Дриада

  Постукивая пальцами о поверхность стола, девушка пристально смотрела на экран, немного сощурив глаза  и что-то бурмоча себе под нос. Я знал об этой особенности и всегда умилялся, когда видел её такую.
На часах уже было давно за десять часов вечера и мы работали над масштабным проектом нашего университета. Было проделано больше половины работы и  усталость валила с ног.
  - Давай продолжим завтра. Я думаю, нам пора передохнуть.
  Русоволосая девушка повернулась в мою сторону, уголки губ приподнялись и я понял, что она охотно примет моё предложение.
  - Пожалуй ты прав, - сказала она, собирая тетради в рюкзак. - Поеду домой.
  - Нет! - я мигом соскочил с кровати и подбежал к ней. - Этель, не уходи.
  На мои слова подруга засмеялась.
  - Что ты задумал, Хартман? - спросила Эт.
  - Уже довольно поздно и... я буду переживать. Оставайся, поспишь в гостиной, отдохнёшь, а завтра вернёшься домой.
  Девушка улыбнулась.
  - Если бы ты не был моим другом, котрого я знаю ещё со школы, то, видит Бог, давно бы через окно вылезла. Кто его знает, что у вас, парней, на уме?
  Я улыбнулся и в памяти снова возникли воспоминания: прекрасно помню тот день, когда перешёл в новую школу. Мне не был страшен новый коллектив, поэтому всегда  чувствую себя уверенно в компании новых людей. Меня любезно представили классу, и некоторые девчонки тут же начали флиртовать со мной, а я только ухмылялся им.
   Помню, учительница указала мне на четвертую парту во втором ряду и сказала сесть рядом с Этель Калленберг, что я и сделал. Парень я общительный и дружелюбный и первое, что всегда делал - заводил как можно больше знакомств, но эта девочка оказалась довольно застенчивой и мне потребовалось время, чтобы она заговорила со мной. Этель интересовала меня больше всех: такая тихая, загадочная, на переменах читает классиков и имеет невероятные способности к рисованию.
  Как-то раз на перемене я заметил  одноклассниц, которые держали в руках листок и говорили: "Посмотрите, что эта мышка нарисовала!". Они хотели порвать рисунок, но я вежливо попросил мне его отдать и затем ринулся на поиски девушки, чьи инициалы - Э. К. - были написаны на бумаге. Теперь я точно знал, что нам будет о чём поговорить.
  И вот теперь мы вместе учимся в Мюнхенской академии художеств. И та Этель Калленберг, которую я знал в начале, сейчас совсем другая: не скрывает своих эмоций, не боится просить помощи, не боится быть собой. Эти перемены я очень полюбил.
  - Почему именно я, Рейн? Ты со мной общаешься уже больше пяти лет, - девушка потупилась в пол. - Что такого ты нашёл в простушке?
  Я засмеялся.
  - Ты вечно себя недооцениваешь и в этом твоя беда, Этель Калленберг. Таких каких ты - искренних, честных, умных, добрых - очень мало. В современном мире большинство людей, их чувства и слова - фальшивка, не знаешь кому верить.
  Мне нравилось когда девчонки бегали за мной толпами и готовы были друг другу волосы за меня повырывать. Но когда я встретил тебя, то позабыл обо всех. Видеть твою натуральную красоту, которую ты не прячешь за тоннами косметики, слышать звонкий смех, наблюдать за тем, как старательно ты рисуешь, каждый раз сощуриваясь, как на перемене, вместо того, чтобы сплетничать, или строить глазки парням, с искрой в глазах читаешь книгу и с эмоциями переживаешь каждое событие, случившееся с героями - всё это очаровывает и притягивает с невероятной силой. Ты часто винишь себя, но ты даже не представляешь сколько сил, трудолюбия, сколько прекрасного заложено в этом хрупком тельце и светлой душе, - я говорил эти слова не сводя с неё взгляда. Эт смотрела на меня в ответ.
  Резко взгляд зелёных глаз оторвался от моих. Она заметила кое-что.
  - Что это ты прячешь? - девушка быстрыми шагами направилась к шкафу за которым стоял холст, накрытый тканью.
  - Этель, не смотри! - я перегородил ей дорогу.
  Калленберг посмотрела на меня, приподняв бровь.
  - Кажется, кто-то обещал ничего от меня не скрывать, ведь мы лучшие друзья.
  Я тяжело выдохнул, вспомнив про это давнее обещание.
  Эт в припрыжку направилась к шкафу, напевая какую-то песню, пока стук моего сердца отдавал в ушах. Девушка достала холст и одним рывком сдёрнула ткань. На холсте красовался ещё незаконченный портрет русоволосой девушки с большими зелёными глазами, которые словно в душу смотрели, лёгкая улыбка и румянец на щеках  передавали застенчивость.
  Из-за цвета глаз и волос она напоминала мне дриаду*. В эту работу я вкладываю всю душу, любовь, сердце, всего себя.
  Я видел удивление в глазах Этель и слышал, как она шёпотом произносит фразу, написанную в нижнем левом углу портрета: "Когда кто-то западает нам в душу, он остаётся там навсегда..." - Гийом Мюссо.
  - Рейн, у меня нет слов. Это очень завораживающий, потрясающий портрет.
  Я улыбнулся, подошёл к девушке и прошептал на ухо:
  - Никакой портрет не сравнится с реальностью.
  Эт резко развернулась и я видел как её руки покрылись мурашками. Она смотрела на меня и во взгляде её зелёных глаз я увидел одну тайну, которую до сегодняшнего дня девушка так старательно хранила.
  Лёгкое прикосновение пальцев, прерывистое дыхание, несмелый первый поцелуй. По телу прошёлся заряд, голова кружилась, эмоции выходили наружу.
  В начале такая закрытая от людей, необщительная девочка, которая была таинственной книгой для меня, и я знал: понадобится много времени, чтобы узнать её душу.
  Страх за Этель, бессонные ночи, желание узнать все достоинства и недостатки привели меня к долгожданному моменту: она стоит в моей комнате при лунном свете и лёгком ветерке, который колыхал тяжёлые портьеры, наши пальцы сплетены, сердца бьются в унисон, а губы пылают от сладких и ненасытных поцелуев.

* Дриада - прекрасная лесная нимфа, дух деревьев.