Невеста для дьяволов

На протяжении всего часа с тридцатью минутами Корнелий любовался бессознательным лицом Эмили и её комнатой. Не самим интерьером, а некоторыми, бросающимися в глаза предметами, лежавшими на поверхностях, так как эта личная комната выделялась всем жертвенным невестам, учащимся в академии и ему доводилось быть здесь несколько раз. Время шло непозволительно медленно, но парень старался скоротать его за воспоминаниями, связанными с девушкой, пусть их было и не так много.

«Она такая хрупкая» - проносилось в мыслях брюнета. Сейчас Кэрол мялся на месте, не зная, куда деваться. Он чуть склонился над русой, медленно протягивая руку, дабы прикоснуться к её лицу. Но как только оставались считанные миллиметры, Уотсон вдруг стала наконец двигаться. Она нахмурилась, не открывая глаз и чуть дёрнулась. Корнелий тут же отдёрнул руку, делая несколько шагов назад и лихорадочно осматривая помещение. В долю секунды демон оказался на диване, спеша принять расслабленную и скучающую позу. Он закинул ногу на ногу и откинулся на спинку дивана, рассматривая покачивающиеся на ветру деревья за окном.

- М-м... Где я? - Хриплым голосом произнесла Эмили, открыв за долгое время глаза.

- Проснулась? Наконец-то. - Встав со своего места и подходя к ней, парень старался придать лицу безмятежности. - Что последнее помнишь?

- Эм, ну... - Уотсон взглянула на демона, потом оглядела свою комнату, пытаясь вспоминать последние события, пока головная боль утихала. - Мы с Аграмоном поднимались на практику атаки, а потом мне стало плохо и всё. Что со мной случилось?

- Ты потеряла сознание. - Присев на стул перед кроватью, брюнет принялся рассказывать кареглазой о причине её плохого самочувствия.

Все слова демона она старалась слушать внимательно и постепенно боль в голове больше утихала. Теперь она понимала из-за чего после утреннего пробуждения готова была упасть в любой момент. Однако ей самой показалось странным уникальность, как сказал Корнелий, в её реакции на болезнь. «Я уникальна? - размышляла она про себя, - хах, нет, просто повезло». Уотсон никогда не считала себя лучше остальных, поэтому и отказывалась верить в то, что подтверждало обратное.

- А кто был до тебя?

- Алан. - Коротко сказал Кэрол, встав с места.

- Да? И что он делал?

- Не имею никакого понятия. - Честно ответил он, скрестив руки на груди. - Когда мы уходили, он лежал и когда я пришёл его подменять, также лежал, словно и не двигался с места.

- Ясно. - Кивнула Эмили, приняв сидячее положение. Тело слегка ныло, но было терпимо и было такое чувство, будто чья-то холодная кожа её касалась. - Сколько я пролежала?

- Всего четыре часа.

- Всего? - Удивлённо приподняла русая брови. - Долго.

- Шутишь, да? - Усмехнулся Корнелий. - Обычно без сознания люди лежат целый день, а ты как-то наоборот быстрого пришла в себя.

- Всё равно пропустила почти целый день. Мне нужно на оставшиеся уроки.

- Нет смысла, осталось два урока, у тебя: грамматика и зачарование, что тебе не сильно нужны. - Возразил парень, отмахнувшись рукой. - Проголодалась? Тебе принести чего-нибудь из столовой?

- Было бы замечательно. Спасибо. - Искренне улыбнулась Уотсон, проводив его удаляющуюся фигуру взглядом.

-----

Прошло минут десять с ухода Корнелий в столовую за обедом для девушки, как дверь открылась, но в комнату вошёл далеко не брюнет.

- О, Глупында, ты очнулась. - С усмешкой произнёс Аграмон, остановившись посреди комнаты, когда увидел сидевшую на кровати русую.

- Привет. - Угрюмо бросила она, не желая говорить с ним, поэтому просто отвела взгляд в сторону заколоченного окна.

- И где же этот идиот? - Оглянувшись и не увидев брата, светловолосый стал говорить, скорее с самим собой. - Что, взял и ушёл до твоего пробуждения, потому что не хотел, чтобы ты видела его ничтожного?

- Корнелий... - Хотела начать говорить Уотсон, не желая слушать его грубого тона в лицо брюнета, он он перебил её.

- Вот только не надо его оправдывать. Хотя признаю, у него такой жалкий вид, что хочется пожелать. - Энистер не стал слушать кареглазую. Остался стоять посреди комнаты, уперев левую руку на бок и продолжал вести свой монолог. - Его уход даже к лучшему, не хотелось бы пересекаться с этим отбросом, а иначе появилось бы желание набить ему мерзкую морду. В семье не без урода - так вы говорите, да, люди? Он...

- Прекрати! - В конце концов не выдержала Эмили слушать его придирки, перебив и бросив на демона злобный взгляд. - Да, Корнелий полукровка, ну и что с того?! Он всё равно твой родной брат! Как ты можешь говорить о нём такие гадости?! Говоря честно, по сравнению с вами, он лучше! Намного!

Аграмон не стал терпеть этих слов или просто оставлять всё как есть. Он вмиг преодолел расстояния между ними, схватив девушку за горло и сверкая красными глазами.

- Да как ты только посмела повысить тон, девчонка?! - Рыкнул демон, сжав пальцы на её шее сильнее. - Никогда, слышишь, никогда не смей так говорить со своим господином! И перебивать меня не смей! Я разорву твоё тельце в клочья, не успеешь ты даже пискнуть! Даю тебе последний шанс, а в следующий на месте заставлю пожалеть о том, что ты вообще оказалась чистой душой!

- Б-больно... - С трудом произнесла Эмили, чувствую, как воздуха становится катастрофически мало. - П-пусти...

- Что? Я не расслышал, повтори. - С издёвкой хмыкнул красноглазый, продолжая сжимать её горло. - Проси.

Уотсон уже не могла говорить, глаза слипались. Ещё бы чуть-чуть и она бы снова потеряла сознание, но пришло её спасение. С криком кто-то оттолкнул Аграмона, заставив отпустить русую. Та сразу зашлась кашлем, став глубоко и часто хватать ртом воздух.

- Ты что творишь?! - Корнелий схватил светловолосого за плечо, развернув к себе. - С ума сошёл, урод?! Она же только очнулась!

- Ну надо же, какая реакция. - Энистер стоял спокойно, засунув правую руку в карман академических брюк. - На других тебе было глубоко плевать, что же изменилось сейчас? Что-то к ней чувствуешь?

- Идиот. - Процедил брюнет, нахмурившись. - Просто из-за твоих выходок отец будет крайне недоволен потере той, кого он так искал для своих целей.

- Хах, тоже мне отмазка, думаешь я тебя не знаю? - Аграмон сделал к нему один шаг, не разрывая зрительного контакта. - А знаешь, раз так печёшься за неё, подмени меня. Не горю желанием нянчится с ней.

Махнув второй рукой, он покинул комнату невесты, предварительно задев брюнета плечом и оставив Эмили с Корнелием вновь наедине. Тот пару секунд стоял, сверля закрытую дверь недовольным взглядом, после чего поспешил к тихой Уотсон.

- Ты как? - Присев на край кровати, парень пробежался по ней чёрными глазами.

- Нормально. - Поглаживая себя по шее ответила девушка. - Какой же он всё таки придурок.

- Да, тот ещё. - Кивнув, он встал с места, подходя в рабочему столу русой, на который поставил поднос с едой, перед тем как остановить брата. Он взял его на руки и поднёс Эмили. - Поешь.

- Спасибо. - С трудом, из-за случившейся ситуации, выдавив из себя улыбку, она заправила волосы за уши и взяв в правую руку ложку, принялась за поздний обед.

Зачерпнув столовым прибором бульон супа, голодная русая сразу прильнула губами к ложке, в ту же секунду отдёрнувшись с тихим вскриком. Косо взглянув на реакцию Корнелия на её глупость и увидев, как он закатывает глаза, томно вздыхая, поджала губы. Во второй раз зачерпнув горячий бульон и уже подув на него, она наконец насладилась едой.

Сначало Корнелий сидел рядом с Уотсон, следя за каждым её движением, от чего ей становилось не по себе, но сказать в лоб она не могла, всё таки он о ней заботился, хоть сам и отмахивался от этого. К счастью парень заметил неловкость в поведениях русой, поэтому стал расхаживать по комнате, стараясь не глядеть в её сторону. Когда с едой было покончено, демон убрал поднос с мятыми салфетками и пустой посудой на стол, вновь вернув своё внимание к Эмили.

- Как сейчас самочувствие? - Спросил он, делая незаинтересованный вид.

- Уже намного лучше! - Даровала кареглазая ему первую яркую улыбка сегодняшнего дня. - Знаешь, это даже к лучшему, что ты остался вместо Аграмона, хотя пропустил занятия.

- Не страшно, один день пропуска, пустяк. Остальные же постоянно прогуливают и ничего. - Легко сказал черноглазый, поправив чёлку. - Кстати, говоря об этом придурке высокомерном.

- Ты что-то слышал? - Чуть замявшись спросила Эмили, глядя на серьёзное лицо парня.

- Я уже возвращался со столовой, а в коридоре услышал его жалобы и твои вопли позже.

- Сейчас ты скажешь, что тебя не нужно жалеть и всё такое, верно?

- Верно. - Подтвердил он, скрестив руки на груди. - Аграмон и остальные не менялись никогда и я как-то жил. Меня не волнуют их слова, а твоя жалость и подавно не сдалась.

- Ну и ладно. - Буркнул недовольно русая, поджав губы. - Мне просто не нравится то, как он говорит о части своей семьи, вот и не могу молчать. Пусть тебе не нравится и мои слова не нужны, я всё равно буду говорить.

- Зачем? Зачем тебе это? - Удивлялся Кэрол. Он врал про то, что его не волнуют слова братьев о его происхождении, брюнет просто уже привык. И если раньше его это глупого ранило, что его не принимают в семью, то сейчас, со временем его взросления, он стал относиться к этому, как к чему-то обыденному и неизменному.

- Мне самой больно от таких слов. - Честно отвечала она. - Я сама единственный ребёнок в семье, но всегда представляла, как хорошо иметь братьев и сестёр, пусть иногда могли бы и спорить.

- Глупая. - Фыркнул демон, на что девушка от оскорбления только немо открыла и закрыла рот, будто задыхающаяся на суше рыба.

- А можно мне хотя бы пройтись? - Задала Уотсон новый вопрос спустя пять минут тишину. - Всё тело уже отсидела.

На её просьбу Корнелий только и смог, что тяжко вздохнуть, но всё же разрешить. Он обошёл кровать, подходя с другой стороны и помог кареглазой, подставив предплечье. Помощь Эмили приняла без претензий, взяв парня под локоть и ощутив крепкость рук. Аккуратно поднявшись с кровати и ощущая, как тело приятного ноет, проходясь по всем поверхностям, в особенности поясницы. Однако стоило ей сделать первый шаг, оперевшись на правую ногу, как по лодыжке скользнула жгучая и острая боль.

- Ай. - Прошипела русая, почти падая, но Кэрол был рядом и усадил её на край кровати. - Чёрт...

- Что? Нога? - Заметно обеспокоился он, хотя и старался быть равнодушным. Демон присел перед девушкой на колени, нежно осматривая покрасневшую лодыжку правой ноги.

- Похоже повредила, когда споткнулась с лестницы при падении. - Быстро сообразила Эмили, видя и уже чётко ощущая больное место. - Это не серьёзно, нужно лёд приложить.

Но похоже у Корнелия были свои планы на то, как бы избавить невесту от боли. Как вчера вечером, во время прогулки, он удлинил ноготь указательного пальца правой руки и прорезал на левой ладони кривой узор треугольника в круге. Прошептав какое-то заключение на демоническом языке, он приложил кровавый рисунок на ладони к красной лодыжке Уотсон, продолжая что-то невнятно говорить. Под удивлением русой, боль постепенно покидала тело и когда черноглазый отстранился, она смогла без каких-либо проблем двигать лодыжкой в его крови.

- Зачем нужно было использовать кровь? - Пока она спрашивала, ушедший недалеко Кэрол снова вернулся в сидячее положение перед ней на коленях, став оттирать найденной в вещах Эмили влажной салфеткой остатки собственной крови.

- Я по другому не могу. - Отвечал он, будто не охотно, не поднимая глаз. - Да, я полукровка, моя мать была человеком, но сила демонической крови всегда побеждает, поэтому в таких как я её всегда больше. Но частая пробела полукровок в том, что они не могут так хорошо пользоваться всеми силами чистых демонов.

Эмили слушала его не перебивая, желая запомнить о демонической расе побольше. Брюнет тем временем продолжил:

- Я же вообще не могу исцелять кого-то кроме себя самого, только магией крови. Ну и какие-то сильные заклинания тоже даются с трудом, поэтому часто пользуюсь кровью.

- Я конечно благодарна за помощь, но не стоило тратить кровь на такой пустяк. Пару дней поболела и прошла бы боль.

- Ты вообще-то жаловалась, что пропустила этот день, а из-за травмы могла просидеть ещё "пару дней". - Недовольно Корнелий цокнул языком, наконец взглянув на Уотсон. - Этого предпочла бы?

- Нет. - Отрицательно покачала она готовой. Эмили была благодарна парню за старания и он даже не жаловался на это. Не удержавшись, она с улыбкой протянула руку и погладила по макушке Корнелия, что, наверное, хотел было подняться с места, но замер. Его глубокие чёрные глаза увеличились, выражая удивление и уставившись в одну точку на полу. - Спасибо, Корнелий. Ты и вправду лучше остальных братьев.

Сердце полукровки предательски пропустило удар после услышанных слов девушки. К щекам прилил жар, окутав также всё остальное тело в один миг. Он не знал как относиться к таким действиям, что являлись не ударами, приносящими боль, а ласковыми поглаживаниями.

- Нет. - Стиснув зубы и сжав руки в кулаки, брюнет покачал головой, смахнул женскую руку с головы. Он встал на ноги и склонил голову, чтобы закрыв вид на лицо густой чёлкой. - Я наоборот тот, к кому ты не должна подходить, если ценишь жизнь.

Не дав Уотсон ответь, он стремительно покинул её комнату, оставив в недоумении глядеть на закрывшуюся за ним дверь. Выйдя из её личного пространства, Кэрол прижился спиной к стене, не так далеко отходя. Он часто задышал, сжимая в ладони ткань рубашки на груди, где под мышцами бешено билось сердце. «Блять, да заткнись ты!» - кричал в душе парень, пытаясь утихомирить сердцебиение, но оно совершенно отказывалось его слушаться, продолжая биться так, словно вот-вот выпрыгнет из грудной клетки. «Это пройдёт. Это глупость» - твердил он эти слова, будто мантру, пытаясь прийти в себя, пока румянец украшал его щёки на хмуром лице. Сильнее усиливали эффект те слова Уотсон о нём, которые она смело говорила Аграмону.

- Сука. - Проругался демон себе под нос. Он просто не мог поверить в какие-то чувства.

Корнелий не то, что не мог поверить в тёплые чувства к новый жертвенной невесте, но и вообще в то, кто его сердце впервые за много лет даёт о себе знать. Он бил себя по лицу, приводя в чувства и только после покинул правое крыло с женским общежитием, в коридорах которого пахло различными духами.

--------------------

Продолжение следует...