Самоуверенная лесбиянка. (18+) [ЗАВЕРШЁН]

— Ладно, ты, как всегда, права, — согласилась Ким. — Но… я и тебе не могу доверять…

Лиса улыбнулась, но на этот раз на её лице не было и следа обычной иронии.

— Я не могу сказать ничего, что заставило бы тебя поверить в мою искренность, — тихо произнесла она. — Доверься внутреннему голосу.

Дженни вдруг ощутила, что не может отвести взгляд от проникновенных чёрных глаз, будто погружаясь в их глубину, не в состоянии противиться неведомой силе. Её дыхание стало прерывистым, сердце гулко заколотилось. Звук отодвигающихся засовов заставил пленниц вскочить. К тому мигу, когда чья-то рука просунулась в щель и поставила на пол пакет с едой, узницы с невинным видом стояли возле стены.

* * *

Ким лежала на спине, смотря в потолок, и прислушивалась к тихому мерному дыханию Манобан. Как и в прошлую ночь, они легли спать валетом, и сейчас рука Лисы покоилась на ногах Ким. Девушка ощущала тело Лисы во всю его длину. Как она может спать? Было жарко и душно, ужасно мешала одежда, но снять её узница не могла.

Несомненно, будет грозовой ливень, и чем скорее, тем лучше. Ким надеялась, что ливень поможет разрядить атмосферу, потому что неопределённость положения и ожидание неизвестно чего в замкнутом пространстве маленькой комнаты взвинтили её нервы до крайности. Манобан удалось освободить доски потолка, только это потребовало долгого и кропотливого труда. Сначала она отделила изоляционное покрытие, которое пришлось прятать под матрасом, ведь бандиты в любое мгновение могли войти, чтобы проверить комнату. Конечно, мягкости это кровати не прибавило. Сейчас Манобан приступила к самой крыше, которая представляла из себя толстую фанеру, покрытую битумом. Понадобилось пару часов, чтобы при помощи пилки для ногтей проделать отверстие, достаточное для того, чтобы просунуть пальцы. И при каждом подозрительном шорохе за дверью приходилось прекращать работу и ставить на место доски потолка.

<<Манобан просто замечательная женщина>>, — сделала вывод Ким, приподнявшись на локте и вглядываясь в спящее лицо соседки по несчастью.

Она восхищалась способностью Лисы подолгу работать в духоте, практически весь день, в то время как она, раздражённая отвратительными условиями и жарой, вела себя не самым лучшим образом. Но Лиса с неизменным терпением шуткой разряжала атмосферу. Сейчас Ким уже вполне отчётливо могла вообразить себе близкие, наполненные любовью отношения с Манобан, только… Ей хотелось, чтобы любимая отвечала взаимностью, а не стремилась выиграть пари.

Глаза Ким наполнились слезами, и она опять отвернулась от Лися.

<<Зачем мы вообще встретились>>, — спрашивала она себя.

Зачем судьбе было угодно направить яхту Манобан к надувной лодке именно в тот миг?

До знакомства с Манобан Ким была по-своему счастлива. Во всяком случае, она точно знала, чего хочет от жизни. Сейчас она чувствовала, что становится жертвой эмоций, именно тех эмоций, к которым всегда относилась пренебрежительно, ведь они делают девушку слабой и глупой, такой, какой стала её мать. Она закрыла глаза и постаралась вышвырнуть из головы все мысли и сосредоточиться лишь на своём дыхании. Так Дженни чаще всего удавалось уснуть. Но во сне её уже поджидали самые сокровенные мечты… Некоторое время в комнате слышалось лишь дыхание двоих женщин, но потом в коридоре раздались тихие шаги и кто-то принялся осторожно отодвигать засовы. Манобан проснулась словно от толчка и стала напряжённо прислушиваться, слегка повернув голову ко входу. Снимаемые цепи звякнули, дверь открылась, и в проёме показался силуэт одного из бандитов. На голове вошедшего даже ночью оставалась маска с узкими прорезями для глаз. В руке он нёс старую керосиновую лампу, которая давала очень мало света. Не подавая виду, что она проснулась, Манобан ждала, что будет дальше. Тип в маске помедлил, оглядывая комнату, затем начал красться к постели.

Притворяясь спящей, Манобан слышала, как бандит приблизился очень близко. Шелест одежды подсказывал, что тип начал наклоняться над кроватью. Ниже и ниже… В закрытые веки ударил свет. Она не выдержала напряжения и молниеносным движением схватила руку, в которой была лампа. Мигом позже она сорвала с головы типа тёмную маску… и застыла от ужаса — на неё смотрели белые глаза, без зрачков!

Леденящий холод сковал Манобан по рукам и ногам, заставив покрыться липким потом.

Сердце тяжело забилось — раз, второй, третий… и тут она окончательно проснулась. В комнате было всё спокойно, Ким мирно спала.

Манобан облегчённо вздохнула, осознав, что это только кошмарный сон, навеянный, скорее всего, невыносимой духотой. А Ким ещё настояла на том, чтобы они спали одетыми! Какая глупость! Вот Розэ никогда бы так не сделала, вспомнила Лиса модель, которая сейчас была в Лондоне.

Перед внутренним взором Лисы возник образ этой красотки. У Розэ были искрящиеся озорным весельем глаза, много мелких косичек на голове, умопомрачительная фигура и упругие точёные груди. Манобан познакомилась с ней сразу по прибытии в Тэгу, когда они сначала вместе поднимались в лифте отеля, а потом одновременно открывали двери соседних номеров. Между женщинами быстро возникло взаимопонимание, основанное на том, что обе были молоды и не имели в Тэгу друзей. Очень скоро Манобан задержалась у Розэ на ночь, после чего та начала часто наведываться к ней. Лежа в душной темноте, на жёстком матрасе, возле невинно посапывающей во сне Ким, Манобан вспоминала, как Розэ расхаживала голой по шикарному номеру дорогого отеля. Она искусно вызывала в Манобан страстное желание, разговаривая с ней на отвлечённые темы в одних туфлях на высоких шпильках и с бокалом шампанского в изящной руке. В какой-то миг Лиса не выдерживала искушения, вскакивала с кресла и принималась целовать её плечи, красивые груди и крупные соски цвета тёмной черешни.

Руки Манобан скользили вниз, сжимая её гладкие ягодицы, губы искали её губы, и перед тем, как слиться в поцелуе с Розэ, Манобан замечала лукавое выражение в её глазах, понимая, что именно этого та и добивалась.

Однажды Лиса ласкала в постели по обыкновению наглую Розэ и на минуту отвлеклась, чтобы раздеться самой.

Повернувшись к ней, она увидела, что та сделала своеобразный шпагат в лежачем положении, широко раздвинув ноги в стороны и почти положив их на плечи. Манобан застыла от неожиданности, не в силах оторвать взгляд от розового и самого интимного места Розэ, гладко побритого, как принято у манекенщиц.

— Когда-то я всерьёз занималась гимнастикой, — произнесла она, — ну, не заставляй меня ждать…

<<Да, Розэ не заставила бы меня спать с ней валетом, — подумала Лиса и осторожно сменила положение на неудобной постели, и вдруг едва не рассмеялась от внезапно пришедшей мысли, — разве что если бы мы при этом занимались сексом!>>

Манобан бросила взгляд на спящую Ким, словно опасаясь, что она может прочитать нескромные мысли. Ким пошевелилась и что-то невнятно проговорила во сне. Манобан долго смотрела на девушку в темноте.

Лежавшая возле неё Ким вызывала у неё вообще иные чувства. В Дженни было что-то особенное, какая-то душевная глубина, которой не хватало другим девушкам. Даже то, что она так упорно отказывалась от физической близости с ней, некоторым образом импонировало Манобан.

<<Глупая>>, — нежно подумала она и незаметно погрузилась в сон.

***

— От этой жары одежда просто липнет к телу, — пожаловалась Ким. — Не знаю, что бы мы делали, если бы бандиты закрыли нас в комнате без душа!

Единственным ответом было тихое ворчание Манобан, которая работала в ванной с самого утра. А сейчас уже настал вечер. Дженни понимала, что не должна жаловаться, ведь Лиса терпела гораздо больше мучений. Её пальцы были изранены и кровоточили, но она только изредка спрыгивала со стула, чтобы подержать руки под струёй холодной воды, а потом опять возвращалась к своему занятию.

— Как идут дела? — спросила Дженни и наклонилась, чтобы заглянуть в ванную.