжённо потёр переносицу — Ты даже перестала есть свои любимые крабовые палочки, а ведь раньше могла есть их, когда захочешь и как захочешь, например, со сметаной.
Это правда. Ты обожала крабовые палочки, перепробовала их во всех видах и до сих пор любила, но сейчас, боялась. Боялась наесться и поднабрать. Этот страх невольно преследовал тебя всюду, о какой бы еде ни шла речь.
— Я просто разлюбила их, вот и всё.
— Не верю. Ни слову не верю. — ответил Маммон, сильнее прижимая тебя к себе. — Я же тебя знаю, милая. — сказал он, сдвинув брови домиком.
Какое-то время вы сидели молча. Ты даже попыталась слезть с его колен, но он, послав тебе недовольный взгляд, лишь сильнее (хотя казалось, что сильнее уже некуда) обнял тебя. Он гладил тебя по голове, целовал в лоб, чесал спину, вообщем тискал, словно маленькую. Ты терпела, где-то тебе это даже нравилось. Но после продолжительных ласк Маммон заявил :
— Я запишу тебя к врачу.
— Папа! — ты встала на дыбы. Перспектива делиться своими чувствами с каким-то дядечкой в белом халате тебя совсем не радовала и ты прямо сказала об этом отцу.
— Эти психотерапевты всегда копаются во мне, придираются к формулировкам фраз, а я ненавижу когда во мне копаются!
— Вообще-то, это их работа, доченька, для этого я тебя и запишу на приём. Я должен понять что с тобой происходит и желательно успеть понять до того, как ты себя угробишь.
Ты устало уронила голову на руки, судорожно вздыхая.
— Я хочу как лучше. — пытался убедить тебя Маммон. Он начал мягко гладить твои волосы. — Может всё-таки расскажешь, что тебя гложет?
Пару минут ты сидела молча, борясь с чувствами. Ты изо всех сил закусила губу, чтобы не заплакать, пока не услышала до слащавого нежный голос Маммона.
— Ну вот, уже глаза на мокром месте.
— услышали бы этот сладко — нежный тон кто – нибудь из его работников, точно решили бы, что босс заболел. А Маммон тем временем, достал свой носовой платок (на платке твоей рукой были вышиты его инициалы) и помог тебе высморкаться. После того как проплакалась, ты рассказала всё с самого начала. Как тебя дразнили "жирной", "коровой" в новой школе, как ты поверила в необходимости голодовок, и что в зеркале ты постоянно видишь "лишние" килограммы. Маммон слушал молча. Его лицо было перекошено от злобы. Мысленно он уже наверное покрывал твоих "ненаглядных" одноклассников трёхэтажным матом.
— Ты в здровом, прекрасном теле, тебе не нужно иметь торчащие рёбра, чтобы быть красивой. — Маммон расцеловал тебя в лоб и щёчки — Помни, доченька, я люблю тебя любой.
С любовью книжный тюльпан 🌷
866 слов
