ГЛАВА 4
Утро началось тише, чем обычно.
Я проснулась позже привычного времени — организм явно решил взять реванш за вчерашний день. Голова была лёгкая, но тело всё ещё помнило падение. Особенно локоть.
Я осторожно согнула руку.
Тянуло.
— Отлично... — пробормотала я.
Вчера ночью Грише я всё-таки рассказала всю ситуацию: и про сцену, и про падение, и про "аккуратнее".
Он слушал сначала серьёзно, потом всё-таки начал смеяться.
— Черничная, — сказал он тогда, — ты единственный человек, который может случайно сблизиться с артистом через падение с лестницы.
Я закатила глаза.
— Очень смешно.
— Нет, правда. Это легендарная история.
— Ничего легендарного.
— Конечно, — усмехнулся он. — Особенно момент, где он тебе локоть лечит.
После этого он ещё долго подшучивал, но в итоге всё равно спросил:
— Болит?
— Немного.
— Следи за этим, — сказал он.
На этом разговор закончился.
А сейчас утро снова возвращало меня в привычную жизнь.
Я включила музыку.
Ту самую, под которую обычно делала разминку. Комната наполнилась ритмом, и тело постепенно просыпалось.
Наклоны.
Растяжка.
Дыхание.
Я любила этот момент дня — когда мысли ещё не успели полностью включиться, и ты просто существуешь внутри движения.
Через пару минут я уже стояла на руках.
Кровь прилила к вискам, музыка стала звучать чуть глуше.
И именно в этот момент раздался резкий звонок в дверь.
— Ой!
Я чуть не потеряла равновесие.
Ноги качнулись, мир на секунду перевернулся сильнее, чем планировалось, и я быстро опустилась на четвереньки.
Локоть тут же напомнил о себе.
— Ай... — прошипела я.
Я посидела пару секунд, перевела дыхание и всё-таки встала.
— Кто ещё с утра...
Подойдя к двери, я открыла её без особых ожиданий.
И застыла.
Передо мной стояла огромная коробка.
Круглая.
Белая.
Внутри — белые розы.
Их было так много, что сначала я даже не поняла, где заканчиваются цветы и начинается сама коробка.
Я огляделась по сторонам.
Никого.
Курьера уже не было.
Я наклонилась.
Никакой записки.
Никакой карточки.
Ничего.
— Странно...
Я занесла коробку в квартиру и поставила её в коридоре.
Пожала плечами.
— Потом разберёмся.
И вернулась к зарядке.
Музыка снова заполнила комнату, и я попыталась сосредоточиться на движениях, но взгляд время от времени всё равно уходил в сторону коридора.
Белые розы выглядели слишком... демонстративно.
Через пару часов в дверь снова позвонили.
На этот раз я уже знала, кто это.
— Открываю!
Я распахнула дверь.
Ирина вошла, как всегда, с энергией человека, который готов ко всему.
— Ну что, звезда, готова покорять интернет?
Она сделала пару шагов в квартиру... и резко остановилась.
— Это что такое?
Я выглянула из комнаты.
— Цветы.
Ирина повернулась ко мне медленно, с тем выражением лица, которое означало: сейчас начнётся допрос.
— Я вижу, что цветы. От кого?
— Без понятия.
Она подошла ближе, наклонилась над коробкой, внимательно её осмотрела, будто там могла быть спрятана тайна века.
— Никакой записки?
— Нет.
— Курьер?
— Не видела.
Она выпрямилась.
Прищурилась.
— Очень интересно.
— Ир...
— Очень.
— Пойдём видео снимать, — сказала я, пытаясь сменить тему.
Она ещё пару секунд смотрела на цветы.
Потом вдруг хитро улыбнулась.
— Пойдём.
Мы поставили свет, подготовили телефон, выбрали музыку. Всё было привычно — движения, ракурсы, дубли.
Но Ира всё время косилась на коробку.
И в какой-то момент сказала:
— Нужно обязательно поймать в кадр эту коробочку.
— Зачем?
— Если она от того, от кого я думаю... — она подняла брови, — то он явно проявит активность.
Я закатила глаза.
— Ирин... спасибо тебе большое, но я не знаю, нужно ли мне это.
Она остановилась.
— В смысле?
Я пожала плечами.
— Просто понимаешь... мы разные.
Она несколько секунд смотрела на меня.
Потом вдруг рассмеялась.
— Жизнь одна, пробуй и рискуй!
Я покачала головой.
— Ев, — сказала она уже мягче, — я тебя не узнаю.
Я удивлённо посмотрела на неё.
— Раньше ты была такая напористая.
Она ткнула пальцем мне в плечо.
— Возвращай прайм!
Я не выдержала и засмеялась.
— Это что, мотивационная речь?
— Да.
— Слабая.
— Зато искренняя.
Мы снова начали снимать видео.
Танцы, смех, неудачные дубли, комментарии, которые мы потом всё равно вырежем.
Но каждый раз, когда камера выключалась...
Мой взгляд всё равно возвращался к коробке белых роз.
И к вопросу, на который пока не было ответа.
Вечером квартира опустела. Ирина уехала домой. В этот момент позвонил Гриша и предложил сходить в кальянную. Я не курила, но идея просто посидеть, немного выпить и отвлечься показалась неплохой.
Я быстро собралась, вызвала такси и уже через некоторое время стояла у входа в снятый зал.
Но стоило открыть дверь, как сердце на секунду пропустило удар.
На диване сидел не только Гриша.
Рядом с ним спокойно расположился Егор Крид.
Он сразу заметил меня, улыбнулся и слегка махнул рукой.
— Иронично, — сказал он с лёгкой усмешкой.
Я выдавила из себя неловкую улыбку и коротко помахала в ответ. В груди всё сжалось. Не говоря ни слова, я подошла к Грише, взяла его за руку и почти силой вывела из зала.
— Ляхов! Ты охренел?! — прошипела я. — Решил из себя свата построить? Я домой!
Гриша устало выдохнул.
— Ева, я его не приглашал. Ты можешь понять, что мир не крутится вокруг тебя? Я пришёл, а Егор уже был здесь один. И, кстати, напомню: он не только твой... возлюбленный, но и мой друг.
— Он мне не возлюбленный!
— А кто тогда? — Гриша прищурился. — Что ты от него всё время шарахаешься? Если он тебе никто — иди и докажи это. Ты же даже сесть рядом с ним не сможешь.
Эти слова неприятно кольнули.
Я опустила взгляд, чувствуя, как внутри поднимается смесь злости, стыда и растерянности.
Гриша смягчился, притянул меня к себе и обнял.
— Ева, я всё понимаю, — тихо сказал он. — Но, может, это шанс для вас двоих. Просто веди себя как обычно. Егор нормальный мужик, он всё поймёт.
Я молчала.
Гриша мягко взял меня за талию и повёл обратно в зал. Отступать уже было поздно. Дверь закрылась за нашей спиной, и я снова увидела диван, на котором сидел Егор.
Глубоко вдохнула и, стараясь выглядеть обычно, присела на диван... прямо между ними.
В этот момент меня вдруг накрыла странная мысль.
Двое мужчин по бокам и я между ними. Слишком близко. Слишком... интимно.
Я неловко улыбнулась, опустив глаза. Щёки начали предательски теплеть.
Егор, кажется, мгновенно поймал ход моих мыслей. Он повернулся ко мне, усмехнулся и тихо сказал:
— Фу, какая ты пошлая.
Он явно сдерживал смех.
Я опешила и резко подняла на него глаза.
— Я? Я... нет... О чём ты вообще?
Гриша тоже быстро сообразил, что происходит, и тут же подхватил шутку.
— Ну, ребят, я вообще-то не против, если что, — протянул он с притворно серьёзным видом.
— Хватит! — я вспыхнула ещё сильнее. — Что вы, блин, несёте?!
Они оба рассмеялись. Напряжение мгновенно исчезло, будто его и не было.
Егор по-дружески приобнял меня за плечи, слегка притянув к себе.
— Да расслабься ты, — сказал он сквозь улыбку. — Мы просто прикалываемся.