Аннигиля́ция|Annihilation [18+]

Подчас любовь - это просто твоя способность любить, а не заслуга того, кого любишь.

«Волхв» Джона Фаулза

Лёгкий туман над озером и шум дождя способствовали моему стремительному погружению в собственные мысли. Единственным местом, где мне было комфортно и где никто не мог найти меня - была моя голова.

Я наслаждалась своим одиночеством, наедине с собой мне никогда не было скучно. Ещё с детства я любила убегать от всего и всех и часами гулять у озера или лежать в душистой летней траве, перебирая все события произошедшие со мной. Когда я влюбилась впервые, это стало для меня необходимостью. Я лежала в высокой траве, спрятанная от посторонних глаз, и представляла различные ситуации, которые могли бы случится с участием моей пассии, тонула в мире фантазий.

Нечего с ним не вышло и именно мои фантазии были тому виной. Он был слишком прекрасен в моей голове и сплошное разочарование в реальном мире. Он был заинтересован во мне, но ему было слишком сложно бороться со своим вымышленным двойником. Мы неплохо провели с ним время, он обогатил мой опыт, а однажды утром я сбежала и не стала возвращаться.

Он часто приходит ко мне во сне, но я уже не могу вспомнить его настоящего. Остаётся только слащавый образ из моих ребяческих фантазий, и уже наверняка не смогу ответить любила ли я его или это было только моей иллюзией. Да и что я могла знать о любви? Это был мой первый мужчина и всё, что я умела-требовать. Мне казалось, что я достаточно дорого ему заплатила, но со временем поняла, что не только я отдавала, но и он тоже. Мои узкие взгляды на жизнь и любовь подливали масла в огонь. Только сейчас понимаю, как он был аккуратен и нежен со мной, как трепетно относился ко мне,а я ...я была поглощена собой, своим эго и прекрасным принцем из моих снов.

Глоток виски и он снова запутался, утонул в паутине моей памяти. Я чувствую, как меня накрывает лёгкое помутнение. В беседке становится душно и, отключив голову, выхожу под потоки проливного дождя. Мелкий дождь усилился до настоящего ливня, медленно поглощая свет дня и приглашая на его место тёмную холодную ночь. Ледяные капли бьют по лицу, отрезвляя и освежая. Холод начинает подступать и окутывает меня. Он постепенно щекочет пальцы ног, обнимает за плечи и гладит по спине. Я отгоняю названного гостя несколькими жирными глотками и возвращаюсь в беседку.

Отлично я рассуждаю о любви на правах наблюдателя, но без понятия как сама буду чувствовать себя . Я наблюдала эту картину уже сотню раз. Люди загораются, сходятся, вспыхивают и расходятся, не наблюдая более былого огня в своих половинках. В этом они бестолково преследуют только личные интересы, они требуют, но не способны выдавить из себя ни малейшей искорки, что бы дать пламени разгореться вновь. Так и какой же толк в этих качелях? По-моему именно это называется "растрачивать себя впустую". Ни одно дело не завершится успешно без приложенного усилия. Дом не построится, еда не приготовиться, огонь не разгорится... Эта простая истина известна нам с детства, так почему же мы снова и снова бьёмся об неё лбом и никак понять не можем?

Меня довольно быстро накрывает и я, пошатываясь, бреду к скамье. Устраиваюсь поудобнее, и погружаюсь в уже неразборчивые, рваные размышления. Думать становиться тяжело и я не могу сложить два плюс два. Четыре или пять... Пять или четыре... Проверку на трезвость не прошла.... Тихонько, еле слышно отчитываю себя за раздолбайство... Шум дождя и 0.7 бессовестно выпитого виски сыграли со мной злую шутку. Звук мелких капель, бьющихся о крышу беседки,ворох в бесполезных мыслей в голове, стойкое чувство пустоты и бесконечного непреодолимого, такого родного одиночество закружили, окутали меня, ограждая от этого огромного мира. Я повисла между реальностью и снов, впала в какой-то мутный транс.

Во сне мы всегда наиболее уязвимы, так как находимся наедине с собой и своим подсознанием. Сны мне снились и всегда были яркими и полными красок. Только во сне я могла испытать всё и даже больше. Это не только давало надежду на то, что я когда-нибудь смогу ощущать что-то подобное в реальности но и отдавало болью при пробуждении. Я не хотела уходить от своих фантазий, не хотела просыпаться и возвращаться к своей бестолковой жизни.

Вот и теперь, я готова с головой погрузиться в этот чудесный мир, стать той, кем я не могла себе позволить быть тут, в реальности. Как я не стараюсь - ничего не выходит. Только вымученные отрывки ярких воспоминаний.

Отдалённый хруст ломающегося под тяжёлыми шагами камыша на мгновение отрезвили меня. Я выпрямилась, воображая , что в случае опасности, единственным верным шагом будет сделать вид, что всё на своих местах. Что вполне нормально, что вымокшая молодая девушка сидит посреди ночи в глубине заброшенного парка и потягивает виски с горла бутылки. Что такое поведение, наверняка спасёт от навязчивых вопросов или вообще какого-либо внимание, которое было сейчас до боли в висках нежеланно. "Я просто притворюсь статуей, просто пройди мимо, просто не обращай внимание"-повторяла я как молитву быстро перебирая губами, не желая даже знать, кто ещё может забрести в эту пустынную и заросшую местность.

Чудо не произошло. Лёгкий смешок заставил поёжиться и быстрая волна смирения и разочарования, заставила спину расслабиться и вернуться в прежнее сутулое положение.

-Куришь? - послышался слегка надменный, но небычно спокойный и уверенный голос.

-Нет, я не курю, - жалкая попытка отвязаться от каких-либо вопросов и отрезать все разговоры на корню.
Вздох и он уже направляется в сторону входа. Враждебно смотрю на чёрный силуэт, появившийся в проёме. Вижу как он пытается рассмотреть меня, крепко впиваясь взглядом в темноту.

-Жаль, мои совсем вымокли. Умираю от желания крепко затянуться насладиться этим чудесным видом.

Он нагло, по-хозяйски, воходит в беседку и устраивается рядом, вытянув ноги и подтянув полы массивного пальто.

-Остин - довольно твёрдо произнёс он, обдавая меня горячей волной перегара.

-К сожалению, нечем не могу помочь. Как я и говорила, сигарет у меня нет, а вокруг ничего не видно. К тому же я предпочитаю остаться одна.

Я не сдаюсь, не теряю надежды отстоять своё место извабиться от разговорчивого гостя.

Он молча протягивает мне бутылку, которую я, изначально, не приметила. Я не стала отказывать, так как  меня начинало колотить от холода. Вся моя одежда промокла и прилипла к холодной коже, а порывы октябрьского ветра то и дело врываются в беседку.

Содержимое бутылки оказалось  мягким и приятным на вкус, намного лучше всего того, что я пила раньше. Я жадно делаю еще несколько глотков и возвращаю бутылку. Он медленно касается губами  горлышка и, прикрыв глаза от удовольствия. Не могу оторвать взгляд от того, как он наслаждается напитком, не скрывая этого. Его мокрая кожа блестит от капель воды, пальто небрежно сползло на бок. Взгляд начал туманиться, похоже, ему трудно концентрироваться на одном предмете.

Он довольно резко поворачивается ко мне и наконец ломает царившую в беседке тишину:

-Я влюблён в этот виски уже несколько лет. Одна моя знакомая...-он замолкает, прикусив язык и будто рассматривая что-то вдали.

-Он и вправду хорош, - решила немного помочь ему, и потянулась за заветной бутылкой.

Одним резким движением он отводит бутылку в противоположную сторону, намереваясь немного подшутить надо мной, но поставив перед собой цель, я не могла так просто сдаться, поэтому уже в следующую секунду была поймана крепкими тёплыми руками в нескольких сантиметрах от грязного деревянного пола. Испугавшись не на шутку, я медленно подняла на него глаза и успела заметить лёгкий испуг, который тут же сменился на громкий заразительный хохот. Я не в силах противостоять этой магии, залилась краской. Широко улыбаясь и мысленно ругая себя за неуклюжесть, я почти ровно поднимаюсь на ноги и плюхаюсь на место.

-Я гляжу, ты очень целеустремлённая девушка. Как же тебе отказать после такого па? - он вручает мне бутылку, будто я была призёром какого-то соревнования, заставляя мои щёки гореть ещё ярче.

-Мог бы сделать вид, что ничего не произошло! - обиженно надула губы, с трудом сдерживая смех.

-Ну да, не заметил слона в посудной лавке.

-Ах так? - я сильно пихнула его в плечо в отместку. Он с хохотом валится со скамейки, утягивая меня за собой. Я не могу сдержать смеха, приземлившись ровно сверху, - ну теперь-то ты знаешь, какого это, когда на тебя наступает слон!

Решив заканчивать эти пьяные валяния я делаю попытку встать, но понимаю, что меня крепко держат за плечи, без возможности двигаться. В некотором замешательстве смотрю в его большие холодные глаза.

От его взгляда или от осеннего ветра  передёрнуло, пробирает мелкая дрожь. Он сразу замечаеи это и отвернувшись тихо шепчет:

-Ты сильно замёрзла, Милли. Тебе стоит пойти домой, принять горячий душ и залезть под одеяло. Не правильно разгуливать ночью по богом забытому озеру.... тем более по моему озеру.

Его глаза засверкали яркими бликами, и я не в силах придумать нечего разумного еле слышно пищу:

-Я не могу...

Он понимающе кивнул и в одно быстрое движение поставил нас двоих на ноги.

-Тогда раздевайся!

От его смелости мои глаза округлились и готовы  выпрыгнуть из орбит. Он многозначительно уставился на меня. Неожиданно даже для меня самой, моему залитому мозгу показалось это отличной идеей. Возбуждение в животе дало о себе знать, но я не подала виду и продолжила сверлить его взглядом.

Выдержав паузу, Остин снова громко хохочет и продолжает:

-Спокойно! Я всего-то хотел предложить своё пальто. Как я понимаю, ты не говоришь желанием идти домой, а я не хочу терять такую приятную компанию. Поэтому снимай свою верхнюю одежду, иначе от моего пальто будет мало толка.

Мигом расслабившись, меня охватывает лёгкое чувство стыда за собственные мысли и поведение, хотя и это проходит очень быстро под влиянием спиртовых паров.

Он, пошатываясь, в одно движение снимает пальто. Тёмная рубашка обтягивала его торс и широкие острые плечи. Тонкие руки и длинные пальцы предстают передо мной во всей красе. Что-то щёлкает внутри, отключая остатки трезвого сознания, и я без раздумий стала расстёгиваю свою куртку, не отводя от него глаз. Он так же внимательно разглядывает меня, в одно мгновение, став серьёзным. Алкоголь затуманил наши головы и я уже не понимала что происходит. Куртка сползла на пол, а следом за ней последовал не менее мокрый шерстяной свитер. Я осталась в одной тонкой майке, которая плотно облегала моё тело. Она была только слегка влажной и я промедлила, но горящие угольки напротив и то, как нервно он сглотнул не может  оставить меня равнодушной. Я осторожно стягиваю майку и вопросительно смотрю.

Я вижу, как его глаза загораются ещё больше,  он исследует  меня, ласкает взглядом мой живот и мою грудь. Проходится по моим ключицам шее...

Во взгляде читаетсч немой вопрос. Остин ждёт разрешения, и я его даю. Я быстро оказываюсь рядом с ним, мягко беру его руку и опускаю на рёбра, давая ему шанс проявить себя. Он не заставляет себя ждать и, освободив другую руки от пальто, крепко сжимает моё бедро. Рука медленно очерчмвает живот, проходится по спине и, наконец, касается пышной груди. Меня накрывает волна возбуждения, и глаза закратываются от удовольствия. Он крепко прижимаеи меня к себе, и я чувствую, как он напряжён.

Казалось, он готов разорваться на мелкие кусочки, и это придаёт смелости. Я касаюсь пуговицы на его брюках, он тяжело вздыхает и впивается в мои губы. Я окончательно теряю связь с реальностью, голова в тумане, а всё будто происходит само по себе, будто по чётко прописанному сценарию. Я точно знаю, что нужно делать, он в свою очередь сводит меня с ума. Стало чертовски жарко, дыхание сдавило, а земля ушла из-под ног. Наше тяжёлое дыхание смешалось с холодным воздухом, а стоны разрывали пелену тишины, царившей вокруг. Мы будто парим над этим всем, ощущая каждое прикосновение в сотни раз ярче, чем прежде, в сотни раз желаннее.

Ещё несколько минут мы приходим в себя после этого сумасшествия. Под жаром его тела алкоголь почти испарился из моей крови, и осознание произошедшего постепенно стало стучаться в моё перевёрнутое сознание. Я только что была с человеком, с которым поговорила всего несколько минут. Я только что сама подтолкнула его на это. До чего я дошла? Он всё так же молчии, да и я не понимаю о чём вообще с ним теперь разговаривать.

Переждав несколько минут и окончательно прийдя в себя, я тихо собраю свои вещи, разбросанные по всей беседке, кутаю в мокрые холодные тряпки уже остывшее тело. Он с некоторой тревогой молча наблюдает за мной. Когда я хватаю рюкзак и уже собираюсь ретироваться куда подальше, он мягко ловит меня за плечо и притягивает к себе.

-Прости, Милли. -осторожно целует в лоб и подталкивает к выходу.

Я, ничего не ответив, молча выхожу в темноту. Мне показалось это странным, но придавать этому хоть какое-либо значение мне нехотелось. Я просто сбежала с места преступления по освещённой луной дорожке в сторону спящего города. Всю дорогу в голове я веду с собой ожесточённый спор. Одна половина меня  ругается, самым непристойным образом, обзывая саму себя самыми грязными словечками. Вторая половина, казалось, более доброжелательна и шепчет на ушко, успокаивая, что я сделала себе великолепный подарок на день рождения. Но всё это затмевает, непонятно откуда взявшийся, беспредельный восторг.
Я чувствую каждую клеточку своего тела, слышу каждый шорох, вижу каждый огонёк далёкого города, блистающий в глухой ночи. Такое низкое, для самой меня, действо, такой унизительный для меня поступок....но, господи, как же я счастлива. Беспредельно, безганично, полностью счастлива. Никаких последсвий, никаких сожалений, ничего...

Этот пьяный бормочущий парень заставил меня почувствовать что-то..он растопил мой лёд всего тремя-четырьмя фразами. Он перевернул всё внутри. Я чувствовала себя живой и .....я дышала?