глава 14
— Сынок, когда ты выйдешь из больницы, всё будет как прежде, — говорит Садакат. — Ты снова будешь видеть.
Семья направлялась к машинам. Лейла, бледная и сосредоточенная, шла под руку с Кайёй. Он крепко держался за неё, словно боялся потеряться в этом мире, лишённом для него красок. Его движения были неуверенными, зависимыми от её поддержки.
Джихан, обеспокоенно наблюдая за ними, обратился к Музаферу
— Музафер, давай, открывай.
Тот поспешно распахнул дверь машины. Лейла осторожно направила Кайю, помогая ему сесть на заднее сиденье.
Наре, с болью в глазах смотревшая на брата, тихо произнесла:
— Осторожно, брат.
Кайя, чувствуя себя потерянным и уязвимым, повернулся к Лейле.
— Ты же будешь рядом со мной? — прошептал он, неуверенно ища её руку.
Лейла, ощущая его страх и беспомощность, нежно улыбнулась.
— Конечно, — ответила она, и сама взяла его ладонь в свою, прижавшись губами к его лбу.
В её прикосновении была вся её любовь и преданность, обещание быть его глазами и опорой в этом непроглядном мире.
Он привалился к её плечу, тяжело вздохнув. В этом вздохе была вся тяжесть пережитого, боль потери и страх перед неизвестностью.
Внезапно Лейла заметила в окно приближающуюся машину. Из неё выскочил Шахин. Её сердце бешено заколотилось от дурного предчувствия.
— Кайя! — отчаянно крикнул Шахин, его голос был полон боли и отчаяния.
— Пристрелите этого пса! — взвизгнула Садакат, в её глазах горела ненависть.
— Нет, нет, — прошептала Наре, в её голосе звучал ужас.
— Стреляйте! — продолжала кричать Садакат, жаждуя мести.
Джихан, пытаясь предотвратить трагедию, подбегал к людям, опуская их руки с оружием.
— Опусти, опусти пистолет! — твердил он.
— Кайя! — вновь позвал Шахин, его голос звучал как мольба о прощении.
— Лейла, что происходит? — прошептал Кайя, испуганно сжимая её руку. Его мир был погружен во тьму, и он не понимал, что творится вокруг.
— Тише, останься в машине, — ответила Лейла, пытаясь скрыть своё волнение.
Она вышла из машины, чтобы попытаться уладить ситуацию. Но Кайя, словно чувствуя её тревогу, не послушался. Превозмогая слабость и дезориентацию, он выбрался следом за ней.
— Кайя... — Шахин смотрел на брата заплаканными, покрасневшими от слёз глазами. В его взгляде были вина и раскаяние.
— Шахин, не надо, — умоляла Наре, пытаясь остановить мужа. — Прошу, перестань.
— Всё из-за меня, — причитал Шахин, хватаясь за волосы в отчаянии.
— Шахин, не неси чушь, — упрекнул его Джихан, пытаясь привести в чувство.
— Я во всём виноват, Кайя, —оправдывался Шахин, его голос дрожал от рыданий.
Лейла, чувствуя, как напряжение нарастает, крепче сжала руку Кайи. Она чувствовала, как он дрожит, и пыталась передать ему своё спокойствие и уверенность.
— Перестань, Шахин, — тихо сказал Кайя, в его голосе звучала усталость и боль.
— Доставай пистолет! Стреляй в меня! — крикнул Шахин, его отчаяние достигло предела.
— О чём ты?! Что ты несёшь, Шахин?! – закричал Кайя, сильнее сжимая руку Лейлы.
— Нет, — прошептала Наре, её сердце разрывалось от боли.
— Он убьёт меня, чтобы я за всё заплатил! — горько говорит Шахин, его голос был полон истерики. — Я предал вас!
— Шахин, перестать! – приказал Джихан, пытаясь его успокоить.
— Ах, ты змеиное отродье! — выкрикнула Садакат, в её голосе слышалась злоба и ненависть.
Лейла, не выдержав, яростно повернулась к свекрови, не понимая, как можно говорить такие слова в подобной ситуации.
— Хватит! Он не виноват! — заявила она.
— Ты теперь на его стороне?! Да, Лейла?! — закричала женщина, обращая свой гнев на невестку.
Лейла устало вздохнула и перевела взгляд на встревоженного мужа. Она видела его страх и замешательство, и это причиняло ей боль.
— Я идиот! Стреляйте в меня! — не унимался Шахин. — Я не поверил вам! Мой отец убийца! Это моя вина! Я вам не верил!
— Шахин, перестань, — пытался его успокоить Джихан, но его слова тонули в потоке отчаяния Шахина.
— Кайя в таком состоянии из-за меня!
— Нет, нет, — запричитал Кайя, его голос был полон боли и отчаяния.
— Убийца Борана — мой отец! — воскликнул Шахин, и его слова, словно гром среди ясного неба, поразили всех присутствующих.
Лейла застыла, не зная, что делать. Старшего брата её мужа убил Эджмель. Её разум отказывался верить в услышанное.
— Я знала! — Садакат торжествующе подняла палец вверх. — Я так и знала!
— Стреляй в меня, — повторил Шахин, его голос звучал как приговор.
— Шахин, прошу, не надо, — умолял Кайя, чувствуя, как мир вокруг него рушится. Лейла крепко держала его, пытаясь поддержать.
Шахин, обезумев от горя и вины, выхватил пистолет и приставил его к виску.
— Если ты не выстрелишь, то я сам это сделаю, — прохрипел он, сжимая курок.
— Шахин, нет! Нет! — умоляла его Наре.
— Наре, прости меня! — плача, говорил Шахин. — Как я вам буду смотреть в глаза! Мой отец отдал приказ убить Борана!
— Брат! Брат! Не делай этого! — кричал ослепший Кайя, ничего не видя, но чувствуя, что сейчас произойдет непоправимое.
Лейла крепко обнимала его, боясь отпустить.
Наре, не в силах больше выносить происходящее, упала на колени. Она рыдала и умоляла мужа остановиться.
— Прости меня, — прошептал Шахин и приготовился нажать на курок.
Джихан, собрав все свои силы, бросился к Шахину и схватил его за руку, направляя пистолет вверх. Пуля, оглушительно свистнув, улетела в воздух.
Но Шахин, не теряя ни секунды, перенаправил пистолет и выстрелил себе в грудь, рухнув на колени прямо перед Наре.
***
Кайя, неподвижный и бледный, сидел на больничной койке. Рядом с ним застыла Лейла, крепко сжимая его ладонь в своей. Её глаза, полные тревоги и невысказанной любви, не отрывались от его лица.
— Шахина оперируют, не переживай, — проговорила Лейла, стараясь придать своему голосу уверенности, но в нём всё равно слышались отголоски страха.
— Дай Аллах, всё будет хорошо, — тихо произнёс Кайя.
— Аминь, — ответила Лейла, вторя его молитве.
Она смотрела на мужа с грустной улыбкой. Лейла безумно хотела, чтобы Кайя наконец-то посмотрел на неё с любовью, увидел её, ту, которая была рядом, поддерживала и любила его всем сердцем. Слеза, предательски вырвавшись на свободу, медленно скатилась по её щеке. Лейла не успела её остановить и лишь тихо шмыгнула носом, надеясь, что Кайя ничего не заметил.
— Ты чего? — Кайя тут же подался вперёд, нащупывая руками её лицо. — Ты плачешь?
— Всё хорошо, — тихо сказала Лейла и, чтобы скрыть свои эмоции, нежно коснулась его щеки губами. — Просто...
— Лейла, — чётко произнёс он, перебивая её. — Даже если я сейчас ничего не вижу, это не значит, что я не почувствую тебя. Твою грусть, твою боль... И твою любовь.
Она нежно и мягко усмехнулась, тронутая его словами. Лейла придвинулась ближе и обняла Кайю, положив свою голову ему на плечо. Ей хотелось раствориться в нём, защитить от всего зла и несчастий этого мира.
— Я люблю тебя, — прошептала Лейла, прижимаясь к нему сильнее.
— А я — сильнее, — ответил Кайя, нежно поглаживая её по плечу. — Ты же помнишь, что я хочу, чтобы ты была первой, кого я увижу?
— Конечно, помню, — улыбнулась Лейла сквозь слёзы.
Надежда, слабая, но такая яркая, вновь зажглась в её сердце. Она верила, что когда Кайя снова увидит мир, первым, что он увидит, будет её любовь.
***
Лейла сидела в больничном коридоре, испещрённом холодным светом ламп, как в ловушке. Она изо всех сил пыталась абстрагироваться от царящей вокруг суеты, от обрывков фраз, полных тревоги, от тяжёлых взглядов семьи Альбора.
Сейчас ей хотелось лишь одного — тишины и покоя, но, казалось, этому желанию не суждено было сбыться. Вдалеке она заметила стремительно приближающиеся к ней фигуры матери и сестры.
— Дочка! — крикнула Неслихан, её голос эхом разнёсся по коридору.
Нур, едва сдерживая рыдания, подбежала к Лейле и крепко обняла её. Младшая сестра буквально дрожала от волнения. Неслихан, приблизившись, притянула к себе обеих дочерей, и горечь потери, страх за близкого человека, вырвались из неё безудержными рыданиями.
Лейла, не понимая происходящего, опешила. Она рывком отстранилась от них, пытаясь осознать, что случилось.
— Что происходит? — в её голосе прозвучали беспокойство и раздражение.
— Почему ты не отвечаешь на звонки?! — сквозь слёзы выговорила Нур, её глаза покраснели и опухли.
— У Кайи сейчас операция, вот я и отключила телефон, — ответила Лейла, нахмурив брови. — Что с вами? Почему вы плачете?
— Лейла... — начала Неслихан, и в её голосе послышались отчаяние и боль. — На Кемаля напали.
И тут Лейлу словно пронзило током. В голове молнией пронеслись обрывки недавнего разговора с Айлин. Коркмаз предупреждала её, что на дядю готовится атака. Но тогда Лейла была слишком поглощена заботами о Кайе, слишком много всего навалилось на неё, чтобы успеть предупредить дядю. Теперь её мучила вина за свою невнимательность, за то, что не смогла предотвратить трагедию.
— Что с ним?! Где он?! — завопила она, не в силах сдержать захлестнувшие её эмоции.
Слёзы сами собой хлынули из глаз, заливая лицо. Вдруг из-за угла появилась Алья и тихо подошла к ним.
— Дядя сейчас в тяжёлом состоянии, — сказала Нур, её голос дрожал. — Он сейчас дома. С ним куча врачей, но есть риск...
Лейла, словно подкошенная, упала обратно на жёсткое кресло в коридоре и схватилась руками за голову. Её мир рушился.
— Как это — дома? — недоумённо спросила Алья. — Ему нужно в больницу!
— Нет, сюда нельзя, — замотала головой Неслихан, в её глазах читался неподдельный ужас. — Коркмазы могут прийти за ним сюда и попытаться добить. Это слишком опасно.
— Лейла, нужно ехать! — взмолилась Нур, хватая сестру за руку. — Дядя боится, что может умереть. Он хочет, чтобы ты была рядом.
— Я не могу... — прошептала Лейла, её голос сорвался. — Кайя... Мой муж сейчас на операционном столе. Как я могу его бросить?!
— Лейла, — мягко сказала Алья, садясь рядом с ней и кладя руку ей на плечо. — Езжай. Здесь вся семья Кайи. Мы не оставим его. Не переживай. Ты нужна своему дяде.
***
— Дядя!
Лейла, словно вихрь, ворвалась в спальню, её лицо исказилось от ужаса и отчаяния. Она рванулась к Кемалю, но врачи, напряженные и сосредоточенные, преградили ей путь, не позволяя приблизиться к окровавленному мужчине.
— Пустите её! — хрипло, но с неожиданной твёрдостью в голосе произнес Кемаль.
Боль пронизывала каждое его слово, но в глазах плескалась знакомая Лейле любовь.
Врачи нехотя уступили. Лейла, с трудом сдерживая рыдания, подошла к кровати и осторожно села рядом с дядей. Беззвучные слёзы ручьями текли по её щекам, она судорожно схватила руку мужчины и принялась осыпать её поцелуями, словно пытаясь вложить в них всю свою любовь и мольбу о спасении.
— Тише, дочка, — прошептал он, его голос был слабым, но в нём чувствовалась попытка успокоить её. — Солнце, всё хорошо.
— Нур сказала... что есть большой риск... — голос Лейлы дрожал, она повернулась к врачам, в её глазах плескался испуг. — Что... что может произойти?
— У вашего дяди множественные огнестрельные ранения. Некоторые из них задели жизненно важные органы, — ответил один из врачей, сохраняя профессиональную отстраненность, но в его взгляде промелькнуло сочувствие. — Мы извлекли все пули, теперь остаётся только ждать. В лучшем случае, необходимо срочно ехать в больницу, чтобы его госпитализировали и обеспечить круглосуточное наблюдение.
— Нет, — слабо, но категорично возразил Кемаль. — Нельзя в больницу. Они найдут меня там.
Лейла виновато опустила голову, слёзы хлынули с новой силой. Она чувствовала себя беспомощной и раздавленной.
— Прости меня, — всхлипывала она, слова вырывались сквозь рыдания. — Это я виновата... Я виновата, что не сказала тебе...
— О чём ты? — резко спросил Эмир, до этого стоявший в тени, наблюдая за происходящим. Шаг за шагом он подходил ближе к кровати, в его взгляде читалась тревога и непонимание.
— Сегодня... Айлин звонила мне... — осторожно начала Лейла, боясь поднять глаза. — Она сказала... что на дядю готовится нападение.
— Айлин? Айлин Коркмаз? — встревоженно повторил Эмир, его брови нахмурились. Он явно знал, о ком идёт речь.
— Айлин... — протянул Кемаль, нахмурившись в задумчивости. — Дочь Мерта?
Лейла, не в силах говорить, лишь быстро закивала головой, а рыдания стали еще горче. Её переполняло чувство вины и стыда.
— Прости меня, — рыдала она, захлёбываясь в слезах. — Прости... Я должна была...
Кемаль, превозмогая боль, лишь слабо махнул рукой, призывая племянницу к себе. Девушка, дрожа всем телом, аккуратно подвинулась ближе и легла на его здоровое плечо, стараясь быть максимально осторожной. Эмир, скрестив руки на груди, стоял рядом и в задумчивости хмурил брови. Что-то не складывалось в этой истории.
— Почему Айлин звонила тебе? — спросил он, его голос был напряженным. — С чего вдруг такая доброта?
— Явуз посоветовал ей сообщить мне, — ответила Лейла, отстранившись от дяди, чтобы иметь возможность говорить. — Она сказала, что я всё ещё член семьи... Что я должна знать. Но я не успела...
Она не могла простить себе эту оплошность. Если бы она вовремя предупредила Кемаля, он бы успел что-нибудь придумать, предпринять меры... спастись. Теперь же он лежал здесь, раненый и беспомощный, вместо того, чтобы находиться в безопасной больнице.
Эмир жестом выпроводил всех врачей из спальни, оставляя их втроем.
— Солнце, — тихо начал дядя, стараясь говорить как можно мягче. — Ты ни в чем не виновата. Я знаю про Кайю и Шахина. У тебя сегодня был очень тяжелый день.
— Кстати, — вклинился Эмир, сменив тему. — Как там твой муж? Ему уже сделали операцию?
— Нет... Сейчас делают, — шмыгнув носом, ответила Лейла, её глаза снова наполнились слезами.
— Тогда что ты здесь делаешь?! — возмущенно воскликнул Кемаль, забыв о своей боли.
— Мама и Нур сказали, что ты хочешь меня видеть, — оправдывалась девушка, чувствуя себя маленькой и потерянной.
— Быстро езжай обратно в больницу, — строго приказал старший брат, не терпя возражений.
Лейла покорно кивнула, быстро поцеловала дядю и Эмира в щёку и направилась к выходу. Но хриплый голос Кемаля заставил её обернуться.
— Не доверяй Коркмазам.
***
Лейла бежала по коридору больницы, сердце бешено колотилось в груди. Впереди она увидела Алью и Джихана, которые, обеспокоенные, стояли возле палаты Кайи.
— Как Кайя? Операция уже прошла?! — запыхавшись, спросила она, пытаясь отдышаться.
— Да, он в палате, — ответила Алья, её лицо было бледным от переживаний.
— Там с ним Наре, — добавил Джихан.
Лейла кивнула и, набравшись смелости, зашла в палату. В полумраке она увидела Кайю с забинтованными глазами, он лежал неподвижно на кровати. Рядом, склонившись над ним, сидела Наре, её плечи вздрагивали в беззвучных рыданиях.
— Кайя... — тихо произнесла Лейла, её сердце сжалось от жалости и тревоги.
Она испугалась, что Наре плачет из-за осложнений после операции. В её голове промелькнули самые страшные картины.
— Лейла! — Кайя тут же подался вперёд, услышав её голос. На его лице расцвела слабая, но искренняя улыбка. Он тянул к ней руки.
Наре аккуратно поднялась с кровати, позволяя Лейле подойти. Она отвернулась, пытаясь скрыть свои слёзы. Лейла села рядом с Кайёй и нежно взяла его за руку.
— Прости, что ушла, — шептала она, её голос был полон раскаяния.
— Ничего, милая, — улыбнулся Кайя, сжимая её ладонь. — Алья всё мне рассказала. Как твой дядя?
— Не очень хорошо... Но жить будет, — успокоила его Лейла, стараясь звучать уверенно, хотя её саму терзали сомнения. Она нежно коснулась губами его щёки, выражая свою любовь и поддержку. — Давно операция закончилась? Были какие-то осложнения? Когда снимут повязку? Когда... когда зрение вернётся?
Она засыпала его вопросами, пытаясь скрыть свою тревогу за его здоровье.
— Всё прошло хорошо. Буду снова видеть буквально через пару дней, — ответил парень, его голос звучал ободряюще. — И я успел по тебе соскучиться. Очень.
— И я по тебе, — легко посмеялась Лейла, стараясь разрядить обстановку.
Она инстинктивно убрала с плеча мужа какую-то мелкую пылинку, проявляя заботу. Затем она повернулась к Наре, заметив её подавленное состояние.
— Но раз с тобой всё хорошо, почему тогда твоя сестра плачет?
Наре, не выдержав, отвернулась и зарыдала в голос, закрыв лицо руками. Лейла тут же поднялась и, подойдя к ней, крепко обняла, стараясь разделить её боль.
— Что-то с Шахином? — тихо спросила она, чувствуя, как плечи Наре дрожат в её объятиях.
— Он... он смог выжить, но... — всхлипывая, говорила Наре, её голос был едва слышен. — Он до сих пор без сознания.
— Милая, — Лейла тяжело вздохнула и, отстранившись, вытерла слезы с лица девушки. — Не переживай. Шахин сильный. Он выберется. Он тебя не бросит. Я уверена.
Они еще долго стояли в обнимку, молча поддерживая друг друга, пока Наре первая не отстранилась.
— Ладно, я пойду, — тихо сказала она, отворачиваясь. — Не хочу вам мешать, — и, быстро вытерев лицо, поспешила выйти из палаты.
— Кошмар, — проговорила Лейла, опускаясь на кровать рядом с мужем. — Горе за горем. Это когда-нибудь закончится?
— Плевать, — резко заявил Кайя, сжимая её руку в своей. — Пусть хоть весь мир рухнет, главное, чтобы ты была рядом со мной. Остальное не имеет значения.
Лейла мягко улыбнулась, растроганная его словами. Она наклонилась и нежно поцеловала его в губы, чувствуя, как тепло разливается по её телу. Кайя тут же поддался вперед, прижимая жену к себе крепче, насколько позволяло его состояние. Свою ладонь он положил на лицо Лейлы, нежно поглаживая её щеку, а другую опустил на её талию.
Поцелуй был наполнен всей любовью, что теплилась в их сердцах, что скрывалась эти годы. Он был нежным, трепетным и полным обещаний.
— Я люблю тебя, — прошептал Кайя ей в губы, прерывая поцелуй всего на секунду, чтобы сказать эти важные слова.
— И я люблю тебя, — то же самое прошептала и Лейла, прижимаясь к нему еще ближе.
***
На следующее утро в палате собрались все самые близкие люди Кайи. В воздухе висело напряжение, смешанное с надеждой. Доктор Борхан медленно и аккуратно снимал пластыри с глаз Кайи, его движения были выверены и осторожны. Лейла стояла рядом с мужем, её глаза были прикованы к его лицу, а пальцы нервно перебирали край кофты. Она чувствовала, как сердце бешено колотится в груди, и боялась даже дышать, чтобы не спугнуть этот долгожданный момент.
— Теперь медленно открой глаза, — сказал доктор Борхан, закончив свою работу. Его голос был спокойным и уверенным, словно он хотел придать уверенности и самому Кайе. — Сначала всё будет размыто, возможно, ты увидишь мир как сквозь туман, но не переживай. Это нормальный эффект после операции. Дальше всё будет только лучше.
Кайя, напряженный и взволнованный, кивнул в знак согласия и последовал указаниям доктора Борхана. Он медленно, с опаской, начал открывать глаза, словно боялся того, что увидит. И первым делом, как только он смог что-то различить, он посмотрел на свою жену. Его взгляд был полон любви и нежности.
— Лейла... — прошептал он, его голос дрожал от переполнявших его эмоций.
— Привет, — со слезами счастья на глазах улыбнулась Лейла и, не в силах больше сдерживаться, села рядом с мужем на кровать. Она нежно взяла его за руку, чувствуя, как тепло его прикосновения разливается по её венам.
Кайя смотрел на неё неотрывно, словно боялся, что она исчезнет, если он отведёт взгляд. Он изучал каждую черточку её лица, словно пытаясь наверстать упущенное время. Доктор Борхан, заметив его состояние, осторожно привлек к себе его внимание, чтобы продолжить осмотр.
— Цвета различаешь? — спросил Борхан, направив свет маленького фонарика в глаза Кайи. Он внимательно следил за реакцией его зрачков.
Кайя, не отрывая взгляда от Лейлы, кивнул головой в знак согласия и крепче сжал её руку.
— Слава Аллаху! — воскликнули все присутствующие в палате, не в силах сдержать радость и облегчение.
— Всё хорошо, Садакат ханым, — обратился доктор Борхан к матери Кайи, заметив её взволнованный взгляд. — Операция прошла успешно, и со временем зрение полностью восстановится. Нужно немного подождать и соблюдать все рекомендации.
— Какое облегчение, — вздохнула женщина.
***
Уже в особняке, в уютной, залитой тёплым светом спальне, Кайя сидел, облокотившись на подушки, на кровати. Лейла подошла к нему с заботливой улыбкой и укрыла его ноги мягким пледом.
— Зачем, милая? — с улыбкой спросил он, наблюдая за её хлопотами.
— Чтобы тебе было тёпло и уютно, — ответила девушка, присаживаясь рядом с ним на кровать.
— А знаешь, что меня ещё больше согреет? — игриво приподнял брови Кайя, его взгляд стал игривым.
— И что же это? — в том же тоне ответила Лейла, подхватывая его настроение.
— Моя любимая жена рядом, в моих объятиях. Вот что меня по-настоящему согреет.
Она едва успела рассмеяться над его словами, как Кайя, ловким движением, хватает её за талию и притягивает к себе, укрывая обоих пледом.
— Ты что делаешь?! — воскликнула Лейла, смеясь и слегка вырываясь из его объятий. — Тебе же нельзя делать резких движений!
— Успокойся, — прошептал Кайя, не обращая внимания на её предостережения.
Он начал осыпать поцелуями каждый миллиметр лица девушки, нежно касаясь губами её лба, щёк, носа и подбородка.
Лейла тихо посмеивалась, наслаждаясь его нежностью, а потом, не выдержав, быстро нашла губы мужа и потянулась к ним для долгожданного поцелуя. Кайя с радостью ответил на её порыв, углубляя поцелуй и запуская свои пальцы в её мягкие, шелковистые волосы.
Воздух предательски закончился, и им пришлось отстраниться друг от друга, тяжело дыша и всматриваясь в лица друг друга. В их глазах отражалась вся любовь, страсть и нежность, которые они испытывали друг к другу, а на лицах сияла улыбка настоящего, неподдельного счастья.
Кайя слегка приподнялся и, приобняв её за плечи, нежно уложил Лейлу себе на плечо, чтобы ей было удобно.
— Звонила семье? Как там дядя?
— Звонила, — ответила девушка, расслабляясь в его объятиях. — Дядя идёт на поправку. Врачи говорят, что самое страшное уже позади.
— Ну и хорошо, — со вздохом облегчения сказал Кайя, целуя жену в макушку. — А как там Тамель?
На секунду Лейла замерла, почувствовав, как неприятный холодок пробегает по её спине. Зачем он вдруг о нем спрашивает? Она постаралась не подавать виду, но тревога уже поселилась в душе.
— Не знаю, — честно ответила она, стараясь звучать как можно более непринужденно. — Я не была у него.
— Это я знаю, — спокойно констатировал парень, не отрывая взгляда от её лица. — Кадир сказал мне, что ты не отходила от меня всю ночь в больнице. Но несколько дней назад, когда ты спала, тебе звонил Эмир. Я ответил на звонок. Он сказал, что у тебя есть одна фотография, которая ему очень нужна. Ну, я ему её и отправил. Ну а дальше я увидел чат с Тамелем. Зачем ты ходила к нему?
Лейла вспомнила, что Кайя знает пароль от её телефона. Мысленно она выругала себя за то, что не удалила эти злосчастные сообщения. Ей не хотелось ничего от него скрывать, но и рассказывать правду она боялась.
— Мы просто попрощались, — ответила она, опустив глаза. — Сначала я попросила у него прощения за своего отца, а потом он спросил про тебя. Спросил, люблю ли я тебя. Я ответила, что да, люблю. Тамель сказал, что хочет только моего счастья. Больше мы не связывались. Это все, честно.
Кайя на мгновение задумался. Он прекрасно помнил все грязные поступки этого подонка. Он знал, на что способен Тамель, и ему трудно было поверить, что он так просто отпустил Лейлу. Но пока рано делать какие-либо выводы.
— Хорошо, — сказал он, не показывая своих истинных чувств.
Парень медленно начал опускаться вниз, устраиваясь поудобнее и снова укладываясь на плечо жены. Ему очень нравилось так лежать, чувствуя её тепло и заботу, да и Лейла была совсем не против. Ей казалось, что в такие моменты он превращается в пушистого, ласкового котёнка, нуждающегося в тепле и ласке.
— Я сейчас съезжу к дяде, — сказала Лейла, нежно перебирая его волосы. — Посмотрю, как он там.
— Как скажешь, родная моя, — вздохнул он и нежно поцеловал жену в плечо.
***
Все собрались в просторной, уютной гостиной особняка. Атмосфера была напряженной и тревожной, словно надвигалась гроза. Элиф и Лейла сидели бок о бок на диване, тесно прижавшись друг к другу в поисках поддержки. Нур расположилась на другом диване, отстраненно наблюдая за происходящим. Эмир и Кемаль заняли большие, кожаные кресла, их лица были серьёзными и сосредоточенными.
— Элиф, ну перестань! — с притворной досадой воскликнула Нур, стараясь разрядить обстановку.
— А теперь этот Еврен буквально умоляет её пойти с ним на свидание, —продолжала поддразнивать Элиф, не обращая внимания на протесты Нур.
— Никаких свиданий, — строго сказал Эмир, нахмурив брови.
Лейла согласно кивнула, поддерживая брата, за что получила недоуменный взгляд от Элиф.
— А что такого? — спросила она у невестки, стараясь скрыть своё раздражение. — Я думаю, что брат прав. Если он и вправду влюблён в нашу Нур, то это не отменяет всех поступков его семьи. Кылыч работают вместе с нашим отцом.
— Работали! В прошедшем времени! — возразила Элиф, подчеркивая, как важно говорить о прошлом в прошедшем времени.
— Так, всё! — в приказном тоне сказала Нур, резко обрывая их перепалку. — Хватит обсуждать мою личную жизнь. Дядя, лучше расскажите нам подробнее о нападении Коркмазов. Что там произошло?
Лейла одобрительно кивнула младшей сестре, понимая, что сейчас важно сосредоточиться на более серьёзных вещах. Элиф лишь закатила глаза, что не ушло от внимательного взгляда её мужа. Эмир шутливо погрозил ей пальцем, а та в ответ лишь показала ему язык.
— Я выходил из ресторана, где у меня была встреча с партнёрами, — начал рассказывать Кемаль, его голос был спокойным, но в нём чувствовалась скрытая ярость. — Неожиданно подъехали несколько машин, и началась стрельба.
Лейла невольно зажмурилась, представив эту ужасную сцену. Элиф крепче сжала её руку, без слов выражая свою поддержку.
— Мои люди не успели меня прикрыть, — продолжал Кемаль. — Я чудом остался жив.
— И что нам теперь делать? Как мы будем отвечать? — непринужденно спросила Нур, казалось, она совсем не испугалась.
— Отвечать тем же, — жёстко ответил сестре Эмир, его глаза горели гневом.
Элиф укоризненно посмотрела на мужа, осуждая его жажду мести, и устало вздохнула, понимая, что остановить его будет очень трудно.
— Племянник прав, — кивнул мужчина, соглашаясь с Эмиром. — Они посягнули на главу клана. Из-за этого всегда начинается кровная вражда. Я думаю, именно этого они и хотели. Коркмазы давно мечтают ослабить нас.
— Конечно! — воскликнула Лейла. — Они жаждут этой войны. Коркмазы хотят кровопролития. Только этого им и нужно.
В гостиной повисла напряженная тишина. Каждый думал о своём, обдумывая дальнейшие действия и возможные последствия.
— Лейла, — позвал её Эмир, прерывая молчание. — Ты говорила, что тебя предупредила Айлин о нападении? А ей об этом сказал Явуз?
— Да, всё верно, — кивнула она, подтверждая его слова.
Эмир азартно усмехнулся и перевёл взгляд на дядю. Кемаль сразу понял, к чему он клонит.
— А может нам попробовать переманить их на нашу сторону? — предложил Эмир. — Завербовать врагов — отличная идея.