Часть 2
Посиделки в гостях у семейства Геллер прошли замечательно. Лариса, жена Миши, спекла к приходу гостей простенькие, но очень вкусные печеньки и вообще приняла их очень радушно. Дети у них были хорошие: Марина, девочка лет тринадцати, только начала оформляться и выглядела несколько неуклюже, но походила на папу и обещала стать красавицей. Ромка, мальчишка десяти лет, наоборот — копия мамы. Очень шустрый и умный сорванец. Мама этих детишек тоже понравилась Лене. Женщина среднего роста, с очень милым лицом, коротко постриженными темными волосами, хорошей фигурой и немаленькой грудью, что вызывало некоторую зависть.
Современный телевизор не отличался от тех, которые продавались в Израиле. Миша подключил его пиратским способом к кабелю Квалим [1], который был в их квартире. Конечно, без декодера многие каналы были недоступны, но зато не надо платить. Сам приемник ловил пару израильских программ, первый московский и еще какие-то европейские на немецком языке. Пощелкав пультом, остановились на развлекательной немецкой программе, а потом посмотрели с кассеты фильм «Кто подставил кролика Роджера».
Все это посещение понравилось, а поэтому они стали приходить к Геллерам раз в две-три недели.
После долгих поисков Сереже все-таки удалось найти работу где-то в Тель-Авиве в мастерской по ремонту приборов, каких — Лена точно не знала. Муж был не очень доволен тем, чем приходилось заниматься, но платили неплохо, а это на данный момент самое главное. Появилась возможность купить все необходимое для дома и попытаться откладывать деньги на машину. Ее желательно купить в течение первых трех лет пребывания в стране, пока это можно сделать без мехиса [2].
Весна прочно входила в свои права, становилось не просто тепло, а порою невыносимо жарко. Как им объяснили, это хамсин — ветер из пустыни, температура поднялась до сорока градусов. Для них, москвичей, это был тяжелый удар. Хорошо, что такая погода продлилась всего сутки, можно опять жить спокойно.
Приближался Пейсах [3], на этот праздник принято делать подарки. Вот в один из дней Лена решила заняться их покупкой. По дороге домой она предложила Мише составить ей компанию. Сказав, что он не большой любитель гулять по магазинам, все-таки согласился, жены еще не должно быть дома, она начинала и заканчивала работу часа на два позже. Они попросили водителя довезти их до Соколов — центральной улицы Холона, как шутил Сергей, улицы, названной в их честь. Кто на самом деле был тот Соколов, ребята понятия не имели.
По поведению спутника было видно, что он действительно не любит ходить по магазинам, но при этом давал неплохие советы, да и сам купил кому-то подарок, но вот что, она не увидела.
В предпраздничный короткий день хозяин устроил для работников небольшой праздничный стол, поздравил и раздал подарки. Все были довольны, после этого их развезли по домам. Когда, как всегда последними, Лена с Мишей вышли из машины, он протянул небольшой сверточек и поздравил. Это было именно то, что он купил в тот день. Уже дома она обнаружила там маленький набор теней для глаз.
Шло время, семья Соколовых потихоньку приспосабливалась к жизни в новой стране. Правда, Лена надеялась найти другую, более подходящую ей работу. Хотя и эта уже не казалась такой тяжелой, как видно, сказалась привычка. Вроде, все хорошо, но почему у Елены Соколовой так тяжело на душе, она и сама не могла понять. Все как-то серо и буднично, ничто не радовало сердце.
***
Это произошло неожиданно. Лена стояла, поставив сумку на упаковочный стол, и искала в ней кошелек. Она решила после работы пойти за покупками, потому хотела проверить, есть достаточно денег, или надо идти к каспомату [4]. Кошелек, как назло, не находился. Она нервничала, понимая, что ее ждут и будут ворчать, ведь всех задержала. Миша неслышно подошел сзади, нежно обнял ее. При этом его рука ласково, но уверенно сжала ее грудь, а губы целовали ее шею.
— Пойдем скорей, тебя все ждут, — прошептал он ей так, будто поведал какую-то тайну.
Первым порывом было развернуться и влепить ему пощечину, но ей вдруг стало так хорошо и приятно, что она не могла шевельнуться. Захотелось, чтобы эта рука так и оставалась там, но, к сожалению, через секунду он отпустил ее и быстро зашагал на выход. Забыв про кошелек, находясь в каком-то оцепенении, девушка пошла к машине.
Всю дорогу они ехали молча, а когда их взгляды встречались, то он виновато опускал голову. Когда же они остались в машине вдвоем, то он, запинаясь заговорил:
— Лен, ты извини меня! Это получилось как-то непроизвольно... Неосознанно, что ли...
«Как? Так он больше никогда не дотронется до меня, — с ужасом подумала она. — Надо срочно что-то делать».
Пауза затягивалась. Казалось, все звуки куда-то исчезли, и в машине воцарилась оглушительная тишина.
— А мне это понравилось, — произнесли ее губы, так и не дождавшись решения ее головы.
Лицо Мишки озарила восторженная улыбка. Да, именно Мишки, так ей вдруг захотелось его звать.
Выйдя из машины, пара шла молча, каждый обдумывал и переваривал случившееся. Не остановившись, как это делали обычно, у его дома, пошли дальше. И только когда зашли в ее подъезд, Миша загадочно улыбнулся и спросил:
— Так тебе понравилось? Может, стоит повторить?
— Попробуй, — кокетливо ответила она и тоже улыбнулась.
Это прозвучало как сигнал к действиям. Он нежно взял ее за плечи, завел под лестницу, развернул к себе, взял лицо обеими ладонями и стал целовать лоб, глаза, щеки, шею, опустился до выреза на блузке, а потом, на мгновение отстранившись, прильнул к раскрывающимся ему навстречу губам. Они слились в этом поцелуе, забыв обо всем, потерявшись во времени и пространстве. Ничего вокруг не существовало, только он и она. Сколько это длилось — они не знали. Из этого состояния их вывел звук хлопнувшей где-то наверху двери. Мишка отпрянул и, услышав шаги спускающегося человека, шепнул:
— До завтра, моя девочка! — еще раз чмокнул в щечку и выскочил на улицу.
Дождавшись, когда сосед выйдет на улицу, девушка вышла из своего убежища и стала подниматься к себе. Ей было так хорошо! Эти поцелуи как будто смыли с ее души всю боль, все трудности и печали последних месяцев. Сердце ее пело.
Хорошо, что дома никого нет, она могла спокойно прийти в себя. Но быстрее всего к реальности вернул ее холодильник, в который автоматически заглянула. Он был почти пуст, как и кошелек, на этот раз быстро найденный в сумке. Пришлось срочно идти к каспомату и в супермаркет. Мужчин-то кормить надо.
Вечером перед сном, зайдя в ванную и раздевшись, Лена долго рассматривала себя в зеркале. Расстроилась, заметив новую морщинку на лице. Да и грудь маловата, но ведь взялся он за нее, значит, понравилась, и животик у нее еще плоский. Показала зеркалу язык и довольная собой зашла в душевую кабинку.
Утром, собираясь на работу, наша кокетка перебрала весь свой гардероб, но так и не нашла комплекта нижнего белья, в котором не стыдно показаться перед мужчиной. Она понимала, что сегодня до этого не дойдет, но решила что-нибудь прикупить. А пока надела лучшее из имеющегося.
Когда села в машину и поздоровалась со всеми, ей потребовались большие усилия, чтобы сделать безразличный вид и не смотреть на Мишу. Та же проблема возникла и на работе, когда он подходил поближе или проходил рядом, ей сложно было не улыбнуться ему или хотя бы не посмотреть ему в глаза. Очень злил его абсолютно безразличный вид. Он вел себя как обычно, не подавая ни малейшего признака, что помнит их вчерашние поцелуи.
«А может, это был минутный порыв и больше ничего не будет?» — стучало в ее мозгу.
Только во время обеденного перерыва, Мишка поймал ее в уголке у раздевалки и шепнул:
— Прекрати все время смотреть на меня, потерпи до вечера, — и убедившись, что их никто не видит, слегка шлепнул по попке.
И как теперь сдержать улыбку? Как видно, у нее это и не удалось. Потому что Беллка поинтересовалась:
— Отчего это ты сегодня веселая такая?
— Да просто настроение хорошее, — как можно равнодушнее ответила Лена, чувствуя, как вспыхивают ее щеки.
— И как его зовут?
— Кого?
— Ну, настроение твое.
— Брось ты, Беллка, не говори глупостей, нет никого.
После такого разговора пришлось взять себя в руки и углубиться в работу, заставляя себя не думать ни о чем.
Вечером, когда они остались в машине одни, Миша положил руку на ее голую коленку и стал поглаживать.
— Леночка, сегодня я обещал Маришке нигде не задерживаться и помочь ей с математикой, — сказал он. — Зайдешь со мной в наш подъезд, я тебя чмокну пару раз и убегу задачки решать, дочку к контрольной готовить. Завтра мы с тобой где-нибудь погуляем.
Лена лишь слегка кивнула, у нее перехватило дыхание от того, как его рука все выше поднималось по ее бедру. Стало настолько приятно, что и говорить не было никакого желания.
К сожалению, машина остановилась, ведь от места в Бат-Яме, где вышла последняя работница, до их улицы в Холоне так близко. Пришлось выходить.
Когда пара зашла в подъезд, он очень нежно обнял, пробежался руками по ее телу и поцеловал. Поцелуй не был таким долгим, как в прошлый раз, но очень страстным. Даме пришлось постоять несколько секунд, прежде чем она смогла направится к двери.
Примечания:
1. Квалим — кампания кабельного телевидения, существовавшая в Израиле в 90-е года.
2. Мехис — таможенный налог. В Израиле таможенный налог на автомобиль доходит до 40% его стоимости.
3. Пейсах — еврейская пасха.
4. Каспомат — банкомат (кесеф - серебро или деньги).