Объявления бала
После пятницы Амелия и Томас не разговаривали.
Вообще.
В школе они по-прежнему считались парой — слух никто не отменял. Но теперь их «отношения» выглядели как холодное перемирие. Они не садились рядом, не обменивались репликами. Даже зрительный контакт был под запретом.
— Вы поссорились? — спросила Камилла в понедельник.
— Нет, — ответила Амелия. — Нам просто не о чем говорить.
Камилла не поверила, но не стала допытываться.
Адриан же… Адриан исчез.
Он ходил в школу, сидел на уроках, отвечал учителям. Но его глаза стали пустыми, как у человека, который смотрит сквозь реальность. Он не здоровался с Амелией. Не смотрел в её сторону. Когда они случайно оказывались рядом, он отворачивался — не резко, не демонстративно, а так, будто её не существовало.
Это было хуже, чем крики и скандалы.
Амелия чувствовала себя призраком в собственной жизни.
Камилла заметила это.
— Вы не общаетесь из за меня? — спросила она во вторник, когда они сидели на подоконнике.
— Мы это уже обсуждали. Мы в отношениях с Томасом не из за тебя
Камилла сжала пальцы
— Я не слепая, Амелия. Ты не выглядишь как влюблённая девушка. Ты выглядишь как человек, который попал в ловушку.
— Я не в ловушке.
— Тогда почему ты не улыбаешься? Почему смотришь на Адриана так, будто у тебя сердце вырывают?
Амелия не ответила.
Камилла вздохнула.
— Ладно. Но я предупреждаю, если это из за меня, я не прощу тебе этого.
Она встала и ушла.
Амелия осталась одна, сжимая в руках холодный стаканчик с компотом.
---
В четверг вечером Томас сидел на крыше — своём обычном месте. Играть в телефон не хотелось. Музыка бесила. Даже звёзды, казалось, светили как-то насмешливо.
Он прокручивал в голове тот поцелуй.
Три секунды. Сухие губы. Её окаменевшее лицо.
Он думал, что будет чувствовать триумф. Что Адриан наконец отступит, Амелия перестанет мучиться, и все вздохнут с облегчением.
Вместо этого он чувствовал себя последней мразью.
— Ты идиот, — сказал он вслух. — Ты просто идиот.
Он достал телефон, открыл чат с Амелией. Написал: «Прости».
Стереть. Написал: «Я был неправ». Стереть. Написал: «Можно поговорить?». Стереть.
В итоге он ничего не отправил. Просто выключил экран и уставился в небо.
А где-то в другом конце города Амелия тоже не спала. Она лежала в кровати, смотрела в потолок и вспоминала, как Адриан смотрел на неё в ту секунду, когда Томас её поцеловал.
Не с ненавистью.
С болью.
Как на человека, который мог быть его, но выбрал другого.
— Что же я наделала, — прошептала она в темноту.
Ответа не было.
---
В пятницу в школе объявили о ежегодном «Бале осени». Традиционно бал открывала «королевская пара» — самые красивые и популярные ученики школы.
В прошлом году это были Амелия и Адриан.
В этом году всё было сложнее.
— Номинации открыты, — объявила завуч по громкой связи. — Голосование продлится до следующей пятницы. Пару-победителя объявят на балу.
В коридорах тут же зашептались.
— Амелия и Томас, наверное?
— Нет, Амелия и Адриан — классика!
— Но Амелия же теперь с Томасом!
— Адриан всё равно краше.
Камилла подошла к Амелии на перемене.
— Ты будешь участвовать?
— Не знаю, — честно ответила Амелия. — Я не хочу никого подводить.
— Ты должна, — твёрдо сказала Камилла. — Это твой год. Ты королева школы, нравится тебе это или нет.
Адриан стоял у окна в другом конце коридора. Их взгляды встретились на секунду — и он отвернулся первым.
Амелия сжала кулаки.
В этот момент рядом с ней вырос Томас. Она даже не заметила, откуда он взялся.
— Слушай, — сказал он тихо, чтобы никто не слышал. — Я знаю, что ты меня ненавидишь. И ты права. Но нам нужно поговорить.
— О чём?
— О бале. О голосовании. О том, что если нас выберут — нам придётся танцевать вместе. При всех.
Амелия побледнела.
— Этого не случится.
— Случится, — спокойно сказал Томас. — Потому что за нас голосуют. Из жалости ко мне, из любопытства, из желания позлить Адриана. Но голосуют.
— Я не буду с тобой танцевать.
— Тогда скажи всем правду. — Он посмотрел ей прямо в глаза. — Скажи, что мы не пара. Что я тебя поцеловал без спроса. Что ты всё ещё любишь Адриана.
Амелия замерла.
— Ты же знаешь, что я не могу.
— Знаю. — Томас вздохнул. — Поэтому я и предлагаю поговорить. Не для того, чтобы помириться. А для того, чтобы придумать план. Как нам пережить этот бал, не убив друг друга.
Она долго смотрела на него. Потом кивнула.
— После уроков. На крыше.
— Договорились.
---
Крыша встретила их ветром и серым небом. Томас сидел на парапете, как обычно. Амелия встала в метре от него, скрестив руки на груди.
— Я не буду извиняться, — сказал он первым. — Потому что ты не примешь извинения.
— Умно.
— Не умно. Честно. — Он повернулся к ней. — Тот поцелуй был ошибкой. Я хотел добить Адриана. Чтобы он отстал навсегда. Я не подумал о том, что ты будешь чувствовать.
— Ты вообще когда-нибудь думаешь о других?
— Редко. — он усмехнулся, но усмешка вышла грустной. — Но о тебе — да.
— Не заметно. - пробормотала голубоглазая
— Ладно, — сказал Томас, хлопнув ладонями по коленям. — Давай к делу. Бал. Если нас выберут, мы должны появиться вместе. Это неизбежно. Но мы не обязаны танцевать весь вечер. Один танец — и мы «расходимся по разным углам».
— Один танец, — повторила Амелия.
— Один. Потом ты идёшь к Камилле, я иду в туалет играть в телефон, все счастливы.
— А Адриан?
Томас помолчал.
— Адриан, скорее всего, не придёт. Или придёт с кем-то другим, чтобы показать, что ему всё равно.
При этой мысли у Амелии сжалось сердце.
— Хорошо, — сказала она. — Один танец. Но ты меня больше не трогаешь. Ни рукой, ни губами.
— Договорились. — Томас протянул ей руку. — Мир?
Амелия посмотрела на его ладонь. Она сразу вспомнила тот момент, когда он предлагал ей фальшивый роман.
Тогда она согласилась. И пожалела.
— Не мир, — сказала она, не пожимая его руку. — Перемирие. До бала.
— Принимаю, — кивнул Томас и убрал руку.
Они сидели на крыше до самого звонка, глядя на серое небо, и не говорили ни слова.
Но впервые за неделю Амелии стало чуть легче дышать.
---
В понедельник Амелия увидела Адриана у школьного крыльца. Он стоял один, сжимая в руках пачку свёрнутых листов.
— Адриан, — окликнула она, сама не зная зачем.
Он обернулся. В его глазах всё ещё была боль, но к ней примешивалось что-то новое. Твёрдость.
— Что? — спросил он ровно.
— Ты идёшь на бал?
Он помолчал секунду.
— Иду. — он развернул листы. Это были афиши. Самодельные. С надписью: «Амелия + Адриан = ❤️».
— Хотел развесить по школе. Но, видимо, не актуально.
Он разорвал афиши пополам и бросил в мусорку.
— Адриан…
— Всё нормально, — сказал он, не глядя на неё. — Правда.
Он ушёл, оставив её стоять на крыльце с мокрыми глазами.
Амелия посмотрела на обрывки афиш в мусорке. «Амелия + Адриан = ❤️».
Она хотела вытащить их. Склеить. Сказать ему, что всё можно вернуть.
Но вместо этого она развернулась и пошла в школу.
Потому что она уже сделала выбор.
И теперь должна была жить с его последствиями.
---
Томас видел эту сцену из окна второго этажа.
Он видел, как Адриан разорвал афиши. Как Амелия смотрела на них. Как её плечи дрогнули.
Он достал наушники, включил самую громкую музыку и ушёл вглубь коридора, подальше от окна.
Но даже сквозь шум в наушниках он слышал, как внутри него что-то трескается.
Не телефон.
Что-то другое.
То, что он давно пытался не замечать.