Глава 8
Кромешную темноту прервал хохот Эриды. Тьма начала расступаться и путникам представился образ высокой женщины, которая буквально парила по каменному полу. Ловким движением руки она стряхнула с такого же каменного трона развалившийся, как на диване, скелет, и уселась на его место. Орм озадаченно наблюдал за этой картиной, Кот с некоторым снисхождением, а Анна просто прикрывала собой кучку напуганных зверушек.
– Так, так, так, – протянула богиня, – вы посмотрите, кто это у нас в гостях... Довольно нагло с вашей стороны так бесцеремонно заявиться в мои владения.
– Что-то ты не похожа на снежную королеву, – язвительно ответил Орм, – Скорее...
– Да неужели? – с улыбкой перебила его Эрида и дунула на ладонь. С нее сорвалась кучка песка. Тролль закашлялся, когда несколько песчинок залетело ему в глаз.
– Именно, – потирая глаза, ответил Орм, – Снежная Королева молодая эффектная женщина, а из тебя, вон, песок сыпется!
Из груди богини вновь вырвался смешок, на этот раз чуть сдавленный. Через секунду он повторился. Затем ещё. И ещё. И вот Эрида предстала перед путниками во всей своей безумной красе. Внезапно довольно продолжительный смех властительницы хаоса прервал тихий шелест чьих-то лап. Анна в ужасе опустилась на каменный пол, завидев огромного черного льва, на суставах которого красовались звезды. Зверь подошел к богине и уткнулся мордой ей в ухо. Рука Эриды в ответ почесала ему шею и сюсюкающим голосом произнесла:
– Да что ты говоришь, булочка моя? Говоришь, туша на берегу валяется? – В ответ животное мурчало и всячески подставлялось под нежные руки хозяйки. – А что же ты, Масик? Кушать не хочешь?
– Мне всё... это... снится... – медленно проговорила Анна, наблюдая за громадным зверем, который уже вовсю перекатывался с боку на бок, как очень большой довольный кот.
– Пф! Масик! – Скептически вздернул нос Орм.
– А вы зря смеетесь, товарищ, – обратился к нему Кот Ученый, – ко мне однажды пришли с претензиями, мол, им вместо хомячка медведя продали. А ведь я предупреждал, что хомячков таких размеров не бывает! Вот, видимо, тоже хомячка купила...
Через непродолжительное время ласк и сюсюканий Эриды с ее львом под ноги перепуганной Анны шлепнулось бездыханное тело Лебедя Гусевича. Девушка, и без того нервно покачивающаяся на каменном полу, обхватив колени руками, занервничала еще сильнее. Вскрикнув, она вскочила на ноги, и в следующее мгновение оказалась на спине Орма, обвив мохнатый корпус тролля всеми своими конечностями, начиная от ног, обутых в миниатюрные черные сапожки с загнутыми носами, и заканчивая рыжими косами. Кот озадаченно взглянул на место, откуда только что переместилась девушка, заметил птицу и, напялив очки, подошел изучить ее поближе. За ним последовали Заяц и Белка. Последняя попробовала аккуратно открыть Лебедю глаза, в то время как Заяц бесцеремонно уже замахивался лапкой для пинка бездыханной туши. Учёный же, ощупав эту самую тушу на наличие повреждений, поднял её с каменного пола и продолжил осмотр на весу. Ушастый, чья лапка не встретила сопротивления в виде птичьего тела, неуклюже распластался на камне, рядом с тем местом, где до этого лежал Лебедь Гусевич. Лута, заинтересовавшись мурлыканьем Кота, шустро сменила плечо Орма на плечо Учёного.
– Э-е-ей! – рванулся вперед тролль, – Лута! А ну..! – пригрозил он, заметив, как ласка обнюхивает тушу на лапах Кота, – Мы падаль не едим!
– Какая я вам падаль?! – со всем возможным своим возмущением вскрикнул Лебедь Гусевич, резко выпрямив до того расслабленную шею.
От неожиданности Кот Учёный пошатнулся и выронил птицу из лап. Уже дышащее тело с характерным гаком шмякнулось на каменный пол.
– Матроскин! Что ж ты такой криволапый! – на секунду выйдя из образа умирающего лебедя, сердито воскликнуло оно.
Анна еще крепче ухватилась за Орма, а тот в свою очередь осыпал оживший труп кучкой непристойных ругательств. Белка, ничуть не растерявшись, зарядила Лебедю шишкой в глаз, а Заяц уже был готов свернуть длинную лебединую шею, как тут послышался громкий хруст, а затем и львиное рычание, не предвещающее ничего доброго. Взоры всех присутствующих переметнулись в сторону каменного трона. Из рук Эриды кучкой песка просыпалась раздавленная шишка. Орм нервно сглотнул. Лев неторопливой поступью двинулся к невольным гостям царства хаоса. Анна от переизбытка чувств ослабила хватку и бездыханной тряпкой сползла со спины тролля. Открыв глаза, она увидела перед собой голову Лебедя Гусевича.
– Они идут, – прохрипел он.
– Кто они?
– Головорезы!
– Кто?! – девушка начала приходить в себя.
– Им нужна помощь, – казалось, в полубреду отвечал Лебедь.
***
– Ну ладно, ребятки, шутки в сторону, – посерьёзнел Аид, – вижу, у вас тут проблемка... Был бы адски благодарен, если бы вы помогли мне с одной... эм... деталью. Скажем, услуга за услугу.
– И что ты можешь нам предложить, синячок? – гоготнул генералиссимус Сальваторе.
– Вы отправляетесь к?..
– Богине кабздеца! – рявкнул Малфой у самого уха Аида.
– Умничка, – прочищая мизинцем заложенное ухо, сказал бог, – всё верно. Сто баллов Гриффиндору!
– Но я не гриффиндорец... – обескураженно заявил Драко.
– Не важно! Так вот, – Аид хлопнул в ладоши. – Вам не хочется связываться с Персефоной, мне не хочется связываться с Персефоной. Поможем друг другу. Я помогу вам добраться до Эриды. Вы делаете так, чтобы она перестала швыряться в меня своими пузырями и дала хотя бы объясниться. Вы отправляетесь по домам, я получаю женское признание. Все живы, все счастливы. Ну как?
– Она может отправить нас домой? Сейчас заплачу... – хлюпнул носом Дин.
– Пожалуйста, не стесняйся, – снисходительно ответил ему Аид.
– Ладно, по рукам. Черт с тобой, – махнул рукой Деймон.
– Черт в отпуске, – буркнул Боль, отжимая хвост от воды.
– Не важно!
От такого грозного рыка Боль инстинктивно вжал голову в шею, не желая вновь оказаться за бортом. Аид лучезарно улыбнулся, щелкнул пальцами, и синий туман начал обволакивать обездвиженное судно. Когда он стал достаточно плотным, что целиком закрыл собой "Крокозябру", подул ветер, и сгусток тумана, бывший посреди спокойных водных просторов перед вратами хаоса, развеялся вместе с кораблём.
***
Словно услышав волшебное слово, принцесса Эренделла поднялась на ноги и решительно направилась навстречу зверю. Эрида, заметив это, снисходительно окинула девушку взглядом. Воодушевленные примером Анны, за ней направились зверята. Совсем осмелев, Белка, оттолкнувшись от Зайца, затем и от Анны, скакнула прямиком на льва и начала отплясывать на загривке одной только ей понятные танцы. Зверь, явно этим не довольный, рыкнул и тряхнул всем телом, будто бы только что вылез из воды. Выросшая рядом богиня лёгким движением сняла назойливого грызуна со своего питомца. Белка, которую взяли за шкирку, грозно исполняла боксёрские движения крохотными лапками. Эрида пренебрежительно швырнула её прочь. Анна инстинктивно увернулась от летящего тела, которое в следующую секунду поймал Орм.
– Эй! – вскрикнула девушка, – Очень некрасиво бросаться зверьми! – процедила она, закатывая рукава и ещё решительнее направляясь в сторону не гостеприимных хозяев неизвестного места.
– Пф, деточка, брось этот свой пафос, меня сейчас стошнит...
– Я бы подержал вам волосы, – вступился Орм, – вот только вы что-то не совсем держите себя в форме, – наблюдая за тем, как и тело, и волосы Эриды живут своей парящей жизнью, усмехнулся тролль.
Чуя, что запахло жаренным, Лебедь Гусевич поспешил ретироваться, предварительно убедившись, что внимание больше к нему не приковано. Стоило добраться до окна, как путь ему преградили Заяц и Белка, которые грозно помахивали один – морковкой, вторая – шишкой. Лебедь было попятился назад, но уперся в грозную фигуру Луты, потиравшей свои мохнатые кулачки. Пушистики ловко развернули его к обратно окну и, толкнув птицу в бездну, прыгнули следом.
***
Массивный корпус "Крокозябры" почти наполовину зарылся в песок. По трапу неровным строем спускалась кучка головорезов, отобранных Эридой, полиция Зверополиса и не весть кто ещё, присоединившийся к ним по пути. Синдбад с лёгкой ностальгией оглядывал песчаные просторы, стоя на вершине песчаного холма.
– А ты не говорил, что Тартар это Сахара, – задумчиво произнес Питер, стоявший неподалёку.
– Нет, малыш, – Мореход шагнул вниз и съехал с песчаной насыпи, – Это в сто раз хуже Сахары. Дальше идем пешком! – громогласно заявил моряк и двинулся вперед, глубоко проваливаясь в песок при каждом шаге.
– Наташа... – слегка растерянно произнес Кузя.
– Нет, – отрезала Черная Вдова, так и продолжив невозмутимо стоять, скрестив руки на груди.
– Не упрямься, Нат, – хлопнул её по плечу Бартон, – Путь предстоит долгий, – и он двинулся вслед за Синдбадом.
Романофф, скривившись, посмотрела на домового. Кузя вытряхивал из своих лаптей песок.
– Ой, да чёрт бы тебя побрал! – одним движением усадила домовёнка себе на плечо, перед этим отряхнув того от песка. Следующее, что девушка почувствовала, было лёгкое покалывание в районе колена.
– П-прошу п-прощения, – послышалось неуверенное блеяние Паники, – но Чёрт прос... А! П-понял! Понял! – сразу отступил бес, завидев острие клинка, направленное Наташей куда-то вниз.
Не успели путешественники отойти от корабля, как кто-то из особо зорких их представителей заметил на горизонте стремительно приближающуюся белую точку. По мере того, как она росла в размерах, проявлялись и более чёткие очертания её фигуры. Точнее фигур. Белая, самая большая, оказалась птицей, верхом на которой были еще три поменьше. С их стороны доносились всяческие вскрикивания, протесты и обещания показать обидчикам, где зимуют раки. Спустя какое-то время вся эта живая конструкция шлёпнулась на песок, прямо под ноги командору Сальваторе. Заметив Лебедя Гусевича, Деймон тут же напал с расспросами о стратегически важной информации, за которой первого и посылали. Лебедь же не сразу пришел в себя, и первое время, не слыша слов командора, просто пытался отдышаться и откашляться от песка. Заяц с Белкой ретировались почти сразу же после приземления, а Лута посчитала своим долгом ещё немного потоптаться по многострадальному телу птицы. Казалось, его достоинство куда-то испарилось вместе с его клетчатой кепкой таксиста.
Спустя непродолжительное время, повествование Лебедя Гусевича всё-таки было услышано путешественниками. В воздухе повисло задумчивое молчание. Команда терпеливо ждала жирной точки в сбивчивом рассказе птицы.
– Единственное, что дарит этой сумасшедшей удовольствие, это хаос. Много хаоса!
– Я же говорил, её нечем шантажировать! – пнул кучку песка Синдбад.
– Эврика! – вскрикнула Джуди, – Раз ей нравится хаос, значит ей не понравится его отсутствие! Вот её слабое место!
– Всё-таки шантаж! – самодовольно ухмыльнулся Сальваторе. Мореход закатил глаза, – Да ладно тебе, пташка, – дружески приобнял его Деймон.
– Ни один закат на свете не сравнится с закатом твоих глаз, – как можно более соблазнительным голосом пропел Эдвард, заметив, как моряк демонстративно скривил рожу.
– Таки чего? – растолкав всех по дороге, вылез вперед Питер Паркер, – Как вы собираетесь избавиться от хаоса посреди пустыни?
– Предоставь это мне, – пафосно шагнула вперед Рапунцель, тряхнув волосами и махнув сковородкой. Посудина звучно впечаталась в затылок Паркера.
– Эй! – вскрикнул юноша, не ожидав такой подлянки, – Заберите оружие у этой ненормальной!
– Если-и у-утро-ом дети умываются... – златовласка, проигнорировав всех, зашагала вперед, напевая под нос песенку из "Маши и Медведя".
Подхватив мотив, за ней двинулась Моана. Лука, не желая казаться бесполезным, стал подыгрывать на гитаре. Тони Старк скептически проводил взглядом девушек, которые понемногу стали перетаскивать песок из одной естественной кучи в другую. На помощь новоявленным Золушкам охотно кинулся Долгопупс в сопровождении нескольких поклонниц, прихватив из трюма "Крокозябры" швабры, мётлы и совки с лопатами.
– М-да, пылесосом было бы явно быстрее, – безо всякого энтузиазма прокомментировал Питер Паркер.
– Тут нужны нереальные мощности, – с показным сожалением цокнул Старк, – иначе до пенсии не управимся.
– В твоем случае, ждать недолго осталось, – усмехнулся Капитан Америка.
– Чья бы корова мычала, Роджерс!
– Где нам найти твой супер-мощный пылесос, гений инженерной мысли? – Поглядывая на кружку из-под пива, спросил Тор, – Не из электрической же зубной щётки ты его собрать намереваешься?
Наташа, стоявшая неподалеку, усмехнулась, наблюдая за тем, как Старк смерил бога пренебрежительным взглядом. Конфликт не успел разгореться, как пивная кружка перестала быть пустой. По спинам потянуло сквозняком, и, обернувшись, Мстители увидели, как из портала степенно вышли Стивен Стрэндж и Вонг. Домовенок Кузя, сидевший на плече Романофф, нацелился лаптем во второго, поскольку расценил шансы попасть в него как более высокие.
– Тихо, малец, свои, – буркнула Наташа, – Доктор пафос собственной персоной!
– Эффектное появление, – согласился Тони Старк, – Стивен! Нам нужен пылесос!
За кучей песка, которую уже успели нагрести Рапунцель и компания, разгоралась нешуточная битва между хогвартскими студентами.
– Это в пользу дела, кучерявая твоя башка! – распалялся Малфой.
– Да ты знаешь, сколько она стоит?! – отвечал возмущенный девичий голос.
– Гермиона, я тебе новую куплю! – вступился Рон.
– Да на какие шиши? У тебя денег даже на компот из столовой нет! – Заверещала девушка и вырвала из рук Драко свою сумку. Тот, сердито сопя, выхватил из-за пояса свою волшебную палочку и направил на Гермиону. Та прижала заветную вещицу крепче к груди.
– Отдай мешок, женщина, – процедил юноша, – туда знаешь, сколько песка поместится! Считаю до трёх...
Не успев досчитать даже до двух, Драко оказался на земле. На него сверху наваливался Рон, мгновение назад кинувшийся с лопатой наперевес и яростным криком "Не тронь её!" на устах. Достаточно извазюкавшись в пыли и песке, оба, потрепанные, вскочили на ноги, утирая пот со лба. Взгляд Рона упал на результат борьбы: в руках его красовался обломок черенка, а в руках товарища такой же, но со штыком самой лопаты. Повисла напряженная пауза. Драко, убедившись, что на него никто не собирается нападать, приблизился к Уизли. Рядом уже стоял Гарри. Гермиона предпочитала наблюдать за немой сценой с безопасного расстояния.
– Как? – растерянно спросил Рон.
– Как говорила моя бабушка, попой об косяк! – гыкнул Малфой. – Хотя, в данной ситуации, не сказал бы, что об косяк. – Грейнджер закатила глаза. Парни ухмылку товарища проигнорировали.
– Где я возьму ещё одну лопату?
– Как говорила моя бабушка, в...
– Малфой! – пихнул его в бок Гарри, – Не дрейфь, – обратился он к Рону, – наколдуем!
Юноша со скепсисом отнесся к клятвенному заверению и брезгливо откинул кусок дерева. Малфой последовал его примеру. Поттер демонстративно скорчил обиженную гримасу. Гермиона, наблюдая за этим, немного ослабила хватку, чем не преминул воспользоваться Драко, выхватив торбу из её рук. Очередной возглас девушки разнесся над песками. Работа закипела. Всюду слышались крики, ругань, скрежет песка о лопаты и мётлы. У одной из обшарпанных колонн Рапунцель в задумчивости остановилась. Провела по ней рукой. На пальцах осталось неприятное ощущение грязи. Недолго думая, девушка начала полировать камень щёткой.
Эдвард Каллен пристроил свою неизменную камеру на одном из каменных выступов и, убедившись, что в кадр попадает ближайшая колонна, нажал на запись, и пошел к ней.
– Вы спросите меня, – манерным голосом обратился он к камере, – "Эдвард, как у тебя получается все такое чистое?", – юноша провел рукой по начищенной поверхности колонны, – Ответ прост, – голос стал немного ниже, – я пользуюсь лаской! – с этими словами он жестом фокусника достал из-за кадра Луту и, пока та не опомнилась, начал натирать пушистым тельцем каменную поверхность.
– Ты что творишь, имбицил накрашенный?! – прервал кинематографическую самодеятельность Синдбад. Эдвард, чуя, что запахло жаренным, отбросил зверюшку, – Я сейчас с такой лаской тебе рожу натру!
– Отставить натирание рож! – рявкнул Сальваторе, неслышно подошедший к буяняшей парочке, – По какому это праву ты смеешь оскорблять моего подчиненного? – зыркнул он на моряка. Каллен приосанился. – Эту тряпку полоскать могу только я, – громогласно заявил вампир, и Эдвард тут же сник. Лута, приземлившаяся неподалеку, победно оскалилась, – Ты тоже марш отсюда, хорёк белобрысый!
Тор неспешно прохаживался средь оперативно работающих тряпками, мётлами и лопатами товарищей по несчастью. Так же неторопливо поднес кружку ко рту, и тут взгляд его зацепился за Белку, что деловито прогуливалась меж каменных руин. Бог замер. Так и не сделав глоток, он отодвинул кружку от себя, чтобы поочередно посмотреть сначала на нее, затем на зверёныша. Заметив интерес к своей персоне, пушистик повернулся к Тору и стал так же внимательно его изучать.
– Ты тоже со мной разговаривать будешь? – обратился он к Белке. Та признаков речи не подавала.
Асгардец устало потер переносицу. Открыв зажмуренные глаза, он увидел, как рядом с Белкой уже тусовался Заяц. Обескураженно мужчина вновь взглянул на кружку, где все еще оставалось немного пива, и вернул взгляд на источник сомнений в своей собственной трезвости.
– Да ну не, – заверил он сам себя, – Пойди прочь, глюк зловонный!
Тор сердито махнул кружкой в сторону зверей. Белка грозно уткнула лапки в боки, скорчив гримасу, мол, не зловонные мы, и следующим движением метнула в обидчика шишку. От неожиданности мужчина отшатнулся назад, когда снаряд прилетел ему точно в переносицу, и приземлился на так кстати стоявшее позади каменное кресло.
– Ох, – опешил он, – не глюки, и то хорошо, – успокоившись, отхлебнул еще пива, – но помыться вам всё же стоит! – сделав короткую паузу, чтоб посмаковать напиток, довершил бог, за что получил второй шишкой, на этот раз в глаз. – Да почему все пытаются меня сделать похожим на отца?!
Работа мало-помалу продолжалась, и орда путешественников постепенно продвигалась вперед, оставляя за собой пустынные, до блеска начищенные каменные руины. Уставшие, голодные, но подбадриваемые задорными песнями в исполнении Рапунцель и Моаны, они неумолимо приближались к заветной цели – дворцу властительницы хаоса.