27/Дорога, которая не спрашивает
От лица Каи
В кабинете было душно. Старые стены впитали дым, крики, чужие признания и приказы, от которых когда-то зависели жизни. Я помнила это место - здесь редко говорили впустую. Если сюда заходили, значит, кто-то уже сделал шаг, за который придётся отвечать.
Трофим закрыл за нами дверь и медленно повернул замок. Щелчок прозвучал громче, чем должен был. Афоня остался у окна, закурил, не спрашивая разрешения. В комнате нас было четверо, но ощущение - будто больше. Слишком много прошлого между этими стенами.
- Говорите, - сказал Трофим коротко. - Без кругов.
Лия сделала шаг вперёд. Я почувствовала, как она напряглась. Передо мной стояла не девчонка, не «ключ» в чужой игре - а сестра одного из авторов самой крупной группировки Москвы, которая слишком рано научилась быть сильной.
-Ореховские вышли на нас напрямую, - сказала она. - Через Казань.
Афоня хмыкнул.
-Они давно туда смотрят, -бросил он. -Не новость.
-Новость в другом, -продолжила я. -Они знают, где Лия. И знают, где я.
В комнате повисла тишина. Не удивлённая - выжидающая. Здесь не делали резких движений раньше времени.
Трофим медленно сел за стол. Его взгляд остановился сначала на Лии, потом на мне.
-Я не зря отправил тебя из Москвы, -сказал он глухо. -И не зря - к Кае.
Он сжал пальцы в замок.
-Ореховские всегда искали вход. Через территорию не смогли - полезли через людей. Через кровь.
-Через меня, -спокойно сказала Лия.
Трофим резко поднял голову.
-Именно поэтому ты не должна была возвращаться.
-Я и не возвращалась за прошлым, -ответила она. -Оно само пришло.
Я вмешалась раньше, чем разговор стал личным.
-Они не просто ищут давление. Им нужен контроль. Лия для них - рычаг. Я - старая проблема, которая владеет информацией.
Афоня выдохнул дым.
-Значит, решили закрыть два вопроса разом.
-Да, -кивнула я. -И начали с щупа.
Трофим усмехнулся без веселья.
-Ореховские всегда сначала смотрят, как ты дышишь. А потом решают - давить или ломать.
Он поднялся и подошёл ближе. Теперь мы стояли почти вплотную.
-Скажи прямо, Кая, -его голос стал тише. -Они уже выходили на контакт?
-Да, -ответила я честно. -Люди. Разговоры. Проверка границ.
-Угрозы?
-Пока нет. Но это вопрос времени.
Трофим отвернулся, прошёлся по комнате.
-Значит, всё повторяется, -сказал он глухо. -Только теперь ставки выше.
Лия шагнула ближе к нему.
-Я не собираюсь снова быть причиной войны, -сказала она твёрдо. -Но если она всё равно будет - я не отойду в сторону.
Трофим резко развернулся.
-Ты моя сестра, Лия! -голос сорвался. -Ты не обязана тащить это на себе!
-А ты не обязан решать за меня, -спокойно ответила она. -Я давно не ребёнок.
Между ними повисло напряжение - не криминальное, семейное. Самое тяжёлое.
Афоня кашлянул.
-Ореховские сейчас действуют осторожно, -сказал он. - Значит, боятся лишнего шума. Это плюс.
-Пока, - добавила я. - Но в Казани у нас Универсам. Они уже в курсе.
Трофим замер.
-Кто именно?
-Все старшие, -ответила я. -И я уверена уже едут сюда. Мы им не говорили что поедем в Москву, но они знали что мы этого хотим.
На секунду в глазах Трофима мелькнуло удивление. Потом - понимание.
-Значит, ты не врала, когда говорила, что прошлое не отпускает, - сказал он.
Я пожала плечами.
-Оно просто ждёт, когда ты расслабишься.
Трофим подошёл к столу, опёрся на него руками.
-Тогда слушайте внимательно, -сказал он жёстко. -Наши парни знают Ореховских давно. И знают, чем они дышат.
Он посмотрел на меня.
-Но если они полезли к вам - это уже не старый конфликт. Это новый этап.
-Что ты предлагаешь? -спросила я.
-Во-первых, -он поднял палец, -Лия остаётся под защитой. Не обсуждается.
-Я не хочу сидеть в клетке, - тихо сказала она.
-Ты - моя сестра, - ответил он. - И это важнее любых правил.
Он повернулся ко мне.
-Во-вторых, Кая. Ты не одиночка. Если Ореховские захотят сыграть - они будут играть не с тобой. С нами. Ты вроде не уходила с Измаиловских.-с улыбкой сказал он.
Афоня кивнул.
-И в-третьих, -продолжил Трофим, -мы не делаем резких шагов первыми. Пусть они ошибутся.
Я усмехнулась.
-Они всегда ошибаются. Просто иногда слишком поздно.
В кабинете снова повисла тишина. Но теперь - другая. Не пустая.
Я поняла: этот разговор был не про страх. И даже не про войну. Он был про выбор. И мы его уже сделали.
Когда мы вышли из здания, воздух показался холоднее. Москва жила своей жизнью, не подозревая, что где-то между дворами и подъездами снова началось движение.
Лия шла рядом. Тихо сказала:
-Ты уверена, что Универсам уже едут сюда?
Я посмотрела вперёд.
-Да. Они думают что нам тут плохо. Что мы не справимся. Они узнали кое-что про нас, но всю правду точно не знают. И если они думают что Измаиловские и Трофим нам ничем не помогут.
Я остановилась и добавила:
-То они ошибаются.
И в этот момент я точно знала:
улицы снова запомнят наши имена.
И на этот раз - надолго.
Поезд: Казань -» Москва.
Турбо
Поезд медленно рванул с платформы. Я уперся плечом в стекло и смотрел, как Казань постепенно исчезает из виду, оставляя после себя мерцающие огни, фонари и знакомые дворы. Всё это казалось уже чужим - будто мы вырывались из привычной жизни, входя в другой мир, где каждая мелочь могла стать ловушкой.
-Ну вот и поехали, -пробормотал Зима, устраиваясь на соседнем сиденье и скручивая сигарету. Его пальцы дергались, словно он сам пытался успокоиться.
Я промолчал. В голове всё ещё звучали слова Каи:
«Не нужно вам сюда ехать. Мы сами разберёмся».
Но мы никогда не умели оставлять сложные дела другим. Особенно когда речь шла о Кае и Лие.
-Они против, -добавил Сутулый, глядя в потолок вагона. Его голос был тихим, но ровным.
-И что? -хмыкнул я. -Мы всё равно едем.
Зима фыркнул.
-Кая и Лия не рады, что мы сюда сунулись. Они думали, что смогут справиться сами.
-А мы думаем иначе, -ответил я коротко.-Сидеть и ждать - не наш вариант.
Тишина. Стук колёс по рельсам был единственным звуком, который не казался чужим. Люди вокруг спали или разговаривали шёпотом, не подозревая, что в этом вагоне едут трое, для которых эта дорога - не просто путь в другой город, а начало новой игры.