Falling in

Я совсем плохо знаюсь на таких праздниках, как дни рождения, и на подарках так же. Раньше я много чего понимал, но к сегодняшнему дню с воспоминаний ушла большая половина моих «праздничных» знаний. Не было возможности что-то праздновать, поэтому так получилось.
Пока я бродил по этим магазинам, то успел потерять часть своих моральных сил. Истощился, простыми словами. В таком состоянии я решил закончить сегодняшний неудачный шоппинг и просто пойти домой. Но всё-таки примерно я уже знал, что покупать: что-то связанное с видеоиграми или декор для комнаты. Но пока мне в голову больше ничего интересного не пришло.
Я шёл по нагретому, от солнца, асфальту и слушал музыку с привычной пустотой внутри. Я слишком много сегодня думал, поэтому это ощущение было сильнее обычного. Я еле перебирал ногами. Тяжело было найти силы даже чтобы просто ходить. А в мыслях жуть. В моих эмоциях темнота.
Сейчас я вспоминаю, как когда-то моя сестра называла меня самым добрым человеком в мире, а мне было тринадцать лет, когда я плакал на её похоронах. Я же говорил, что никогда не плачу, так ведь? Я не люблю рассказывать о своих настоящих чувствах кому-то и сразу, а на самом деле я был очень эмоциональной особью, когда-то, давно… Но не сейчас. Не знаю, почему, но я будто забыл, как нужно проявлять свои чувства. Я чувствую только то, что скучаю по своей сестрёнке. Вероятно, это одна из причин моего морального истощения? Я не знаю... Может, и нет, ведь это было много лет назад и по её выбору. Если бы её душа прямо сейчас была со мной, то вряд ли ей было бы приятно смотреть, как я страдаю по ней.
Её звали Юна, на момент её смерти ей было чуть меньше, чем мне, а я на один год старше. Она очень хотела покрасить волосы в пепельный, когда вырастет, но так и не успела осуществить свою мечту. Она носила очки, так как зрение у неё было -5. В школе её частенько дразнили из-за этого, а я поддерживал её дома и в школьной столовой, говорил, что ей идёт. И я не врал, мне казалось, что очки были созданы специально для неё. Она так же очень любила играть со мной в онлайн игры. Её аккаунты в некоторых из них всё ещё находятся у меня в друзьях. На мои дни рождения она дарила мне то, что первое приходило ей в голову: могла пиццу сделать, могла сорвать листочек с дерева. Пачку молока купила однажды, а затем принесла мне её в четыре утра. Тетради школьные с аниме мне ставила в рюкзак перед школой. Ещё помню пластиковую ручку с моей двери, которую она случайно сломала… Каждый её подарок был очень рандомным, я никогда не мог угадать, что именно она мне подарит. А ведь она дарила мне что-то не только на дни рождения, а и на другие праздники. Я сильно скучаю по таким сюрпризам…
Именно в этот чёртовый момент мне подставил подножку какой-то старшекурсник. Я это понял исходя из роста и черт лиц людей, в компании которых он находился. Он очень невовремя перебил мою ностальгию.
—Ха-ха! Мальчик, смотри куда прёшься!
«…Чего? Куда я прусь? Сам же подошёл ко мне! С какого перепугу это я виноват?!»
—Простите, я не мог сам себе подножку сделать… Вам нужно следить за своими действиями.
Я пытался быть вежливым, а он удивился и посмеялся надо мной со своими друзьями, затем… Не знаю, то ли это жест доброй воли, то ли ещё одна насмешка, но он присел возле меня и протянул руку.
—Ладно, ладно… Прости уж меня, идиота! Согласен, это было некрасиво с моей стороны… Слушай, ты как-то грустно выглядишь, у тебя всё в порядке? – Он помог мне встать.
Боже, сколько можно с этими вашими: «У тебя всё в порядке?»
—…Да, спасибо, у меня всё в порядке. С вашего позволения, мне нужно идти домой. – Я нехотя наклонил перед ним голову и собрался уходить.
—Тц-тц-тц! – Он цокнул языком, не отпуская моей руки. Вот и тревога моя подступила… – Не уходи вот так сразу, Чимин, я же ещё не договорил с тобой! Прости, пожалуйста, я не хотел, чтобы ты прям… упал, я всего лишь поспорил с друзьями и мне нужно было подшутить над кем-то. Может, провести тебя домой в знак извинения?
—…Н-нет, спасибо, я и без чужой помощи знаю, где находится мой дом.
—Взамен я знаю тебя, Пак Чимин! Я видел тебя в торговом центре вчера. – Только что он остановился и посмотрел на своих трёх товарищей и девушку, намекнув, что им пора бы уходить. До этого они перешёптывались прямо у меня на глазах.
«Боже… Да чего же ты от меня хочешь?»
—Я знаю, о чём ты думаешь, Чимин, я вижу это в твоих глазах. Я очень хотел подойти к тебе ещё тогда, но с тобой уже были какие-то парни и я не хотел вас тревожить… Ну, ладно, давай сейчас не будем о прошлом. Прости, что наше с тобой знакомство получилось таким неприятным, просто у меня не много друзей, поэтому я не знаю, как себя вести с другими и только ведусь на споры.
—И поэтому Вы хотите провести меня домой? Чтобы просто извиниться?
—Ох… – Этот человек ухмыльнулся. – Ну что ты всё время так официально разговариваешь? Зови меня просто Юнши. Я хочу быть твоим другом, а не врагом.
«Не ставил бы тогда подножки, раз другом хочешь быть. Раз уж у тебя мало друзей, в чём я очень сомневаюсь, то давай попробуем…»
—Хорошо… Я не против, но откуда ты знаешь моё имя?
На мой вопрос он только вздохнул и стал следовать за мной, видимо, сопровождая домой. Мне удалось вытащить свою ладонь с его руки.
—Из какого ты факультета, Чимин?
—…
—Слушай, я понимаю, ты ещё не привык ко мне… Я просто хочу навещать тебя на переменах, и, возможно, буду с тобой в кафе иногда сидеть!
—Спасибо, но у меня уже есть собеседник… Учусь на нейрохирурга. Так… Откуда ты зна…
—Что-о? Нейрохирургия – это очень сложная штука… Будешь мне объяснять потом материал?
«Он точно прикалывается!»
—Объяснять материал? Зачем?... Ты хочешь стать нейрохирургом?
—Нет, мне просто очень приятно слушать твой ангельский голос, Чимин.
По моём телу пробежались неприятные мурашки от его слов. Что он делает? Что происходит?
—Если тебе интересно, то я учусь на психологическом.
—…
—А что ты любишь есть, Чимин?
«Да что это за допрос такой?! Даже Чонгук с Хосоком мне не задавали таких странных вопросов. И почему ты так много раз назвал меня по имени, если я стою прямо перед тобой и ты можешь просто говорить «ты»?»
Я снова не ответил.
Он проводил меня до самых дверей квартиры. Видимо, знал, что я не смогу его оттолкнуть или отказать. Он пытался как можно надольше оттянуть наше прощание, но у меня не было никакого желания продолжать этот бессмысленный разговор, в котором из меня подло высасывают информацию. Зачем ему знать, что я ем, сколько сплю, во сколько ложусь спать и просыпаюсь, во что играю, с кем дружу, где и на кого учусь? Хорошо, что хоть группу крови не спросил…
Я зашёл в квартиру и собирался закрыть дверь. Я не оглядывался, но моя рука рефлекторно потянулась к дверной ручке. Вместо неё я нащупал чью-то руку… Боже, неужели некоторые люди бывают настолько наглыми, что при хозяевах входят в чужой дом?
—Прости, я не пущу тебя в свой дом, это уже слишком.
—А… Ой, прости, я машинально. – Юнши улыбнулся и переступил обратно за порог, но всё ещё не уходил. Боже, что не так с этим парнем?...
—Ты тоже прости, но мой дом – это моё личное пространство, и мне решать, кого сюда стоит пускать.
Я закрыл дверь, потому что по лицу Юнши нельзя было сказать, что он хочет ответить.
Я ещё немного простоял у двери и ждал, пока он уйдёт, чтобы почувствовать себя в своём уютном одиночестве. Но спустя две минуты вместо шагов я слышу звук от фотокамеры, а только потом уже шаги вниз.
«Ты, блять, мою квартиру сейчас сфоткал?!»
Ох… Ладно, некоторые люди бывают ещё хуже, чем я думал. Я очень хотел догнать его и спросить, что это только что было, но я этого не сделал. Я привёл свой гнев в порядок, сделав глубокий вдох и выдох, затем направился на кухню.
К вечеру я уже успел поесть и принять душ, сделать домашнее задание и заварить себе фруктовый чай в новой чашке, забыв о том странном типе.
На часах было 22:40, мне не особо хотелось тревожить ребят, но я решил спросить Хосока и Юнги насчёт подарка Чонгуку и написал каждому из них. Хосоку я написал первым и он предложил создать групповой чат. Они уже были знакомы, сегодня Юнги об этом сам сказал. Он не сразу зашёл в сеть, а минут через пять, поэтому мы уже успели написать пару вариантов. Скорее всего, Юнги просто был немного занят.
«Интересно, чем он занят? Чем вообще занимаются люди в такое время?»
Группа называлась «Подарок Чонгуку».
—«Если бы не название, я бы сейчас вас всех матом крыл». – Первое, что решил написать Юнги.
Мы просидели минут двадцать, раздумывая над подарком. То, что подарок будет общим мы решили сразу. Хосок предлагал купить приставку, но мы все согласились с тем, что даже как подарок от троих человек – это будет очень дорого. Юнги предложил выбрать краску для волос, так как Чонгук долгое время хочет перекрасить свой белый в какой-то яркий цвет. Но мы не были уверены, какой именно оттенок он хочет. Ещё мы думали над книгами, но Чонгук не особо любит литературу. Я предложил купить либо светодиодную ленту, либо лазерный проектор, так как о таком Чонгук тоже мечтал (именно о нём я и забыл во время шоппинга!). Тем более, он живёт сейчас в своей личной комнате и делает там всё, что хочет он, а не родители. Было бы неплохо украсить комнату эстетичным свечением? Если мы будем покупать что-то такое, то проектор однозначно будет лучше ленты. Вдруг он захочет переехать в общежитие на следующий семестр? С лентой придётся долго возиться. Проектор – самое то!
У нас было ещё много вариантов и растянулась наша переписка ещё на тридцать минут. В конце концов мы решили купить и лазерный проектор, и две баночки краски для волос. Из всех вариантов эти были наилучшими. Мне было приятно, что к моему варианту тоже прислушались, но с другой стороны Чонгук мне сам говорил, что хотел бы купить себе такую вещь в комнату. За покупками мы пойдём в пятницу ближе к вечеру, так как Чон проводит своих друзей домой после пар. У него есть на это время, так как живёт он за городом, а автобус в его деревушку приезжает через полтора часа после пар. Я никогда не бывал в деревне, интересно, какого там? Нужно будет спросить у него, плюс он говорил, что там живут ещё некоторые его близкие друзья.
Единственное, что меня напрягало в завтрашнем дне – это Юнши. Я до последнего боялся, что встречу его. Я почти не запомнил, как он выглядит, только чёрные волосы до ушей, неаккуратно зачёсаны по обе стороны. Одежда не играла роли, он мог её сменить на завтра, но тем не менее сегодня она была в <i>клетчатом</i> стиле. Ещё припоминаю голос, вроде грубый, но при этом приятный, а вот характер… Я на работе, в офисе у отца, видел одного паренька, который причёской мне его напомнил. Правда он всегда ходит в маске, ни разу лица не увидел.
Тревожился я довольно много времени. До двух часов ночи мне никак не удавалось уснуть, было очень нехорошо внутри. Успокоительные и прочие таблетки я не принимаю, потому что не хочу мучаться ещё и от зависимости.
Я пытался уснуть, крутился из стороны в сторону, но заснуть у меня не получалось. В итоге я всё-таки поднялся, сел за свой рабочий стол, включил светодиодную ленту на фиолетовый и достал из шкафчика с тетрадями блокнот в клеточку. Мне не хотелось рисовать, я не люблю и не умею это делать. Я хотел просто написать рассказ…
Даже понятия не имею, о чём мне писать, но я точно знаю, что в этом рассказе главный персонаж будет тем же, что и в моих остальных рассказах. Везде я использую именно его. Мои сочинения о нём уже можно собрать в серию историй про грустного подростка, борющегося с депрессией, такого же, как и я. Я уже не говорю про количество своих сожженных версий.
<i> «Интересно, если я влюблюсь и буду переживать новые эмоции, про них я тоже буду писать?»</i>
Я придумал и записал название: «Тонущий», и первый же абзац начался с эмоций моего персонажа, которые я так же чувствую прямо сейчас. Пока я писал я успокаивался, будто бы выговаривался кому-то. Писал я вплоть до следующего дня, продолжал писать даже рядом с Чонгуком. Нет, я спал!... Но не очень долго, всего часа три и по будильнику стал собираться на пары как можно быстрее, чтобы было больше времени дописать свою идею.
Негативные эмоции исчезли, но не желание писать.
Я изобразил комнату, похожую на свою: маленькая, уютная, над большой кроватью висят искусственные облака из ваты; на большом окне, что тянулось на всю стену, приклеено много стикеров из разных аниме; на столе полный порядок; есть светодиодная лента с постоянно включенным и любимым фиолетовым цветом; на полках лежат разные жанры манг. Но это было не хобби, это было то, что не давало ему впадать в отчаяние, как и мне. Полное отсутствие половой жизни и самоудовлетворения так же присутствует у нас обоих.
Я чувствовал взгляд Чонгука на себе, пока дописывал эту историю перед парами. Точнее не на себе, а на своём блокноте. Я нерешительно спросил его.
—Хочешь почитать? Я просто боковым зрением вижу, как ты наблюдаешь за мной. – Я даже немного хихикнул.
—…А? Да-да! Я так понимаю, это не начало, но это прикольно читать. У тебя явно талант, слушай…
—Я уже почти закончил, поэтому можешь взять почитать через пару минут.
—Быстрее только! Реально интересно… Мне никогда не нравилось читать, просто твой энтузиазм, пока ты это делаешь, как-то даже затянул меня в это…
Я глянул на Чонгука. Он не собирался прекращать говорить.
—Ты это для себя пишешь? Или для чего-то другого? Или кого-то?
—Я пишу, когда скучно. Для себя.
Постепенно в аудиторию стало приходить больше учеников, но к этому моменту я закончил писать. Да если бы и не закончил, то одел бы наушники, включил музыку и продолжил. К моему удивлению Мин Юнги тоже облокотился на нашу парту почитать мой рассказ. Мне было приятно, что этот человек, который даже при общении в переписке проявляет агрессию, оценил мою работу. Но кроме двух предложений: «Блин, у тебя прикольно получилось. Никогда не думал, что мне понравится читать» он больше ни слова не сказал и сел на своё место. И всегда он такой?
Раньше я никому не давал читать свои рассказы, да и у меня до этого не было таких людей, кому я мог бы их доверить. Я думал, что это неприятно, когда твою работу читают или оценивают другие люди, потому что становится стыдно. Однако мне наоборот понравилось! Это как взрывающиеся конфети в грудной клетке, очень приятно и интригует.
Я уже и забыл, по какой причине начал писать этот рассказ. Зато очень хотелось спать…