Месть

За день до расставания

   Денис по обычаю проводил меня прямиком до подъезда, крепко поцеловал на прощанье и ушел. Уже зайдя в подъезд, я вдруг вспомнила, что обещала маме купить разрыхлитель и ванильный сахар для творожного пирога, который она собиралась готовить завтра днем.. Несколько часов назад специально звонила и просила купить, ведь сама не успевает. Я не я, если бы не забыла. Стукнула себя по лбу и тяжело вздохнула. Пришлось идти в ближайший супермаркет.
   Не смотря на это, настроение у меня было чудесное.
   После встречи с Денисом, домой я возвращалась словно на крыльях. На душе было так легко-легко, а сердце согревало осознание того, что любимый человек снова рядом. Привыкши видеться из-за дня в день на протяжении нескольких лет, даже недельная разлука начинает казаться невыносимо долгой.
   Я открываю входную дверь и уже собираюсь заходить в квартиру, как меня неожиданно окликают.
   – Дорофеева.
   Я поворачиваю голову в сторону лестницы и замечаю высокого парня с капюшоном на голове. Глаза невольно сощурились, в попытках разглядеть знакомое лицо, но из-за того, что тот стоит в тени, этого не удается. Но когда молодой человек подходит ближе и обнажает истинное лицо, я узнаю в нем Руслана. Старшего брата Дениса..
   – Чего так испугалась? Это всего лишь я, – на его лице показалась знакомая акулья улыбка, отчего я поежилась. Знала, наши встречи неизбежны, ведь он родной брат Дена, однако глубоко внутри томилась надежда, что они будут исключительно редкими. Видимо, парень не был того же мнения
   – Извини, мне нужно домой, – ответа не жду, просто открываю дверь и быстро захожу в квартиру, но и Руслан Раевский не был бы собой, если бы не оставил за собой последнее слово. Он легко тянет на себя дверь и теперь, стоя снаружи, нагло улыбается мне белыми зубами.
   – Не переходи и без того тонкую грань, Раевский! – шикаю на наглеца, но судя по насмешливым голубым глазам, мои слова на него не произвели никакого впечатления.
   Он заходит в чужую квартиру, как к себе домой и закрывает за собой дверь, отчего я машинально отшатываюсь назад. В это раз Руслан перешел все границы дозволенного! Не успеваю и рот открыть, чтобы возмутиться, как брюнет непозволительно близко склоняется ко мне. Наши носы едва не соприкасаются, и в следующую секунду я ощущаю пылкое дыхание на своих пересохших губах. По телу струятся мурашки. Раевский нежно и легко обвивает мою талию, за мгновенье, прижимая к себе. Несмотря на темноту, ощущаю, как он склоняется ко мне еще ближе, чтобы поцеловать, но я не позволяю этому случиться – замахиваюсь, чтобы прописать звонкую пощечину. Сегодня удача на моей стороне – я не промахиваюсь.
   Пока тот замер в потрясении, я легко выбираюсь из отвратительных липких объятий и включаю свет. Отхожу назад прямо в обуви, не задумываясь, что запачкую чистый пол. 
   – Раевский, ты в своем уме?! Вообще понимаешь что творишь?! – повышаю голос.
   Руслан одними подушечками пальцев медленно дотрагивается до щеки, словно не веря, что я действительно это сделала. Через несколько секунд он поворачивается ко мне и привычно улыбается, надевая обратно маску дерзкого типа.
   – А моего брата ты по имени зовешь, – говорит и саркастично смеется, закидывая голову назад. Однако уже через пару секунд его фальшивая улыбка исчезает, а голубые глаза становятся недобрыми. – Денис. Ден. А иногда и любимый, да? Я ведь правильно расслышал в последний раз, когда ты была у нас?
   Господи, что он несет!
   – Прекрати, – все же беру себя в руки, но в голосе все еще сквозит возмущение, – и уходи.
   Руслан словно не слышит меня.
   – Ну же, назови меня по имени. В этом нет ничего трудного.
   – Если ты сейчас не уйдешь, я позвоню Денису и все ему расскажу. И про то, как ты ворвался ко мне домой, и как клеился к его девушке, и как пытался это делать до этого! Я не блефую, Раевский. Тогда я ничего не сказала твоему брату, но в этот раз молчать не стану, если прямо сейчас ты не уйдешь!
   Мои слова его ничуть не впечатлили. Только взгляд стал до боли серьезным. Да и от насмешливой улыбки ничего не осталось. Руслан скрестил руки на груди, облокотился плечом о стенку и взглянул мне в глаза.
   – Ладно, хватит игр. Я пришел поговорить. И нет, я не уйду пока не договорю, – добавил, видимо уловив на моем лице нахлынувшее недовольство, – мне глубоко плевать на то, что об этом всем узнает мой братец. Можешь позвонить ему прямо сейчас, даже отговаривать не буду.
   – Хорошо, говори, – у меня закралось странное предчувствие.
   – Завтра вечером я улетаю в Лос-Анджелес. Два месяца назад я окончил университет, ты и сама это прекрасно знаешь, а недавно мне выдалась возможность открыть собственный бизнес. Конечно, лучше, наверное, остаться в России и работать над ним здесь, но я давно принял решение после учебы перебраться в Америку.
   Эта новость удивила, но я не понимала, зачем приходить ко мне лично и отчитываться.
   – Я уже говорил, ты нравишься мне..
   Не сдерживаюсь и перебиваю.
   – Раевский!
   Парень хмурится.
   – Я же сказал, пока не договорю, не уйду. Поэтому изволь на время прикрыть ротик и позволь мне закончить, – от этого его тона меня передергивает. – Да, ты встречаешься с моим братом и у вас якобы любовь и все дела, но ты мне понравилась первой. Куда раньше, чем Денису. Еще когда приходила к нам домой двенадцатилетней девчонкой, – меня бросает в жар, и я до боли кусаю губы. – Сначала мне казалось, что это все наваждение, как мне, будучи шестнадцатилетним пацаном, может понравиться ребенок. Так это еще и одноклассница брата. Но.., – Руслан замешкал, но быстро продолжил, – когда я начал засыпать с мыслями о тебе, ходить в школу с надеждой пересечься, ждать когда, ты снова прейдешь к нам, понял, что попал. Прошло три года, но как видишь, ничего не изменилось. Ты по-прежнему нравишься мне, Ульяш. Теперь я не стану мириться с тем, что ты девушка того сопливого щенка. Знал, сегодня ты с ним весь день, поэтому и пришел так поздно, чтобы решить все до того, как улечу в другую страну на несколько лет.
   Тело ощутимо наливалось бешенством. Не сводя озлобленных глаз со смазливого лица Руслана, мозг подкидывал обрывки воспоминаний. Как «для милой фотографии» он поцеловал меня в щеку. Как несколько раз «случайно» назвал малышкой. Как «не специально» тот разлил на меня остывшее кофе и вместо футболки брата одолжил собственную. «Случайно» перепутал. Я тогда пришла к Денису, чтобы отдать подарок, но забыла, что в этот день ему назначали тренировку по баскетболу, а Руслан предложил остаться и подождать. Как неприлично долго разглядывал меня. Как недавно признался в любви и пообещал сделать своей. Господи! И почему я сразу не сказала обо всем Денису?! Хотела, называется не создавать лишних проблем..
   – Говоришь, я тебе нравлюсь уже несколько лет? Именно поэтому ты спал с девчонками, которых даже не знал? – подмечаю.
   – Брось, для меня это ничего не значило. Ты была еще маленькой, а мне нужно было как-то справляться с напряжением.
   Чем дольше я всматривалась в голубые глаза, тем лучше осознавала – Руслан Раевский эгоист. Человек без принципов и норм морали. Никогда не следующим правилам. Наоборот, он создает собственные и уверенно придерживается их.
   – Расстанься с Денисом, – сказал ровным голосом, даже не изменившись в лице. Для него это словно все привычно.
   – Руслан, – тяжело вздохнула и сцепила руки в замок, – даже если мы разойдемся с Денисом, с тобой у нас все равно ничего не получится. Мы никогда не будем вместе, пойми ты это уже наконец! Поэтому, пожалуйста, уходи. Завтра ты летишь в другую страну. В новую жизнь. Давай распрощаемся на хорошей ноте.
   – Если ты не расстанешься с Денисом, пострадает наша мать.
   Слова брюнета словно пули, глубоко застрявшие в теле. Мне точно не послышалось?..
   – Недавно у нее обнаружили рак поджелудочной железы. Это заболевание отличается агрессивным течением и быстрым распространением опухолевых клеток, что значительно ухудшает шансы на выживаемость. Если в ближайшее время не сделать операцию, то она.., – на последнем слове Раевский отвел глаза и смолчал, но я и без того все поняла. – Она никому не говорила, не хотела, чтобы мы переживали, но я случайно нашел в ящике ее стола подтверждающие бумаги. Если не веришь, могу прислать.
   Признание парня выбило меня из колеи.. Глаза потупились к носкам кожаных ботинок, а сама я застыла, будто не живая. И это стало главной моей ошибкой. Раевский без труда заметил это замешательство и легко сыграл на эмоциях пятнадцатилетний девочки.
   – К счастью, у меня есть нужная сумма для операции.. Да и номер хорошего врача имеется.., – начал издалека Руслан, а я, еще не до конца все осознавая, подняла голову. – Но теперь все зависит от тебя.
   Глаза парня снова стали насмешливыми. Если раньше он только наблюдал за мной, аккуратно изучал, не подавая на то вида, то сейчас его взгляд открыто пронзал насквозь.
   – Если ты выполнишь мое маленькое условие – бросишь Дениса, то и я выполняю свою часть, полностью оплачу лечение матери. Нет, конечно, можешь все рассказать Денису, потом вы вместе можете убедиться в правдивости моих слов и попытаться найти другое решение, но.. Его нет. Увы, нашей матери могу помочь только я. С каждым днем болезнь только прогрессирует, и даже если Денис забросит учебу, будет работать сутками, он не успеет собрать нужную сумму.
  Ногти до острой боли впились в вспотевшие ладошки. Что он несет?! ЧТО. ОН. НЕСЕТ?! До скрежета стиснув челюсти и больше не контролируя себя, я запросто подошла к Руслану и ударила кулаком в грудь. Взялась обеими руками на ворот толстовки и встряхнула.
   Тучи над нами все больше сгущались.
   – Да чтоб тебя, Раевский! Ты сам осознаешь, что несешь?!
   Моя озлобленность только забавляла его, волнение радовало, а страх подпитывал. Легким движением одной руки тот обхватил мои тонкие запястья и поднял над головой. Постепенно он начал сжимать их, не сводя с меня пронзительных страшных глаз.
   – Есть одно правило, которому я придерживаюсь всю свою сознательную жизнь, – прошептал низким бархатистым голосом. – Не важно, как и какими методами – главное прийти к победе. Я называю это верностью самому себе и собственным целям.
   Чем больше он говорил, тем безжалостнее его пальцы сковывали мои запястья.
   – Это зовется эгоизмом и безжалостностью! Это низко и подло!
   Я вырвала руки из его беспощадной хватки и подошла ближе. Гордо вздернула подбородок и уставилась на смазливую мордашку. На первый взгляд Руслан Раевский типичный «крутой» парень. Весьма привлекательный, по крайней мере, вниманием девчонок тот никогда не был обделен. Уверенный в себе, и вместе с тем своенравный, такие всегда выделяются в толпе. С чувством юмора. Однако если отбросить все это и присмотреться, легко можно заметить – душа Руслана давно мертва. В ней не осталось тех человеческих качеств, которые и делают людей людьми. Ни сочувствия, ни раскаяния, ни преданности, ни честности. Ничего.
   – За что такая жестокость?! Как тебе может быть плевать на собственную семью?!
   Фальшивая улыбка молодого человека становится шире.
   – Семью? – бросил в ответ, сдержанно смеясь. – У меня нет семьи.
   Я насупилась. Что этот человек опять придумал?
   – Еще совсем недавно я тоже думал, что у меня есть семья. Оказывается, это не так. Два месяца назад, когда я перебирал старые вещи, наткнулся на школьный фотоальбом. На меня тогда вдруг нахлынули такие далекие ностальгические чувства. Захотелось найти и остальные детские альбомы, правда, я не помнил, где они лежали. Дома тогда никого не было. Веришь, нет, весь шкаф обыскал, но ничего не нашел. Потом я вспомнил, что мать, кажется, забирала его к себе в комнату. Ну, я и пошел искать. Искал, искал и нашел... Документы об усыновлении, – кулаки Руслана невзначай стиснулись. – Оказывается, мне всю мою жизнь врали! Я не родной сын Раевских Зои Николаевны и Игоря Михайловича. Если верить личным записям моей так называемой матери, они с мужем долгие годы не могли забеременеть. Врачи говорили, шансов почти нет, но они не теряли надежду. Продолжали верить в лучшие. Но с каждым годом они только сильнее отчаивались. И в конечном итоге супруги вообще потеряли веру, поэтому решились на усыновление. Меня они забрали из детского дома, когда мне был год. А через три года у Зои и Игоря родился Денис.. Их родной сын, – в голосе парня сквозила горечь. – Это чудо, что женщине все-таки удалось забеременеть.
   Мы помолчали.
   Что тут вообще скажешь? Но Руслан и ждал моего ответа.
   – Сколько себя помню, всегда ненавидел этого мелкого паршивца.. И ненавижу до сих пор, – горько улыбнулся. – Все детство мне казалось, что Дениса родители любили как-то иначе. Сильнее. Теплее. Будучи подростком, я не понимал и бесился, почему младшего брата всегда и во всем поддерживали, а меня нет. Почему в него верили, не смотря ни на что, а в меня нет! Почему при родственниках всегда именно его нахваливали, а обо мне едва вспоминали! Каждый раз, думая об этом, ненавидел Дениса все сильнее, – он проглотил увесистый ком, застрявший в горле и взглянул на меня из под темных ресниц. – Поэтому сейчас мне ничего не стоит так поступить с ними. Они мне не семья. Когда я узнал правду в тот день, что-то умерло во мне. С матерью почти перестал разговаривать, не мог видеть ее, а Дениса так вообще на дух не переносил.
   Несмотря на неожиданно нахлынувшую жалость к Руслану в этот момент, я не подала виду. Лишь не задумываясь, искренне ответила. Как чувствовала.
   – Людей связывают не только кровь и родство, но еще и невидимые узы. Неуловимая, порой даже не ощутимая, но крепкая связь. И это куда сильнее объединяет людей. Это намного важнее. Я уверена, тетя Зоя, приняла тебя и полюбила как своего ребенка. Ты стал ей родным сыном.
   Парень словно не слышал меня.
   – Меня усыновили только из-за того, что не получалось зачать собственного ребенка! Если бы не это, у них бы и мыслей не возникло о детском доме! А я все думал, почему к нам двоим разное отношение.. Оказывается, я просто не их сын.
   Разговаривать с Русланом – точно разговаривать со стенкой.
   — Хорошо, ты злишься на родителей, но причем здесь Денис? Он ничего не знает и считает тебя своим братом!
    — Он все забрал у меня! — сорвалось с его губ. — Сначала любовь родителей, потом тебя! Даже не смотря на то, что я везде был первым, его всегда любили больше!
    — Господи, да ты больной!
    Кадык парня дернулся и в следующую секунду тот шагнул назад, увеличивая меж нами расстояние.
    — Что же, мне пора. Я тебя предупредил? Предупредил. Жизнь моей так называемой матери в твоих руках.
    — Я не стану встречаться с тобой! — крикнула в сердцах.
    — Я поставил условие расстаться с Денисом, а не стать моей девушкой. Ей ты в любом случае станешь, подожди немного. Когда тебе исполнится восемнадцать я вернусь в Россию и вот тогда мы встретимся снова, — Руслан выдержал несколько-секундную паузу. — Плевать, если за это время у тебя кто-то появится, развлекайся пока можешь. Я сделаю все, чтобы ты была моей. Главное, чтобы этого паршивца не было рядом.
    Больше ничего не говоря, и не дожидаясь моего ответа, Раевский ушел, оставляя меня стоять одну в полном недоумении.
    Примерно через час Руслан прислал несколько фотографий, подтверждающие болезнь Зои Николаевны.. И даже скинул номер телефона регистратуры. В груди что-тт защемило и мне стало тяжело дышать. Да как же..
    До последнего я не хотела верить, что это правда. Это же Руслан, он мастер блефовать! Вот и сейчас ему ничего не стоило соврать. Но когда я действительно позвонила в регистратуру, где все подтвердили, я едва не выронила телефон из рук. Мелко задрожала, откинула телефон в сторону и двумя ладонями прикрыла рот, чтобы не дай бой мама не услышала моих глухих всхлипов. В квартире стояла гробовая тишина, а родительница не спала, потому мне и надо быть как можно тише, но.. Как же меня разрывало изнутри!..
    Несколько часов я почти неподвижно лежала в темноте, прокручивая в голове все то, о чем мне сегодня поведал Руслан. Неравная родительская любовь, приемный ребенок, затаенная ненависть, болезнь Зои Николаевны,перелет в другую страну.. После нескольких часов варки в этаком котле ядреных мыслей, казалось, я начала сходить с ума.
    Уже ночью я написала Руслану.

Обещаешь помочь Зое Николаевне, я соглашусь? —

Парень моментально появился в сети.

— Обещаю.)
Мне нужны гарантии. —
— Я пришлю тебе все документы и буду держать в курсе всего.

    Спрятала лицо в одеяло и крепко стиснула его похолодевшими руками. Послышались приглушенные нервные стоны.
    Я долго сомневалась, как стоит поступить. Согласиться на условия Руслана или все же рассказать правду Денису? Мы ведь обещали друг другу оставаться честными до самого конца. Обещали быть верными до последней капли любви. Обещали решать любые проблемы, идя рука об руку, как бы тяжело и страшно не было. Обещали, твою мать! Но помимо обещаний и нашей любви есть еще тетя Зоя, которая умирала. Я на короткий миг окунулась в яркие воспоминания, когда приходила домой к Денису и его мама всегда встречала меня с особой теплотой. Даже иногда называла дочкой. Сердце больно кольнуло и я сильнее прижала одеяло к себе.
    Господи, любимый, прошу, прости меня..
    Подумала про себя и закрыла глаза, после чего по влажным щекам скатились очередные непрошеные слезы.