Легенды острова Тирра: Тёмный замок

Несмотря на то, что была глубокая ночь, во всех окнах на первом этаже коттеджа 505 горел свет. Сердце у Кицунэ гулко забилось, и она, открыв миниатюрную синюю калитку, вошла во двор. Приложив карту к считывающему устройству, расположенному на двери, девушка вошла в коттедж. Внутри царила мрачная атмосфера: Тассия была вся в слезах, её обнимала угрюмая Персик, а Даниэль и Ярик удручённо сидели на диване. Но как только вошла Уайтфокс все встрепенулись и кинулись к ней.

– Кицу-у-унэ!.. – Тассия обняла её и ещё больше заревела.

Персик обняла их обеих сразу, и слёзы выступили на её глазах. Даниэль с возгласом: «Ох, жёнушки мои!» – сграбастал в свои объятия всех троих. А Ярик топтался рядом и улыбался во все тридцать два зуба.

Уже позже на кухне, когда отпаивали Кицунэ ромашковым чаем, посыпались упрёки и вопросы: «Куда ты пропала?» – «Что с тобой случилось?» – «Тебя похитили?»

– Я... – Уайтфокс отхлебнула чай, вздохнула и проговорила. – Я была на мысе Тёмного замка.

– Где?! – удивилась Персик.

– Это там, где привидения и вампиры? – спросил Даниэль.

– Ага, – ответила Уайтфокс. – Так ты слышал эту легенду?

– Мы со старшекурсниками как-то раз пиво пили, так они подбивали нас туда сходить и удостоверится, – ответил Шизо. – Но мы не дураки, чтобы ночью по горам шастать. А ты что? Повелась на такое и заблудилась?

– Я повелась на слух, что там ловится связь.

Даниэль дико заржал:

– Это ж ещё одна заманиловка для дурачков. Ближайшая вышка для мобильной связи находится слишком далеко от острова Тирра.

– Знаю, – надулась Кицунэ, – но я в отчаянии. И готова на всё, чтобы связаться с бабушкой.

– Я же тебе говорила, что единственный вариант: съездить к ней на каникулах, – фыркнула Персик.

– А мы, не найдя тебя в университете, подумали, что ты вернулась в коттедж. Хоть и удивились этому, – сказала Тассия. – Но, когда не обнаружили тебя дома, то забеспокоились. Пошли в коттедж 410. А после в полицию. Там сказали, что проверят, не покидала ли ты остров.

– На следующий день нам пришлось снова ехать в университет, – продолжила Персик. – Во время большой перемены мы отправились к Бакалаврам. Но они сказали, что на пары ты не приходила.

– И вот тогда мы поняли, что с тобой что-то случилось, – проговорила Брайт. – Сначала пришли к твоему декану. А она и в самом деле та ещё стерва! Не поверила, что ты пропала. Сказала, что ты скорее всего загуляла и что, если ты не явишься в понедельник, то тебя исключат.

– Тогда я заподозрила, что это дело рук вис-мастера, – сказала Мидори. – Я не пошла на последнюю пару, вызвала такси и заявилась в замок Серого Дракона. Я думала, что он поступит, как профессор Мартинез. Но на удивление, он меня принял, выслушал и пообещал организовать поиски. Герцог был слишком спокоен. Тогда я спросила у него, не сделал ли он что-то с тобой. А он разозлился и спросил на каком основании я его подозреваю. Оснований было много. Но я просто рассказала ему о пророчестве Тассии. Тогда герцог сказал, что знает, где ты. И сделает всё возможное, чтобы тебя отпустили. После этого я приехала в коттедж, а затем собрались и все остальные. Ну, все, кроме Хируми. Она куда-то ушла. А мы остались ждать новостей от вис-мастера. Тут ты и сама заявилась!

– Ах... Предсказание Тассии. Точно! Совсем про него забыла, – проговорила Кицунэ.

– Ну, или не поверила ему! Так ведь? – сказал Даниэль. – Ведь у неё дар Кассандры.

Уайтфокс глянула на Брайт, та сидела с глубоко несчастным видом.

– Я поверила, Тассия! Я серьёзно поверила, – пробормотала Кицунэ. – Но мысль о том, что я смогу связаться с бабушкой Анной вытеснила все переживания по этому поводу.

– А что за предсказание было? – спросил Ярик.

– «Почва уйдёт из-под ног Белой Лисицы, и она окажется в зубах Чёрного Дракона», – проговорила Мидори.

– Ого! Звучит зловеще! – сказал Даниэль. – Так это с тобой и случилось, Кицу-кицу?

– На мысе Тёмного замка начался оползень. Почва ушла у меня из-под ног, и я упала с высоты более ста метров, – ответила Кицунэ.

– Более ста метров?! – удивился Ярик. – Падение с высоты более тридцати метров убивает человека. Как ты выжила? Это просто чудо!

– Я применила дар Воина и дар Пророка одновременно. Наверное, меня это и спасло. А когда очнулась, то оказалась в зубах Чёрного Дракона, – произнесла Уайтфокс, а потом её осенило: – Так он из династии Драгонов! Тогда понятно, почему он не захотел называть своё имя.

– Кто «он»? – спросила Персик.

– Вампир, – ответила девушка.

– Вампиров не существует, – безапелляционно сказала Мидори.

– Знаю. Но он укусил меня, – и Кицунэ показала след от зажившей раны на шее.

Даниэль вскочил со стула, как ужаленный:

– Что? Да как он посмел тронуть мою жёнушку?! Я ему морду набью! И не посмотрю на то, что он из Драгонов!

– Успокойся, Даниэль, – попросила Уайтфокс. – Не нужно никого бить. Он не виноват.

– Он тебя укусил! И он ещё и не виноват?! – возмутился Шизо.

– Не знаю, почему, но с ним всё не так однозначно, как тебе кажется, – проговорила Кицунэ.

– Может у тебя Стокгольмский синдром? – предположила Персик.

– А? – удивилась Уайтфокс. – Я как-то об этом не подумала. Тогда это многое объясняет.

– Что именно объясняет? – обескураженно спросил Даниэль.

– Ну, хотя бы то, почему меня так тянет вернуться в Тёмный замок, – ответила Кицунэ.

– Что?! Ты хочешь туда вернуться?! – воскликнул Шизо.

– У меня такое странное ощущение, будто я что-то там оставила... или что-то забыла там сделать, – сказала девушка.

– Не смей туда возвращаться! – потребовал Даниэль. – Не известно, что этот больной ещё с тобой может сделать!

– Да, – подхватила Персик. – Уверена, что вис-мастер всё знает о нём. И что только благодаря герцогу Орландо этот «вампир» отпустил тебя. Но если ты туда вернёшься, это будет верх глупости.

– Знаю, – опустив голову, проговорила Кицунэ. – Я больше туда не вернусь. Обещаю.

– Фух... – выдохнула Мидори. – Уже поздний час. Пора расходиться.

– Это точно. Пошли, Даниэль, – сказал Ярик, вставая из-за стола.

– Да-да, – пробормотал Шизо, вставая следом, а потом обернулся к Уайтфокс: – Кицу-кицу, я рад, что ты вернулась целой и невредимой. Больше не исчезай так. А то я чуть с ума не сошёл от беспокойства.

– Хорошо, Даниэль, – улыбнулась девушка. – Я никуда не исчезну.

И парни вышли из коттеджа 505. А девчонки поднялись на второй этаж, чтобы приготовится ко сну. Уже в холле Брайт снова крепко-крепко обняла Уайтфокс.

– Ты чего, Тасс? – удивилась Кицунэ.

– Я... Я тоже чуть не сошла с ума от беспокойства, когда ты пропала, – проговорила девушка-аквамарин.

Уайтфокс обняла её в ответ:

– Прости, что заставила волноваться. В следующий раз, если я вздумаю куда-то отлучиться, то обязательно вас уведомлю об этом.

– Уж будь добра постараться! – произнесла Мидори. – Иначе отшлёпаю тебя так, что мало не покажется!

Кицунэ захихикала и протянула руку Персику. Та подошла и обняла подруг. Так и стояли они кружком: лоб в лоб, руки на плечах и талиях.

– Я вас люблю, девчонки, – произнесла Уайтфокс.

– И я вас, – пропищала Тассия, шмыгая носом.

– А я-то вас, как люблю! – улыбнулась Персик, а потом отодвинулась и посмотрела на Кицунэ с тревогой: – У тебя температура поднялась, что ли?

– Нет, я просто устала от сильного эмоционального перенапряжения. Нужно лечь в пастель и выспаться. Хорошо, что завтра суббота, – ответила девушка.

– Если почувствуешь себя хуже, скажи. Мы позовём Целителя, – сказала Мидори.

– Да я сама Целитель! – захихикала Кицунэ.

– Это так. Но всё же...

– Ладно-ладно. Если что, скажу.

И девушки разошлись по своим комнатам.

Приняв душ, Кицунэ легла спать.

Ночью Уайтфокс приснился сон, как она бродит по коридорам Тёмного замка и постоянно кого-то ищет и зовёт.

Проснулась от того, что кто-то положил ей на лоб холодную руку.

– У неё жар, – услышала она, как сквозь толщу воды, голос Персика.

– Зови Целителя, – сказала Тассия.

Через некоторое время пришёл высокий мужчина пожилых лет с очень длинными седыми волосами и небольшой кустистой бородой. Кицунэ посмотрела в его добрые синие, словно океан, глаза, и поняла, что перед ней профессор Пхён-Джуно. Он осмотрел её и сказал:

– Судя по всему причиной твоей простуды стало резкое переохлаждение. Может, ты в море упала? Или попала под холодный дождь?

– Вообще-то, я попала под холодный душ, – произнесла Кицунэ.

Целитель цыкнук языком и с досадой сказал:

– Без должного закаливания нельзя принимать холодный душ. Вот теперь получай последствия. Я сниму жар, и прочитаю формулу от простуды. Но тебе придётся остаться сегодня в постели и пить липовый чай.

– Не волнуйтесь, профессор, мы проследим за этим, – проговорила Персик.

Старик кивнул и произнёс:

– У тебя очень хорошие подруги, Кицунэ. Ты не против, что я обращаюсь к тебе по имени? Ведь скоро наши кланы породнятся.

– Не против, профессор Пхён-Джуно, – согласилась Уайтфокс.

– Вне университета можешь называть меня дедушкой Каном.

– Хорошо, дедушка Кан, – улыбнулась Кицунэ.

Целитель помолился, снял с шеи медальон с рунами, перекрестил этим медальоном девушку и прочитал заговоры от простуды и жара. Когда он закончил, сказал, что к вечеру ей полегчает, попрощался и ушёл.

Уайтфокс снова тотчас же уснула. И приснился ей сон, как стоит она на помосте в чёрном одеянии, а рядом на троне в своей чёрной маске сидит Тёмный, и на голове у него корона. Площадь была полна безликих людей. А на эшафот с гордо поднятой головой взошла Рэйчел Рэдфокс. Палач, скрытый под маской, склонил колено перед ней и попросил прощение за своё преступление против живой плоти. А Рэйчел повернулась к помосту, посмотрел прямо в глаза Кицунэ и вдруг сказала: «Позаботься о моём брате». Разве у Рэйчел есть брат? Тут палач замахнулся секирой и...

Уайтфокс вздрогнула и проснулась. Её комната была залита красным светом заходящего солнца. За письменным столом сидела девушка и читала книгу. Волосы у девушки отливали красным.

– Рэйчел... – проговорила Кицунэ. Девушка оторвалась от книги и посмотрела на неё своими синими глазами. Это была Кристина Пхён-Джуно. Просто волосы отливались красным цветом из-за заката. Уайтфокс засмеялась над своей ошибкой закрыв глаза правой рукой. Гранатовый браслет кроваво засверкал на её запястье. «Откуда здесь быть Рэйчел?» – подумала Кицунэ, а вслух сказала:

– Кристина... Почему ты здесь? – и опустила руку, глянув на свою будущую невестку.

– Дедушка сказал, что ты заболела, вот я и пришла тебя навестить, – виновато произнесла она.

Уайтфокс приподнялась и села в подушку:

– Твой дедушка уже меня исцелил. Я хорошо себя чувствую. Никогда хорошо себя так не чувствовала.

– Да, но я беспокоилась о тебе...

– И ты тоже? – ухмыльнулась Кицунэ. – Я ходячее сплошное беспокойство.

– К тому же ты металась во сне. Мне пришлось трижды налаживать на тебя заговор от кошмаров. И пока ты спала я убрала у тебя на шее след от раны. Кожа теперь чистая и ровная, – произнесла Пхён-Джуно.

Уайтфокс потрогала шею на месте бывшего укуса. На ощупь кожа была гладкой.

– Спасибо. Знаешь, перед самым своим отъездом в университет Кевин попросил меня позаботиться о тебе. Я ещё возмутилась, что это я младше, и это обо мне надо заботиться. А он рассмеялся и сказал, что я выживу при любых условиях. Но в итоге получается, что это ты обо мне заботишься. Спасибо тебе, Кристина.

– Но я ничего не сделала! Скорее наоборот: именно из-за меня ты оказалась в такой ситуации! Прости. Я виновата, что рассказала тебе легенду о Тёмном замке!

– Не ты, так кто-нибудь другой рассказал. Я бы всё равно туда пошла, – сказала Кицунэ. – Тебе не в чём себя винить.

– Так ты столкнулась с вампиром? – в синих глазах загорелся интерес.

– Я бы не назвала его вампиром. Скорее всего он человек. Конечно, он пьёт человеческую кровь и прячется от солнечного света, но он также может есть обычную еду, и пальцы у него были горячие, когда он осматривал на моей шее свой укус.

– То есть у него просто синдром вампиризма, который ещё называют болезнью Гюнтера или эритропоэтической порфирией? – ошеломлённо сказала Кристина.

– Вполне возможно.

– Плохо. Формулы от этой болезни не существует. Это наказание божье за страшные грехи. Исцелить его никто не сможет, – грустно проговорила Пхён-Джуно.

– Как создаются формулы?

– Верховными Целителями. Они ведут праведный образ жизни: постоянно молятся, постятся, исповедуются и причащаются. Настоящий аскеты.

– И от таких вряд ли дождёшься формулы от вампиризма, – добавила Уайтфокс.

Тут в комнату зашли Персик и Тассия.

– О! Кицунэ! – обрадовалась Брайт. – Ты наконец-то проснулась! А мы тебе чай липовый купили. Сейчас заварю.

И Тассия развернулась и убежала на кухню.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила Персик.

– Отлично! – Уайтфокс поднялась с постели и потянулась. – Готова к труду и обороне!

– Ну, тогда мне пора возвращаться домой, – сказала Кристина. – Береги себя, Кицунэ. А ещё лучше: начни закаляться.

– Хорошо. Я постараюсь.

Девушки обнялись на прощание, и Пхён-Джуно ушла.