Глава 18. Коттедж 410
Первокурсники вернулись в Ойю только к полуночи. Преподаватель предупредил их, что в девять утра состоится общеуниверситетское собрание, после которого начнутся занятия вводного характера. Также попросил всех лечь пораньше, и если кто-то утром опоздает на автобус, тот пойдёт до университета пешком.
Предупреждения предупреждениями, а все первокурсники, впервые оставшись без опеки родителей, не собирались ложиться спать пораньше, и устраивали в своих коттеджах вечеринки на всю ночь.
Также и Персик, Тассия и Кицунэ, переодевшись в удобные джинсы, топики и ветровки, отправились в коттедж 410. Хируми, кстати, тоже принарядилась и куда-то упорхнула, не сказав ни слова.
На улицах Ойи было шумно и весело. Большинство кафешек было открыто, и там было полно народу. Везде играла весёлая музыка, светили разноцветные фонари и гирлянды.
Кицунэ шла с широко распахнутыми глазами и рассматривала всё кругом:
– Такое ощущение будто попала в волшебный мир с эльфами!
– Ты как ребёнок, который впервые празднует Рождество, – засмеялась Персик.
– Кто-нибудь знает, где находится коттедж 410? – спросила Тассия.
– Я слышала, что на соседней улице недалеко от прачечной, – ответила Мидори.
Коттедж 410 оказался не таким большим, как 505, но своеобразным: он был весь высечен в скале и походил на четырёхкомнатную пещеру с огромной гостиной. Комнаты оформлены в природной цветовой гамме: успокаивающие землянисто-бежевые, коричневые и серые оттенки. Вся мебель была из натуральной древесины, а ванная комната из мрамора.
– Ух, ты! Я как будто попала в пещеру к Али-Бабе! – воскликнула Кицунэ, зайдя в коттедж, когда Шизо со словами: «Добро пожаловать в мою скромную обитель!», открыл им дверь.
– Ага, только сокровищ не хватает, – сказала Персик.
– И разбойников, – подхватила Тассия.
– Разбойники есть! – Даниэль махнул в сторону диванов в гостиной, где сидели остальные обитатели коттеджа.
Три парня повскакивали со своих мест, увидев вошедших девушек.
– О! Девчонки! Проходите! Присаживайтесь! Пиво будите?
– Пиво? – удивлённо спросила Кицунэ, садясь на диван. Тассия и Персик сели рядом с двух сторон. Мидори вела себя относительно спокойно в незнакомой обстановке и в незнакомой компании. А вот Брайт, натянув рукава, как-то вся сжалась и с подозрением смотрела на окружение.
– Ты не любишь пиво? – удивился тот самый парень в очках, что спорил в автобусе с Хируми.
– Я его не пробовала. Пиво это напиток для бедных, – высокомерно ответила Уайтфокс.
– Чего? – воскликнул невысокий коренастый парень.
– Да-да, – криво улыбаясь и разливая светлое пиво в большие кружки, произнёс Даниэль. – Пиво напиток для бедных, глупых и тех, кто пьёт, чтобы ссать.
Все рассмеялись над его словами, ещё и потому что он после сказанного всучил по кружке каждой девчонке.
Но высокий, худощавый парень с веснушками и рыжими волосами возразил:
– Вообще-то зайдя в пивной ресторан, где в наличии более четыреста видов пива, ты никак не можешь быть глупым, так как надо в них разбираться. И не можешь быть бедным, чтобы попробовать уникальные сорта. Ну, а последнее утверждение можно отнести и к воде!
– Да, – кивнул коренастый парень. – В истории пива есть элитные сорта!
– А пресловутый Октоберфест[15], – продолжал рыжик, – начинается с того, что мюнхенский бургомистр накатывает специально свежесваренного пива, а такой важный человек вряд ли стал бы это делать, будь это напиток для бичей.
– Ладно-ладно. Я попробую, – сказала Кицунэ, сделала глоток и почувствовала лёгкую горечь во вкусе и тонкий хмелевой аромат.
– Ну, как? – спросил рыжик. Вид у него был такой, будто Уайтфокс только что попробовала напиток богов, и она просто обязана это признать.
– Как моча! Правда? – улыбнулся Даниэль.
Тассия только начала пить, но от слов Шизо пырскнула в кружку и вся облилась. Пиво попало ей даже в нос. Кицунэ тут же подала ей салфетки.
Все за столом смеялись. А коренастый парень подскочил со своего места к Брайт и попытался ей помочь, вытирая салфетками мокрый топик на её груди. Девушка-аквамарин чувствовала себя неловко, но ничего не говорила, а только краснела. Кицунэ отобрала у него салфетки и сказала:
– Парень! Отвали. Я сама помогу своей подруге, – и тут же начала вытирать её мокрый топик на груди. Отчего Тассия ещё больше покраснела.
– Да! Кстати, как вас зовут? А то мы тут как общество анонимных алкоголиков, – сказала Мидори.
– Я Карл, – представился коренастый, садясь на своё место.
– Карл! – и тут Даниэль состроил страдальческую рожу Рика Граймса из «Ходячих мертвецов». – Его зовут Карл! Почему его родители назвали Карлом?! Почему, Карл?!
– Да ты задрал уже! – коренастый парень бросил в Шизо смятую салфетку. Но тот только стоял у стола и ржал.
– Я Ярик, – произнёс парень в очках.
– А я Артур, – представился рыжик.
– А я Даниэль, – сказал Шизо, плюхнувшись на диван рядом с Карлом и задев его руку, держащую кружку с пивом, отчего коренастый парень разлил напиток на свои джинсы.
– Даниэль!!! Кабан! Козёл! Баран! – Карл покрыл Шизо таким отборным матом, что у девушек уши в трубочку свернулись.
Уайтфокс подтолкнула локтем Брайт и сказала:
– Помоги-ка парню вытереть салфеткой джинсы в о-о-очень мокром месте.
Тассия снова покраснела и, заикаясь, произнесла:
– Я...я... Я н-не буду...
– А я буду! – сказала Персик, отхлебнув пиво и поставив кружку на стол. Она схватила салфетки, поднялась со своего места и направилась к Карлу.
– Н-н-не надо. Я сам, – теперь настала очередь краснеть и заикаться коренастому парню.
– Надо-надо, – зловеще улыбаясь, Персик пробиралась к Карлу мимо Ярика и Артура. Но коренастый парень вдруг вскочил с места и побежал в свою комнату.
– Эй! Я же только помочь хотела! Почему ты убегаешь? Почему, Карл?! – крикнула Мидори ему вослед.
Шизо на диване качался со смеху, а потом поднял ладонь и сказал Персику:
– Дай пятюню!
И прелестница хлопнула своей ладонью в ладонь голубоглазого блондина. Она хотела было вернуться на своё место, но Даниэль, схватив её за талию, усадил рядом, на место Карла:
– Куда же ты? Посиди со мной.
– Может, сыграем во что-нибудь? – спросила Кицунэ.
– Во что? – спросил Шизо.
– В «Правда или действие».
– О! Давай! – обрадовался голубоглазый блондин. – Я первый игрок.
И Даниэль подхватил пустую стеклянную бутылку из-под пива, положил её на стол и крутанул. Бутылка завертелась и показала горлышком на Артура.
– Ах, ты ж... – огорчился Шизо. – Ну, ладно. Правда или действие?
– Действие, – ответил Артур.
– Так... Выйди-ка ты на улицу и повой на луну минут десять.
– Десять минут? Ты сосем, что ли?! – возмутился рыжик.
– Да. Иди уже. Я засеку время, – невозмутимо настаивал Даниэль.
Артур раздражённо поднялся с дивана и вышел на улицу. За дверью послышался его вой. Все просто попадали со смеху.
– Так. А пока он там воет, мы продолжим, – Шизо снова крутанул бутылку, и её горлышко показало на Кицунэ.
– О! – обрадовался голубоглазый блондин. – Супер! Правда или действие?
Уайтфокс посмотрела на входную дверь, за которой выл Артур, и сказала:
– Правда.
Даниэль криво улыбнулся и спросил:
– Как тебе нравился в постели?
– Завернуться в одеяло, как в кокон, и спать так до самого утра, и чтобы никто не тревожил, – ответила девушка.
– Эй! Я спросил про секс! – возмутился Шизо.
– Ты спросил про постель, а в постели спят, – улыбнулась Уайтфокс и крутанула бутылку. Та остановилась и показала на Персик.
– Правда или действие? – спросила Кицунэ.
– Действие, – ответила Мидори.
И тут в гостиную зашёл Карл в новых сухих джинсах.
Кицунэ нагнулась над столом и прошептала так, чтобы не слышал коренастый парень:
– Поцеловать Карла.
– Эй! – возмутился Шизо. – А почему не меня?
Ничего не подозревающий Карл подошёл к Персику и сказал:
– Кыш с моего места.
Персик поднялась, взяла за воротник его рубашки и поцеловала прямо в губы. Тот остолбенел. А Мидори, поцеловав его, оттолкнула, посмотрела на Уайтфокс и спросила:
– Довольна?
– Более чем, – улыбнулась Кицунэ.
Персик, обойдя стол, села на своё место возле подруг.
– Ну, держись, пройдихвостка! – сказала она и крутанула бутылку.
Карл с обалдевшим видом плюхнулся на своё место и спросил:
– Что здесь происходит?
– Мы играем в «Правда или действие», – ответил Даниэль.
– А кто там воет на улице? – обернувшись на дверь, просил коренастый парень.
Все засмеялись.
– Артур! Кто ж ещё? Он постоянно так делает, – смеясь, ответил Шизо.
Склянка покрутилась и остановилась на Тассии. Персик вздохнула и спросила:
– Правда или действие?
– Правда.
– Какая часть своего тела тебе нравится, а какую ты ненавидишь?
– Мне нравится... ключицы, – ответила Брайт. – А всё остальное ненавижу.
– У-у-у-у... Жёстко ты к себе, – произнёс Карл. – А мне нравится твоя грудь.
Тассия снова густо покраснела.
– Мы заметили, – прошипела Кицунэ.
– Тассечка, крути бутылочку, – попросил Даниэль.
Тассия крутанула бутылку, и та, покрутившись, остановилась на самой Тассии.
– Крути снова, – сказал Карл.
Брайт снова крутанула, и снова бутылка указала на неё саму.
‒ Тассечка, ты притягиваешь к себе бутылки? ‒ удивился Шизо.
‒ Скорее неприятности, ‒ улыбнулась Брайт.
‒ Давай вместе, ‒ предложила Кицунэ и положила свою ладонь на тыльную сторону кисти Тассии, когда та снова взялась за бутылку. Брайт снова покраснела и крутанула склянку. Та завертелась и наконец-то остановилась на Ярике.
‒ Правда или действие?
‒ Действие! ‒ храбро заявил парень в очках.
‒ Хммм... ‒ Тассия вдруг преобразилась и, странно ухмыльнувшись, выдала: ‒ Поцелуй Даниэля.
‒ Чего?!! ‒ воскликнули оба. А Карл дико захихикал.
‒ Да! Душа требует яоя! ‒ обрадовалась Персик.
‒ Нет! ‒ воскликнул Ярик и, посмотрев на Мидори, сказал: ‒ Мне девушки нравятся!
‒ Никто и не сомневается. Это просто игра, ‒ ответила прелестница.
‒ Целуй! Мы ждём, ‒ произнесла Уайтфокс.
‒ К чёрту всё! ‒ психанул Даниэль и сам поцеловал Ярика. Девушки завизжали от восторга, а Карл качался от смеха по дивану. Парень в очках, красный и злой, крутанул бутылку, и та остановилась на Карле.
‒ Правда или действие?
Всё ещё смеясь, Карл ответил, не подумав:
‒ Действие.
‒ Целуй Даниэля!
‒ Нет-нет-нет! Правда! «Правда» я сказал! ‒ тараторил коренастый парень.
‒ Эй! А почему меня? Я что такой целовабельный? ‒ возмутился Шизо. ‒ Тогда лучше б вы были девчонками!
‒ Целуй Даниэля, Карл! ‒ прорычал Ярик. ‒ Это чтобы ты потом не вякал, что мы гомики!
‒ Ладно-ладно, ‒ и Карл чмокнул в губы Даниэля.
‒ Эй! Можно было бы и погорячее! ‒ возмутилась Персик.
А Шизо начал отплёвываться и вытирать губы рукавом:
‒ О, нет! Карл! Ты что? Гомик? Ты реально гомик, Карл?!
‒ Да пошёл ты, Шизо! ‒ Карл крутанул бутылку. Та повертелась и показала на Персик.
‒ Правда или действие?
‒ Правда! ‒ улыбнулась прелестница.
‒ Что бы такое спросить? О! Тебе понравилось со мной целоваться? ‒ спросил коренастый парень, довольно улыбаясь.
‒ Нет, ‒ отрезала Персик и крутанула бутылку. Карл резко перестал улыбаться.
Даниэль захихикал:
‒ Знаешь, Карл, мне тоже не понравилось с тобой целоваться!
‒ Да пошёл ты, Шизо! Я у тебя не спрашивал!
Бутылочка покрутилась-покрутилась и остановилась на Кицунэ. Персик издала торжествующий вопль и спросила:
– Правда или действие?
– Ты меня пугаешь, – ответила Уайтфокс. – Так пугаешь, что это возбуждает.
– Ого! – воскликнул Даниэль и даже пододвинулся поближе.
– Так «правда» или «действие»? – настаивала Мидори.
– Хммм... Ладно. Действие!
– Станцуй стриптиз!
– Чего?!
– Стриптиз.
– Ты извращенка! – сказала Кицунэ, вставая с дивана и выходя на открытое пространство перед столом. – Догола?
Персик посмотрела на Шизо, тот радостно закивал.
– Ммммм... До нижнего белья, – ответила Мидори.
Даниэль расстроено застонал:
– Так не интересно.
Персик включила на своем телефоне песню Jeremih «Fuck you all the time».
И Уайтфокс начала танцевать: чувственно, женственно и сексуально. Медленно крутя попой, провела рукой от бедра до шеи, расстегнула одну пуговицу на топике, потом вторую.
Даниэль сначала рассмеялся от восторга, а потом замер и начал смотреть.
Карл вообще начал пить пиво, но, когда увидел, что вытворяет девушка из высшего общества, снова пролил этот напиток на свои джинсы.
За дверью прекратился вой, и в коттедж вошел Артур, да так и застыл у входа, смотря на Кицунэ.
Ярик почему-то смотрел только на Персик. Персик же спокойно улыбалась и смотрела на Уайтфокс. А Брайт закрыла своё покрасневшее лицо руками, но подсматривала сквозь пальцы.
Сняв топик, Кицунэ покрутила его над головой и швырнула прямо в Мидори. Даниэль присвистнул. И тут, схватившись за живот, Уайтфокс согнулась пополам, и её вырвало прямо на каменный пол. «Помогите! Мне плохо», – успела только выдавить девушка, а потом её снова вывернула на изнанку.
Все повскакивали со своих мест. Карл выдал: «Фу! Блевотина! Она перепила, что ли?»
Персик держала топик Кицунэ в руках, поэтому подскочила к девушке и накинула одёжку на плечи. Рвота сразу же прекратилась.
– Где тут уборная? – спросила прелестница.
– Там, – указал Даниэль, вид у него был крайне растерянный.
Обняв за плечи Уайтфокс, Мидори повела её в туалет. Тассия поскакала за ними следом. «Эй! А кто здесь убирать будет?!» – услышали они голос Карла, когда закрывали за собою дверь в уборную.
Туалет был просторный с мраморными унитазом и умывальником.
Кицунэ скинула с плеч топик и хотела его нормально одеть, как в комнату влетел Даниэль со словами: «Кицу-кицу! Ты как?» И Уайтфокс снова начало рвать, только в этот раз она успела подскочить к унитазу.
– Выйди! Сейчас же! – с этим криком Персик вытолкнула Шизо из туалета.
– Я помочь хочу! – заскулил за дверью голубоглазый блондин.
Как только Даниэль скрылся, Кицунэ перестало рвать. Она выпрямилась, обернулась к подругам, вытерла пот со лба и сказала:
– О! Я кажется поняла. Даниэль! Зайди на секунду! А потом сразу же выйди!
Шизо открыл дверь и зашёл в туалет, Уайтфокс снова начало выворачивать на изнанку, и парень сразу же выскочил назад из уборной. И снова рвота прекратилась.
– Ух, ты! Тебя тошнит от Даниэля! – засмеялась Персик.
– Нет, – сказала Кицунэ, быстро надев свой топик. – Даниэль! Можешь снова войти!
Шизо тихонько открыл дверь и несмело заглянул внутрь:
– Можно?
– Да-да. Заходи, – разрешила Уайтфокс.
Парень зашёл в уборную и... Ничего не произошло.
– Видите? Меня не рвёт, – сказала девушка.
– Так. Ничего не понимаю, – озадачилась Мидори. – Так у тебя всё-таки отравление?
– Нет. Это проклятие, – выдала Тассия.
– Что?! Какое проклятие? – удивился Даниэль.
– Такое, что мне нельзя раздеваться перед другими парнями, – устало вздохнула Кицунэ, показывая гранатовый браслет, – пока на мне эта штука.
– Точно! Ты в кафе рассказывала про заговорённый браслет, который надел на тебя твой жених! – воскликнула Персик. – Так вот как он на тебя действует!
– Так, значит, ты бы блеванула, если бы мы тогда на лайнере поцеловались? – ужаснулась Брайт.
– Стоп! Вы лесбиянки? – удивился Шизо.
– Не факт! – Кицунэ ответила Тассии, но прозвучало это как ответ Даниэлю. – Я сейчас здесь стояла перед вами в одном бюстгалтере и даже меня не тошнило. Значит, проклятье действует только по отношению к парням
– Интересно, – Брайт тут же задумалась.
– Значит, быть тебе лесбиянкой! – рассмеялась Мидори.
– Эй! Я не согласен! – запротестовал Шизо. – А почему ты не снимешь эту штуку?
– Я не могу, – Кицунэ снова попыталась снять браслет, но ничего не вышло.
– Иди ко мне, – произнёс Даниэль. Уайтфокс к нему подошла. Парень включил воду в умывальнике, намылил руку девушке и попытался снять побрякушку, но так ничего и не получилось.
– Я много раз это делала в душе, Даниэль, – сказала Кицунэ.
– А что ещё много раз делала в душе? – криво улыбнувшись, спросил Шизо.
– Тебе скажи, так и тебе захочется! – девушка вырвала свою руку из его рук, и сама помыла под умывальником, а также пополоскала рот.
Тут в уборную заглянул Ярик и спросил:
– И что вы тут так долго делаете?
– Уже ничего, – сказал Даниэль.
– Кицунэ всё ещё плохо. Так что мы, пожалуй, пойдем домой, – сказала Персик.
– Эй! Кицу-кицу! Разве тебе плохо? – удивился Даниэль.
Уайтфокс посмотрела на часы. Было два часа ночи.
– Да. Очень плохо. Нам пора, – выдала девушка и выскочила из туалета. Следом за ней вышли Персик, Тассия, Ярик и Даниэль и застали такую картину: Карл тряпкой убирает блевотину, а Артур стоит над ним и подгоняет.
– Давай-давай! И чтобы даже запаха не осталось! – произнёс рыжик властным тоном.
– Но это не я её напоил! – скулил Карл, вытирая пол.
– Это не важно, Карл! На этой неделе ты дежурный! Так что убирай!
– В смысле дежурный? – удивилась Кицунэ.
– А! Это Артур установил график дежурств, чтобы мы тут не засрались, – объяснил Даниэль, явно недовольный этим обстоятельством.
– Я не собираюсь жить здесь как в свинарнике! – отчеканил рыжик.
– Отличная идея! – обрадовалась Уайтфокс. – Мы тоже установим такой график! На этой неделе будет дежурить Хируми, на следующей – Хируми, и через неделю – тоже Хируми!
И тут в дверь постучались.
– Наверняка, это соседи пришли пожаловаться на твой вой, Артур, – сказал Даниэль, подходя к двери и открывая её.
Но за дверью оказалась... Хируми! С криком «Любимый!» она бросилась в объятия к Шизо, что парень даже растерялся.
– Легка на помине, – проворчала Кицунэ.
– А что здесь эти делают? – размыкая объятия и недовольно уставившись на Уайтфокс, Мидори и Брайт, спросила Камура.
– О, не волнуйся, пятый размер, мы уже уходим, – съязвила Кицунэ, а потом подошла к Даниэлю, поцеловала его в щёчку и сказала: – Пока, Даниэль. Было классно! Особенно то, что между нами произошло в туалете!
Хируми потеряла дар речи, а её лицо перекосилось от гнева.
Персик тоже подошла и поцеловала голубоглазого блондина в щёчку и сказала:
– Ну! То, что было в туалете, я тоже не забуду! Может, ещё как-нибудь повторим.
Тассия же подошла и непроизвольно потупилась.
– Тассечка! Тебе тоже понравилось в туалете? – криво улыбаясь, спросил Даниэль.
– Да, – улыбнулась в ответ девушка-аквамарин.
Даниэль тогда сам наклонился и поцеловал её в щёчку.
– Пока, Даниэль, – и Брайт выпорхнула из коттеджа 410 следом за Кицунэ и Персиком.
‒ ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ?! ‒ услышали они истошный вопль Хируми за дверью.
Девчонки выскочили на ночную улочку втроем, смеясь и хватаясь друг за дружку.
– Вы видели? Вы видели, какое у неё было лицо? ‒ не унималась Уайтфокс, а потом, глянув на небо, воскликнула: ‒ Ух, ты! Какая огромная луна!
– Tsuki ga kirei desu ne, – проговорила на японском Тассия. – Это первое, что ты мне сказала. Помнишь?
– Да, – ответила Кицунэ.
– Луна прекрасна! – произнесла Персик. – Так и хочется на неё повыть. Как Артур сегодня.
А Кицунэ взяла и завыла, как оборотень в полнолуние. Мидори рассмеялась и вторила ей. Тассия тоже присоединилась и завыла на ночное светило.
Потом они все вместе захохотали и побежали к своему коттеджу. Огромная луна освещала им путь.
_________________________________________________
[15]Октоберфест – фольклорный фестиваль, ежегодно проводимый в Мюнхене, самое большое народное гуляние в мире.