Ось времени

Наступили долгожданные выходные. Это время, в которое нужно отдыхать и наслаждаться заслуженным спокойствием перед новым началом недели, новыми трудностями.

Франция. Париж.
10 декабря. 12:00. Суббота.

Будильник прозвенел, неприятным звуком разрывая тишину уютной квартиры. Рине поморщилась от звона, разрезающего уши. Рука потянулась к прикроватной тумбе и выключила назойливый будильник на телефоне. Разлепив сонные глаза, она обвела глазами комнату. Взгляд упал на окно, за ним шёл небольшой снег, но при этом светило тусклое солнце. Однако странная зима была в этом году в Париже. Встав с кровати, она надела мягкие розовые тапки и пошла на кухню, шаркая по полу.

День не задался с самого начала. Холодный кофе, который девушка так любила пить по утрам, опрокинулся на её серый халат, создавая тёмные пятна. А кружка, словно по волшебству упала и разбилась, разлетаясь множествами осколками по всей кухне. Тихо выругавшись, девушка начала осторожно поднимать осколки со скрипучего деревянного пола. Непослушные волнистые тёмные кудри лезли ей в глаза, поэтому она постоянно заправляла их за ухо, надеясь освободить себе обзор.

Входная дверь в квартиру была металической. Её толщина составляла примерно 2 мм, а толщина полотна 100 мм, прочная щеколда на двери не позволяла никому войти. Иногда Рине посещала паранойя, поэтому она всегда закрывала дверь на два замка и защёлку, после этого убеждаясь по три или пять раз, что всё закрыла, и к ней никто не сможет ворваться.
В подъезде было очень хорошее эхо, и даже самые плотные двери не могли до конца скрыть топот ног, поднимающихся или спускающихся людей.

К большому сожалению, район был неблагополучный, от слова совсем. Там часто зависали наркоманы и алкоголики. Практически все из них были спокойны и не лезли к прохожим на улице или в подъездах. Довольно редко бывали случаи, когда тот или иной бомж нападал безо всякой причины. Молодая девушка, такая же как Рине, снимающая тут квартиру, могла просто не понравится бродяге, или шаги неизвестного мужчины были не приятны идеальному слуху бездомного, они все получали абсолютно ни за что. Мужчин могли избить до полусмерти, в таких случаях вызывалась полиция, которая приезжала через минут двадцать или двадцать пять. В лучшем случае. С девушками обстояли дела куда хуже...
Молодую рыжеволосую девушку, которая жила на этаж ниже квартиры Рине Котель, изнасиловали прямо около выхода в подъезд.
Сама внутренняя часть подъезда составляла неширокое помещение с обшарпанными стенами и пары тусклых лампочек для освещения, обвившего пространство паутиной. В углах разумеется могли стоять различные самокаты, велосипеды или коляски, что является не редкостью во многих подъездах. Но только не здесь. Не в этом месте. Не в этом районе.
Здесь в углах, приглушённого светом помещения, валялись далеко не детские принадлежности для спорта, не было даже намёка на это. Там были уже использованные шприцы, разбитые бутылки. Не редко там можно было встретить и лежащего человека. Мужчину или женщину. То было не важно. В таких случаях жильцы дома быстро проходили мимо и поднимались по лестнице на свой этаж, почти бегом, надеясь на то, что они не были замечены.
Молодой рыжей девушки, как раз в один из таких злополучный вечер, крайне не повезло. Девушку звали Роза, она возвращалась домой с ночной смены. Роза работала официанткой в одном из ресторанов Парижа. Днём она училась, а поздним вечером выходила на работу. Иногда работа затягивалась до одиннадцати вечера. От ресторана до их дома нужно было идти не менее получаса. Роза тогда подумала, что ничего страшного не должно произойти, иногда она возвращалась намного позже. Как же она тогда ошиблась. Как только она вошла в подъезд, и дверь за ней закрылась, её тотчас же схватили костлявые руки и прижали к железной двери подъезда. Тот миг был кошмарным и навсегда отпечатался в её памяти.

Рине и Роза не были подругами, просто хорошими знакомыми. Иногда, когда им обеим было скучно и до жути одиноко, они приходили друг другу, болтали и пили чай. Тогда Роза и рассказала Рине ту ужасную историю. Рыжеволосая девушка не помнила, как именно она добралась до своей квартиры, но она была несказанно счастлива, что всё это осталось позади. Эта ситуация всё же оставила след в её памяти и в жизни. Теперь Роза всегда ходила с маленьким складным ножом, который прятала в карманах куртки зимой, а летом, она держала его в шортах. Какое не было бы время, он был всегда рядом с ней, как спаситель и друг. Благо, он ей так и не пригодился.

Сама Рине прекрасно понимала, что жить в таком районе, с его ужасными историями, случаями и отвратительным местоположением совершенно не устраивало девушку. ( Университет, в котором училась Рине находился довольно далеко от её дома. Ей необходимо было ехать на автобусе, а после пройти несколько километров пешком ).
Но её стипендии и денег отца, которые он присылал дочери каждый месяц, хватало лишь на такую квартиру. Отец Рине был риэлтером. Дела далеко не были на высшей ступеньки данной профессии, скорее они были меньше, чем на половине.
Рине никогда не жаловалась на сложившиеся обстоятельства. Она всегда была благодарна отцу за то, что он ей дал и даёт по сей день.
Главной задачей девушки сейчас было одно. Учиться, учиться и ещё раз учится. В семнадцать лет она попала в лучший университет журналистики во Франции. Её счастью не было предела, когда она увидела себя в списке поступивших. Сейчас она учится на 2 курсе. Ей осталось учиться всего лишь два года, после она планировала пойти в аспирантуру, а потом работать по профессии, а дальше... А дальше был туман. Мечты, связанные с Артуром разбились, как самая дорогая ваза. Теперь смысл в жизни был только в том, чтобы учиться, учиться и ещё раз учиться.

Собирая осколки, Рине задумалась. А действительно ли дальше, после аспирантуры только туман и ничего более?

Её размышления прервали как раз те самые шумные шаги на акустической лестничной площадке. Выбросив осколки в мусорку, Рине пробежала через узкий коридор прямо к двери и прижала ухо. Девушка уже живёт тут достаточно, чтобы понять, кто идёт и нужно ли держать ухо в остро. Шаги были не тяжёлые, спокойные. Будто тот, кто поднимался, был тут как минимум миллион раз и совершенно не боялся быть застуканным неблагополучным, проживающим тут человеком. Рине жила на последнем этаже, этот факт пугал её больше всего. Ведь было всего лишь три квартиры, в которые мог направиться человек.

Первая была около лестницы, там жила молодая парочка, снимающая тут квартиру. Рине особо никогда не общалась с ними. Их общение начиналось обычным «здравствуйте» и заканчивалась примитивным «до свидания».

Во второй квартире, находившейся по середине, жила женщина лет 55-60. У неё был... слегка толстоватый сфинкс, который постоянно мяукал весной. Это доставало абсолютно всех. И Рине и молодую пару, проживавшую рядом. Оры кота, были похожи на то, будто его режут. Пара неоднократно советовала женщине наконец кастрировать кота, чтобы и он не мучился от сильнейшего желания найти себе пару, и они-от недосыпа. Однако она их не слушала.
Такое дикое поведение у котов и кошек, может начаться в любое время года, но чаще весной. Впервые, девушка столкнулась с этим, когда жила в квартире первый год. Эти три весенних месяца показались ей,... как бы сказал Феликс, самым настоящим девятым кругом ада.
Часто на первом курсе, Рине засиживалась допоздна. Что-то учила, готовилась к сдачи курсовой, и вот, тот самый момент настал. Весенняя лихорадка...
Та ночь была действительно ужасной. Невыносимый скрежет и крик животного доносился из-за тонкой стенки, сводя с ума. Ещё храп любимого прибавлял внушаемую долю звуков. Весь этот сумасшедшей концерт был похож на ансамбль, в котором музыканты не подготовились к выступлению. Не выдержав, девушка облила Артура холодной водой и наорала на него за громкий храп, а потом постучалась в квартиру соседки, но услышав в свой адрес только старческое бурчание и слова о том, что она ничего не понимает, что это естественное состояние кота в такие дни, у Рине не осталось выбора, как уйти и наслаждаться прекрасными звуками, издаваемыми из квартире миссис Далба. Скрежет не прекратился даже ночью, поэтому на следующий день, девушке пришлось замазывать синяки под глазами тонной консилера.

Но те звуки, что слышались на лестнице, были гораздо страшнее и напряженней, чем какой-то скрежет за стенкой. Девушка посмотрела в глазок. На лестничной клетке, лампочка не включалась и не дарила освещение ранним утром, даже маленькие окна были закрыты плотными горизонтальными жалюзи. Только ночью включалось тусклое спасение, но оно не помогало совсем, из-за чего Рине, возвращаясь поздно, включала фонарик на телефоне и с помощью него вставляла ключ в замочную скважину.
Тёмный женский силуэт уже находился на последней ступеньке перед тем, как войти на лестничный пролёт. Миновав лестницу, неизвестная девушка начала направляться к квартире Рине.
Сердце застучало быстро-быстро, она начала слышать его в ушах.
Силуэт остановился около её квартиры. Рине сумела разглядеть длинные красные волосы и короткую чёрную шубу. Она выдохнула с облегчением, поняв, кто это.
Девушка по ту сторону позвонила в дверь.
Чуть дрожащие руки потянулись к замку, открывая дверь. Она распахнулась.

—Привет, золотце!—вскрикнула Лана, всплёскивая руками.
—Привет. Тебе что-то нужно?—тон голоса был весьма холодным, а сощуренные глаза определённо давали знак Лане, о том, что она не желала её видеть.
—Да ладно тебе. Ты всё ещё дуешься?—она слегка ударила подругу по руке.
—Я думаю, тебе пора.—дверь перед носом Ланы закрылась.
—Блин...

Рине уже отошла от двери, как вновь раздались три быстрых звонка. Она недовольно подошла к двери и вновь открыла её.—Пока-а!—протянула Рине и помахав рукой, снова закрывая проход. Уже собравшись наконец уйти подальше от двери, она услышала голос подруги.
—Ну, Рине!—прикрикнула Лана.—Соглашусь, я поступила... по твоим понятиям слегка неадекватно! Но ведь это мне решать, с кем встречаться разве не так?—молчание.—Я тебе не сказала, потому что знала, как ты отреагируешь. Ты... ты меня постоянно защищаешь от всяких мудаков, а я... Я опять начала влезать в это. Но Алекс хороший человек, ты ведь знаешь! Он преподаёт у нас уже два года, он хороший.—на глаза Ланы начали наворачиваться слёзы. Она подтёрла их и уже начала отходить от двери, понимая, что помириться с подругой не удастся. Послышался звук открывающейся двери.
—Так ты мне расскажешь, как это произошло?
Лана обернулась, и тут же её глаза засияли.—Конечно. Только с тебя чай и вкусняшки.

***

Рине разливала по чашкам горячий чай. По просьбе подруги, ей она налила чёрный, а себе ромашковый. Сверля взглядом подругу, Лана сжала в руках чашку, надеясь отогреть руки.
—Ну чего ты меня взглядом прожигаешь?—с раздражением произнесла Рине.—Рассказывай.
Лана улыбнулась:—Слушай...

***

9 декабря. Пятница.

Рине вышла и закрыла за собой дверь. В аудитории остались лишь они вдвоём.
—Лана...—шепнул он.
—Я знаю, что провалила зачёт, мистер Базиль. Но я могу объяснить...—улыбнулась девушка. Преподаватель поднёс указательный палец к губам. Лана сразу же замолчала.
—Я знаю, что вы можете объяснить. Я хотел с вами поговорить.
—На тему зачёта?—задорно спросила она.
—На тему вашего психологического состояния.—он указал рукой на первую парту перед собой.—Присаживайтесь.

Девушка послушно села, скрестила ноги и подпёрла рукой подбородок, делая усталый вид. Если посмотреть со стороны на эту картину, могло показаться, что Лане совершенно не интересен тот разговор, который предлагал устроить мистер Базиль, но это было далеко не так. Внутри неё всё напряглось, состояние походило на натянутую нить, которая вот-вот могла оборваться. Она смотрела в его карие глаза, и в голову начали приходить самые тёплые воспоминания, связанные с этим учителем...

Мистер Базиль улыбнулся его обычной улыбкой, которую он одаривал всех студентов. Александру Базилю было всего тридцать пять лет, когда он стал молодым преподавателем, но уже за столь короткий срок работы, смог полюбиться многим. Включая Лану. Ей он казался чутким, понимающим и умным. Он хорошо знал свой предмет и всегда готов был помочь понять его. Для него важно было не заучивание предмета, а понимание.
Его отзывчивость. Это было первое, что заметила в нём Лана, столкнувшись с ним лицом к лицу.

На первом курсе, ей нужно было подготовить курсовую работу, но материал и темы не приходили в голову. Рине не могла помочь из-за своей занятости и каких-то личных проблем, да и к тому же, не тот момент, они дружили не больше двух месяцев, подругами их было можно назвать, но с большой натяжкой, в отличии от данного времени.
Другие однокурсники просто отказывались помогать. Скорее всего из-за вредности, но так думала Лана.
После одного из занятий, она, пересилив себя, подошла на свой страх и риск, и заговорила с мистером Базилем. На удивление девушки, он с радостью помог ей. Предложил темы, помог с написанием, дал пару советов. После того, как она сдала курсовую работу, они стали много общаться, но это общение закончилось ближе к концу июня. Из-за чего, не ясно... Возможно, было мало тем для разговора, или она ему показалась слишком... даже сложно подобрать слова.

Лана была яркой девушкой, она любила неординарно выглядеть, но ей было совершенно наплевать на мнение других.
Когда она училась в школе, все учителя относились к ней с неким неуважением. Они всегда подмечали её странный вкус в одежде и в причёсках. Она думала, что преподаватели в университете будут реагировать также. В основном так и было. Например толстоватая старушка в синей кофте по имени миссис Рагелль недовольно фыркала, когда видела её в коридорах или на лекциях. Каждый день новый и неординарный образ, разноцветный, яркий макияж, туфли на платформе или каблуках были всегда при ней. Все остальные люди, лишь поглядывали на неё с интересом, пытаясь рассмотреть, что же за одежда, и что нарисовано на лице, но не мистер Базиль, казалось, ему было совершенно всё равно.
Однажды, когда какой-то парень в университете назвал её фриком из-за яркого цвета волос. Сделал он это весьма громко и красочно, что не скрылось от внимания мистера Базиля. Он заступился за девушку и сказал тому парню пару ласковых слов в культурной форме, а потом пригрозил отправить его в деканат, подмечая его нелитературную лексику в стенах приличного места. После этого случая, он подошёл к Лане и сказал ей: —«Не обращай внимание на этих малоумных индивидуумов. В твоей жизни ещё будет много таких кучек идиотов. Не вздумай из-за них расстраиваться, а уж тем более обращать внимание.»—а после он ушёл, оставив её одну с широко открытыми глазами. Тогда внутри неё что-то щёлкнуло, как выключатель.
После этого, она не пропускала ни одну его лекцию, ни один зачёт. С упорством пыталась всё учить, только, чтобы он заметил её, но этого не происходило. Преподаватель относился к ней также, как и к другим. Это её ранило до глубины души. Она не могла убиваться из-за одного человека, поэтому приходила в клубы, занималась сексом с разными парнями, всегда думая, что вместо них, её преподаватель.
У девушки никогда не было отца, мать пила, но при этом как-то умудрялась работать уборщицей в школе, получая гроши. Лане пришлось в свои восемнадцать лет взять кредит и вложить деньги в своё обучение. За ней никогда никто не следил, поэтому она имела полную свободу. Никаких запретов. В каком-то плане, ей это нравилось. Она любила, когда на неё смотрели прохожие, подходили познакомиться разные парни, но при этом с ней никогда не было никого рядом. Ни отца, ни матери в её жизни не наблюдалось. А так хотелось иметь рядом с собой защитника, на плечо которого можно облокотиться в трудный момент. Доброго, понимающего, всегда готового помочь...

—Мисс Айбер?—Лана вздрогнула. Она слишком глубоко ушла в свои мысли. Снова.
—Хах, простите, хах. Я снова немного задумалась.
—Да... Снова. Так вот. Вы очень яркая и харизматичная личность. У вас определённо есть талант к журналистике. Стиль написания разнится с другими. Если прочитать ваши работы, у вас хорошая подача, идеи. Но при этом есть одно «но». Думаю, вы понимаете.—Лана кивнула.—Я, честно говоря, не знаю, что у вас происходит, и какова причина вашей не сосредоточенности...
—Вы.—еле слышно произнесла Лана.
—Что простите?—выпучил глаза преподаватель.
—Я-я...—она потёрла виски руками и покачала головой.—Извините, я пожалуй пойду.—девушка уже выскочила из-за парты и хотела выбежать из аудитории, но мистер Базиль подбежал к двери быстрее и тем самым преградил ей дорогу. Она, не успев затормозить, ударилась лбом о его грудь и потёрла ушибленное место ладонью.
—Лана...—он опустил глаза.—Я тебе вот что скажу. Мы знакомы уже два года. Ты весёлая, яркая. Я бы даже сказал, ты прямо девочка-зажигалка. Мне тридцать пять, и я далеко не слепой, хоть и в очках. Я вижу, как ты на меня смотришь, как бегаешь за мной. Тебе всего восемнадцать...
—Двадцать.
—Хорошо, двадцать. Но ты всё ещё в каком-то плане ребёнок и незрелая личность. Лично я, вспоминая своё двадцатилетние, просто хочу залезть в коробку от стыда. Просто пойми. Я-преподаватель, ты-студентка. Не подумай. Ты мне безусловно нравишься, как человек, как личность. И я был удивлён, что летом мы так резко перестали общаться. Но пока что, я предлагаю, для начала, снова попытаться просто дружить. Как тебе идея?
—Я...—в душе девушки начали расцветать цветы. Он понимал, он замечал, но самое главное, он не оттолкнул её. Да, не ответил взаимностью, но пока что предложил дружить. И эти слова «пока что» пробуждала в ней самые яркие вспышки. Преподаватель протянул ей руку.
—Я Александр Базиль. Можешь называть меня Алекс. Предлагаю начать дружить.—улыбнулся он.

***

В чашке осталась лишь одна треть чая.
—В итоге я пожала ему руку.
—А как ты на столе с ним оказалась?
—Хах, ну, об этом история умалчивает. Но, когда вы с Феликсом ушли после нашей... ссоры, мы с Алексом поговорили. И решили, что у нас будет тайный роман,—на губах Ланы играла хитрая улыбка, она всегда так делала, когда в её словах был сексуальный подтекст.—но при этом, мы узнаём друг друга. Вообщем, «пока что дружбы», у нас не получилось.
—Ясно.—без интереса ответила Рине.
—А что у вас с Феликсом? Уже процветает общение?—и опять эта улыбка...
—Что? Нет конечно, мы друзья.
—А зря...—загадочно ответила Лана.
—С чего бы это?
—Ну... Вы с ним не плохо смотритесь, да и я тебе говорила к нему присмотреться.
—Не знаю даже. Он хороший, и мне вроде, как нравится, но... Похоже я ещё что-то чувствую к Артуру.

Лана подавилась оставшимся чаем.—Чего?!
—Я к нему что-то чувствую.
—Знаешь.—Айбер встала из-за стола.—Мы однажды ходили развеется от того, что тебе было плохо после расставания. Сейчас мы идём развеиваться для того, чтобы выбить из тебя эту дурь.
Рине помотала головой и пожала губы.—Нет. Я должна готовится к сессии.
—Так она же у нас только после зимних каникул.
—Чем раньше начну готовится, тем лучше всё сдам.
Лана засмеялась.—Это всё не так работает, дорогуша. Я тебе напомню, что билеты, это как... в России ЕГЭ. Нужно надеятся на свою удачу.

Брови Рине поднялись.—Вот и надейся на свою удачу, а я буду учить. Думаю, что тебе пора.
—Ладно.—Айбер развернулась, вышла в коридор. Надев сапоги и накинув шубку, она открыла дверь и вышла, даже не сказав на прощание «пока».

3 часа спустя.

Сгорбившись за кухонным столом, Рине потирала виски и учила теорию.
—Это называют двойным отражением.—прошептала она. Открыв записи в тетради, девушка пробежалась по строкам, проверяя ответ.—Ага. Отлично. Так, теперь правовая журналистика.—звонок в дверь отвлёк её. Откинув от себя тетрадь и прорычав что-то невнятное, Рине грозной походкой пошла к двери, и даже не посмотрев кто там, открыла её. На пороге стояла Лана со скрещенными руками.
—Ну здравствуй, отличница.
Рине облокотилась на дверь.—Что тебе надо?
—Знаешь...—она без разрешения вошла в квартиру и облокотилась на противоположный косяк.—Я подумала, что раз твой мегамозг улавливает кучу информации за короткое время, то за три часа ты успеешь выучить... войну и мир в трёх томах.
Рине нахмурила брови.—Вообще-то «Война и Мир» написана в двух томах. И написал её Лев Николаевич Толстой в период с 1863 по 1869.
На слова подруги Лана с неодобрением поджала губы. Молча пройдя в глубь квартиры, она вошла в комнату девушки и подошла к шкафу. Распахнув его, она провела задумчивым взглядом по полкам с одеждой. Лана достала коричневый тёплый оверсайз свитер и широкие синие джинсы на высокой талии. Кинув это всё в зашедшую в комнату Рине, она с явным воодушевлением произнесла.—Золотце, мы идём гулять.
Рине, нахмурив свой курносый нос, недовольно произнесла:—Ладно, но не надейся, что я, как ты, быстро растаю.

***

Надевая тёплую коричневую короткую куртку, Рине вдруг осенило. Повернувшись к довольной Лане, она спросила: —А куда мы идём-то?
Довольная и нахальная улыбка подруги превратилась в хитрую.—Гулять.

***

Наконец выйдя из ветхого подъезда, они направились в известном только Лане направлении. Настырность подруги и её давящая на душу недосказанность, напрягало Рине. Она, разумеется предполагала, что подруга придёт к ней мириться и возможно, в качестве извинения, позовёт гулять, но они всегда планировали путь прогулки, на чём наслаивала Рине. Лана, узнавая привычки новоиспечённой подруги всё больше и больше, вскоре смирилась с ними и следовала плану, иногда преподнося во время весёлого времяпрепровождения что-то неожиданное.

***

Открыв дверь бутика со странным названием «Patrick Roger». Запах шоколада ударил внос, Рине вдохнула его, как маленький ребёнок, учуяв любимую сладость. Вокруг было множество скульптур, сделанных из шоколада. Улыбки на лицах сразу начали появляться. Девушки подходили к большому шоколадному яйцу, к леопарду, что гордо лежал за стеклом, осматривая молочными глазами свои шоколадные владения. Один шоколадный бабуин даже успел напугать Рине, отчего она негромко вскрикнула, а после засмеялась. Подруги подходили ко всем скульптурам и корчили смешные рожи, фоткая друг друга. Остальные покупатели и продавцы лишь с удивлением смотрели на них, скорее всего думая про себя.—«Эх, туристы...»

***

—Я тебе говорю, живо вставай! Мы не для того на метро ехали, чтобы ты мялась около башни!—Лана подбирала правильный ракурс, пока Рине пыталась подобрать правильную позу, стоя у большой высокой подсвеченной имитации Эйфелевой башни в крупном торговом центре.

***

Светло-голубая штора примерочной  распахнулась. Из неё вышла Рине, на ней было надето полуприталенное тёмно-пурпурное платье до колена. Пряди тёмных волнистых волос элегантно лежали на её плечах, прикрывая бретельки, а остальная часть локонов доходила до лопаток и закрывала спину. Лана тут же достала телефон и сфоткала её. Рине поставила руки на боку и нахмурила брови.
—А что? По-моему прикольное, ты не согласна?—Лана подлетела к подруге. Под левой подмышкой был прикреплён ценник, он был на верёвочке и шатался при малейшем движении носителя платья. Развернув бумажку, они увидели цену. «93 евро».
—Довольно дёшево.—Рине смотрела на ценник с неким недоверием, будто сама не верила, что в довольно дешёвом магазине есть такое красивое и элегантное платье. В голове девушки уже были образы, как она, нежная и романтичная, разгуливает по Каштановой аллее в мае и ловит на себе заинтересованные взгляды прохожих.

Вновь войдя в узкую кабинку, она взяла свою сумку и начала оттуда что-то доставать. Лана вытянула тонкую, покрытую еле заметными веснушками шею, для лучшего обзора. Рине открыла внутренний карман сумки, в котором были аккуратно сложены деньги. Она достала их и принялась считать. Купюры перепрыгивали из одной руки в другую, охотно придаваясь манипуляциям девушки. Как только последняя бумажка переместилась в правую руку Рине, она одарила светящийся улыбкой свою подругу.
—Купишь?—поинтересовалась она. Кивнув ей в ответ, девушка закрыла шторку и начала переодеваться. Сделав это за считаные минуты, полотно вновь распахнулась и к Лане уже вышла её подруга в обычном образе, который никак не сочетался с тем, что она лицезрела три минуты назад.
Подойдя к кассе, Рине протянула платье светловолосой продавщице, она приняла товар, пробила его и мастерски упаковала в пакет.
—С вас 93 евро.—сказала она.
Рине протянула ей деньги.—Без сдачи.

На лице продавщице отчётливо читалось «слава богу». Иногда, смотря на лица продавцов и слушая их досадное «А у вас помельче не будет?», сразу испытываешь к ним некую жалость. Так и хочется поискать в кошельке купюры поменьше, хотя и сам знаешь, что их там нет. После, когда озвучиваешь это самое «нет», продавец тяжело вздыхает и начинает считать тебе сдачу. Победно окончив подсчёт, он отдаёт тебе деньги.

Колокольчик на двери звонко зазвенел, будто прощаясь с девушками, напоследок прокричав им «До свидания!».
—А ты я смотрю уже к лету готовишься.—засмеялась Лана.
—Ага. Я уже вижу себя в этом платье, гуляющей по алее.
—Знаешь, в таком платье, мне кажется все парни на алее будут твоими.—девушки дружно засмеялись.

Голодный желудок снова дал о себе знать. Рине так и слышала, как он орёт на неё всеми непристойными выражениями, которые только знает.
—Слушай, может пойдём покушаем где-нибудь? А то мне кажется, что мой живот сейчас митинг устроит.—спросила Лана.
—Ты прям мысли моего читаешь!—внутри Рине вновь всё заурчал, как бы соглашаясь на внезапное судьбоносное предложение соседнего живота о принятии пищи.

***

—М-м! Слушай, а может устроим посиделку на твой день рождения?—произнесла Лана, уплетая уже второй бургер с курицей.—Ну, знаешь, чисто компанией. Я, ты, Алар. Мы давно не собирались вместе.
Обмакивая картошку фри в кисло-сладкий соус, Рине ответила на предложение подруги.—Хорошая идея.

Сидящий за спиной Котель парень в капюшоне напряг слух, продолжая делать вид, что ест, уже давно остывшую куриную ножку в панировке.

—Рине...—Лана скомкала уже пустую бумажку от съеденного бюргера и положила её в пакет из под КФС.—Я хотела сказать, что ты молодец. В плане, ты меня выручаешь из ситуаций с парнями, даёшь советы. Короче.—она сжала кулаки.—Ты выпутываешь меня из всякого дерьма. И за это я благодарна тебе. Но я правда уверена, что Алекс хороший. Он мне не сделает больно. Мы уже с ним пытались быть ближе, чем преподаватель и ученица, где-то в июне этого лета, но общение оборвалось по непонятным причинам, поэтому у нас не вышло.
—А сейчас?
—Сейчас как-то всё нахлынуло. Просто, он мне действительно нравится.—она опустила глаза.
—...Мда, я вижу.—Рине потянулась к руке подруги и сжала её.—А знаешь...—Лана подняла на подругу взгляд.—Ты уже взрослая, а я действительно тебе не указ. Так что, прости, что накричала на тебя тогда и влезла не в своё дело. Просто я очень волнуюсь за тебя и не хочу, чтобы ты попала в неприятности.
—Это ты меня прости. Я не ценю то, что ты для меня делаешь. И не слушаю тебя, хотя ты по большей части права.—Рине выгнула бровь.—Ну ладно, ладно. Ты всегда права.—они засмеялись.
—Если он тебя обидит. Я ему, его же журналом по бошке надаю.—уверено пригрозила темноволосая девушка.
—Не думаю, что после этого он поставит тебе зачёт.—улыбнулась в ответ ей Айбер.—М-м!—протянула она, вспоминая то, что не успела сказать.—А как тебе идея пригласить на наши посиделки Феликса?! Его можно уже считать нашим другом.

Парень в капюшоне поперхнулся и разлил свой шоколадный коктейль, громко выругавшись. Девушки обернулись, на несколько секунд остановили на нём свой взгляд, но потом вернулись к разговору. Лана продолжила.—Да и с Аларом они не знакомы.
—Знакомы.
Подруга округлила глаза.—В смысле знакомы?
—Ну, ты тогда была слишком занята мечтами о мистере Базиль, что видимо меня не слушала.
—А-а.—протянула она.—Ты про тот случай в кафе?
—Да.
—Тогда я слушала.

***

21:03.

Уставшие подруги подошли к дому Рине. Котель была выше подруги на пол головы, поэтому ей пришлось немного наклониться для прощальных объятий с ней.
—Пока-а!—Лана чмокнула её в щёку. И направилась к себе домой. Рине посмотрела ей в след и помахала, зная, что подруга этого не увидит. Она достала ключи из кармана и уже была готова открыть дверь, как её опередили. Какой-то парень распахнул дверь и чуть не снёс девушку с ног. От неожиданности, она выронила ключи, и они упали в снег. Парень и Рине одновременно потянулись к ним, и их руки соприкоснулись. Девушка ощутила тепло от рук незнакомца и подняла глаза на него. На девушку смотрели изумрудные глаза. Из под серого капюшона толстовки приветливости выглядывали вьющиеся рыжие волосы. Рине отдёрнула руку и поднялась. Парень подобрал связку ключей, встал и протянул их ей.
—Привет.—тихо произнёс он.
—Привет.—ответила Рине и взяла из рук, протягиваемые им ключи.—Что ты здесь делаешь?
—Я вообще... к тебе.—замялся парень.—Хотел к тебе зайти. Звонил в квартиру, но никто не открыл.
—Ясно.—она попыталась его обойти и направилась к двери.
—Стой!—он схватил её за рукав куртки, останавливая.
—Артур, не трогай меня!—она выдернула руку.
—Прости.—он сунул руки в карманы.—Я хотел поговорить.
—И о чём нам с тобой разговаривать?—волна гнева и тошнота уже подкатили к её горлу.
—О том, что произошло две недели назад.
—Что, блондинка бросила?—гадко усмехнулась Рине, понимая всю абсурдность ситуации.
—Нет, я её бросил. Вообще-то через пол часа после своего ухода.
Девушка развела руки в стороны.—Да ты прям молодец! Герой!
—Я не надеюсь, что ты меня простишь. Просто ты очень дорога мне. Мы многое с тобой прошли...
—Об этом нужно было думать раньше.—перебила она его.
—Понимаю, но без тебя всё стало... знаешь, вообще иным. Какое-то несварение в желудке, постоянно думаю о тебе, даже песни писать не получается. И я бы хотел всё вернуть. Правда.

Брови девушки нахмурились. Она понимала, что Артур может нести любой бред о любви, но она действительно хотела верить в его слова. Смешанные чувства. Это, скорее всего единственное правильное название, которое может описать её эмоции и отношение к этому человеку.
С одной стороны, разум отталкивал его слова о любви, полагаясь на здравый смысл. Перед глазами маячила та самая блондинка в проходе в их спальню, будто напоминая и подшучивая над девушкой, говоря: «Он выбрал её, а не тебя». «С ней ему нравится больше». Это доводило до тошноты. Сразу сознание давало определение тому, чем именно веяло от Артура. Фальшью, враньём и холодностью.
Но с другой стороны... Она не хотела его отпускать, даже при этом зная, что у него была другая. Хотелось верить в их любовь, не давая возможности понимать, что любви нет, как заученного определения. Есть дофамин, серотонин, окситоцин, эндорфин. Это просто выделяемые гормоны. Но как раз эти потрясающие гормоны, она и ощущала, находясь рядом с Артуром. Он был, как её личная привязанность.

Все мы знаем, что есть 5 стадий горя.

1. Отрицание.
—«Да как он мог? Это невозможно! Мы же так любили друг друга...»

2. Гнев.
—«Вон! Это моя квартира, я хочу, чтобы ты ушёл!»
—«Лана... Почему он так со мной?»
—«Пф, больно он мне нужен».

3. Торг.
—«Возможно мне стоило приходить раньше из университета, тогда бы он не заинтересовался другими...»—думала она, свернувшись калачиком на кровати.

4. Депрессия.
Она буравила кухонную стену взглядом, так и не прикоснувшись к чашке чая.

5. Принятие.
...

Рине прошла все стадии за две недели, кроме последней. Принятия не было, им даже не пахло. Она каждый день просматривала его страничку в соц.сетях. Говорила всем, что всё хорошо, пыталась выглядеть так, будто ничего не произошло, и она всё также счастлива, а потом приходила домой и плакала под душем. На вопросы знакомых отвечала, что просто расстались, а, приходя домой, ложилась на кровать, укрываясь одеялом с головой, просматривая в телефоне старые фотки.

—Я тоже.—прошептала она.—Я...—Рине закашлялась. В нос попал запах сигарет, запах, который она терпеть не могла. Когда видела курящего человека, сразу же задерживала дыхание, лишь бы не вдыхать сигаретный дым. Она устремила свой взгляд на источник запаха.
Облокотившись о фонарный столб стоял, повернувшись боком к ним, высокий парень. Он был в чёрной куртке, чёрных джинсах и массивных ботинках. Лицо было скрыто капюшоном. Парень покручивал в руках сигарету, а после вновь вдохнул едкий табак, запрокинул голову назад и выпустил чёрно-серый дым. Прохрипев приятным голосом что-то похоже на «Простите», он вновь сделал затяжку.
Девушка попыталась не обращать внимания на него и дым, она снова посмотрела на Артура, попутно вспоминая, что хотела сказать. Перед глазами возникла Лана, говорящая о том, что они с мистером Базилем пытались общаться, но общение пошло на спад, но после, буквально недавно, вновь возобновилось. Это подтверждала та картина, что они видели в Феликсом вчера.
Ненадолго задумавшись, Рине всё же поняла, что стоит ответить бывшему ухажёра.
—Мне приятно слышать эти слова, но я не готова тебя простить. На самом деле, я точно также не могу смирится с тем, что произошло и даже можно сказать, что скучаю. Мне, до сих пор вспоминается та картина.
Артур опустил глаза.—Понимаю.—он уже развернулся, чтобы уйти, но его остановили слова Рине.
—Я действительно не готова совсем прощаться, поэтому предлагаю пока просто дружить.—она протянула ему руку. Внутренний голос кричал: —«Дура, что ты делаешь?! Вспомни, как он тебя ударил.»
Подсознание воспроизвело ощущение удара по щеке, но отступать от решения было поздно. Предложенная рука не опустилась.

Артур засветился. Он был похож на тёплое солнце в такую холодную погоду и с огромным удовольствием пожал ей руку в ответ. Он потянулся к ней, чтобы поцеловать, но Рине слегка оттолкнула его.—Рановато.
—Прости.—тепло улыбнулся он.
Попрощавшись с парнем, девушка вздохнула и наконец вошла в тёплый подъезд.
Улыбка Артура не спала, он засунул руку в карман, чтобы согреть, развернулся и ушёл.

Парень зарычал.
Попытавшись успокоится, он выдохнул и прошипел.—Чокнутая...—докурив последнюю сигарету, он снял капюшон и на тёмные, похожие на смоль волосы стали падать белые снежинки. Засунув руку в левый карман, он уже хотел достать новую пачку сигарет, но нащупал внутри только свой складной нож.—Сука!—выругавшись, он направился в ближайшую табачную.

***

Подойдя к ветхому магазинчику с вывеской «Tabac», он постучал в окошко. Его открыл мужчина, лет пятидесяти с колкой щетиной.
—Marlboro Gold. Две пачки. Хотя нет. Давайте три.—сказал ему парень. Мужчина начал проводить пальцем по стеллажу, ища нужные сигареты.
Около замершего от холода покупателя прошёл знакомый мужчина с большим пакетом продуктов. Он проводил его взглядом.
—С вас 10.06 евро.—прохрипел продавец. Быстро вытащив первые попавшиеся купюры из кармана, он кинул их на кассу и забрал сигареты, которые протягивал старый мужчина.
Парень быстро удалился, даже не заметив возглас продавца о том, что денег он дал слишком много.

***

Мистер Базиль был в тёплой широкой синей куртке. Он зевнул, выдыхая белый пар из рта. Вдруг, услышав за собой быстрые шаги, он поёжился.
—«Ну мало ли, идёт просто в ту же сторону».—начал он успокаивать сам себя.

***

Преподаватель уже подошёл к своему подъезду и потянулся к ручке двери, как вдруг что-то твёрдое уткнулось ему в спину.
—Сделаете хоть шаг, нажму на кнопку и клинок устремится в плоть.—задорно произнёс голос сзади.
Внутри мужчины всё затряслось. Что, что, а встретится с грабителем в полдесятого вечера, когда уже давно темно, было совершенной неожиданностью. По голосу это был парень. Лет двадцати, не более.
—Повернитесь.—приказал он.
Мужчина медленно повернулся. Лица парня не было видно из-за тусклого освещения фонаря. Эффект невидимости давал хорошо натянутый чёрный капюшон.
—Ч-что вам нужно?—нижняя челюсть дрожала. Толи от холода, толи от непередаваемого ужаса. Он клялся, если этот парень сделает хоть шаг к нему, он замахнётся и ударит его тяжёлым пакетом с продуктами.
—Мистер Базиль.—преподаватель оторопел. Мало того, что неизвестный знал его имя, так ещё и голос был до боли знаком.—У меня к вам деловое предложение.—почти пропел парень, крутя в руке складной нож.—Помните, вы мне давали номер телефона одной студенточки. У меня появился план, и вы мне в нём поможете. Если конечно не хотите, чтобы все узнали, что вы совращайте студенток.
—Что?—с испугом произнёс мужчина и посмотрел на парня.
—А что? Разве между вами и Ланой Айбер ничего нет? Не думаю, что декану или ректору понравится это. Не волнуйтесь. Доказательства имеются. Как хорошо, что у меня есть доступ к камерам видеонаблюдения.
Мистер Базиль сглотнул. Он готов был поклясться, что его собеседник улыбался. И нет. Никакой хитрой улыбкой, на его губах был оскал. Парень продолжил. Его чёрные глаза, блеснули в свете тусклого фонаря.—Ведь как говориться, чем сложнее игра, тем она интереснее. Правда?