Чай с булочкой
Это был обычный день. Скучные лекции, странные, чудаковатые преподаватели, шумные однокурсники. Холодные поточки. Настолько холодные, что, казалось, только чай и булочка с джемом из столовой могут облегчить жизнь в этом ледниковом периоде.
Перерыв через 2 минуты. Мик надеется, что старик перед аудиторией вспомнит о существовании часов и прекратит фонтанировать безумными терминами.
"Мы на сатанистов учимся, что ли?" одногруппник шепнул, пихнув Мика локтем в бок.
И действительно, каждое слово препода отзывалось на организме так, будто оно содержит святую воду, а внутри тебя сидит какая-нибудь бесовщинно-адовая тварь.
Одна минута до перерыва.
Перерыв.
"И, не забудьте зафиксировать, семантичность языка..." продолжает этот дурковатый мужичок в обтягивающем пиджачке. Ну почему никто не может сказать ему, что перерыв уже начался?
Одна минута после перерыва.
Две минуты после перерыва.
Три. Пять. Семь. А ведь перерыв длится всего 10 минут, а дальше - следующая пара.
И вот уже в голове Мика образовалась картина - столовая с очередью до Китайской стены, как всегда злые поварихи (хоть где-то в этом мире есть стабильность)...
Как только с губ препода слетели заветные слова "на этом всё, спасибо", вся поточка повскакивала со своих мест и устремилась к выходу.
И вот он - длинный коридор, наполненный голодными, продрогшими студентами. Наверное, у всех в голове сейчас чай и булочка.. чай и булочка... Студенто-апокалипсис.
И правда, очередь огромная. За две минуты не управишься. Но остановит ли это студента, если последние полтора часа он думал только о чае с той самой булочкой?
"Только бы не разобрали..." сумасшедший таракан бегает в черепушке Мика, "только бы не разобрали..."
Очередь двигается. Медленно, но всё-таки ползёт вперёд. Единый, дышащий организм, который, к тому же, ещё и очень шумный. А медлительный из-за людей, которые не могут определиться, хотят они сегодня котлету с хрящиками или фрикадельку с прожилками. И, конечно, из-за китайцев, которые приехали сюда учиться, но до сих пор не выучили названия блюд и тщетно пытаются выговорить "макароны" (к слову, получаются забавные миакалжони).
Перерыв закончился уже как 5 минут, и Мик, наконец, пролез к кассе.
Любимого чая не осталось.
"Блин, ну как же так..."
Валялся только чай, который берут от отчаяния. В принципе, к этому состоянию как раз и приблизился Мик. Делать нечего. Но булочка все исправит.
"И булочку с джемом. Вишневую," пробубнил он, доставая кошелек из сумки.
"Булочьки-т разобрали, осталась тока сосиська," прошепелявила кассирша.
Удар ниже пояса.
Мик поднял на неё глаза и встретился с безразличным взглядом. Конечно, она не поймёт. Ей лишь бы продать эти страшные сосиски в тесте, приправленные косточками и прахом бывших поварих столовой.
"Тогда не надо, спасибо."
День испорчен. Чай уже не спасёт. Он - ничто без булочки. И теперь Мик тоже чувствует себя как "ничто". Но пара уже началась. Допить уже остывший чай, пройти по пустому и холодному длинному коридору, зайти в холодную поточную аудиторию, поймать сотню любопытных взглядов пришедших вовремя студентов и ощущить на себе ледяные глаза препода...