ОСТРОВ ИЗВРАЩЕНИЯ |18+

Некоторые люди вытаскивают из вас самое худшее, другие — самое лучшее, а есть такие (их невероятно мало), к кому вас тянет, поскольку они раскрывают вас полностью. Во всем. Они заставляют вас чувствовать себя настолько живым, что вы готовы отправиться за ними хоть в ад, лишь бы все наладилось.

Карен Мари Монинг
Прикосновение теней

После непростого ужина Селин вернулась в апартаменты не сразу. Она ещё долго шла по улицам Нью-Йорка, будто ей нужно было отступить от собственных мыслей хотя бы на несколько кварталов. Город светился вокруг неё холодным, дорогим светом, отражался в мокром асфальте, в стеклянных витринах, в окнах машин. Всё здесь казалось слишком красивым для того, чтобы быть безопасным.

Слишком красивым. Слишком наигранным. И слишком близким к её мечте.

Селин остановилась у перекрёстка и на секунду просто смотрела на людей, которые проходили мимо. У каждого был свой маршрут, своё дело, свои мысли. А у неё внутри было только ощущение, что она стоит на границе между двумя жизнями: той, что закончилась в Майами, и той, что только начинала раскрываться здесь, в этом городе, рядом с мужчиной, который говорил уверенно и предлагал ей невозможное.

Когда она наконец поднялась в номер, первым делом сняла обувь и села на край кровати.

Телефон лежал рядом.

Она смотрела на него несколько секунд, потом всё же набрала Сару.

Та ответила почти сразу.

— Ну? — голос подруги был привычно резким, но в нём чувствовалась тревога. — Жива? Как ты?

— Пока жива. — Селин слабо улыбнулась.

— Меня пугает твой усталый и грустный голос. Что случилось?

Селин опустила взгляд на свои руки. Она не собиралась говорить Саре о Себастьяне. Не сейчас. Не так. Ей и самой было слишком трудно до конца осознать, что произошло. Слишком сложно было назвать это вслух, когда от одного воспоминания о его голосе сердце всё ещё сбивалось с ритма. Она не могла признаться подруги, что отдалась незнакомому мужчине...

— После показа мне предложили новый проект, — сказала она вместо этого.

На другом конце линии воцарилась короткая тишина.

— Серьёзно?

— Да.

— Вот это уже лучше. Что за проект?

Селин чуть выдохнула.

— Пока ничего точного. Просто новый этап. Съёмки, возможно, ещё один журнал, потом, может быть, что-то большее.

Сара молчала, и Селин почти видела, как та сейчас хмурится, обдумывая её ответ.

— А ты звучишь так, будто это не радует тебя совсем, — наконец сказала подруга.

Селин посмотрела в окно.

— Радует.

— Но?

Она замялась.

Селин понимала, что правда в том, что после показа, после этих огней, после взгляда Себастьяна, после его слов о том, что она может остаться рядом, после той ночи с ним, весь её мир уже трещал по швам. И вместе с этим где-то глубоко внутри впервые появилась мысль не только о себе.

О маме. О бабушке. О доме в Майами. О долгах.

О том, что они до сих пор живут так, будто любой следующий месяц может стать последним спокойным месяцем в их жизни.

— Я хочу отправить маме денег, — сказала Селин тихо.

Сара сразу смягчилась.

— Это правильно.

— Я просто... — она запнулась, подбирая слова. — Я не знаю, как долго всё это продлится. И я хочу, чтобы дома хотя бы стало немного легче.

— Она будет рада, — ответила Сара уже тише.

— Я не хочу, чтобы они думали, будто я совсем оторвалась от них.

— Ты не оторвалась, — сказала Сара. — Ты просто впервые близко к тому, о чём мечтала.

Селин закрыла глаза. Вот именно. Близко.
И от этой близости ей было страшнее, чем от любой бедности, в которой она жила раньше.

— Ты уверена, что там всё нормально? — спросила Сара вдруг.

— Где?

— Ну, в твоём новом проекте, в Нью-Йорке. Ты уверена, что у тебя все хорошо?

Селин медленно вдохнула.

— Да... вроде бы.

Сара, конечно, не поверила до конца. Это было слышно по короткой паузе, по тому, как она перевела дыхание.

Но она не стала давить.

— Просто не исчезай, ладно? — сказала она наконец. — И если вдруг всё пойдёт не так, как ты думала, что сразу скажи мне об этом. Если надо я прилечу за тобой.

Селин тихо улыбнулась.

— Обязательно. Спасибо тебе. Спасибо, что ты у меня есть.

После звонка она ещё какое-то время сидела с телефоном в руках, а потом открыла банковское приложение и перевела матери деньги. Сумма была не такой уж огромной по меркам людей вроде Себастьяна, но для её семьи она значила многое.

Когда перевод ушёл, Селин вдруг почувствовала странное облегчение. Не радость. И не вину.

Скорее короткое, почти болезненное чувство, что она хотя бы на мгновение может принести домой не тревогу, а помощь.

Она написала маме:

Селин: Скоро позвоню. Отправила немного денег с показа. Купите всё, что нужно. И не спорь со мной, мам, я знаю, что тебе это нужно.

Ответ пришёл почти сразу.

Сьюзан: Ты опять слишком много на себя берёшь. Но спасибо, милая. Мы гордимся тобой и любим.

Селин долго смотрела на эту строку.

Мы гордимся тобой.

И в груди что-то болезненно сжалось. Потому что именно это было для неё самым тяжёлым: не признание, не деньги, не успех. А мысль о том, что теперь, когда она наконец получила шанс, ей придётся решать, какой ценой она готова за него платить.

***

На следующий день Себастьян позвал её снова.

Без звонков и прочего. Просто пришло короткое сообщение с адресом и временем, как будто он не сомневался, что она приедет.

И она приехала.

На этот раз апартаменты встретили её дневным светом, более мягким и чуть менее таинственным, но от этого не менее роскошным. Впечатление было таким, будто ты вошла не в квартиру, а в чью-то тщательно выстроенную вселенную, где каждая вещь стоит на своём месте не случайно, а потому, что её там выбрали.

Селин постучала и, услышав спокойное:

— Войдите, — она аккуратно открыла дверь.

Себастьян стоял у окна, одетый в светлую рубашку и тёмные брюки. Он выглядел так, словно утро для него началось не с бессонницы, а с решения каких-то важных, больших вопросов. Когда он повернулся, его взгляд сразу задержался на ней.

— И вы снова стоит на пороге моих апартаментов — сказал он.

Селин осторожно закрыла дверь за собой.

— Вы пригласили и я решила прийти.

На губах Себастьяна мелькнула едва заметная улыбка.

— Значит, я ещё не разучился быть убедительным. С возрастом, тяжелее произвести впечатление на юных девушек.

Она не ответила. Ей было не приятно от слова «юных».

Он указал ей на диван.

— Присаживайтесь, мисс Роше.

Селин села, сцепив руки на коленях. Себастьян несколько секунд смотрел на неё молча, а потом прошёл к бару, налил воды и поставил бокал рядом с ней.

— Я хотел увидеть вас до того, как вы снова утонете в работе, — сказал он.

— Я не тону, — тихо ответила Селин.

— Пока нет. Но, скоро...

Он сел напротив, спокойно и уверенно, как всегда. В его манере было что-то почти раздражающе точное — он не спешил, не суетился, не пытался выглядеть любезным. Он просто был собой. И этого хватало, чтобы в комнате менялся воздух.

Селин подняла глаза.

— Вы написали в сообщении, что хотите кое что обсудить.

— Да.

Она почти незаметно напряглась. Себастьян сложил ладони перед собой.

— Я говорил вчера о возможности остаться в Нью-Йорке. Сегодня хочу быть более конкретным.

Селин молчала.

— Я могу помочь вам не только в карьере, — произнёс он ровно. — И не только с ближайшими проектами. И возможно, стать настоящей звездой в модельном бизнесе.

Она смотрела на него, не понимая, к чему он ведёт.
Себастьян выдержал паузу.

— Я знаю, что у вашей семьи проблемы с домом, долги и очень низкий заработок

Селин чуть вздрогнула.

— Лео снова вам что-то рассказал?

— Он рассказал достаточно того, чтобы у меня сложила о вас картина, чтобы я осознал, по какой причине, вы согласились приехать в этот опасный город и решились на такую сложную работу.

Ей стало неприятно. Не потому, что Лео вообще говорил о ней с Себастьяном, а потому, как спокойно этот мужчина произносил подобные вещи. Как будто чужая жизнь была просто ещё одним пунктом в списке того, что он может взять под контроль.

— Зачем вам это? — спросила она тихо.

Себастьян посмотрел на неё долго.

— Потому что вы важны для меня.

Эти слова прозвучали очень просто.

Селин нервно сглотнула.

— Вы меня почти не знаете.

— Это не совсем так.

— Что вы имеете в виду?

Он слегка наклонил голову.

— Я вижу, как вы живёте. Я вижу, что вы готовы отдать всё, лишь бы спасти тех, кого любите. И я вижу, что вам тесно в вашей прежней жизни. Это нормально, для такой юной девушки, как вы.

— Не называйте меня «юной»... это... звучит странно.

Себастьян промолчал, точнее сделал вид, что пропустил её выражения.

Он продолжил:

— Я могу купить вашей семье новый дом.

Она резко подняла голову.

— Что?

— Хороший дом. В спокойном районе. Без этих долгов, без угроз, без постоянного страха, что завтра всё заберут. Я могу обеспечить вашей матери достойную работу, благодаря которой она больше не будет экономить на еде и одежде, а сможет позволить себе больше.

Слова ударили слишком точно. Селин даже не сразу нашла, что сказать.

— Вы... серьёзно?

— Абсолютно.

— Зачем? — повторила она почти шёпотом. — Зачем вы это делаете?

Себастьян не улыбался. На этот раз в его лице не было ни игры, ни соблазна, ни показной лёгкости. Только спокойная, почти пугающая уверенность человека, который знает, что сейчас может изменить чью-то судьбу одним предложением.

— Потому что могу, — сказал он. — И потому что хочу, чтобы вы знали: я вижу не только вас. Я вижу всё, что вы пытаетесь спасти. Наша встреча была не случайна, Селин.

Селин замолчала. Ей хотелось ответить, что это слишком. Что это невозможно. Что она не может просто так принять подобное. Но в голове уже вспыхнуло другое. Мама. Бабушка. Старый дом.
Квитанции и штрафы. Страх перед будущим.

И вдруг его предложение стало выходом.

Себастьян встал и медленно подошёл к окну.

— Вы можете сказать нет, — произнёс он, не оборачиваясь. — Я не хочу давить. Я здесь только для того, чтобы предложить вам свои возможности.

Селин посмотрела на него и с трудом выдохнула:

— Но вы хотите, чтобы я осталась.

Он повернулся к ней.

— Да.

— И вы предлагаете это только ради дома? — спросила она.

Себастьян выдержал её взгляд.

— Я предлагаю это ради того, чтобы у вас больше не было причин возвращаться туда, где вам было больно и сложно жить.

Селин почувствовала, как внутри всё сжалось.

Вот оно, то самое. Не только деньги. Не только карьера. Не только роскошь. Он предлагал ей нечто гораздо опаснее: новую жизнь, в которой её семья больше не будет тонуть, а она сама сможет остаться там, где её уже начали замечать.

И именно это начало ломать её сопротивление.

— Я не знаю, — прошептала она.

Себастьян шагнул ближе.

— Знаете.

Она замерла. Он говорил тихо, но каждое слово попадало прямо в цель.

— Вы уже решили, Селин. Просто ещё боитесь признаться в этом даже себе.

Она опустила глаза. Потому что это было правдой.
Ей было страшно. Да. Но ещё сильнее её пугала мысль о возвращении обратно. К тесному дому. К бедности. К постоянной борьбе за каждую мелочь. К жизни, из которой она так долго мечтала вырваться.

А здесь, рядом с ним, всё казалось возможным.
Опасным, но возможным.

— Если я останусь... — начала она.

Себастьян смотрел на неё спокойно, ожидая продолжения.

Селин с трудом выговорила:

— ...то что будет дальше?

На этот раз он ответил не сразу. Потом сказал:

— Дальше вы сможете начать новую жизнь и осуществить свою мечту.

Селин сидела неподвижно и вдруг поняла: он не давил. Не торопил. Не загонял в угол. Он просто открывал перед ней дверь и ждал, пока она сама решит, переступить ли порог.

И в этом было что-то очень опасное. Потому что отказаться от него становилось всё труднее не из-за страха.

Он сел обратно и спокойно добавил:

— Вашей семье нужен дом. Вам — свобода. Я могу дать и то, и другое.

Селин смотрела на него, не зная, в какой момент это предложение перестало быть просто предложением и стало чем-то, от чего зависит вся её дальнейшая жизнь.

Себастьян наклонился чуть вперёд.

— Такую возможность получают только избранные. Вам улыбнулась фортуна.

Селин не знала, что ему ответить. В голове мысли разделились на две части:

Одна Селин хотела вернуться домой и сохранить себя.

Другая уже видела перед собой свет софитов, Нью-Йорк, журналы, подиумы, деньги, дом для матери и бабушки — и мужчину, который мог всё это открыть.

— Если вы согласны, тогда разденьтесь. — Она подняла на него глаза и была в страхе. — Я снова хочу ощутить вашу юную и нежную плоть, Селин. Ваше тело и есть оплата за все те возможности, которые я могу перед вами открыть...

От автора:

Всем приветик мои хорошие ❤️Как вам глава?

Что думаете по поводу всего происходящего?

Как вам концовка? Что же сделает Селин?

Пишите скорее свое мнение в комментариях
❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️