Боль
Холод. Зима. Ночь. Никто не услышит.Окно в женском туалете открыто нараспашку, холодная плитка будто обжигала кожу. Больно. Крики, сопротивления, зудящие кисти от борьбы. Он сильнее. Горячие слезы. - тише, тише. Ну чего кричишь? Тебе понравится, птичка. Не плачь. - мерзко! мерзко!мерзко! Мне было мерзко от себя, от него, от места и времени. - Отпусти, прошу - это было похоже на мольбу, вперемешку с криком и плачем. - Погоди, будь хорошей девочкой, мм? Постой немного смирно. Я же по-хорошему прошу. Или мне попробовать по-другому? - девушка зарыдала ещё громче, сильнее брыкаясь - Блять, я же попросил.- схватив её грубо за волосы, он прижал её сильнее к стене так, что скула больно ударяется о керамическую плиту. Второй рукой заломал её руки за спину. - Заткнись.- Далее была немая боль. Грубая и едкая. Струи крови бежали по ногам, оставляя алые дорожки боли. Я молила Бога о том, чтобы это быстрее закончилось. Но он продолжал. Толчок, снова и снова. Спустя время, что длилось вечность, он закончил. Опустошенное тело упало, словно тряпичная кукла. Казалось, что все было в её крови: стены, пол,он, она, и её сердце. Органы будто смешались в один комок боли. - Эй, ну чего ты? Не так уж и плохо, скажи? - говорил парень, попутно вытирая её, и комнату. - Давай, вставай. Я доведу тебя до дома. Ты ведь на ****** живёшь? - Тварь.- парень странно глянул на неё, взяв грубо за подбородок - Не советую разбрасываться словами, птичка. Ты же не хочешь, чтобы прямо сейчас было продолжение нашей ночи? Значит вставай, и делай то, что я тебе скажу. - тоненькие руки задрожали, а острые плечи затряслись. Послышался глухой всхлип - Ну же, милая, ты чего? Все хорошо. Сейчас я тебя доведу, а ты об этом не вспомнишь, лады? Ты ведь знаешь, кто я. Хуже будет только тебе. Не хочешь ведь, чтобы до других дошёл слух, будто та самая Елизавета Яковлева дает всем в туалете университета? А точно ли она сама поступила на бюджет? Или.. - Прекрати. Хватит.. Пойдем... - Ты меня поняла, Лизавета? - Да. - её тело било крупной дрожью. Все зудило. Парень помог ей подняться на ноги, и аккуратно, словно ласково, поправил одежду и повел к машине.
***
Опустившийся на хрупкое плече мужская ладонь вырвала её из воспоминаний. - Все хорошо? - встревоженно спросил парень - Да - отстранено ответила она - Ты очень мало кушаешь, словно птичка. Может, хочешь чего-нибудь? - Нет. Мы можем уже ехать? - доброжелательное выражение сменилось раздражением - Конечно.- машина была припаркована на частной стоянке под небоскрёбом, в котором жил Андрей. Увидев знакомую машину, Лиза слегка сжала кулаки, дабы совладать с эмоциями. То же кресло. Тот же запах салона. Как в тот день.
***
Лиза шла на ватных ногах к автомобилю, Андрей открыл ей дверь, усадил, предложил подушку, но Лиза молчала. Всю дорогу царила громовая тишина. Подъехав к пятиэтажке, машина остановилась. - Лиз... Ты это, не обижайся сильно, лады? Лучше вот... - парень протянул ей увесистый конверт - Что..? - у тебя ведь в семье не очень с деньгами, да? Просто возьми. Считай, за сегодня. - говорил с уверенностью, был уверен - возьмёт. Все брали. А она что, другая? Видимо, да. Лиза вышла из машины, громко хлопнув дверью, убежала домой.
***
- Приехали. - холодно подметил парень. Девушка уже стала тянуться к двери, как её остановил внезапный вопрос. - Вы спали? С ним. - Тебе то что? - не поворачивая к нему головы ответила она. Грубо схватив её за кисть, притянул ближе и уставился в большие изумрудные глаза. - Убью. И тебя, и его. Никто не смеет трогать то, что принадлежит мне. С какими бы дураками ты не играла, ты все равно принадлежишь мне. - Пусти! - Взяв её за подбородок, Андрей прижался своими губами в её. Бесцеремонно и грубо проникая в её рот языком, кусая до крови губы. Тонкая алая струйка ползет вниз по её губам и шее, останавливаясь на ключицах. Хищные темные глаза наблюдают за этим процессом до того момента, пока их поцелуй не перерастает в борьбу за кислород. Андрей отстраняется, а Лиза лихорадочно хватает ртом воздух, попутно, тыльной стороной ладони вытирая кровь. - Держи. Твой телефон. Я убрал свой номер из чёрного списка, больше не делай так. Вот теперь можешь идти, птичка. - ласково произнёс он, не ожидая, что через секунду получит звонкую пощёчину. Девушка пулей вылетела из машины забежав в подъезд.
***
Совсем недавно казалось, что эмоций и слез не осталось. Она ошибалась. Горькие слезы капали и капали с подбородка на одежду. Прижавшись спиной к подъездной двери, медленно опустилась на корточки, закрывая рот рукой. Что делать дальше? Переезжать? Затратно. Бабуля не поймет... Полиция?.. У него есть там связи, и деньги. Отмажут. Не в первой. Да и узнаёт, тогда хуже будет лишь мне- прозовут шлюхой, потом дойдет до бабушки, так ей совсем плохо станет. - Черт.. Хаха.. - понимая всю обречённость ситуации, Лизавета стала тихо смеяться. Истерически. Какое-то время, она ещё сидела на лестничной клетке собираясь с мыслями. Крепко сжав кулаки, оставляя красные полумесяцы на ладони от ногтей, поднялась в квартиру. На часах полдвенадцатого ночи, Лиза пытается максимально бесшумно открыть дверь ключом, но старый замок подводит, и происходит громкий щелчок. Свет в прихожей мгновенно включился, и послышались недовольные ворчания, - Явилась не запылилась! Лизавета, ты время видела?! Я звоню, а она не берёт! Знаешь же - сердце у меня слабое! Где шастала?! - волнительно, с нотками недовольства спросила Бабушка. Слабо улыбнувшись ей в ответ, Лиза произнесла как только можно убедительнее, - Извини Ба, совсем забегалась.. Мы к подруге домой заходили чтобы домашнее задание сделать, да и засиделись допоздна с ним. А телефон разрядился. - Лизочка, я то что? Против? Конечно нет! Ходи к подружкам, но пожалуйста, предупреждай заранее! - грустно подметила она- Да, конечно. Это в первый и последний раз.- Надеюсь внученька, надеюсь. Ладно, ты кушать будешь? Я котлет наделала, твоих любимых. - Я бы с радостью, но уже поздно. Да и мы у подруги поели. Я сейчас в душ и спать. - Бабушка будто чувствовала, что что-то не так, видела насквозь. Это и пугало- что она узнаёт. Забежав в ванную, Лиза сильнее стала ощущать мерзкий, липкий взгляд, руки.. Хотелось смыть прикосновения железной губкой, до крови. Сколько бы она не сидела под горячими струями воды, ощущение грязи не оставляло её. Она чувствовала её физически. Сколько бы не терла тело мыльной губкой, мерзкое ощущение не спадало. Бесполезно.