ОСТРОВ ИЗВРАЩЕНИЯ |18+

Самые важные встречи устраивают души, ещё прежде, чем встретятся телесные оболочки.

Пауло Коэльо
Одиннадцать минут

Два дня до показа пролетели для Селин как один длинный, нервный сон. Она почти не выходила из апартаментов, если не считать коротких поездок на подготовку, примерки и бесконечные согласования, после которых у неё уже начинала болеть голова. Нью-Йорк жил своей обычной стремительной жизнью, а у Селин внутри всё только нарастало — тихо, почти незаметно.

И вот в день показа город наконец стал ощущаться иначе. Не как фон. А как арена для выживания.

С утра Селин долго стояла у окна с телефоном в руке и не могла заставить себя набрать номер Сары. Ей казалось странным, что в такой день ей больше всего хочется услышать именно её голос — не Лео, не кого-то из агентства, не одного из стилистов, а человека из её прежней жизни, где всё было проще и честнее.

Она всё-таки нажала вызов.

— Я думала ты обо мне уже и не вспомнишь... — ответила Сара почти сразу. — Мне кажется, или ты будто уже не дышишь...

Селин нервно улыбнулась.

— Это так заметно?

— Селин, ты звонишь мне в день показа. Конечно, я понимаю, что ты сейчас на грани паники. Я удивлена, что ты вообще стоишь на ногах...

Селин опустилась на край кровати.

— Я правда очень боюсь.

На другом конце повисла короткая пауза. Потом голос Сары стал мягче.

— Бойся. Это нормально. Но не давай страху управлять тобой. Это твой день. Твой шанс.

Селин закрыла глаза.

— Я не хочу всё испортить.

— Ты и не испортишь. Ты слишком долго шла к этому, чтобы сломаться в последний момент.

Селин слабо выдохнула.

— А если я упаду?

— Поднимешься, — твёрдо ответила Сара. — И сделаешь вид, что так и было задумано.

Селин тихо рассмеялась. В этот момент её сердце наконец чуть отпустило.

— Спасибо, — прошептала она.

— Не за что. Просто сделай это красиво.

После Сары позвонила мама. Разговор был короче, но от этого не менее важным. Сьюзан почти не говорила о самом показе — будто боялась спугнуть удачу. Она только сказала, что бабушка гордится ею, и что Селин должна помнить: это всего лишь начало, а не конечная точка.

— Не теряй себя, — сказала Сьюзан в конце.

Селин сжала телефон крепче.

— Постараюсь.

— Не постараюсь. Помни.

И Селин помнила. Хотя в этот день ей казалось, что сохранить себя будет сложнее, чем выйти на подиум.

***

Лео приехал ближе к вечеру. Он вошёл в апартаменты без лишнего шума, в тёмном пальто, с тонкой папкой в руке и тем самым выражением лица, которое всегда заставляло Селин выпрямлять спину. Он выглядел собранным, спокойным, почти холодным. Но сегодня в нём было что-то ещё — более напряжённое, более внимательное, как будто он не просто приехал за ней, а приехал удостовериться, что всё действительно идёт по плану.

— Готова? — спросил он вместо приветствия.

Селин стояла у зеркала и поправляла серьгу.

— Нет.

Лео чуть улыбнулся.

— Хороший ответ. Значит, ты не слишком самоуверенна.

Она повернулась к нему.

— Я серьёзно.

Он поставил папку на стол и подошёл ближе.

— Селин, сегодня от тебя не требуется быть идеальной. Тебе нужно быть настоящей. Публика чувствует фальшь.

— Публика — может быть. А я чувствую, что у меня сейчас всё внутри трясётся.

Лео посмотрел на неё долгим взглядом.

— Это хорошо. Значит, ты живая.

Селин не поняла, успокаивает он её или, наоборот, подталкивает в ещё более нервное состояние.
Она надела пальто и взяла маленькую сумку.

— Ты говорил, что после показа нам надо поговорить, — напомнила она уже у двери.

Лео едва заметно кивнул.

— Да. Серьёзно поговорить.

— О чём?

Он задержал взгляд на её лице чуть дольше, чем обычно.

— О будущем. И о том, кто хочет видеть тебя рядом с собой.

Селин замерла.

— Что это значит?

— Узнаешь после показа.

Она хотела спросить ещё, но Лео уже открыл перед ней дверь. И ей ничего не оставалось, кроме как выйти в вечер Нью-Йорка, который сегодня казался не городом, а гигантской ярко освещённой сценой.

***

Здание, где должен был пройти показ, сияло так, будто само понимало свою важность. У входа уже толпились люди: фотографы, помощники, стилисты, приглашённые гости, охрана, модели, журналисты. Внутри всё звенело от напряжения. Кто-то бегал с наушниками в ушах, кто-то что-то шептал в мобильный, кто-то спорил с ассистентом о последней минуте смены образа.

Селин почти сразу почувствовала: она больше не просто участница процесса. Она в самой его сердцевине.

Лео проводил её внутрь и только у служебного прохода остановился.

— Дальше ты сама, — сказал он.

— Ты не пойдёшь со мной?

— Я буду рядом, но не здесь. Сегодня тебе нужно видеть не меня, а свою работу.

Селин кивнула, хотя внутри ей хотелось, чтобы он не уходил. Не потому, что он был ей особенно нужен как человек. Скорее потому, что с ним этот мир казался хоть немного знакомым. Лео понизил голос.

— И помни: после показа нам надо будет поговорить. Не забудь.

Селин посмотрела ему в глаза.

— Ты так говоришь, будто это не просто разговор.

Лео чуть усмехнулся.

— Потому что это и не просто разговор.

Он развернулся и ушёл в сторону зала, а Селин осталась на проходе с этим холодком внутри, который с каждой секундой становился только отчётливее.

***

Бэкстейдж был похож на беспокойный улей.
Там кипела жизнь, пахло лаком для волос, пудрой, дорогими тканями и нервами и парфюмом. Селин быстро нашла свою зону и подошла к стойке с образом. Белое платье с тонкими линиями, лёгкая драпировка, высокая посадка, и туфли — тонкие, изящные, идеально подходящие под наряд.

Она коснулась ткани пальцами и на секунду даже забыла, как дышать. Это было красиво. Очень красиво. И страшно.

Потому что теперь всё становилось реальным.

— Селин, — позвала визажистка. — Сюда, пожалуйста. Ещё немного пудры. Она послушно села в кресло, но всё это время чувствовала на себе чужие взгляды. Сначала они были просто любопытными. Потом — оценивающими. А затем Селин поняла, что среди них есть один взгляд, который не просто смотрит, а выжидает.

Она подняла голову и увидела Лолу. Та стояла чуть в стороне, уже готовая к выходу, высокая, безупречная, спокойная внешне и явно раздражённая внутри. На её лице играло выражение, которое говорило лучше любых слов: «ты здесь лишняя»

Селин отвела взгляд. Она не хотела сейчас ни с кем вступать в конфликт. Но Лола, похоже, хотела именно этого. Когда Селин встала, чтобы проверить обувь, оказалось, что одной пары туфель на месте нет. Сначала она подумала, что ошиблась стойкой. Потом посмотрела внимательнее. Нет.
Туфель действительно не было.

— Извините, — обратилась она к ассистентке рядом. — У меня пропала обувь.

Девушка нахмурилась.

— Как пропала?

— Просто... здесь было две пары, и одна исчезла.

Ассистентка нахмурилась ещё сильнее и стала быстро оглядываться. Селин почувствовала, как у неё внутри всё сжалось. Кто-то рядом тихо фыркнул.

— Может, она забыла, где оставила, — пробормотал чей-то голос.

Селин повернулась. Лола стояла неподалёку и смотрела в их сторону с таким выражением лица, будто всё происходящее её совершенно не касается. Но в уголке её губ мелькнула едва заметная, очень неприятная усмешка.

Селин сжала пальцы.

— Ты что-то знаешь? — спросила она тихо.

Лола даже бровью не повела.

— О чём?

— О моей обуви.

Лола медленно пожала плечами.

— Может, тебе просто не положено выходить в этом образе и закрывать показ?

Несколько девушек переглянулись. Селин почувствовала, как жар поднимается к щекам.
Она уже хотела ответить, но в комнату вошла Клэр.
И всё снова изменилось. Она появилась без суеты, но сразу заняла пространство так, будто оно принадлежало ей. Взглядом быстро охватила комнату, задержалась на напряжённом лице Селин, потом перевела глаза на Лолу и мгновенно всё поняла.

— Что здесь происходит? — спросила она спокойно.

Ассистентка быстро объяснила ситуацию. Клэр слушала молча. Очень молча. Потом повернулась к Лоле.

— Ты что-то хочешь мне сказать?

Лола выпрямилась.

— Нет.

— Уверена?

Лола сжала губы.

— Я не понимаю, о чём вы.

Клэр медленно подошла к столу, где лежали дополнительные вещи, и через секунду одна из ассистенток достала из-под стопки тканевый мешок. Внутри были туфли. Селин узнала их сразу.

В комнате стало совсем тихо. Лола напряглась.
Клэр посмотрела на неё холодно и без лишних эмоций.

— Это твоё?

— Нет.

— Тогда как они оказались у тебя в зоне?

— Я не...

— Лола.

Тон Клэр был ровным, но в нём уже слышалась сталь. Лола отвела взгляд. И это было всё, что нужно. Клэр не повысила голос. Не устроила сцену. Но от её молчания стало даже страшнее.

— У тебя сегодня показ, — сказала она, не сводя с Лолы глаз. — И я бы очень советовала тебе помнить, что ты ещё можешь на него выйти.

Лола резко вскинула голову.

— Вы не посмеете меня снять.

Клэр чуть наклонила голову.

— Проверим?

Лола побледнела. Селин стояла в стороне, чувствуя одновременно напряжение и странное, почти горькое удовлетворение. Это была не месть. Просто справедливость. В этом мире слишком часто пытались сломать тех, кто пришёл позже.

Клэр перевела взгляд на Селин.

— Обуйся. И без лишней драмы.

Селин кивнула и быстро надела туфли, стараясь не показывать, что у неё дрожат пальцы. Лола смотрела на неё так, будто готова была разорвать взглядом. Но уже ничего не могла сделать.

Клэр повернулась к остальным.

— Пока начинается.

***

Когда музыка началась, у Селин пересохло во рту.
Она стояла за кулисами, ожидая своего выхода, и чувствовала, как сердце бьётся где-то слишком высоко, почти у горла. Впереди был свет, зал, люди, фотографы, глаза, объективы, оценки. Всё то, о чём она мечтала столько лет. И всё то, чего теперь боялась больше всего. В этот момент ей захотелось снова позвонить Саре. Или маме. Или просто вернуться в тот маленький дом в Майами, где всё было бедно, но понятно. Но поезд уже уехал. Лео стоял недалеко от прохода и наблюдал за ней с тем самым спокойствием, которое почему-то успокаивало лишь наполовину.

Он заметил её взгляд и едва заметно кивнул.

Дыши. Все будет хорошо.

Селин вдохнула глубже.

И пошла.

Подиум встретил её светом. Не ярким — почти ослепляющим. Селин сделала первый шаг и сразу почувствовала, как весь шум внутри начинает исчезать. Остались только ритм музыки, ровная линия перед собой и собственное тело, которое внезапно вспомнило, как нужно двигаться.

Она шла медленно, но уверенно. Её плечи были расправлены, подбородок поднят, взгляд — вперёд. Впервые за долгое время она не просто пыталась не упасть. Она действительно шла так, будто имеет право находиться здесь.

Где-то среди гостей замерли вспышки камер. Кто-то чуть подался вперёд. Кто-то начал шептаться.
Но Селин этого уже не слышала. Она дошла до конца подиума, остановилась на секунду и позволила свету поймать себя полностью.

И именно в этот миг он увидел её.

Себастьян Вальмонт.

Он сидел в первом ряду, почти неподвижный, без лишних эмоций, и всё же вокруг него будто бы было больше тишины, чем вокруг других. Шум зала, музыка, люди, свет — всё на секунду словно отступило, когда он поднял глаза на Селин.

Он уже видел фотографии. Уже знал её имя. Но живое присутствие было совершенно другим. Гораздо опаснее. Гораздо точнее. Селин стояла в свете, и он смотрел на неё так, будто не просто узнал.

А получил то, что давно хотел. Себастьян чуть наклонился вперёд. Его взгляд медленно скользнул по её фигуре, по линии плеч, по лицу, по тому самому выражению, в котором было и волнение, и достоинство, и неуловимая хрупкость.

И в этот момент внутри него что-то тихо щёлкнуло.
Не сомнение. Не интерес. Решение.

Селин моя новая игрушка.

Мысль была спокойной, почти ленивой, но от этого только более опасной. Он не улыбнулся. Не изменил выражения лица. Только смотрел. Словно уже знал, что она ещё не понимает, в чью историю только что вошла.

Селин сделала лёгкий поворот, задержалась на мгновение, и зал ответил ей вспышками, вздохами, вниманием. Но Себастьян уже не смотрел на подиум как зритель.

Он смотрел как человек, который только что выбрал. И в этой тишине, на фоне музыки и света, его мысли были почти нежными. Почти.

Я купил тебя. Теперь ты моя.

От автора:

Всем приветик мои хорошие ❤️Как вам глава?

Завтра нас ждет горячая глава 🔥🔥🔥 я думаю вы ждали этого🔥

Пишите скорее свое мнение в комментариях
❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️