Часть 1.
Нургюль Ешилчай. 19 лет.
Девушка всю жизнь воспитывалась в очень доброй и любящей семье в небольшом городе Измир. У нее не было братьев и сестер. У родителей была поздним и единственным ребенком. Но полгода назад произошла трагедия. Ее родители попали в автокатастрофу и пролежав в реанимации около месяца, погибли.
Девушке было тяжело смирится со смертью родителей, ведь осталась совсем одна, без поддержки, помощи и любви. Похоронив их, не стала оставаться в городе. Забрала из дома все самое нужное, купила билеты и улетела в столицу.
Тут она поступила в театральный на бюджет, как давно мечтала. Но ее снова подстерегали неудачи. Она стала изгоем. А все из-за того, что она молчалива, скромна и все время приходит на пары готовая, всегда знает ответы на вопросы учителей, которым сразу полюбилась.
Ей дали клички, по типу: «заучка», «тихоня». Но девушка внимания на это не обращала. Знала, в какой город она едет. Тут все «крутые», молодежь курит, пьет, гуляет по барам и клубам. А она, не привыкшая к шуму, любит запираться в своей комнате, выделенной в общаге.
Вечерами подрабатывает, чтобы хоть как-то свести концы с концами. Денег совсем не хватает. Но клянчить и попрошайничать, она считает для себя слишком низко. Поэтому просто молчит, а соседка по комнате, которая является самой «крутой» в их группе, вечно презирает и дразнит.
Нургюль очень тяжело в новом городе-миллионнике. Тем более она все еще держит траур по любимым родителям и часто, в свободную минуту, достает из-под чехла своего телефона фотографию родителей. И смотря на нее, на глазах накатываются слезы, которые тяжело сдержать.
Исмаил Демерджи. 21 год.
Парень тоже учится в том же театральном. Его знают все, а девушки бегают по пятам. Является самым красивым и талантливым среди парней-учеников.
Родился в богатой семье, у отца и матери свой бизнес. Но никогда не просил деньги у родителей. Стал работать с четырнадцати лет и добился уже многого. Сам накопил на роскошную двухкомнатную квартиру и на свою машину Audi.
Многие девушки считают его бессердечным, или же бабником, поскольку после неудачных надежд и расставания, впадают в долгую депрессию, а потом все равно бегают за ним. Все считают, что всего добился только благодаря деньгам родителей, хотя даже не знают, что тот имеет с ним напряжённые отношения и живет один с шестнадцати лет.
Сам парень раним, но не показывает этого. Сильный, спортивный. Часто любит уединится и просто послушать музыку или почитать книгу, после тяжелого дня. А в отношениях был всегда холоден, лишь потому что считал, что те, кто был рядом не был достоин его. Они начинали встречаться только ради денег и его внешности.
Для себя очень давно решил, что полюбит только один раз и навсегда. Эта будет та, что достойна. Только одну единственную он будет готов любить, ухаживать за ней. Та, что будет похожа на него. Та, что будет верна и без вредных привычек. Хотя сам понимал, что таких точно нет.
Девушка сидела на парах, слушая речь преподавателя и записывая параллельно, что считала важным в тетрадь. Сидела за партой одна, но так было даже комфортнее. Ей очень нравилась ее учеба, но коллектив, в котором училась – нет. Эта пара была последняя и она подошла к концу.
Нургюль встала из-за своего места и положив тетрадь с пеналом в небольшой портфель, вышла из класса. Сегодня смена на работе до полуночи. Она успевала только дойти до места работы, не было времени перекусить и даже переодеться.
Рабочий день тоже подошёл к концу. Было тяжело, но она справилась. По крайней мере была одна радость: получила зарплату. Девушка взяла свой портфель и вышла из здания. Очень хотелось оказаться сейчас в кровати и накрывшись одеялом, погрузиться в сон. Она решила скоротать путь. Но там опасные гаражи и неосвещённая улица.
Усталость была сильнее. Она направилась по короткому пути. Шла очень медленно, притаив дыхание, ведь боялась, что кто-нибудь выйдет из поворота и набросится на нее.
Казалось, страшный участок дороги она уже миновала. Осталось пару гаражей, как послышались шаги. Она ускорилась, но почувствовала, как ее схватили за портфель. Она и крикнуть не успела, как тот зажал ей рот и скрутил, унося в один из гаражей.
Она почувствовала странный запах. Ее усадили на стул. Включился яркий свет и она зажмурилась. Привыкнув, осмотрелась. Находился в сыром гараже, а пахло гнилью. Посмотрела на трех похитителей. Тяжело было не узнать одногруппников.
– Что вы от меня хотите? – прикрикнула та. Один из парней снял с нее портфель. Открыл и стал рыскать в нем. Девушки задёргалась, но двое были сильнее и привязали ее руки к спинке стула, подойдя к своему «вождю».
Парень достал телефон. Он не был дорогим, один из самых дешевых. Тот передал своим товарищам, но он им даже не приглянулся. Кинули его куда-то в угол. Достали тетрадь. Знали, как это важно для нее, поэтому стали вырывать страницы и рвать их. Девушка закричала, понимая, что ее тяжелая работа сейчас будет уничтожена. Когда те полностью разорвали все листы, ее сердце кольнула боль. Нургюль замолчала, ожидая, что будет дальше. Достали деньги и ключи.
– Это уже получше. А теперь приступим к главному... – отправил деньги на столик и туда же портфель. Отвязал девушку и кинул на раскладушку. Она пыталась оттолкнуть его, но усталость и женская слабость давали о себе знать. Тот стал расстегивать свои джинсы и так же поступили его кенты. На глазах девушки появились слезы.
– Отпустите меня! Кто-нибудь, помогите! Помогите! – закричала она, всеми силами, упираясь одногруппнику в грудь.
Исмаил направлялся после тренировки к себе домой, мечтая о том же, что и Нургюль – отдохнуть. Шел мимо гаражей, так как этот пусть был для него самым коротким и он знал, что в случае чего может защитится.
Услышав женские крики, вздрогнул. Не капли не медля стал прислушиваться, откуда доносятся звуки. Вычислил гараж и направился к его входу. Сколько раз он слышал, что на этой улице находили то мертвых девушек, то изнасилованных.
Резко ворвавшись в гараж, бросил спортивную сумку на землю и направился на парней, которые налегали на одну девушку, оголив свои чертовы половые органы, а та всеми силами пыталась выкрутиться.
Исмаила раздирали злость и гнев. Он схватил первого за шиворот и оттащил толкнув к стене так, что тот ударился головой. Схватил его за грудки и коленом ударил в пах, потом еще раз и еще. Насильник не мог сдерживать криков боли.
Парень поступил точно так же с другими и когда они осели на землю, принялся колотить их ногами, стараясь попадать по больному месту.
– Хватит, больно! – заверещал один из них, но Исмаил ударил еще сильнее, попадая точно в цель.
– А ей не больно?! Та я лишу вас предметов, которые делает из вас «мужчин»! – еще раз ударил и отстранился. Он подошёл к Нургюль, которая все так же лежала на раскладушке, боясь пошевелиться, а из глаз произвольно катились слезы.
Она встала и направилась в тот угол, где находился телефон. Подняв экраном к себе увидела, что разбит. Попыталась включить, но тщетно. Он не исправлен. Она быстро сняла чехол и вытащила фотографию. Положила в карман и осела на землю, облокотившись о грязную стену гаража. По щекам все так же текли слезы.
Исмаил поднял ее и прижав к себе, понес к выходу, поднимая свою сумку. Девушка прижалась к нему, зарыдав, не в силах больше сдерживать в себе эту низость. Он лишь крепче прижал к себе, поглаживая по спине. Вынес на улицу.
Нургюль тяжело дышала. Слезы душили изнутри. Сейчас ей хотелось сквозь землю провалится. Душевное состояние было полностью разбитым. Она не знала, что это за мужчина, откуда он и куда несёт... Вдруг он один из этих?
Девушка почувствовала, как ее усадили на лавку. Они миновали опасный участок. Теперь везде горели фонари. Она посмотрела на своего спасителя. Он явно очень молод, на несколько лет может старше нее. На лице была небольшая щетина, а карии уставшие глаза полны гнева, который никак не мог успокоиться.
– Откуда ты такая? Что забыла в этом районе? – послышался тихий, довольно нежный бассовый голос. Он достал из сумки сухие салфетки и протянул ей. Она вытерла слезы и высморкалась.
– Я тут всего четыре месяца. Из Измира. Учусь в театральном, поступила на бюджет. – так же тихо, все еще надломленным голосом, проговорила та.
– А этих идиотов знаешь? – спросил он, подсев рядом на лавку. Она только сейчас заметила, насколько он высокий по сравнению с ней.
– Мои одногруппники. Они разбили телефон, порвали мои тетради, так еще и деньги с ключами забрали. А я сегодня зарплату получила... – тяжело вздохнула и упёрлась лицом в ладони. Он хотел поддержать и обнять ее, но не стал. Не хотел пугать. – Ладно, спасибо, что помог. Я пойду домой. Что-нибудь придумаю. – встала и медленно побрела в сторону общежития, до которого еще несколько кварталов.
Он смотрел в след уходящей девушке. Вот она уже почти скрылась за домом и он сорвался с лавочки, схватив сумку. Понимал, что у нее теперь ни ключей, ни денег. Быстро добежал до Нургюль и остановил ее, аккуратно взяв за предплечье.
– Ты не можешь пойти домой. У тебя нет ключей. И денег. – объяснился он и наконец остановился сам. Девушка укоризненно посмотрела на него.
– И что ты мне предлагаешь? Остаться тут и спать под лавочкой? Или пойти к тем, попросить раскладушку? Соседка по комнате откроет! – неудачно пошутила, хотя даже и не планировала, просто хотела, чтобы он отстал от нее.
– А если не откроет? Они ведь все такие? – пытался переубедить, хотя сам не понимал, что им движет,что так хочет помочь ей. Нургюль закатила глаза и уставилась на него.
– Слышишь, спасатель? Если ты спас меня от этих извергов, то это не значит, что можешь влезать, а тем более распоряжаться моей жизнью! Мог бы пройти мимо, они бы изнасиловали и убили меня! Проблем бы хоть не было! – подняла голос. Чувствовала, что если он еще что-нибудь скажет, то она закатит истерику и заплачет. Слишком долго все держит в себе. А вообще Нургюль была очень благодарна ему за спасение, если бы не он, то она упала бы духом и больше не встала.
– Успокойся, я всего-лишь хочу тебе помочь. Пошли ко мне? Я тебе помогу этот месяц до твоей зарплаты. – с надеждой посмотрела на нее, а та вскинула руку, показывая, что против.
– Я ни за что в жизни не пойду в гости к малознакомому человеку, это раз! Во-вторых, у тебя явно есть семья, девушка, возможно дети! Нет! Я всю жизнь сама себя обеспечивала и обеспечу! – стояла на своем. Исмаил терпеливо выдохнул и посмотрел ей в глаза. Та замерла, увидев пронзающий, глубокий взгляд.
– Я тебя не трону, меня можешь не бояться. И у меня нету ни семьи, ни жены, девушки, ни тем более детей. Я один живу. Пойдем. У меня хотя бы тепло и тараканов нету, как в общежитии.
– Если ты посмеешь меня тронуть, я тебе руки выкручу и не посмотрю, что ты старше, сильнее и выше меня! – сказала это и тот принял за согласие. Он стал двигаться к своему дому.
Нургюль прошла в роскошную квартиру из-за спины парня. Он включил свет. Девушка осмотрела коридор и приметила достаточно богатый интерьер. Явно в тысячу раз лучше, чем ее комнатка в общаге.
Он помог ей снять кожаную ветровку и повесил на вешалку. Девушка прошла в гостиную и ахнула от красоты, которую увидела. Окна были до самого пола и такая же стеклянная дверь ведущая на балкон. Они были прямо над проливом, почему она этого не поняла, когда шли?
– Это Босфор? А там в дали? Это Топ-Капы? – повернулась к нему, она улыбнулась. Она как будто впервые видит это все. Хотя так и было. Квартира находилась на тринадцатом этаже, поэтому открывался большой обзор на все.
– Да, Босфор и Топ-Капы. – ответил тот. Она улыбнулась, будто буквально пять минут назад не стояла с ним в лифте бок о бок, боясь идти к нему. Мало ли что? – Кстати, как тебя зовут? Мы так и не познакомились... – спросил он, подойдя ближе.
– Нургюль... Меня зовут Нургюль. Можно просто Нур. – подняла на него свой взгляд. Парень улыбнулся, услышав имя красавицы, которую только сейчас смог четко рассмотреть, ведь в квартире было очень светло.
– Я Исмаил. Можно Исо. Приятно познакомиться. – протянул ей руку и она вложила в нее свою миниатюрную и хрупкую, пожав. Девушка легко улыбнулась. – Ты можешь пойти в душ. А я приготовлю ужин быстро. Не против салата и риса с курицей? – перевел тему, начиная диалог.
– Нет, я голодна, поэтому не откажусь. Исмаил... У меня нет сменной одежды. – смущенно проговорила. Он провёл ее в свою гардеробную. Увидев большое количество одежды, она обомлела. Никогда у нее не было столько одежды. Два комплекта домашней и три деловой. Он протянул ей свою пижаму.
– Думаю тебе и рубашки достаточно будет... Она тебе ниже колена. – отдал верх своей пижамы. Все равно чаще всего он ходил только в штанах. Нургюль благодарно кивнула и прошла в ванную комнату. Уж где та находится, легко могла догадаться.
Девушка стояла в кабинке душа под теплой водой и размышляла: «Кто он такой? И что я здесь делаю? Как я могла так слепо ему довериться и пойти в первый же час знакомства домой?! Никогда никому нельзя доверять, Нургюль! Нельзя! Разве не этому тебя учили родители?»
Вспомнив родителей, Нур загрустила. Тут же отбросила все мысли, продолжая мыться. Теплая вода окутывала тело, но ей все равно было холодно. Посмотрела на руку и увидела синяк. Видимо, когда ее держали, крепко схватили за руки.
Вышла только минут через двадцать, пытаясь согреться. Как он и говорил, рубашка была ей очень длинна. Она расплела косу, с которой мылась, чтобы не намочить волосы.
Вышла и почувствовала запах еды. Прошла на кухню и улыбнулась, увидев, как парень старательно нарезал салат. Девушка подошла ближе и села на стул.
– Тебе помочь? – спросила та. Тот лишь отрицательно покачал головой. Его мысли были забиты ею. Он тоже не понимал, как мог привести незнакомую девушку к себе в дом, когда раньше наоборот пытался избежать лишних свиданий.
– Ты как? Все хорошо? – поднял на нее свои карие глаза и взгляды снова встретились. На ее лице была легкая улыбка. А он завороженно смотрел на мягкие черты лица: выделяющиеся скулы, пышные розовые губы, длинные ресницы, а самое главное зелено-голубые выразительные глаза.
– Все хорошо. Спасибо за прием. – проговорила та, оторвав взгляд. Она взглянула на нож в его руке. Тот продолжал нарезать овощи, смотря на нее. Девушка увидела, как острый предмет стремительно приближается к пальцам. – Исмаил! – прикрикнула та и накрыла его руку, в которой был нож своей, спасая от пореза. Тот вздрогнул.
– Спасибо. Я... Я засмотрелся. – продолжил резать, только уже более сосредоточеней. Девушка осталась наблюдать.
Ужин прошел в молчании. Она лишь была счастлива, что ест вкусную еду и сидит в тепле, так как в общаге еще не дали отопления и было холодно. Парень изредка посматривал на нее, а когда чувствовал, что она сейчас тоже поднимет взгляд, опускал свой.
После трапезы, Исмаил пошел в свою комнату, чтобы застелить кровать. Нургюль помогла ему в этом. Не просто же ей находится в этом доме на халяву.
– Ты будешь спать здесь, а я в гостиной. Отговорки не принимаются. – увидел, что хотела возразить. Нур села на кровать, укрывая ноги одеялом.
– Исмаил... Разбуди меня завтра в семь. Надо все таки успеть на пары. – проговорила та. Положила голову на мягкую подушку в белой наволочке.
– Ты завтра не пойдешь на пары. Отдохни. И я завтра не пойду. Сходим кое-куда. Не волнуйся, если надо я напишу объяснительную от «родителей». – улыбнулся. Но она не разделила его радость. Он упомянул о родителях и та опустила глаза в пол.
Парень понял, что сказал что-то не то. Он подошёл ближе и сел рядом. Взял ее руку в свою. Девушка подняла на него свой грустный и уставший взгляд.
– Что-то не так? – озабоченно спросил он. Нур лишь шмыгнула носом. Исмаил осмелился дотронулся своей ладонью её лица.
– Все нормально, не бери в голову... Спасибо за все, спокойной ночи. – сказала та и отвернулась. Он был удивлен такой переменой настроения.
Он лег на диван, который не стал расстилать. Накрылся пледом и погрузился в свои размышления о Нур.