глава 16
Лейла сидела на краю кровати, неотрывно следя за тем, как Элиф собирает сумку. Сегодня они едут на прием к врачу, чтобы узнать пол будущего ребенка Элиф. В воздухе висело напряжение, unspoken questions давили на плечи.
— И что теперь? — голос Элиф дрогнул, когда она задала этот вопрос. — Ты разведёшься?
Лейла тяжело вздохнула, опуская голову. В груди кипел клубок противоречивых эмоций. Безумная любовь к Кайе, готовность на всё ради мужа, боролись с обжигающей болью от осознания, что другая женщина носит его ребенка. Эта мысль разбивала её сердце на мелкие осколки.
— Не разведусь, — наконец прошептала она. — Не могу. Слишком его люблю.
— А Зеррин? — резко спросила Элиф, оборачиваясь к Лейле. — Она уже на седьмом месяце.
— Не знаю, что делать, — Лейла покачала головой, чувствуя, как подступает отчаяние. — Вчера я ходила к врачу... он прописал мне противозачаточные.
— Что?! — Элиф воскликнула, яростно разворачиваясь к сестре мужа. — Вы же хотели ребенка! Зачем тебе эти таблетки?!
— Я не хочу сейчас детей! — крикнула Лейла, вскакивая с кровати. Слова вырвались прежде, чем она успела их обдумать. — Одна мысль о том, что Зеррин беременна от Кайи, заставляет меня...
— Ревновать? — предположила Элиф, смягчая тон и глядя на неё с сочувствием.
— Нет, — Лейла постаралась успокоиться, прикрывая глаза. — Это чувство прошло ещё до того, как я вышла за него замуж. Он мне не изменял... Физически, по крайней мере. Кайя любит меня, я это знаю, но...
— Ты боишься, что он от тебя уйдет, когда узнает о ребёнке, — закончила Элиф, подходя ближе и кладя руку на плечо Лейлы.
— Да, — прошептала Лейла, и слезы, которые она так долго сдерживала, хлынули потоком. Она обняла Элиф, находя утешение в этих объятиях. Элиф для неё была не просто невесткой, а настоящей сестрой.
— Но если ты забеременеешь, то он точно от тебя не уйдет, — Элиф мягко погладила её по спине, стараясь подбодрить.
— Я так не хочу, — Лейла всхлипнула, отстраняясь. — Когда-нибудь Кайя узнает правду... И даже если у нас с ним уже будут дети... Представляешь, что он будет чувствовать?
В голове Лейлы царила полная неразбериха. Часть её отчаянно хотела сохранить брак, быть с Кайей до конца. Другая часть настаивала на том, чтобы рассказать ему правду и уйти, позволить ему быть счастливым со своим ребёнком и женщиной, которую он любил.
— И выходом из этого всего являются таблетки? — Элиф с тревогой смотрела на неё.
— Сейчас вокруг куча проблем, — ответила Лейла, вытирая слёзы. — Боран, пёс Эджмель... Интриги Коркмазов, отец... Я не хочу, чтобы мои дети родились во времена сплошных испытаний.
***
— Мальчик!
Элиф буквально влетела в гостиную, за ней, немного запыхавшись, последовала Лейла. Эмир тут же подскочил к жене, опасаясь за её состояние после поездки.
— Элиф, тише, — он обнял её. — Аккуратнее, прошу тебя.
— А я знала! — ликующе воскликнула Нур. — Пойду позвоню Еврену и всё ему расскажу! — и, не теряя ни секунды, побежала вверх по лестнице в спальню.
— О Аллах! — воскликнул Кемаль, широко улыбаясь. — У меня будет внук!
— Да, дядя, — засмеялась Лейла. — А точнее, дедуля.
Мужчина засиял от счастья. Он подошел к Элиф и нежно поцеловал её в лоб, ласково поглаживая округлившийся живот. Затем ободряюще похлопал Эмира по плечу. После всего этого Кемаль приблизился к Лейле.
— Моё солнце, — обратился к племяннице дядя, его голос был полон надежды. — А скоро и ты мне внуков родишь. Вот тогда я буду самым счастливым дедулей на свете!
Он мягко обнял девушку за плечи, и Лейла застыла, словно громом пораженная. Она машинально перевела взгляд на Элиф. Их взгляды встретились, и в этом безмолвном обмене девушки поняли всё без слов. В глазах Лейлы плескалась тревога, в глазах Элиф — сочувствие и печаль.
***
Лейла стояла у института, ожидая Кайю. Она была без своей машины, муж привез её сюда утром и обещал забрать на обед.
Неожиданно кто-то подошел к ней и закинул тяжелую руку на плечи.
— Ну, здравствуй, красавица, — послышался грубый мужской голос.
Лейла сразу его узнала.
— Явуз! — воскликнула она и, скинув его руку, повернулась к нему лицом. — Что ты здесь делаешь?
Коркмаз усмехнулся и попытался заправить прядь волос Лейлы за ухо. Девушка отпрянула, словно от огня.
— Ты чего такая грубая? — он наклонил голову набок, оглядывая Лейлу. — Я поступил как крыса ради тебя. Сказал Айлин сообщить тебе о нападении.
— Как крыса?! — с сарказмом засмеялась девушка. — Айлин сказала мне, что ты предан семье. А насчет нападения... может, просто считаешь меня тоже частью вашей семьи?
— Я не могу быть предан семье, — вдруг серьезно сказал Явуз, оглядываясь по сторонам. — Я рассказал тебе о планах своего отца Алпа. Я предал своего отца ради тебя.
Лейла не нашла, что ответить. Она лишь смотрела на парня, который с самого детства давал ей понять, что ей не место в семье Коркмаз. Явуз постоянно издевался над ней. Вначале это были обычные детские шалости, но с годами всё становилось хуже, пока их общение окончательно не прекратилось.
— Ты хочешь работать с Кемалем? — твердо произнесла Лейла, сузив глаза, ожидая ответа.
— Да, — четко и быстро ответил Явуз.
Лейла вспомнила разговор с дядей после нападения. Нужно было завербовать врага – это должно быть лучшим решением.
— Хорошо, — произнесла она. — Тогда свяжись с Эмиром и назначь встречу с нашим дядей. Если об этом узнает кто-то из твоей семьи, скажешь, что соскучился по брату. И ни слова о Кемале!
— Как скажешь, красавица, — Коркмаз тут же повеселел, услышав одобрение Лейлы.
— А что с Айлин? — спросила она, переживая за неё. — Никто не узнал, что она мне звонила?
— Нет, — покачал головой парень.
— Слава Аллаху, — вздохнула Лейла.
Явуз снова начал улыбаться. Он во второй раз закинул руку на плечи Лейлы и толкнул её в сторону своей машины.
— Явуз, что ты делаешь? — она начала нервничать.
— Хочу с тобой пообедать, — непринужденно ответил Коркмаз. — Отметить, так сказать, примирение.
— Нет, — Лейла только успела высвободиться из объятий парня, как в его лицо прилетел чей-то кулак.
Явуз встряхнул плечами и ответил Кайе аналогичным толчком. Лейла, заметив мужа, хотела броситься к нему и оттащить, но всё было тщетно.
Пара охранников института тут же подбежали к ним.
— Кайя! Прекрати! — кричала Лейла, чувствуя, как злость поглощает её.
Альбора тут же остановился. Явуз поднялся с земли и махнул рукой двум мужчинам. Охранники тут же ушли.
— Ты кто такой?! — прошипел Кайя, заслоняя спиной жену.
— Да уж, Лейла, — произнес Коркмаз, сплевывая кровь. — Я, конечно, слышал, что ты вышла замуж за вспыльчивого парнишку, но не думал, что твой избранник будет на меня бросаться.
— Хочешь?! Могу ещё добавить! — он кинулся вперед, но Лейла силой притянула его к себе, словно маленького щенка.
— Я сказала хватит! — крикнула она, хватая мужа за плечи и поворачивая к себе лицом.
— Я погляжу, у тебя весёлая семейная жизнь, — Явуз уже поднялся и притворно это сказал.
— Прошу прощения, — вздохнула Лейла, глядя на Коркмаза, но всё равно крепко держала Кайю.
— Он вёл тебя куда-то, а ты не хотела! — воскликнул Кайя, размахивая руками.
— Тихо! — строго сказала Лейла.
Она подтолкнула мужа в сторону машины и ещё раз обменялась взглядом с Явузом.
— Свяжись с Эмиром.
Тот просто кивнул и смотрел на удаляющуюся пару.
***
Напряжение в салоне автомобиля было таким плотным, что его, казалось, можно потрогать руками. Лейла молча наблюдала за Каей, отмечая, как сильно сжимает его рука обтянутый кожей руль.
— Что не так? — наконец нарушила тишину девушка, осторожно кладя свою руку ему на плечо и чувствуя, как он заметно расслабляется под её прикосновением.
— Кто это был? — твердо спросил Кайя. — И зачем ему нужен Эмир? Зачем он касался тебя и вёл к своей машине?
Он ревнует. Лейла мгновенно уловила это. Не сказать, что ей не нравилась ревность мужа, но в данном случае повода для неё попросту не было. Явуз — её троюродный брат. Он не будет думать о Лейле в таком ключе, по крайней мере, она на это надеялась.
— Любимый мой, — нежно произнесла она, пытаясь разрядить обстановку. — Это Явуз Коркмаз.
Кайя начал вертеть головой, разминая напряженные мышцы шеи. Он знал, что эта фамилия ничего хорошего не предвещает.
— Он сказал Айлин сообщить мне о нападении на дядю, — продолжала Лейла, стараясь сохранять спокойный тон. — Я посоветовала ему связаться с Эмиром, чтобы его отец ничего не заподозрил. А дальше Явуз сможет работать с Кемалем. Он теперь на нашей стороне.
— Из-за чего вообще началась эта война между семьями Йылмаз и Коркмаз? — задал Кайя вполне ожидаемый вопрос, который давно вертелся у него на языке. — Зачем она нужна, если твоя мать вышла за твоего отца? Это же было концом прошлой войны.
— Мерт и Алп буквально ненавидят дядю Кемаля, — со вздохом ответила Лейла. — Когда они узнали, что мы ушли из особняка и бросили отца, у них руки зачесались. А Мурат идёт у них на поводу. Хочет нам отомстить.
Кайя на секунду прикрыл глаза, словно отгоняя неприятные воспоминания, а затем снова устремил взгляд на дорогу. Лейла сжала губы, чувствуя его напряжение, и нежно коснулась его щеки. Он повернулся в её сторону и слабо улыбнулся.
***
Лейла стояла на кухне одна, окруженная ночной тишиной, которая давила на неё своей звенящей пустотой. В дрожащих руках она держала кружку с водой и маленькую белую таблетку.
Кайя уснул уже около часа назад, но Лейла всё никак не решалась уничтожить все шансы на материнство, которые у неё могли быть в будущем.
Наконец, она глубоко вздохнула, собираясь с духом. Девушка бросила таблетку в рот и, не раздумывая, запила её водой.
Слёзы, словно преданные друзья, сами по себе потекли по щекам. Лейла прислонила ладонь к груди, чувствуя, как бешено колотится сердце. Больше всего на свете она сейчас хотела быть с любимым человеком и родить ему прекрасного ребёнка, а может, даже и несколько.
Но не сейчас. Лейла не могла позволить себе принести в этот опасный, жестокий мир невинного малыша, обрекая его на возможные страдания.
Неожиданно дверь на кухню бесшумно открылась, и в проеме появилась Алья. Лейла резко обернулась, судорожно сжимая в руке баночку с противозачаточными, но уже через секунду спрятала её в карман штанов.
— Лейла? — нахмурилась Алья, внимательно глядя на неё. — Что ты так поздно делаешь на кухне?
— А... я... — замешкалась девушка, пытаясь придумать правдоподобное объяснение. — Сон плохой приснился, пришла воды попить. Успокоиться.
Когда Алья вошла на кухню, то краем глаза заметила в руках Лейлы баночку с таблетками. Она не разобрала надписи на упаковке, но прекрасно понимала, что это за лекарство. Не зря же она работает гинекологом. Алья видела эти препараты часто и ни с чем бы их не перепутала. Но сейчас она решила сделать вид, что ничего не заметила, предоставив Лейле возможность самой рассказать, если она захочет.
— Может, я сделаю тебе тёплое молоко? — предложила Алья, стараясь говорить как можно мягче и заботливее. — Я как раз собираюсь варить для Дениза.
— Нет, нет, — замотала головой Лейла, чувствуя, что обстановка становится всё более напряженной. — Попытаюсь заснуть. Доброй ночи.
***
Лейла ехала из института, как вдруг заметила, что возле больших ворот особняка стоит машина Эджмеля и собралась вся семья Альбора.
Она резко затормозила и, не раздумывая, выскочила из автомобиля.
— Госпожа Лейла, — почтительно приветствовала её охрана.
Девушка стремительно подошла ближе к родственникам. Кайя тут же заметил её.
— Лейла! — радостно крикнул он и протянул к ней руку. — Иди быстрее сюда!
Девушка покорно забежала во двор и встала рядом с мужем. Здесь были все: Шахин, Наре, Алья, Джихан, госпожа Садакат, Боран и Зеррин. Последняя заставила сердце Лейлы забиться быстрее от нервов и напряжения.
— Боран, я совершил ошибку, — шептал Эджмель, глядя на сына полными раскаяния глазами.
— Пошёл вон! — отрезал тот, его голос был полон ненависти и отвращения. — Вон!
— Ты мой сын, — напоследок сказал мужчина, его голос дрожал от отчаяния, и, развернувшись, он вышел за ворота.
Среди всех нависло тягостное напряжение. Все давно знали эту правду, но старались не думать об этом лишний раз, чтобы не бередить старые раны.
— Вы оба мои дети, — произнёс Эджмель, обводя взглядом Шахина и Борана.
— Закройте ворота, — в приказном тоне заявил Джихан, нарушая гнетущую тишину.
Охрана незамедлительно выполнила приказ. Семья выдохнула, словно с плеч свалился непосильный груз.
— Шахин и Зеррин приехали тебя увидеть, — пояснил Джихан, обращаясь к своему старшему брату.
Боран лишь украдкой оглядел их и направился в сторону дома. Все остальные потянулись за ним. Кайя слегка обнял Лейлу за талию и двинулся вперёд, стараясь поддержать её в этот непростой момент.
***
— Эджмеля мы услышали, — произнес Боран, его голос был холоден и безразличен. — Что скажете вы?
Зеррин и Шахин, сидевшие напротив своего брата, напряглись, словно их ждали на допросе.
— Боран, это твои брат и сестра, — прошептал ему на ухо Джихан, надеясь смягчить обстановку. — Не враги.
— Дети человека, который пытался меня убить, не могут быть мне братом и сестрой, — отрезал Боран, его слова прозвучали как приговор.
Все в комнате тяжело вздохнули, чувствуя, как сгущается атмосфера. Лейла перевела взгляд на Зеррин и невольно заметила за собой легкую радость от того, что девушке некомфортно. Она тут же одернула себя, почувствовав укол совести. Лейле стало стыдно от того, что не желает добра совсем невиновной девушке, которая ни в чем не виновата.
— Вы что, ничего не слышали? — подала голос Садакат, её голос дрожал от возмущения. — Так и будете здесь сидеть?!
— Мама, — попытался остановить её Джихан, предчувствуя скандал.
— Молчи, — резко оборвала её Наре.
— Ты прав, Боран, — тихо произнес Шахин, глядя на брата с сочувствием. — Твоя реакция вполне объяснима. Мы все понимаем. Поэтому мы не оправдываем действия Эджмеля. Но главное, что ты сейчас жив. Нам тоже очень тяжело. Но в глубине души мы рады. Теперь у нас есть старший брат.
Боран тяжело вздохнул, его лицо выражало явное недовольство. Было видно, что ему неприятен этот разговор.
— Брат Боран, — начала Зеррин, её голос дрожал от волнения. — Все понимают, что ты пережил. И мы нисколько не поддерживаем своего отца. Пожалуйста, не вини нас.
— Вы знали, что он сделал, но всё равно молчали, — не унимался он, его тон был полон упрека. — Сколько раз моя мать говорила вам, что он убийца?! Вы не верили!
— Ты правда об этом рассказала?! — в недоумении спросила Наре, глядя на мать с укором.
— Ты меня не удивляешь, — покачал головой Кайя, разочарованно глядя на мать.
Лейла лишь опустила глаза, чувствуя себя неловко в этой напряженной обстановке. В её родной семье назревала война между двумя кланами, а тут ещё и семья мужа подоспела со своими внутренними разборками.
Кайя, будто бы почувствовав мысли своей жены, мягко взял её за руку, стараясь поддержать.
— А что?! — воскликнула Садакат, её голос сорвался на крик. — Но кто-то ко мне прислушался?!
— Мы были потрясены, — ответил Шахин, его тон был полон искренности. — Нелегко принять, что твой отец способен на такое.
— Боран, ты таким не был! Что с тобой случилось?! — обратилась Наре к брату, её глаза были полны печали.
— А ты чего? — переключила внимание на неё мать, её голос был полон сарказма. — Сама сбежала и вышла замуж за сына убийцы своего брата!
— Да, Наре, — начал повышать голос Боран, поддакивая матери. — Вышла замуж за Шахина! Позор тебе! Позор!
— Ты что такое несёшь?! — вскочил с дивана Шахин, его лицо покраснело от злости.
Все тут же поднялись, чувствуя, что приближается буря.
— Брат! — резко встала Зеррин, бросаясь к Шахину, но тут же села обратно, почувствовав острую боль в животе.
Пока все чуть ли не бросались друг на друга, выясняя отношения. Лейла села рядом с Зеррин и положила руку ей на плечо.
— Всё хорошо? — честно и обеспокоенно спросила она, глядя в глаза Зеррин. — Тебе не плохо? Может, уйдём отсюда?
Зеррин лишь украдкой взглянула на свой уже округлившийся живот, словно пытаясь спрятать его от чужих глаз. Лейла сделала то же самое, интуитивно поняв, что происходит. Она прикрыла глаза, быстро осознав, что ребёнок в утробе Зеррин — от Кайи, от мужа Лейлы.
Та взглянула на жену своего возлюбленного, и ей стало искренне стыдно и неприятно. Зеррин поняла, что за всё время принудительного брака Кайи и Лейлы они смогли полюбить друг друга. Она не хотела, чтобы Лейла знала о ребёнке, и уж тем более Кайя.
Только вот Зеррин не было известно, что Лейла уже давно всё знает. И эта правда душит её с каждым днём.
***
Огромный зал института был переполнен преподавателями, студентами и их близкими. Рядом с Лейлой сидел Кайя и с нетерпением ждал, когда его жену будут награждать за первое место на юридическом факультете. С другой стороны расположилась семья Лейлы. Дядя Кемаль устроился рядом с племянницей, то и дело каждую минуту оглядывая зал, словно выискивая признаки опасности. Дальше сидели Элиф и Эмир, держась за руки, а затем и красавица Нур.
Сейчас на сцене стояла Хатидже Полат, занявшая второе место.
Лейла оглядела зал и увидела Зеррин, которая тоже заметила её взгляд. Девушки обменялись слабыми улыбками, а потом грустно отвернулись друг от друга, каждая погруженная в свои мысли.
Зеррин думала о том, что сегодня она уедет за границу и оставит всё здесь. Там она сможет гарантировать своему ребёнку безопасность и спокойную жизнь.
Лейла думала о Кайе и о том, что он не знает всей правды. Её муж свято верит, что скоро они станут родителями, совсем не подозревая, что его жена тайно принимает противозачаточные таблетки, убивая малейшую надежду на беременность.
— А теперь — лучший ученик юридического факультета! — объявил в микрофон декан, его голос был полон гордости. — Лейла Айдын-Альбора!
Девушка, стараясь скрыть волнение, поднялась и направилась на сцену, принимая награду.
— Спасибо вам всем, — с улыбкой произнесла Лейла, глядя в зал. — Эта награда является для меня символом моего упорства и стремления закончить учёбу с отличными оценками, чтобы построить успешную карьеру. Но всего этого не было бы без моих близких. В зале сидят самые дорогие мне люди. Те, кто поддерживал меня на протяжении всего моего пути.
Она посмотрела на Каю, который смотрел на неё с такой гордостью, что в сердце Лейлы разлилось тепло.
— И, конечно, я хочу сказать огромное спасибо своему мужу, — продолжала она уже чуть более мягко и тихо, обращаясь к Кайе. — Он всё это время видел, как я ночами сидела над учебниками, готовясь к экзаменам, и всегда поддерживал меня, принося мне всякие вкусности. О заботе своего мужа я могу говорить часами. Кайя, спасибо тебе за то, что всегда рядом со мной. Спасибо вам всем!
По залу прокатилась волна оваций. Лейла спустилась со сцены и подошла к своим близким. Кайя тут же подлетел к жене и заключил её в крепкие объятия.
***
Лейла сидела с Альёй на кухне и пила кофе, наслаждаясь уютной атмосферой.
— Как Джихан отреагировал на подарок? — поинтересовалась Лейла, отпивая глоток ароматного напитка.
— Ему понравилось, — мягко улыбнулась Алья, её глаза наполнились теплом.
— А сюрприз? Понравился его день рождения?
— Не то слово, — ответила женщина, слегка покраснев. — Он был в восторге.
Беседа продолжалась бы и дальше, но время неумолимо бежало вперёд, и Лейле пора было возвращаться к мужу. Она поднялась из-за стола.
— Я пойду, — сказала она, глядя на Алью с теплотой. — Кайя не уснёт без меня.
Алья кивнула, стараясь скрыть боль осознания, кольнувшую её сердце. Она снова не смогла рассказать всю правду девушке. Хотя Лейла и так всё знает, но Алья не могла найти нужные слова.
Всю дорогу до спальни Лейлу терзало какое-то неясное предчувствие беды. Она тихо вошла в комнату и увидела, как Кайя сидит на кровати, обхватив голову руками и уставившись в пол.
Лейла нахмурилась, её сердце бешено заколотилось. Она включила свет и увидела мужа в очень подавленном состоянии. А рядом с ним на постели лежала баночка с таблетками.
Девушка виновато прикрыла глаза, и всё её тело сжалось от страха, словно она предчувствовала надвигающийся ураган, готовый смести все на своем пути.
— Кайя... — прошептала она едва слышно, её голос дрожал, как осенний лист на ветру.
— Зачем? — тихо спросил он, не поднимая головы. Его слова, лишенные всякой интонации, прозвучали как смертный приговор. — Ты не хочешь от меня ребенка? Ты всё ещё любишь Тамеля?
Шок, словно ледяной водой, окатил Лейлу с головы до ног.
— Что?! Нет! — воскликнула Лейла, её голос сорвался на надрывный крик, полный отчаяния. — Я люблю только тебя! И ты это знаешь! Ты же знаешь...
— Тогда зачем тебе это?! — закричал Кайя, обернувшись к ней. В его глазах плескалась ярость и боль, невыносимые для взгляда. Всё его существо, казалось, излучало страдание.
В порыве гнева и разочарования он схватил злосчастную баночку с таблетками и со всей силы швырнул её в стену. Раздался оглушительный звон разбивающегося стекла, и сотни маленьких белых таблеток вперемешку с острыми осколками рассыпались по всему полу.
Кайя поднялся с кровати и, шатаясь, подошел к окну. Слёзы, не сдерживаемые больше, ручьями текли по его щекам, обжигая кожу. Он смотрел на жену, словно видел её впервые, и в его взгляде читалось полное непонимание и горечь.
— Отвечай! — потребовал он, и в его голосе звучала уже не злость, а мольба.
Лейла сжала губы в тонкую, дрожащую линию, пытаясь скрыть подступающую истерику. Ей казалось, что мир вокруг неё рушится, погребая под своими обломками всё, что было ей дорого. Дышать становилось всё труднее, и она чувствовала, как внутри неё нарастает паника.
— Лейла! — прорычал Кайя, словно зверь, раненый в самое сердце.
— Да потому, что у тебя уже есть ребёнок! — с криком, полным боли и отчаяния, ответила Лейла, не в силах больше сдерживать бушующие в ней эмоции.
Кайя застыл на месте, словно пораженный молнией. Он слегка пошатнулся, но из последних сил удержался на ногах, пытаясь осмыслить услышанное. Его лицо исказилось от боли и неверия.
— Что? — прошептал парень, хмурясь и словно не веря своим ушам. Он смотрел на жену с полным недоумением, словно она говорила на незнакомом ему языке.
— Зеррин беременна не от Демира, — дрожал голос Лейлы, выдавая всё её смятение. — А от тебя.
Мир Кайи в одно мгновение перевернулся с ног на голову. Всё, что он считал правдой, все его убеждения, разбились вдребезги, как та злополучная баночка с таблетками. Он резко отвернулся от Лейлы, не в силах больше выносить её взгляд, полный боли и упрека.
Именно в этот момент что-то сломалось в Лейле. В ней будто щёлкнул какой-то механизм, и, поддавшись внезапному порыву, она сорвалась с места. Быстро схватив со столика ключи от машины, она, не сказав ни слова, выбежала из комнаты. Лейле нужно было бежать, бежать как можно дальше от этого кошмара, от этой лжи, от этой невыносимой боли. Ей казалось, что только так она сможет выжить.
***
Автомобиль мчался на безумной скорости по пустой ночной дороге, рассекая тьму светом фар. Лейла рыдала так, как никогда в жизни, её тело сотрясалось от беззвучных, но мучительных всхлипов.
Окно было широко распахнуто, выпуская наружу волну отчаяния и боли, иначе девушка бы просто задохнулась в этом замкнутом пространстве. Воздух в салоне был пропитан её любимым ароматом духов, подаренных Кайёй, и этот запах теперь казался ей невыносимо горьким напоминанием о разрушенном счастье.
Внезапно, сквозь пелену слёз и ночную тишину, прорвались настойчивые автомобильные сигналы. Лейла, словно очнувшись, посмотрела в зеркало заднего вида и увидела вдали фары машины Кайи. Он гнался за ней, пытаясь остановить, вернуть, объяснить.
Лейла, обуреваемая отчаянием, лишь сильнее нажала на педаль газа. Она резко свернула на дорогу, ведущую к дому дяди Кемаля.
Кайя без колебаний последовал за ней, подтверждая её догадку о том, что он не намерен сдаваться.
Когда машина наконец остановилась у ворот особняка Йылмаз, Лейла, не дожидаясь полной остановки, быстро выскочила из автомобиля и, спотыкаясь и падая, бросилась к массивным воротам, словно к спасительному барьеру.
Забежав во двор, она обернулась, всматриваясь в ночную темноту, пытаясь разглядеть силуэт Кайи. Она увидела, как он припарковался и с яростью выскочил из машины, направляясь в её сторону.
— Госпожа Лейла, — дрожащим голосом приветствовал её один из охранников. — Что-то случилось? Почему так поздно?
Лейла, не в силах совладать с собой, жестом указала на приближающегося Кайю и, сорвавшись на крик, приказала:
— Закрыть ворота! Не впускать его!
— Но... это же ваш муж, госпожа, — растерянно пробормотал мужчина, не понимая происходящего.
— Выполнять приказ! — прошипела Лейла, её глаза метали молнии, а в голосе звучала неприкрытая ярость и отчаяние. — Немедленно!
Охранники, подчиняясь её приказу, тут же ринулись закрывать массивные ворота, а другие, более крепкие, попытались задержать Кайю, не давая ему войти во двор.
— Лейла, давай поговорим! — надрывно кричал Кайя, отбиваясь от охранников, его лицо исказила гримаса боли и отчаяния. — Это наверное ошибка! Я не верю в это! Лейла!
Девушка стояла, не двигаясь, и тихо плакала, наблюдая, как массивные створки ворот, словно стальная стена, навсегда отрезают её от Кайи, от её прошлой счастливой жизни, от её надежд и мечтаний. Последнее, что она увидела, прежде чем ворота полностью сомкнулись, — это отчаянное, искажённое болью лицо её мужа, и этот образ, словно клеймо, навсегда отпечатался в её памяти.