глава 12
Кайя проснулся от неожиданного холода, когда мокрое полотенце резко приземлилось ему на лицо. Он мгновенно вскочил с постели, его глаза были полны недоумения и растерянности. Перед ним стояла Лейла, только что вышедшая из душа, с влажными волосами, которые обрамляли её лицо, словно струи воды, смывающие остатки ночи. Она выглядела свежей и бодрой, и Кайя не мог не заметить, что, похоже, она совсем не страдала от похмелья.
— И тебе доброе утро, — пробормотал он, в голосе его звучала ирония, и он снова упал в объятья одеяла, словно пытаясь скрыться от этой реальности.
— Извини, — быстро произнесла Лейла, усаживаясь на туалетный столик и открывая баночку увлажняющего крема.
Кайя закрыл глаза и вдохнул воздух, насыщенный ароматом её косметики. Запах кремов, которые она использовала, всегда вызывал у него чувство нежности. Он вспоминал, как обнимал её, вдыхая этот запах, и как иногда зарывался носом в её волосы, ощущая их мягкость и тепло. Но сейчас парень чувствовал, как внутри него разгорается нечто большее, чем просто восхищение.
Внезапно Кайя осознал, что его чувства к Лейле стали более глубокими, чем он когда-то думал. В детстве он уверял себя, что их связь незначительна, но теперь его сердце металось между прошлым и настоящим, как будто оно стремилось к чему-то, что он сам не мог понять. Воспоминания о том, как парень гонялся за ней по школьным коридорам, прося списать домашку по истории, накрыли его волной ностальгии.
Лейла всегда была рядом, готовая помочь, и он не мог забыть момент, когда она появилась на выпускном в шикарном синем платье. Тогда в нём что-то щелкнуло, но он быстро заглушил это чувство, снова вернувшись к своей жизни с Зеррин.
Теперь, в их принудительном браке, что-то начало меняться. Они оба это чувствовали, но молчали, как будто страх перед новыми эмоциями перевешивал желание быть честными друг с другом. Проблемы их семей давили, как камень на сердце.
— Куда так рано собираешься? — спросил он, прищуриваясь от яркого света, когда увидел, как Лейла сушит волосы.
— Уже полдень, — упрекнула она, бросая на него короткий взгляд через зеркало. — Алья поехала в полицейский участок. Джихана за ней. Тебе тоже следует там быть. Я уверена, что Наре и Шахин уже на подходе.
Кайя вскочил с кровати, как будто его ударило током, и бросился в ванную, пытаясь привести себя в порядок. Когда он вышел, Лейла уже была готова, её уверенный вид заставил его ощутить, что он что-то теряет.
— Подожди меня минуту, и будем выезжать, — быстро сказал он, подходя к шкафу.
— Нет, я с тобой не поеду, — ответила Лейла, хватая ключи от своей машины. — Мне нужно встретиться с Элиф у врача. Хочу быть с ней на приёме.
Она уже направлялась к выходу, когда голос мужа остановил её.
— Лейла! — чуть прикрикнул он, в его голосе звучала растерянность и страх.
— Что не так? — с возмущением ответила она, оборачиваясь к нему.
— Может, хватит постоянно убегать от меня?!
В этот момент она замерла. Лейла понимала, что действительно постоянно пытается уйти от своего мужа. Её терзали мысли о том, правильно ли она поступает, ведь они договорились быть просто друзьями. Но внутри неё росло нечто большее — чувства, которые она не могла принять.
— Хорошо, — кивнула она, прикрывая глаза от напряжения. — Я сейчас заскочу к дяде, отвезу Нур и Элиф на приём к врачу, а потом сразу к тебе в полицейский участок.
— Почему их не могут отвести ваши люди?! — продолжал настаивать Кайя, его голос становился всё более напряжённым.
— Кайя, что с тобой? — нахмурилась Лейла, её глаза полны беспокойства.
Кайя устало сел на кровать, его мысли были в беспорядке. Он сам не понимал, что происходит. Лейла опустилась рядом с ним и взяла его за руку.
— Я тебе толком не вижу, — тихо произнёс он.
— Как это не видишь? — мягко улыбнулась она, пытаясь развеять напряжение. — Я же буквально живу с тобой. Как такое может быть?
— Лейла, когда ты последний раз с нами завтракала?! А ужинала?! Да ты и на обеде не появляешься! — его голос становился всё более эмоциональным, он повернулся к ней, и в его глазах читалась не только обида, но и страх потерять её. — Ты то в институте, то у дяди.
Девушка опустила голову, её мысли вернулись к их обещанию поддерживать друг друга. Она знала, что что-то должно измениться.
— Хорошо, — вздохнула она, крепче сжимая его руку. — Я поеду с тобой.
***
Кайя и Лейла стояли у полицейского участка, тревожное ожидание переполняло их. Внутри здания Алья давала показания прокурору, и каждый миг тянулся, как вечность.
— Переживаешь? — спросила Лейла, поворачиваясь к мужу с заботливым взглядом.
— Конечно, — выдохнул Кайя, его голос был полон беспокойства и усталости.
Лейла, прикоснувшись к его плечу, старалась передать ему свою уверенность.
— Госпожу Садакат выпустят, — произнесла она, стараясь успокоить его. — Когда мы с Альёй выпили, она сказала, что точно изменит показания. Это только ради вас, ведь вы её дети.
Кайя кивнул, и, чувствуя поддержку, встал ближе к Лейле, словно искал утешение в её близости. В этот момент подъехали Наре и Шахин.
— Кайя, ну что, она вышла? — спросила Наре, подойдя к брату с надеждой в голосе.
— Нет, невестка даёт показания, — ответил он, чувствуя, как тревога вновь охватывает его.
— Ещё ждём, — произнес дядя Хасан, его голос был полон терпения.
— Шахин, есть новости о Зеррин? — спросил Кайя, обращаясь к мужу сестры.
— Нет, — грустно ответил Шахин, и сердце Лейлы затрепетало от сочувствия. Она искренне переживала за Зеррин, несмотря на ревность, которая терзала её. Похищение девушки два дня назад оставило её в смятении, и каждый миг ожидания казался бесконечным.
Внезапно Алья и Эрол вышли из здания, и все бросились к ним.
— Ну что? — спросила Наре, её голос был полон надежды.
— Алья изменила свои показания, — ответил Эрол. — Прокуратура постановила, что нет необходимости в допросе. Садакат ханым скоро отпустят.
Наре облегчённо вздохнула, её лицо озарилось радостью, и она бросилась обнять Алью.
— Огромное спасибо, — произнесла она, её голос трепетал от эмоций.
Алья посмотрела на Лейлу и Кайю, они благодарно кивнули, и она немного отступила, позволяя эмоциям утихнуть.
Через некоторое время из полиции вышли Джихан и Садакат. Наре тут же обняла свою мать.
— С возвращением, мамочка, — сказала она, даже не обняв дочь в ответ.
— С возвращением, — произнес Кайя, чувствуя, как на сердце становится легче.
— С возвращением, Госпожа Садакат, — добавила Лейла, её уголки губ приподнялись в уважительной улыбке.
— Спасибо. Да воздаст вам Аллах, — благодарно кивнула женщина и перевела взгляд на Кайю. — Что с твоим лицом, сын?
Садакат подошла к сыну, осторожно коснувшись его разбитой брови. В её глазах читалось беспокойство.
— Лейла, что произошло? — спросила она, её голос был полон материнской тревоги.
Конечно, Лейла знала всю правду. Муж рассказал ей, что его избили люди Демира, но она понимала, что Садакат не должна знать об этом.
— Ничего, мама, ничего, — успокоил её Кайя, легонько толкая в сторону машины.
— Идём, мама, — сказала Джихан и указала рукой на автомобиль.
Все начали двигаться к своим машинам. Кайя коснулся спины Лейлы, направляя её к своей машине, когда вдруг Шахин получил звонок.
— Алло? — спросил он. — Зеррин? Зеррин, ты цела?!
Все мгновенно обернулись к нему, напряжение в воздухе стало ощутимым.
— Включи на громкую, Шахин! — крикнул Кайя, быстро подходя к нему, рядом оказалась и Лейла.
— Мой ребёнок, мой ребёнок... — слышно было на другой стороне трубки, и Лейла прикрыла рот рукой от шока. Кайя успокаивающе погладил её по плечу.
— Так, ладно, — сказал Шахин, стараясь взять себя в руки. — Где ты?
— Мы попали в аварию, — всхлипывала Зеррин. — Человек, который меня похитил... Я не знаю, жив он или мёртв.
— Скажи, где ты?! — настаивал её брат, его голос был полон страха и решимости.
— Мы в той деревне, — ответила Зеррин. — В Савуре. Приезжай скорее.
— Дядя, отвези маму в особняк! — приказывала Джихан, обращаясь к Хасану.
— Так, Зеррин, не бойся, — говорил Шахин, его голос был полон уверенности. — Рядом кто-то есть? Сколько их?
— Кто? Кто это? — вмешался Кайя, его сердце колотилось от волнения.
Лейла бросила на него непонятный взгляд, но быстро отвела его.
— Кто этот мужчина?! — кричал в трубку Шахин.
— Брат, это... — начала девушка, но связь неожиданно прервалась.
— По машинам, быстро! — крикнул Джихан, его голос был полон настойчивости.
— Я приеду на скорой! — Алья побежала к своей машине.
— Лейла, поехали! — к ней подбежала Наре, схватив её за руку и толкая в сторону своей машины.
Лейла посмотрела на Кайю, и в её глазах отражались страх и решимость.
— Будь осторожен! Ты меня поняла?! — крикнул он, отбегая к своей машине.
— Я позвоню Эмиру! Лишняя помощь не помешает! — ответила она и побежала к машине Наре, оставляя за собой лишь легкий след тревоги.
***
Скорая помощь мчалась по кривым улочкам деревни, и напряжение в воздухе ощущалось, как натянутая струна. Лейла, сидя на заднем сиденье рядом с Альей и Наре, чувствовала, как её сердце колотится в унисон с ритмом сирены. Каждый миг ожидания казался вечностью, и мысли о Зеррин, об её безопасности, не покидали её.
Когда они подъехали к дому, окружённому множеством машин, Лейла первой выскочила из скорой. Её взгляд тут же упал на Эмира, который, не теряя времени, мчался в сторону здания.
— Брат! — крикнула она, и её ноги сами понесли её следом за ним. Внутри Лейлы бушевали эмоции: страх, тревога, надежда. Она знала, что должна быть рядом, чтобы поддержать.
Алья и Наре не отставали, следуя за ней в дом. Как только они вошли, картина, открывшаяся перед ними, вызвала у всех шок. Демир, раненый пулей в плечо, лежал на полу, а рядом с ним — Зеррин, измученная и бледная, только что освобождённая от оков. Сердце Лейлы сжалось от ужаса.
— Зеррин! — закричали они в унисон, бросившись к ней. Эмоции захлестнули их: Алья начала осматривать её, спрашивая, где болит. Наре стояла рядом, её глаза полны сочувствия и страха.
Лейла, не в силах сдержать себя, перевела взгляд на Кайю, который тоже вошёл в дом. Она бросилась к нему, словно ища в его объятиях утешение.
— Тебя не задело? — спросила она, её голос дрожал от волнения, когда она начала ощупывать его торс, плечи и грудь, проверяя, нет ли ран.
— Нет, нет, — быстро произнес он, прижимая её к себе. — Тише, всё нормально. Его голос был полон нежности, но в нём также читалась тревога.
Тем временем Зеррин, ощутив поддержку, смогла встать. Алья, не теряя времени, осмотрела Демира, её выражение лица становилось всё более серьёзным.
— Я пошёл, — произнёс Джихан, глядя на Алью. В его голосе слышалась решимость, и Алья не возражала, но недоумение мелькнуло на её лице.
Джихан вышел за пределы дома, и Эмир последовал за ним. Лейла, не раздумывая, бросилась за братом. Кайя не останавливал её, лишь слегка коснулся ладонью её спины, когда она выпорхнула из его объятий.
— Эмир! — закричала Лейла, выбегая на улицу. — Куда вы?
— За человеком, что похитил Зеррин, — ответил он, бросив быстрый взгляд на Джихана и Шахина, которые уже садились в машины. — Не отходи от Кайи! Ты поняла меня?!
Лейла быстро закивала, её сердце сжималось от заботы о брате и о том, что их ждет. Эмир поцеловал её в лоб, и она почувствовала тепло и поддержку, но в то же время страх за него и за Зеррин не покидал её.
Эмир бросился к своей машине, а Лейла осталась стоять на месте, в сердце её бушевали эмоции: тревога за брата, беспокойство о Зеррин и желание быть рядом с Кайей. Она знала, что сейчас их поддержка и единство важнее всего.
***
Они сидели в гнетущей тишине на лавочке во дворе больницы. Кайя крепко, почти до боли, сжимал руку Лейлы. Его дыхание было прерывистым и нервным, что не ускользнуло от внимательного взгляда девушки. Лейла чувствовала напряжение, словно натянутую струну, исходящую от мужа.
— Что тогда случилось? — тихо подала она голос, нарушая давящую тишину.
Кайя медленно перевел взгляд, полный невыплаканных слез и ужаса, на жену. В его глазах читалась боль, смешанная с глубокой виной.
— Я мог убить её, — прошептал он, словно признаваясь в самом страшном преступлении. Голос его дрожал.
— Кайя... — Лейла нежно взяла его лицо в свои руки, касаясь щёк кончиками пальцев. — Что ты такое говоришь?
Он прикрыл глаза, словно жадно ловя её прикосновения, нуждаясь в них, как в спасительном глотке воздуха. Кайя чувствовал себя раздавленным виной и страхом. Он никогда бы не простил себе, если бы пострадала Зеррин или её нерождённый ребенок. Эта мысль жгла его изнутри.
— Если бы не Демир, то пуля попала бы в Зеррин, — произнёс он, и в голосе его слышалось отчаяние. — Она могла умереть.
Лейла видела, как он страдает, как мучается от осознания произошедшего. Она также видела, как сильно он переживает. Девушка слегка приподняла уголки губ в слабой, ободряющей улыбке и провела большим пальцем по его щеке, стирая невидимую слезинку.
— Ты не знал о ловушке, — мягко успокаивала его жена. — Ты ни в чём не виноват.
Кайя тяжело вздохнул и, обессиленный, потянулся к Лейле, уткнувшись своей головой ей в плечо. Он искал в её близости хоть какое-то утешение. Лейла почувствовала, как внутри неё что-то зажигается, теплая волна сочувствия и нежности. Она обняла мужа, проводя ладонью по его широкой спине, чувствуя, как он дрожит.
— А ты опять уехать хотела, — едва слышно прошептал Кайя, и горячее дыхание опалило шею Лейлы, заставляя её вздрогнуть. — Я бы тут без тебя не смог. Совсем не смог.
По её коже пробежали мурашки, и сердце учащенно забилось. На миг Лейле показалось, что Кайя признался ей в чем-то большем, чем просто нужда в её присутствии рядом. Но она быстро вернулась с небес на землю, вспомнив о реальности их брака, где настоящим чувствам не было места.
— А я бы без тебя смогла, — она решила разрядить обстановку своим сарказмом и тихо посмеялась, стараясь скрыть смущение.
Кайя отстранился от неё и посмотрел с непривычно игривым взглядом. Потом он приблизился к жене, так, что их губы были на расстоянии нескольких миллиметров друг от друга. Парень мельком взглянул на её губы, потом быстро перевел взгляд обратно на её глаза, словно боясь выдать себя.
— Вчера ночью ты говорила совсем другое, — томно сказал он, еще ближе двигаясь к ней, заставляя её дыхание перехватить.
Лейла вспомнила, как перепила вчера вечером вина, и как Кайя отнес её в комнату, заботливо уложив в постель. Она выдохнула, признавая свое поражение в этой словесной игре.
— Вчера я слишком много выпила, — в таком же тоне ответила она, стараясь сохранить невозмутимый вид. — И не контролировала свои слова и действия.
— Знаешь, что я понял вчера? — Кайя переплёл их пальцы, удерживая её руку в своей.
— И что же? — Лейла попыталась скрыть волнение за маской безразличия.
— Что часто буду по вечерам угощать тебя бокальчиком вина.
Лейла удивленно вскинула брови. Она впервые видела Кайю флиртующим.
— Знаешь что, мой дорогой муж, — она легко щёлкнула его по носу и отстранилась, возвращая себе контроль над ситуацией. — Поехали домой.
— Как скажешь, дорогая жена, — ответил Кайя с улыбкой, в которой промелькнуло что-то тёплое и искреннее. Впервые за долгое время Лейла почувствовала, что между ними может быть не только долг и обязательства, но и что-то большее.
***
Во дворе особняка, словно разъярённая буря, их ждала Садакат. Кайя, с каким-то болезненным облегчением, первым выскочил из машины и галантно распахнул дверцу перед Лейлой. Она вышла, чувствуя на себе его взгляд – взгляд, ищущий поддержки, Лейла ощущала его руку, лёгким прикосновением направляющую её к остальным.
— Почему?!— голос Садакат, полный боли и гнева, разорвал тишину. Женщина отчаянно размахивала руками, словно пытаясь смести невидимую стену лжи. — Почему вы мне не сказали о состоянии Борана?!
— Мама, успокойся, — спокойно произнёс Джихан, но в голосе слышалось напряжение.
— Успокоиться?! — Садакат не унималась, её глаза метали молнии. — Не смей мне приказывать успокоиться! Я его мать! Я первая должна была узнать! А вы... вы всё это время были заняты своими интригами, сажали меня в тюрьму и возились с этой девчонкой, Зеррин!
Кайя устало вздохнул и, словно ища защиты, встал за спину Лейлы. Её присутствие рядом было для него спасением, тихой гаванью в бушующем море. Лейла чувствовала его боль, словно свою собственную.
Наре лишь на секунду прикрыла глаза, смиряясь с неизбежным, а Алья, как всегда собранная, стояла рядом с Джиханом.
— Мама, мы ждали результаты анализов! — Джихан начал повышать голос, не в силах больше сдерживаться. — Результаты ещё не готовы!
— Послушай, вот! — Садакат указала на приближающегося врача Борана, Ялчина.
— Результаты готовы, — произнёс Ялчин, стараясь сохранять нейтральный тон.
— Ну же, говори! — нетерпеливо воскликнула Садакат.
— Садакат ханым настаивала, но я решил дождаться всю семью, — пояснил Ялчин.
— Дайте сюда, — Алья выхватила у него папку с анализами.
— Вы знаете, что Боран живёт с одной почкой, — начал Ялчин. — И показатели этой почки плохи. Это означает, что он не сможет долго находиться на диализе.
Все замерли в напряжённом ожидании. Лейла в шоке прикрыла рот рукой, чувствуя, как по телу пробегает волна леденящего ужаса. Сердце бешено колотилось в груди.
— Борану необходима пересадка почки, — наконец выпалил врач.
Тишина стала оглушительной.
— О, нет... — со слезами прошептала Садакат. — Ялчин, что ты говоришь? Однажды я уже потеряла сына, второй раз я этого не переживу...
— Не волнуйтесь, мы ищем решение, — попытался успокоить её врач. — И мы его найдём.
— Решение уже есть, — резко сказал Джихан.— Есть мы.
— Да, — твёрдо подтвердил Кайя. — Есть мы, мы его семья.
— А что если мы не подойдём? — в панике взмолилась Садакат. — Мы даже не можем объявить об этом... всплывёт всё, что мы скрывали...
— Мама, мы семья. Кто-то один да подойдет, — уверенно сказал Джихан.
— Да, да, ты прав, — Садакат повернулась к врачу. — Я... я готова отдать почку.
— И я, — тихо подала голос Наре.
— Нет, Госпожа Садакат, — Алья встала у неё на пути. — Я уже говорила во время истории с Наре, у вас хронические заболевания. Вы не можете быть донором.
Затем она повернулась к Наре:
— А для тебя это слишком рискованно. Кровь дать можешь, но не более.
— Но есть я, есть Кайя, — решительно произнёс Джихан.
— Верно, есть мы,— Кайя вышел вперёд, его взгляд был полон решимости. — Мы с братом справимся.
— Я сдам анализы, — подал голос Вургун. — Подойду — отдам почку.
— Я тоже могу сдать анализы, — тихо проговорила Лейла, чувствуя, как её сердце наполняется надеждой. — Мало ли, вдруг подойду.
Кайя благодарно кивнул и, словно ища подтверждения её слов, крепко сжал руку жены.
— Да воздаст вам двоим Аллах! — с чувством произнёс Джихан.
— Когда найдем донора, нужно провести операцию тайно, — напомнил Ялчин.
— Больница наша, сделаем все скрытно, — сказал Джихан. — Лишь бы Боран жил.
Все замолчали, погруженные в свои мысли.
— Пусть мой сын живет, пусть мой сын живет... — повторяла Садакат, словно молитву, и, шатаясь, направилась к веранде, уходя всёдальше от своих детей, словно не в силах вынести тяжесть момента.
***
Комната больницы, разделённая маленькими шторками, напоминала клетку, где каждый звук и движение были на виду. На одной из кушеток сидела Лейла, её сердце стучало в унисон с ритмом жизни вокруг. Медсестра, сконцентрированная и спокойная, медленно вводила иголку в руку девушки, забирая кровь. Это было болезненно, но Лейла старалась не выдавать своих эмоций. Когда всё закончилось, из-за шторки показался Кайя.
— Лейла, ты уже всё? — спросил он, подходя ближе, и в его голосе звучала забота.
— Да, — кивнула медсестра и ушла, оставив их наедине.
Лейла резко прижала ватку со спиртом к месту укола, и на её губах скользнуло шипение от боли. Кайя сел рядом, убрал её руки и сам стал вытирать остатки крови, его прикосновения были нежными, как будто он боялся причинить ей боль.
— Давай вместе где-нибудь пообедаем? — предложила Лейла, её голос был полон надежды, а взгляд мольбы искал поддержку в его глазах. — Выпьем вино, так сказать, восстановимся.
Кайя усмехнулся, услышав про алкоголь, но его улыбка была не без грусти.
— Прости, сегодня никак, — сказал он, поджимая губы. — Нам с Джиханом нужно в офис.
Лейла вздохнула, прокладывая между ними невидимую стену.
— Ладно, — произнесла она, чувствуя, как надежда тает. — Будет время съездить к семье.
Кайя слегка улыбнулся и потянулся к ней, касаясь губами её лба. В этот миг сердце Лейлы на секунду замерло, как будто время остановилось.
— Не обижайся, — сказал он, отстранившись, и в его голосе звучала искренность.
— Больше никогда не буду обижаться, если ты не перестанешь так делать, — подмигнула она, указывая на нежный поцелуй.
— Как скажешь, — усмехнулся он, и они обменялись взглядами, полными тепла.
Их мгновение было прервано голосом Джихана.
— Кайя! Ехать нужно!
Кайя устало вздохнул и коснулся плеча Лейлы.
— Вечером увидимся, — сказал он и вышел за штору.
Лейла осталась одна, её мысли метались, как непослушный ветер. Она обдумывала поступок мужа: был ли это просто дружеский поцелуй или что-то большее?
Звонок её телефона вывел её из раздумий. На экране высветилось: «Отец». Сердце забилось быстрее, руки задрожали, но она всё равно ответила.
— Лейла, — раздался голос на том конце. — Дочка.
— Я больше не твоя дочь, — резко и яростно прошипела она, стараясь, чтобы Наре за шторкой не услышала. — В нашей последней встрече я сказала, что ты больше не мой отец.
— Именно об этом я и хотел поговорить, — ответил Мурат спокойно, словно ничего не случилось.
— Нам не о чем разговаривать, — с холодом в голосе произнесла Лейла. — Я обо всём знаю. Знаю, что ты связался с Коркмазами.
— Лейла, не забывай, что они наши родственники.
— Точно не для меня.
Она уже хотела сбросить звонок, как следующая фраза Айдын заставила её остановиться.
— Я хочу поговорить о твоём Тамеле.
В ушах у Лейлы зазвенело. Неужели он признается, что именно из-за него Хырзыс лежит в больнице и, возможно, всю жизнь будет в инвалидной коляске?
— Куда подъехать? — стиснув зубы, спросила Лейла.
— Конечно же, домой.
— Нет, — чётко ответила она. — Давай на нейтральной территории.
В разговоре повисла тишина, и было видно, что Мурат думал о месте встречи.
— Давай в доме бабушки Бирсен.
Та самая бабушка Бирсен из семьи Коркмаз. Старушка давно умерла, а её большой загородный особняк пустел. Никто не хотел в нём жить или продавать. Иногда семья Коркмаз проводила там званые ужины или семейные выходные.
— А там меня будет поджидать брат Явуз? — спросила Лейла.
Явуз Коркмаз — удивительный парень и настоящий головорез. Столько людей погибло по его вине, что не сосчитать. Он был чем-то вроде личного киллера, служившего своей семье. Когда они встречались, он всегда пытался её уколоть, но она не боялась, отвечая грубо и неуважительно. Явуз лишь смеялся и уходил.
— Прекрати, — вздохнул Мурат. — Ты же знаешь, дом пустует. Там никого не будет. Только мы. Там я тебе и расскажу всё о твоём ненаглядном.
Лейла не раздумывая ответила:
— Хорошо. Буду через час.
***
Машина Лейлы остановилась у большого особняка, который возвышался перед ней, словно хранилище мрачных тайн. Он не походил на другие дома в Мардине — был величественным, но его стены таили в себе все секреты семьи Коркмаз. На заднем дворе, под утробной землёй, покоились почти сто неизвестных людей, тех, кто когда-то мешал этой влиятельной семье.
Не сказать, чтобы бабушка Бирсен любила своих внуков, но и не ненавидела. Именно она научила Эмира и Лейлу стрелять, а вот Нур не успела вырасти до уроков с бабушкой. Она ушла из жизни девять лет назад, оставив тень на их семейных отношениях.
Лейла припарковала машину во дворе и, глубоко вздохнув, ступила на крыльцо. Её сердце колотилось, когда она толкнула большую, резную дверь и вошла в особняк. Гостиная встретила её холодом и тишиной, словно сама была свидетелем всех семейных скандалов. В углу, на диване, сидел её отец, Мурат, погружённый в свои думы и делая глоток виски.
— Садись, — произнёс он, не отрывая взгляда от камина.
Лейла села в кресло напротив, её дыхание стало тяжелым, как будто в воздухе витала напряжённость.
— Говори, — произнесла она, оглядывая дорогой интерьер, который когда-то казался ей уютным, но теперь лишь напоминал о том, что она давно не была здесь, с тех пор как бабушка ушла из жизни.
— Да, это я приказал убить Тамеля, — спокойно произнёс Мурат, и его голос звучал так, словно он говорил о погоде.
Лейла яростно вздохнула, и перед её глазами возник образ бывшего возлюбленного, лежащего в больничной койке, безжизненного и беспомощного.
— Зачем? — шипела она, сжимая ткань своих брюк. — Я же вышла замуж. Подчинилась тебе.
— А свадьба?! А твоё ранение?! — он вскочил с дивана, разливая виски на мраморный пол. — Даже после того, как ты вышла замуж, этот шакал не оставляет тебя!
— Ты больше не вправе решать что-то в моей жизни! — Лейла резко поднялась, её голос дрожал от отчаяния. — Я больше не Айдын! Я Лейла Альбора! Это значит, что ты мне больше не указ! Не смей даже прикасаться к людям, которые имеют хоть какой-то вес в моей жизни!
— Лейла, послушай... — начал Мурат, но она не дала ему договорить.
— Нет, это ты послушай! — кричала она, её голос срывался на высокие ноты. — Я с детства терпела все издевательства с твоей стороны! Ты позволял поднимать на меня руку, оскорблял и душил своим контролем! Я так больше не могу! Оставь меня и мою семью!
— Лейла! — взбесился Мурат, его раздражение переросло в ярость.
— Хватит! — она уже истерично рыдала. — Я устала! Устала! Почему ты не можешь быть добрым и чутким отцом?! На всех приёмах ты буквально боготворил меня, а за стенами нашего дома относился ко мне, словно я самое худшее, что есть в этом мире!
Слёзы предательски жгли её щёки, и все эти годы молчания давили на неё, как камень. Но терпеть она больше не намеревалась.
— Дядя Кемаль стал мне настоящим отцом! Он любит меня! — всхлипывала она, словно это могло изменить ситуацию.
— Заткнись! — взорвался Мурат, его голос дрожал от ярости. — Не смей говорить имя этого поганца в этих стенах!
— Буду! Буду говорить! — отвечала Лейла, указывая на него пальцем, её лицо было искажено гневом. — Кемаль Йылмаз заслуживает огромного уважения! Вся кровь, что на его руках, пролита только ради семьи! В то время как ты и твои Коркмазы рубили всех, кто встал у вас на пути! Вы чудовища!
— Закрой рот, Лейла! — Мурат быстро приблизился к ней, схватив за шею и прижимая к холодной стене. — Вы никто без меня. Так и передай Эмиру и Нур! Ваша мать никогда от меня не уйдёт.
Лейла задыхалась, хватаясь за руки отца, пытаясь оттолкнуть их. Внутри неё нарастала волна отчаяния. Она быстро собралась с мыслями и, стиснув зубы, начала давить ему на глазные яблоки. Хватка мужчины ослабла, и Лейла упала на пол, жадно вдыхая воздух.
— Мерзавка! — закричал он, потирая глаза, полные ненависти.
Девушка быстро поднялась и выбежала на улицу, её сердце колотилось, словно стремилось вырваться из груди. Она села в машину и, не раздумывая, нажала на газ, стремясь уехать как можно дальше.
Мурат выбежал на крыльцо и начал стрелять по машине, его ярость не зная границ. Хорошо, что, когда дядя Кемаль подарил этот автомобиль Лейле, он настоял на том, чтобы сделать его бронированным.
***
Лейла, словно ветер, влетела в спальню, её сердце колотилось в груди, как будто пыталось вырваться наружу. Она срывала с себя верхнюю одежду, не обращая внимания на то, как её руки дрожат от напряжения и страха. Каждое движение было лишено грации, но наполнено отчаянием.
Кайя, его лицо искажено тревогой, подскочил к ней, словно к спасающему огню. Его голос, полный паники, пронзил воздух:
— Лейла! Лейла! Что случилось?!
Но его слова не достигли её. Она оттолкнула его, словно он был преградой на пути к спасению, и бросилась в ванную. Вода, льющаяся из крана, была холодной, но она ощущала, как капли обжигают её кожу. Лейла умывала лицо, пытаясь смыть не только слёзы, но и тот ужас, который сжимал её грудь. Слёзы смешивались с черной тушью, оставляя потёки на её щеках, и каждый новый рывок, каждое всхлипывание лишь усиливали её отчаяние.
Кайя стучал в дверь, его голос звучал как эхо её страха:
— Если ты не откроешь, клянусь, я её выбью! Лейла! Почему ты плачешь?!
Она выключила кран и посмотрела в зеркало. Отражение напоминало ей о том, как легко можно потерять себя. Зелёная рубашка, теперь пропитанная водой, прилипала к её коже, а руки горели от того, как сильно она терла их, как будто могла стереть все переживания.
Собравшись с силами, Лейла подошла к двери и медленно открыла её. Кайя, как будто вырвавшись из тьмы, влетел в ванную, его взгляд осматривал её, пытаясь найти ответы в её глазах.
— Что произошло?! — его голос трясся от волнений. — Наре сказала мне, что ты поехала к отцу! Что случилось?!
Лейла не могла говорить. Вместо слов она лишь зарыдала ещё сильнее, её ноги не держали, и она, словно потерянный корабль, начала падать на пол. Кайя сел рядом с ней, понимая, что сейчас не время задавать вопросы. Он просто был рядом, стараясь передать ей свою поддержку, даже когда слова были бессильны.
Они просидели так, в тишине, наполненной только её всхлипываниями, часами, пока наконец Лейла не открылась ему, делясь тем, что терзало её душу.
***
На следующий день, ближе к обеду, Лейла наконец собрала силы, чтобы позвонить дяде. Она сидела на кровати, её голос звучал уверенно, но в глазах всё еще читалось волнение. Кемаль, её дядя, был на другом конце трубки, а Кайя устроился рядом, крепко держа её за руку, как будто это могло защитить от всего, что её тревожило.
— Солнце, не переживай, — произнес Кемаль, его голос был полон уверенности. — Я всё улажу. Мурат больше тебя не тронет, но и ты не соглашайся на встречи с ним.
— Хорошо, дядя, — кивнула Лейла, её голос звучал более спокойно, но внутри всё ещё бушевали эмоции.
Кайя взглянул на наручные часы, вздохнув с лёгким беспокойством.
— Лейла, — отвлёк он её от разговора. — Мне нужно ехать в офис, обсудить поставки.
Он потянулся к ней, снова поцеловал в лоб, и его улыбка была тёплой и поддерживающей.
— Не обижайся, — сказал он с лёгкой шутливостью, когда выходил из комнаты.
Лейла провела взглядом за ним, когда дверь закрылась, и в груди разлилось что-то тёплое, уютное. Она была благодарна за его поддержку. Внезапно её мысли прервал голос Кемаля.
— Я смотрю, вы наконец признались друг другу, — ухмыльнулся он, его голос звучал задорно. — Я слышал звук поцелуя.
— Дядя! — воскликнула Лейла, смущение заполнило её лицо. — Кайя обещал так делать, чтобы я не обижалась. Это по-дружески.
— Ну, я так и понял! — его смех был заразительным, и Лейла не смогла удержаться от улыбки.
— Перестань, дядя, — прошептала она, её смех тоже стал лёгким и задорным.
— Ладно, опустим все шутки, — серьёзно продолжил Кемаль, его тон изменился. — Присматривай за своим мужем. Мои источники говорят, что это не обычная поставка.
— Как это? — нахмурилась Лейла, её сердце забилось быстрее. — Кайя говорил, что это очередная поставка и ничего важного.
— Я просто предупредил, — его голос стал более настойчивым.
— Хорошо, я поняла, — ответила Лейла. — Но сейчас я не буду ему этого говорить. Сегодня у Борана должна быть операция. Отдать почку должен Джихан, но это решает его Алья.
— О, Аллах, — вздохнул Кемаль. — В какую семейку ты попала?
— Дядя, они лучше, чем моя, — тихо произнесла Лейла, чувствуя, как её сердце наполняется теплом, несмотря на все тревоги.
***
Лейла стояла у автомата, потягивая горячий кофе, когда вдруг в конце коридора раздались крики. Сердце забилось быстрее, и она, не раздумывая, побежала в ту сторону.
Там, в комнате, стоял Джихан в одной медицинской сорочке, его лицо было искажено яростью. Лейла поняла, что правда наконец раскрылась.
— Ялчин, что ты за человек?! — возмущался Джихан на врача.
— Брат, — пыталась его успокоить Наре. — Брат, прошу.
— Ялчин, ты почему меня подводишь? — продолжал Джихан, его голос становился всё громче. — Ты что, за моей спиной проворачиваешься?!
— Ты прав, — оправдывался Ялчин. — Но риски были слишком высоки. Остановить операцию уже поздно. Почку мы взяли у Альи. Орган мы уже забрали.
— Она вышла из наркоза? — спросил Джихан, его голос стал более настойчивым.
— Нет, она ещё лежит на столе. Подготовка продолжается. Мы ещё не перешли к этапу закрытия.
Лейла встала рядом с Кайей, который, почувствовав её беспокойство, снова заслонил её своей спиной.
— Но всё идёт хорошо, — продолжил Ялчин, стараясь успокоить Джихана.
— Ладно, но можно мне туда? — настойчиво спросил Джихан.
— Нет, нельзя.
— Ты заведёшь меня туда! — настаивал он, его глаза горели от решимости.
— Это операционная! Так нельзя, — ответил Ялчин, в его голосе звучала твердость.
— Брат, это же операционная, — вмешался Кайя, пытаясь помочь. — Туда нельзя.
— Ладно, тогда сделай меня стерильным, — не унимался Джихан, его упорство было очевидным.
После всех уговоров и настойчивых просьб, наконец, его всё же пустили в операционную.
***
Вечер медленно опустился на Мардин, окутывая город мягким светом. Алья уже была в особняке, всё было хорошо с ней и Бораном. В это время Лейла и Кайя лежали на кровати. Девушка погружалась в книгу по экономике, а парень устроился рядом, положив свою голову ей на плечо. В последнее время он часто делал так, и Лейла это лишь радовало.
— Скукота полная, — пробурчал Кайя, его голос звучал отчасти игриво.
— Экономика очень помогает в твоей работе, — ответила Лейла, не отрываясь от чтения и переворачивая страницу.
— Всё равно чушь, — хмыкнул он, его недовольство было очевидным.
Лейла громко захлопнула книгу и легко ударила ею мужа по голове.
— Ай, — прошипел Кайя, почёсывая себе лоб. — Больно же!
— Вот и не болтай, — усмехнулась девушка, снова открывая материал по экономике. — Иначе прогоню. Будешь спать на полу.
— Да уж, — тихо произнёс парень, его голос был полон иронии. — С детства характер совсем не изменился.
Неожиданно в дверь постучали. Это была Пакизе.
— Господин Кайя! — воскликнула она, её лицо было серьёзным.
Кайя встал с постели и открыл ей дверь, оставляя Лейлу на кровати.
— Ялчин зовёт вниз к Борану. Срочно!
Кайя повернулся к Лейле.
— Иди сам, — тихо сказала она, её голос был спокойным, но в глазах читалось беспокойство.
Парень понимающим кивнул и вышел из комнаты. Лейла вновь погрузилась в учёбу, когда её телефон издал звук уведомления. Это был Тамель.
«Прийди завтра. Нужно поговорить. Не бойся, моих близких здесь не будет.»
Лейла задумалась, её мысли метались, но вскоре она всё же ответила.
«Хорошо.»
***
Лейла неслышно скользнула в палату. Время здесь словно замерло, ничего не изменилось. Тамель все так же неподвижно лежал в постели, его лицо казалось болезненно бледным. Вид его был таким жалким, что где-то в глубине души Лейлы шевельнулось сочувствие, которое она тут же постаралась подавить.
— О чём ты хотел поговорить? — тихо спросила она, опускаясь на стул рядом с кроватью. Сердце неприятно сжалось в ожидании.
— О нас, — прошептал Тамель, и это слово больно кольнуло Лейлу.
Она закатила глаза, пытаясь сдержать раздражение, и тяжело вздохнула. Воспоминания об их отношениях были болезненными, и она старалась не думать о них.
— Хватит, — резко оборвала она его. — Нас больше нет. Я жена Кайи, и так будет всегда. Пожалуйста, отпусти меня.
Тамель прикрыл глаза на мгновение, словно собираясь с силами, а потом снова посмотрел на Лейлу. В его взгляде была такая тоска и мольба, что ей стало не по себе.
— Прости меня, — прошептал он. — За всё, прости.
— Ты уже извинялся, — устало произнесла Лейла. — Того раза было достаточно. И этих извинений мне не нужно.
— Ты, наверное, уже знаешь о том, что твой отец отдал приказ убить меня, — тихо произнёс Тамель.
В сердце Лейлы словно вонзили нож. Ей стало стыдно, невероятно стыдно за поступок отца. Она опустила взгляд, не в силах смотреть в его глаза.
— Я не виню тебя, — продолжал Тамель, заметив её смятение. — Просто скажи мне правду. Только честно, Лейла.
— Хорошо, — тяжело вздохнула Лейла, откинула волосы назад и с вызовом посмотрела в знакомые, но теперь такие чужие глаза.
— Ты любишь его? — этот вопрос повис в воздухе, словно дамоклов меч.
Лейла резко вскочила со стула. Ярость, смешанная с отчаянием, захлестнула её. Она чувствовала себя загнанной в угол.
— Люблю, Тамель, — решительно произнесла Лейла, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо и уверенно. — Безумно люблю, и ничто этого не изменит. Если ты позвал меня для этого, то я не вижу смысла здесь больше оставаться. Прошу прощения за Мурата. Тебе больше ничего не угрожает.
Она уже повернулась к двери, дрожа от переполнявших её эмоций, но его слабый голос остановил девушку.
— Лейла...
Лейла обернулась, стараясь скрыть слёзы, готовые хлынуть из глаз.
— Прощай, — с неожиданно теплой улыбкой произнёс Тамель. — Будь счастлива.
Взгляд его был полон грусти, но в нём не было ни упрека, ни обиды. Лишь смирение и какая-то болезненная нежность.
— Прощай, — тихо ответила Лейла, чувствуя, как ком подступает к горлу.
Она замедлила шаг, словно что-то удерживало её в этой палате, но потом всё же вышла, оставив Тамеля одного, наедине со своей болью и прошлым.
***
— Лейла!—Кайя выставил палец вперёд.— Прекрати!
Девушка с озлобленным лицом повернулась к своему мужу и отбросила палец.
— Ну разве непонятно, что может случиться что-то плохое! Я лишь прошу быть осторожнее! Хватит строить из меня истеричку!
Лейла вспомнила, как несколько дней назад дядя предупредил её, что это поставка может быть не очень обычной.
— Я понял, — вздохнул он, устало потерев переносицу. — Я буду осторожным. Клянусь.
Лейла прищурилась, продолжая смотреть на него с подозрением. Её глаза, обычно острые и колючие, сейчас смягчились, в них промелькнула тревога. Она всё ещё была настороже, словно дикая кошка, привыкшая к опасности.
—Этого недостаточно. Ты всегда говоришь «клянусь», а потом лезешь на рожон.
Она подошла ближе, сократив расстояние между ними. Кайя невольно отступил на шаг. Её присутствие было как тлеющий уголек — опасное, но притягивающее.
— Тогда что ты предлагаешь? Дать расписку в том, что буду ходить, держа тебя за руку? — он попытался пошутить, но шутка вышла натянутой.
Лейла проигнорировала его сарказм. Её взгляд серьезный и прямой, заставил Кайю замолчать.
— Ты должен пообещать. Не мне. А Садакат-ханым.
Кайя нахмурился.
— Маме? Зачем в это впутывать маму?
— Потому что ты её слушаешь, — отрезала Лейла. — Ты можешь игнорировать мои просьбы, но не её. Иначе она не даст тебе спокойно жить.
Кайя никогда не игнорировал её просьбы.
В её словах был резон. Садакат-ханым умела быть убедительной, когда дело касалось безопасности её сына. Кайя невольно содрогнулся, представив себе, какие уговоры ему придется выслушать.
— Ладно, ладно, — проворчал он. — Пообещаю маме. Но ты перестань смотреть на меня так, будто я сейчас полезу в клетку ко львам.
Лейла едва заметно улыбнулась, и эта короткая улыбка была для Кайи ценнее любых слов.
— Хорошо. Но я все равно буду следить за тобой.
Она развернулась и пошла прочь, оставив Кайю в задумчивости. Он смотрел ей вслед, размышляя о том, как сильно изменилась эта девушка, которую ему когда-то навязали в жены.
У него есть Лейла. И, возможно, это было гораздо большее, чем он изначально ожидал.
***
— Кайя!— в помещение буквально влетает Лейла, опускаясь на колени рядом с постелью, на которой лежал её муж.
Госпожа Садакат отходит чуть в сторону, давая пространство невестке. Наре всё также держала за руку брата. А Алья подошла ближе к Джихану.
— Лейла,— шептал Кайя и протянул руки, пытаясь найти свою жену.
Девушка сразу же всё поняла. У неё спёрло дыхание. Она взяла лицо мужа в свои руки, еле сдерживая свои слёзы.
— Скоро должен прийти врач и осмотреть Кайю. Будем надееться, что с помощью операции зрение вернётся,— сказал Джихан.
Лейла крепко сжала лицо Кайи в своих ладонях, чувствуя, как её сердце разрывается от боли и страха. Ещё совсем недавно они спорили, подкалывали друг друга, но теперь... Теперь она готова отдать всё, лишь бы вернуть ему зрение.
— Я здесь, Кайя. Я с тобой, — шептала она дрожащим голосом, прижимаясь губами к его лбу. — Я никуда не уйду.
Он слабо улыбнулся, нащупав её руки своими.
— Лейла... Ты тёплая. Я помню твоё тепло, когда ты впервые позволила себя коснуться.
Эти простые слова пронзили её так сильно, словно кинжал. Она с трудом сдержала рыдания.
— Не говори ничего, Кайя. Просто отдыхай. Врач скоро прийдёт, и всё будет хорошо.
Она посмотрела на Садакат-ханым, которая стояла в стороне, сжав губы в тонкую полоску. В её глазах тоже читалась тревога, но она держалась достойно, как и подобает главе семьи. Лейла заметила, что и Наре, обычно такая жизнерадостная, сейчас выглядела подавленной. Все они были сломлены этой внезапной трагедией.
—Когда он приедет? — Лейла обратилась к Джихану, который стоял рядом с Альей.
— Вечером должен быть здесь, — ответил он, стараясь говорить уверенно, но в его голосе слышалось беспокойство.
В комнате воцарилась напряженная тишина, нарушаемая лишь тихим дыханием Кайи. Лейла продолжала держать его лицо в своих ладонях, чувствуя, как его тело расслабляется. В эти минуты она поняла, насколько сильно он стал ей дорог. Она полюбила его, несмотря на все трудности и препятствия, которые им пришлось преодолеть. И сейчас, когда он был так уязвим, её любовь к нему пылала с новой силой.
***
— Открой рот, Кайя,— Лейла подула на ложку с супом.
Парень последовал её указаниям и принял пищу, улыбнувшись. Он опустил свою ладонь на бедро своей жены и погладил его, благодаря за заботу. Лейла расплылась в улыбке и продолжила кормить своего мужа.
— Добрый вечер,— в комнату вошёл мужчина, а с ним Алья.
— Это Борхан-бей,— сказала она.— Он осмотрит Кайю.
Лейла встревоженно посмотрела на вошедшего мужчину. Борхан-бей, как представила его Алья, выглядел уверенно и профессионально, но в её сердце все равно оставалась тревога.
— Добрый вечер, — ответила Лейла, стараясь говорить как можно более вежливо. — Пожалуйста, проходите, Борхан-бей.
Кайя слегка напрягся, ощутив смену атмосферы в комнате. Он всё ещё держал ладонь на бедре Лейлы, будто пытаясь найти в ней поддержку.
Борхан-бей кивнул и подошел к кровати, заглядывая Кайи в глаза. Он провёл несколько простых тестов, задавая немногочисленные вопросы. Лейла внимательно следила за каждым его движением, затаив дыхание.
— Что скажете, Борхан-бей? — не выдержал Джихан, нарушив молчание. — Есть хоть какая-то надежда?
Врач слегка улыбнулся, словно понимая напряжение, витавшее в воздухе.
— Надежда есть. И довольно большая. По предварительному осмотру могу сказать, что повреждение затронуло роговицу, но зрительный нерв, к счастью, не пострадал.
Лейла невольно выдохнула. Она почувствовала, как её сердце начинает биться ровнее.
— То есть зрение можно восстановить? — с тревогой в голосе и надеждой спросила она.
— Да, — подтвердил Борхан-бей. — Необходима операция. Шансы на успех довольно высоки.
— О, Аллах! —радостно воскликнул Кадир, прикрыв рот рукой.
— Операция... — прошептал Кайя, словно не веря своим ушам.
— Не волнуйся, Кайя. Всё будет хорошо, — Лейла сжала его руку, стараясь передать ему свою уверенность.
— Однако, — продолжил Борхан-бей. — Есть одна сложность. Операция должна быть проведена как можно скорее. Счёт идёт на дни.
— Мы готовы на всё,—произнёс Джихан — Деньги – не проблема. Главное, чтобы Кайя снова мог видеть.
Борхан-бей кивнул.
— В таком случае, я свяжусь со своими коллегами и договорюсь о проведении операции в одной из клиник. Нужно всё сделать быстро и конфиденциально.
Он посмотрел на Джихана и Алью, словно намекая на то, что ему известно об их непростом положении.
— Кайе сейчас совсем не нужно лишнее внимание, учитывая его... статус, — деликатно добавил Борхан-бей. — Я постараюсь организовать всё так, чтобы никто не узнал о его присутствии в больнице. Мы проведём операцию завтра. Договорюсь о том, что всё пройдет ночью, медсёстрам заплачу, чтобы молчали.
Джихан кивнул, понимая всю серьёзность момента. Безопасность Кайи была превыше всего.
— Мы вам очень благодарны, Борхан-бей, — сказала Алья, выражая признательность всей семьи.
Лейла, всё ещё держа Кайю за руку, смотрела на врача с надеждой. Она верила, что завтрашний день станет переломным моментом в их жизни. Она сделает всё, что в её силах, чтобы поддержать мужа и помочь ему пройти через это испытание.
— Спасибо за помощь,— благодарил врача Джихан и начал провожать его.
Все, кто был в доме, вышли на улицу, наконец оставив Лейлу и Кайю одних.
— Я же просила...— тихо начала девушка, но Кайя перебил её.
— Лейла,— он положил свою голову ей на плечо, утыкаясь носом в шею.— Прости меня.
— Ты что, Кайя?!—она тут же возмутилась.— Я не это имела ввиду!
Лейла сначала отстранилась, удивлённая внезапными извинениями Кайи. Но затем, услышав дрожь в его голосе, смягчилась и крепко обняла его в ответ. Сейчас ей хотелось лишь одного – чтобы он чувствовал её поддержку и заботу.
— Что такое? — спросила она тихо, чувствуя, как его дыхание согревает её шею.
Он крепче прижался к ней, словно боялся отпустить.
— Я... я за всё это время... — он замолчал, подбирая слова. — За всё это время, Лейла... Я полюбил тебя.
Лейла замерла, услышав эти слова. Она знала, что их отношения изменились, что между ними возникла какая-то связь, но она никогда не позволяла себе думать о взаимности своих чувств. Слишком много боли было в их прошлом, слишком много препятствий на их пути.
— Кайя... — прошептала она, не зная, что ответить.
Он поднял голову и коснулся её щеки своей рукой.
— Я знаю, что это может быть неожиданно, — сказал он тихо. — И после всего, что случилось между нами... Но это правда, Лейла. Я люблю тебя.
Она заглянула в его глаза, пытаясь понять, насколько искренни его слова. И увидела в них лишь любовь и искренность. Несмотря на то, что парень не могу увидеть свою жену, никакого притворства и лжи в глазах не было.
— А еще... — Кайя слегка запнулся, — Когда мне сделают операцию... когда я открою глаза... я очень хочу, чтобы первой, кого я увижу, была ты.
Эти слова пронзили её до глубины души. Она почувствовала, как слёзы подступают к глазам.
— Кайя...
Она не знала, что сказать. Ей хотелось ответить ему тем же, признаться в своих чувствах, но страх сковывал её. Страх потерять его, страх снова пережить боль.
— Не говори ничего, — сказал он, словно прочитав её мысли. — Просто будь рядом со мной. Просто будь моей Лейлой.
Он нежно коснулся её губ своими. Лейла сначала замерла, не зная, как реагировать, но затем отдалась поцелую, отвечая на его чувства. Это был нежный и трепетный поцелуй, полный любви и надежды.
Когда они отстранились друг от друга, Лейла почувствовала, как у неё произошёл взрыв. И тогда она поняла, что больше не может скрывать свои чувства.
— Я тоже люблю тебя, Кайя, — прошептала она. — Безумно люблю.
Он улыбнулся, и эта улыбка осветила всё вокруг.
— Тогда всё будет хорошо, — сказал он, прижимая её к себе. — Вместе мы справимся со всем.