Часть 62
Страх неизвестности. Я так давно его не чувствовала...Но сегодня, после встречи с человеком из прошлого, он буквально сковал меня. Чем это обернётся и обернётся ли вообще хоть чем-то? Или, быть может, я всё себе нафантазировала? Прошло почти пять лет...неужели можно пронести хоть какие-то чувства через все эти годы?
Мысли не давали покоя, не давали удобно лечь и крепко заснуть, не давали даже устать, наоборот, они придавали тонус. Я перевернулась на другой бок, убрала со лба влажные пряди волос и стала смотреть в темноту. Сердце беспокойно билось в груди, и этот звук в тишине звучал молотом по наковальне.
Интересно, что он сейчас делает?
Я усмехнулась. Скорее всего, обнимает Людочку во сне.
Кто бы мог подумать...Бывают ли в жизни такие совпадения? Наверное, бывают, ведь я сильно сомневаюсь, что Игорь стал бы меня искать. Он совсем не из таких. Ведь он сам меня тогда отпустил...
Я до боли вонзилась ногтями в подушку и поморщилась от нахлынувших воспоминаний. Я помнила всё, просто не вспоминала, не позволяла напоминать самой себе об ошибки, возможно, всей моей жизни.
В очередной раз беспокойно перевернувшись, я услышала вибрацию телефона. Кому я нужна в такой час?
- Да? - не взглянув на номер, ответила я.
- Разбудил? - от удивления я подпрыгнула на кровати и буквально почувствовала, как резко расширились мои глаза. От этого знакомого, но всё же не такого, как прежде, голоса всё тело покрылось мурашками.
- Нет, - вздохнула я, прикрыв глаза. Бессмысленно было задавать себе вопросы. Почему он звонит? Зачем ему это надо? Я прекрасно знала, что не получу на них ответы. Уверена, Игорь и сам не знал, зачем узнал или посмотрел в телефоне Людочки мой номер...Я была более чем уверена, что сейчас на экране моего мобильника отражается незнакомый номер. Но я не смела убрать телефон от уха, боясь, что связь порвётся, что больше не услышу его голос...
- Мне тоже не спится, - отрешенно произнёс Игорь.
- Почему? - кто бы мог подумать, что наш телефонный разговор спустя такое количество времени будет таким пустым и незначительным? Хотя, чего ещё ожидать? На самом деле, его и не должно было быть...Зачем ворошить прошлое, которое мы оба выбросили как ненужный хлам. По крайней мере, я пыталась выбросить.
- Потому что, чёрт побери, хотел услышать твой голос, - слишком проникновенным и раздражённым голосом произнёс парень. Я с ужасом осознала, что по телу от его тембра пробежала волна возбуждения. Плотнее закутившись в одеяло, я попыталась прогнать мурашки, но моё тело было напряжено, а нервы, казалось, оголены.
- Наслушался? - прозвучало грубовато. Но разве я обязана с ним любезничать? Да, стоило бы давным-давно позабыть все обиды и стать равнодушной, но увы, стоило его встретить, как стало понятно, что старая рана так и не зажила, да и отголоски былых чувств ещё ощутимо бьются в груди.
- Ты изменилась и вместе с тем осталась прежней, - хмыкнул он одобрительно. Я поморщилась. Его одобрение...А разве оно мне теперь нужно?
- Думаю, за пять лет так или иначе изменится любой человек, - сухо ответила я.
- Ты изменилась ещё тогда. В тот вечер. - это был удар ниже пояса. - До сих пор помню твои глаза...В них было смирение. Словно ты всегда ждала от меня удара в спину. Скажи, я был настолько плох, что ты всегда думала, будто бы я тебя рано или поздно предам?
- Увы, нет. Но стоило бы, учитывая, что всё так и произошло, - этот разговор уже не раздражал как назойливая муха, он причинял боль. - Так вот зачем ты звонишь, чтобы поиздеваться? Что ж, это вполне в духе наших с тобой взаимоотношений. По крайней мере, до начала того фарса, который именовался романом.
Игорь замолчал, обдумывая мои слова или, быть может, просто не находя что сказать.
- Я же сказал, что звоню, чтобы всего лишь услышать твой голос. Женщины...вы всегда копаете слишком глубоко.
- Действительно, - произнесла я едко. - Ты не любишь когда в тебе копаются слишком глубоко...Потому что если разобраться, за прелестной мордашкой таится лёд и психологическая травма. Ты всегда был всего лишь сломанным мальчишкой...Им, я вижу, ты и остался, - наверное, было несправедливо говорить с ним об отношении его собственного отца, но я была раздосадована. Лучшая защита - это нападение. Лишь бы он не продолжал, лишь бы сердце в груди не продолжало ныть.
- Удивительно, но когда ты раскопала всё это, тебя это совсем не отпугнуло. Может, это была судьба, которую я так опрометчиво оттолкнул собственными руками? - он определенно издевался.
- Глупо верить в судьбу. Мы сами себе хозяева.
- Нееет, - протянул он насмешливо, - Нами командует голос сердца. Будь на то твоя воля, сейчас бы ты не испытывала боли и не сердилась из-за этого. Но твоё сердце болит, когда ты слышишь мой голос и то, что я говорю. Ты можешь отрицать, но я всё ещё тебя знаю. Так сильно измениться ты не смогла.
- Ты тоже не изменился. Утверждаешь, что мне больно тебя слушать, и, зная это, ты всё равно позвонил. Как всегда очень эгоистично, Верховцев. В твоём стиле.
- Тут ты права, я больше руководствуюсь своими собственными желаниями, нежели чужими....Поэтому сейчас ты выйдешь из подъезда и сядешь в иномарку с номером 407.
Из меня словно вышибло весь воздух. Да что он себе позволяет? От возмущения я даже не знала, что сказать. Я лишь открывала и закрывала рот.
- Да как ты смеешь...И вообще, как ты нашёл меня?
- Поверь, в современном мире найти человека, зная его имя и фамилию очень просто. Через десять минут ты выйдешь. Я жду, - и он бессовестно повесил трубку.
- Разумеется, нет! Кретин! - рявкнула я на телефон, давно разъединивший меня с Игорем.
Минуту я в ступоре сидела в постели. Как он вообще мог предположить, что я выйду к нему? Разве мне нужно его общество? Какой вздор! Я обратно легка в постель, но стоило моей голове коснуться подушки, как я поняла - после такого предложения о сне можно забыть. И чувствуя себя последним ничтожеством, я быстро переоделась в спортивный костюм, умылась и, надев куртку, вышла из квартиры.
На улице было холодно. Ветер тут же забрался под куртку холодными руками и по спине поползли мурашки. Вздрогнув, я плотнее запахнула куртку и стала оглядываться. Волосы то и дело закрывали обзор, и я раздражённо откидывала их назад. Наконец, я увидела машину с нужным номером. Сердце снова подскочило, но я знала, что лицо моё абсолютно равнодушно. Гордо вскинув голову, я двинулась к тонированному до черноты авто. Было трудно узнать, сидит ли в нём кто-то или нет. Распахнув дверь, я увидела его...Верховцев не смотрел на меня, его красивые пальцы сжимали руль и он смотрел в никуда.
- Что ты хотел?
- Сядь и закрой за собой дверь, - строгим голосом сказал он. Раздражённо фыркнув, я села в машину. В нос мне тут же ударила смесь запахов: сигарет, парфюма и чего-то сладкого.
Верховцев завёл машину.
- Куда ты собрался ехать? - получилось несколько испуганно. Его губы изогнулись в полуулыбке, и я только сейчас поняла, что он стал ещё красивее. От такой красоты могло перехватить дыхание, такая красота могла похитить сердце любой девушки при первом же взгляде. Уверена, с Людочкой приключилось как раз это.
- Разве важно? - спросил он, выезжая на дорогу. Редкие машины мелькали вдоль дороги, поэтому Игорь без труда стал набирать скорость.
- Вижу, ты всё такой же бешеный водитель, - усмехнулась я, глядя на свои чуть дрожащие руки. Внутри у меня был какой-то холод. Зачем я вообще вышла? Хотя, ответ вполне очевиден...Я бы снова не отказалась его увидеть, посмотреть на него. Оказывается, я не выбросила прошлое как ненужный хлам, а спрятала его в дальнем ящике. И вот, он снова появился в моей жизни, и прошлое с радостью расположилось на первом плане. Теперь, кажется, все, что было после него, стало прошлым.
- Этого у меня не отнять. Так значит, ты встречаешься с тем самым Артёмом? Что ж, он мне никогда не нравился...
- А мне он нравится, даже очень, - заявила я. Игорь неожиданно затормозил и машину резко начало заносить в повороте. Выкрутив руль, Верховцев вошёл в поворот, едва не снеся знак. Я даже не вскрикнула, но с отчаяньем вцепилась в...его руку. Мои пальцы до боли, наверное, даже до синяков, сжали его плечо.
- Идиот! - выкрикнула я, с трудом отнимая онемевшие пальцы. Мы уже ехали дальше, как ни в чём не бывало.
- Оскорбления из твоих уст звучат всё так же сладко, - мягко произнёс он, бросив на меня чуть потеплевший взгляд. Я тут же сжалась в комочек и прижалась боком к двери, стараясь сократить между нами расстояние. - Теперь я уже с трудом могу сказать, что ты у меня ещё совсем девочка...- это так резало по ушам, что я едва справилась с порывом заткнуть их.
- Мне не нравится происходящее...- хмуро заметила я. - Отвези меня домой.
- Я знаю, что ты этого не хочешь.
- Ах да, забыла, ты эгоист. И, несмотря на то, что ты знаешь, что мне это не понравится, ты всё равно сделаешь всё по-своему. Так просто это забыть, когда не видишь человека пять долгих и счастливых лет.
- Таких ли счастливых?
- Не видеть тебя вот для меня истинное счастье, - я чуть передёрнула плечами. - Когда...тебя предают дорогие тебе люди, лучшее из всего - больше никогда не увидеть их лиц. Одно дело позволять себе думать о них, рисовать их образ у себя в голове...А другое дело, когда они снова появляются в твоей жизни и служат напоминанием о той боли, что когда-то тебе причинили, той боли, отголоски которой всегда будут с тобой. - я слабо усмехнулась. - И зачем я тебе всё это рассказываю? Ты же эгоист и тебе плевать. Увидел старую игрушку и решил снова поиграть. Ностальгия, да?
- Старую и самую любимую игрушку, - отстранённо и хрипло заметил Игорь, вызвав у меня дрожь. Я до боли сжала ладони в кулаки, надеясь, что эта слабая боль хоть немного поможет мне прийти в себя. Атмосфера в этой машине угнетала меня, гнев смешался с другими чувствами, и мне казалось, что я сейчас взорвусь от переизбытка эмоций.
- Мне так приятно, что я была самой любимой из твоих игрушек. Это такая честь...Ах, знай это сейчас все девчонки тех лет из университета, просто бы удавились от зависти! - раздражённо сказала я.
- Я задеваю тебя за живое, Саша...Просто мне хочется видеть по отношению к себе хоть какие-то эмоции. Ты такая холодная. Словно замерла, - мы стоили на светофоре и его глаза лениво скользили по моему лицу, заставляя чувствовать себя неуютно. - Я не могу позволить тебе оставаться ко мне равнодушной, - хрипло проговорил он, склонившись ближе, правой рукой он потянулся к моему лицу, а я следила за ней как заворожённая. Наконец, его пальцы коснулись моих волос и чуть погладили их. - Такие же мягкие, какими я их помню...- неожиданно его рука опустилась мне на плечо и даже через ткань курки я почувствовала тепло и ощутимый разряд.
- Престань...- поморщилась я.
- Я тебе так противен? - мы уже ехали дальше, и я знала, что до следующего светофора я буду в относительной безопасности. Хотя смогу ли я сама сдержаться? Мне хотелось тоже коснуться его, вспомнить, какова наощупь его кожа, такими же остались его губы...
- Ты потерял право ТАК касаться меня в тот знаменательный вечер, - мрачно ответила я, смотря на его профиль. Он выглядел равнодушным и безучастным. Для него и сейчас всё это было игрой, ему нравилось доводить меня и он знал всё это. Проклятый эгоист.
- Это право я не потеряю никогда, - его холодные глаза посмотрели в мои глаза. - Ты моя.
У меня пересохло во рту, а сердце гулом билось в висках.
- Т-твоя? - и тут я рассмеялась. Истерически рассмеялась. Лучше так, чем плакать и показывать ему, насколько он меня дезориентировал. То хрупкое равновесие, которое я выстраивала внутри себя всё это время, тут же превратилось в беспорядочных хаос эмоций и чувств.
- Звучит, пожалуй, несколько странно...После такого количества времени...Но я вижу, знаю, что ты до сих пор моя. Никто и никогда не сможет заставить тебя так же воспринимать себя, ты никогда так никого не полюбишь, а главное, никогда и никого так не возненавидишь и не простишь. Я вижу, знаю, что ты меня простила...Дело в другом, ты не забудешь. Ты просто помнишь ту боль, а не испытываешь её. А ведь меня...меня ты до сих пор и помнишь и чувствуешь. В каждом твоём движении я вижу, как тебя тянет ко мне и как ты упорно отодвигаешься назад. Поверь, если когда-то человек отдался тебе всецело, ты знаешь его наизусть. На уровне интуиции, но знаешь. И я помню все эти жесты, Саша...Я знаю, что тебя тянет ко мне. Особенно сильно, потому что ты считаешь, что это невозможно...Я так с тобой поступил, но ты всё равно меня хочешь. И это так сладко, хотеть того, что унизит тебя. Ты любишь боль.