Сегодня точно!
Пока Матвей помогал Максиму Юрьевичу мы с Алинкой продолжали наши тренировки. Единственное отличие, что в этот раз к нам присоединилась Оля и теперь мы уже втроём сидели на бережку виртуального озера и медитировали, учась собирать свою энергию. После к нам присоединился Матвей, и, пробурчав, что медитация это полностью бесполезная трата времени, уселся в сторонке. Я настояла на том, чтоб Матвей медитировать вместе с нами, иначе грозя выгнать с "урока". Матвей невольно согласился, он сел в позу лотоса и с серьёзным лицом начал медитацию. Но серьезность быстро сползла с его лица и вскоре мы услышали умиротворенные посаптывания. Хоть у Алинки и Оли так же были великие искушения предастся сну, но они обе держались, в отличие от этого, который отключился на первых минутах. Чтоб не искушать девчонок ещё больше я увела их на другой край озера, оставив горе-некромага в одиночестве.
Алинка улучшалась не по дням, а по часам. Спустя несколько дней она уже могла гипнотизировать птиц в игре и даже котёнка. Использовать Маффина, как я использовала Винсента, в качестве подопытного кролика Алинка отказалась. Она очень боялась навредить своему любимцу. Только вы не подумайте, что она любит Маффина, а я Вина нет. Просто я более уверенна в своих силах, чем Алинка. Да и Винсент не против учавствовать в моих тренировках, естественно, за щедрое вознаграждение кошачьими вкусностями. Конечно я могу сделать так, чтоб он забыл об вкусняшках, но я не такая злая.
Технически, раз Алиненок может гипнотизировать птиц, то может и собак. А игровые птици или нет разницы не имеет, ведь когда мы находимся в игре, все игровое пространство и окружающее нас игровые объекты для нас такие же реальные, как любые предметы в реальном мире. Ведь когда мы в игре— мы становимся частью игры, как любой другой игровой персонаж созданный в ней.
Помню, Матвей рассказывал, что если посторонний человек посмотрит на телефон то увидит наши движущиеся фигурки, и любое действие которое мы выполняем отображается точно также на экране. Также игра считывает наше состояние и настроение, и любые задачи которые мы делаем отображаются на панельке рядом с нашим персонажем. Игра пишет в наших действиях то, что мы считаем, что делаем. То есть, если я буду думать, что я кукарекаю на крыше, игра так и напишет в действиях: «Кукарекает на крыше». Естественно, если я буду пить воду и думать, что кукарекаю на крыше, игра напишет, что я пью волу, ведь мой мозг все равно осознаёт, что я делаю не то, о чем сейчас думаю. Если же человек вне игры попытается приказать сделать что-либо переместившемуся в игру человеку, то действие просто мгновенно отменяться, а человек в игре продолжит заниматься тем, чем хочет.
Единственные три отличия от реального мира это то, что еда в игре безвкусная и можно наестся и напиться ею только в пределах игры. То есть, если тебе захотелось пить, и ты попил в игре воды, то твой мозг посчитает, что ты на самом деле напился, но когда ты выйдешь из игры организм напомнит о себе и чувство жажды вновь вернётся к тебе.
Второе отличие, что нельзя переодеваться. Как это обычно происходит: персонаж Симс подходит к шкафу и "перемещается" в редактор одежды, где можно её сменить. Мы, конечно же, никуда не переместимся, и если откроем шкаф, то просто увидем пустые полки или же те вещи, которые мы сами туда положили. Не то чтобы мы вообще не могли в игре переодеваться. Если мы захотим, то можем раздеться и ходить без одежды, но тогда и в реальном мире мы появимся без одежды. Мы можем переодеваться только в том случае, если мы сами сошьём одежду в игре и перенесём из реала. Реальную одежду можно будет потом вынести из игры, а вот самодельную только в том случае, если все материалы для её создания были принесены из реала.
Матвей говорил, что Супериоры с электронной силой могут "призывать" виртуальные предметы, но они все равно будут терять свои свойства. Яблоко не будет иметь вкуса, диван не будет мягким, платье шелковистым. Появиться только оболочка. Если же призвать живого персонажа игры, то в реальности он будет выглядеть как манекен, или же как голограмма (тогда он может двигаться и говорить).
Принцип выноса вещей из игры у электронных супов схож с моими оживленными рисунками. Возьмём в пример тоже яблоко. Если я хочу чтоб оно появилось, то мне надо отрисовать все три его вида в реальном масштабе и максимально приближенно к реальности,тогда оно появится. Но вкус, текстура, запах и прочее будут у него отсутствовать. А вот принципы изменения или восстановления немного другие (А: помните, когда при первой встречи с Электрическим супэриором они разгромили всю улицу и Эмма её после востановила при помощи рисунка). Если определенный предмет существует в реальности, то я могу его преобразовать, или лучше говоря "собрать". Например, если на столе будет лежать огрызок яблока, то я могу его сначала нарисовать огрызком, а потом дорисовать ему недостающие части. Тогда частицы вокруг яблока смогут собраться вместе и преобразоваться в подобные частицы, уже присутствующие в огрызке. Только вот частицы тоже не появляться из неоткуда, поэтому они "отщипнутся" от другого предмета. А вот чинить предметы ещё легче, ведь я просто связываю уже существующие части. То есть, если я разрежу яблоко пополам, то с помощью рисунка я могу вновь слить их воедино, нарисовав сначала половинки, и потом целое яблоко.
Это не значит, что у меня будет бесконечное яблоко, ведь это тратит довольно много энергии, а она не бесконечна. Также это не значит, что я могу из огромного куска пластилина создать себе вертолёт. Ну, теоретически то могу, но для этого мне прийдется отрисовывать каждую деталь и микросхему вертолета, после их правильно соединить, подключить и в конце концов, не факт что он вообще будет работать. Поэтому проще накопить кучу денет и купить себе вертолёт. А когда я чинила машины, то я больше чем чинила просто выпрямляла вмятины и спаивала отломанные детали.(Я надеюсь, что те машины заработали после моей починки).А вот сменить цвет это вообще пустяк, например, при покраске стен. Так, что-то я маленько сбилась...
(А: Это называется автор начал задумываться о механике и принципах силы в этой книге и теперь пытаешься все как-то объяснить по-физичному (типо физика, а не физический))
И наконец третье отличие игры от реальности, то, что игровые персонажи в симс такие же овощи, как и при просмотре игры из вне. Они также странно говорят и так же выполняют непонятные действия, поэтому с ними диалог не возможен.
—Фух, давайте закончим с тренировками на сегодня.— потянулась Алиненок,—А то я устала.
—Конечно устала.— подтвердила я,— мы ж шесть часа занимаемся!
Оля выдержала только два часа, а Матвей ушёл через час после Оли, говоря, что силы менталитет и всякие медиации не для него, поэтому в итоге остались только мы вдвоём с Алинкой.
— Зато есть прогресс,— сказала она
—И огромный,— кивнула я,— мне потребовалось около двух месяцев практики, чтоб загипнотизировать кота, а тебе хватило десяти часов, чтоб загипнотизировать птицу!
—Но я ведь продержала контроль всего десять секунд!
—Сегодня десять, завтра тридцать, послезавтра минута, а через месяц уже мною управлять будешь!
—Не буду,— надулась Алиненок,— Не хочу управлять моей сестрой.
—Иди ко мне,— улыбнулась я, обнимая Алинку...
***
Все! Сегодня точно пора!
Прошла целая неделя с вечера откровений и я так и не помирился с Алинкой. Первые три дня я выждал сам, по Эмминому совету, она сказала: надо дать Алинке немного успокоиться и все обдумать. Но после этих трёх дней постоянно все мне мешало к ней прийти.
Я долго думал, как помириться с Алинкой. Мне хотелось, чтоб это было необычно и одновременно тепло, искренне. Вначале я советовался с ребятами, но Матвея я быстро отмёл, после того как он мне посоветовал засыпать её розами и после залить кефиром, чтоб Алинка больше никогда со мной не ссорилась, ведь у меня слишком экстравагантные методы примирения, которые больше одного раза испытывать не хочется. Когда я послал Матвея, я решил обратиться к Эмме. Ну, я изначально сначала написал Эмме, просто Матвей раньше ответил. Эмма ответила, но ответила она загадочно. Она лишь посоветовала не мудрить и не перебарщивать, ведь главное создать уютную атмосферу. Остальную почву для размышлений она оставила мне. Немного подумав, я вспомнил, что Алинка когда-то говорила, что я обещал сводить её в кино, хотя сам я никак не помнил когда я его дал, сама идея сходить с ней в кино мне нравилась. Не то что бы мы не ходили, мы с Алинкой пару раз смотрели фильм в кинотеатре, но в эти пару раз мы были всей нашей четверкой, а не вдвоём с Алинкой. Если подумать то после того, как ребята узнали, что я её парень, 95% всех наших походов были вчетвером. Это конечно хорошо, но побыть только вдвоём с Алинкой мне тоже хочется. Как ни как, когда мы вчетвером, мы постоянно шутим и смеёмся, поэтому полностью уютной и романтичной атмосферы никогда создать не получаеться. Эта атмосфера может быть создана только вдвоём. Да и вообще, если не считать обычных прогулок по паркам и иногда заскакиванием в кафешки, то у нас было только одно свидание, когда я позвал Алинку в театр.
Поэтому в итоге мой план получился намного проще, чем я ожидал: прийти к Алинке с букетом и конфетами, подарить их, искренне попросить прощение и объясниться и уговорить сходить со мной в кино. С фильмом мне тоже повезло, сейчас как раз показывали романтический фильм, сюжет которого крутиться вокруг танцев. Поэтому если мне повезёт и Алинка не посмотрит этот фильм ранее, он определённо ей понравится. Речь я никакую придумывать не стал: слова должны идти от сердца, а не быть приготовленными заранее.
Когда прошли три дня (т.е. на четвёртый день) я пошёл покупать цветы. Рядом с нашим домом был хороший цветочный магазинчик, где цветы выглядели хорошо и цены были не заоблачные. Купил я маленький букетик роз ( а розы все равно были дорогие, на то они и розы), а потом подумал: а вообще нравятся ли Алинке розы? Стыд и позор не знать любимые цветы девушки!
Благо Эмма была хорошей сестрой и знала об этом. Но увы, мне не повезло: Алинка розы не любит, она любит ромашки. Получаеться, что деньги за букетик я выкинул на ветер. Ну, слава богу, что ромашки не очень дорогие, а то если бы Алинке вдруг нравились какие-нибудь гладиолусы или подобные цветы с чудаковатым для моего слуха названием и не умещающейся на калькуляторе ценой, то мой кошелёк заметно похудел бы. Но походу не у меня одного кошелёк худеть не хочет— все букеты с ромашками оказались раскупленными. Новый привоз через два дня. Ждать мне два дня не хотелось, поэтому я поехал в другой магазин, но и там ромашки были скуплены. Проклиная свою неудачу, я отправился в третий магазин, который находился в три раза дальше предыдущего и там ромашки были.
Но неудача меня продолжила терзать. У меня есть привычка, выходя куда-то брать только то количество денег, которое мне нужно. А когда я купил розы то домой не заходил, поэтому сейчас оказался без денег. Из-за того, что я вошёл в магазин с букетом цветов и в и отошёл ничего не купил, продавщица подумала, что я украл букет. Но после долгих разбирательств я доказал, что букет мой и я ничего не крал.
Когда я вернулся домой время перевалило шесть часов. До Алинки ехать около часа, ещё пол часа туда-сюда в цветочном магазине, да и ещё печенье купить надо. Получаеться, что к Алинке я бы приехал в районе восьми-девяти часов, что было довольно поздно, поэтому я решил дождаться следующего дня. Букетик же я подарил Наде— хоть она розы любит.
Но на следующий день Эмма мне прислала сообщение, что Алинка с семьей уезжают вечером к какому-то родственнику на день рождение, и что сегодня я не успею с ней пообщаться.
На шестой день я рано собрался, купил таки букет, печенье, забронировал нам места в кино, но вдруг позвонила Надя и сказала, что пришёл какой-то школьный психолог и желает меня видеть. После того инцидента я давно перестал себя странно вести и стал нормальным ребёнком, но похоже, что я до сих пор стоял на учете, и если бы я вдруг не пришел, это могло бы мне не очень отозваться в будущем. Вздохнув, я вернулся домой.
Психолог оказался совершенно незнакомым мне мужчиной, но меня почему-то это ни капельки не смутило. Как только я его увидел, мне показалось, что я готов доверить ему все свои сокровенные секреты и рассказать все то, что раньше упорно скрывал. С одной стороны так и должно быть, но с другой из-за этого чувства и что я не могу его контролировать у меня пробегал по спине холодок. Мне захотелось поскорее закончить с ним разговор, чтоб не сболтнуть ничего лишнего, но в итоге он промучил меня четыре часа. На мое удивление, он не спрашивал ничего о том инциденте, он спрашивал про моих родителей, про моих братьев, друзей и недругов, моих мыслях об определённых ситуациях и каким бы способом я бы поступил. После того как он ушёл я почувствовал себя очень уставшим и мгновенно вырубился. Проснулся только к вечеру. Проклиная себя и свой слабый организм, я обнаружил, что не помню ни имя психолога, ни внешность, вопросы которые он задавал и мои ответы... все было как в тумане. По началу я беспокоился, но после беспокойство так же растворилось в тумане...
В квартире было тихо. Проверив все комнаты, я убедился, что никого нет дома. Мой взгляд скользнул к двери кладовки. Надина кладовка была маленькой комнатой, где ели влезали два человека. В ней было множество полок, заставленный коробками и банками, с внушительны слоем пыли на них. Я поставилх табуретку и, встав на неё, потянулся вглубь самой высокой полки. Достав оттуда красную коробочку, чем-то напоминающую подарочную коробку, смахнул с неё пыль и, сев на табурет, открыл. Предметы находящиеся в коробке были аккуратно завернуты в Надин шарф. Развязав его, первым делом мои глаза наткнулись на фотографию в рамочке. Я достал её и погладил по стеклу, в надежде хоть немного ощутить тепло тех, кто изображён на фотографии, но стекло так и осталось холодным и бездушным... Мой взгляд остановился на их лицах. Лицах, которых я никогда больше не увижу наяву...
***
—Сегодня мой день Лождения!— радостно воскликнул я, проглатывая некоторые буквы— Мама, папа, мне четыле! Я взлослый!
В течение недели я каждый день напоминал об этом маме и папе и наконец-то этот день наступил! Ура! Я взрослый!
—Вот как?— усмехнулся папа, а потом похлопал меня по голове,— да, взрослый! Смотри как вырос!
—Значит я могу взять мамину слипку?— обрадовался я
—Ты конечно взрослый,— улыбнулся папа,— но до скидки ещё не дорос.
—Ууу...— протянул я расстроено,— Тогда мозно мне водить твою масыну? До этого я долос?
Удивленный моими приоритетами, папа посмотрел на меня и сказал.
—А до машины темболее!
—Нууу воооотьь...
Я обижено надул губы, но решил не сдаваться после первого провала.
—Ну пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста!
Но даже перед моими щенячими глазами папа остался непреклонен. Поэтому я решил попросить маму.
—Мама, мозно мне взять твою слипочку? Ну позялустааа!!
—Милый, подрастешь ещё немножко и купим мы тебе твою собственную скрипочку.
—А покататься на масыне папы мозно?
—Ах,— нежная как ответить, мама посмотрела на папу,— спроси у папы, это ведь его машина.
Ответ папы я уже знал. Так нечестно! Почему у моих родителей иммунитет к моим щенячьим глазкам?
Мама взяла ключи и открыла дверь.
—Андрюша, ты поедешь с нами за тортом или лучше останешься играть с Петрушкой?— спросила она меня, оборачиваясь.
—Ммм...— промычал я, почесывая свою голову.
Я хотел поскорее увидеть торт: шоколадный с зефирными попугайчиками, который мама и папа заранее заказали, но ещё я хотел достроить трассу для наших машинок вместе с Петрушкой.
Увидев мои сомнения, мама улыбнулась и сказала:
— Иди пока играйся тогда, а мы с папой быстренько съездим за тортом.
—Холосё!
Мама завела меня к одним из наших соседей, родителей Петруши, и, поцеловав, уехала с папой за тортиком.
Петрушка это мой друг. Ему тоже четыре года и он очень любит машинки и динозавров. Я тоже люблю машинки, особенно гоночные, но динозавры мне не нравятся. Мне нравятся попугаи.
Мы с Петрушкой часто играем и гуляем вместе, и часто проводим время друг у друга когда родители куда-то уезжают. Пока я играл со своим другом, то не заметил, как летит время. Прошел час, другой, третий. На четвертый час я почувствовал что, что-то не так.
Может мама и папа забыли, что я у Петруши и ждут меня дома? Я сходил домой, проверил все комнаты, но там их не было. Поэтому я пошел дальше играть с Петрушкой.
Было седьмое января, зима, поэтому вскоре стемнело, а мама и папа ещё не приехали. Я просил маму Петруши позвонить им, но телефон не отвечал. А время шло. Наступила ночь. Несмотря на то, что я очень боялся за маму и папу, меня начало клонить в сон.
Утром я рано проснулся, пока ещё все спали, и побежал в свою квартиру. Мамы и папы там не было. Я закрылся в квартире и сел на дверной коврик. И заплакал.
—Андрюша, это ты?— я услышал стук в дверь и голос другой нашей соседки, бабули Шуры. Я проигнорировал её и продолжил плакать.
—Андрюша, открой дверь!— попросила она, но я не собирался её слушать.
Вскоре дверь открылась сама. Наверное, бабуля разбудила родителей Петруши, у которых был запасной ключ.
—Андрей, пошли ко мне...— начала тётя Лида, мама Петруши, но я её прервал
—Я жду маму и папу!— воскликнул я,— они сколо приедут!
Бабуля Шура и тётя Лида обменялись тревожными взглядами. Это мне не понравилось, поэтому я заплакал ещё громче.
Меня попытались накормить, но я ничего не хотел, только то, чтоб мама и папа вернулись. Я продолжать сверлить дверь взглядом, пока я не услышал стук.
—МАМА! ПАПА!— радостно кинулся я к двери, забыв, что у них есть ключи.
Открыв дверь, я хотел закричать, что мне было страшно, что я скучал, но мой крик застрял у меня в горле. Там стоял не мама, и не папа, а мужчина в синим костюме и фуражки. Я сразу узнал полицейского, которого видел в мультиках.
—Привет, ты ведь Андрей?
Я кивнул
—Ты один дома?
—Неть, с Бабулей,— покачал я головой
Бабуля Шура подошла к двери
—Зравствуйте,— поприветствовала она полицейского
—Вы ему родная бабушка?,— спросил офицер, игнорируя приветствие бабули.
—Нет, я сосе...— но не успела она договорить, как мужчина её перебил
—Тогда выйдете, пожалуйста
—Но я не могу оставить мальчика одного! Вдруг вы мошенник! Или же...
—Выйдете на минуту!— потребовал офицер, показывая своё удостоверение,— потом сможете вернуться.
Охая и возмущаясь, бабуля вышла из комнаты.
Я с удивлением смотрел на полицейского. Он показался мне злым, не таким, как полицейский в моих мультикам.
— Подержи
Он дал мне какой-то камушек. Я держал камушек в руках, любопытно вертя его.
—Значит мальчик нормальный,— пробормотал он,— не то что его родители...
—Лодители?!— услышал я заветное слово,— вы знаете де мама и папа? Они сколо плийдут?
Офицер опустился на одно колено и положил мне руку на плечо.
— Они не прийдут...
Камень выпал у меня из рук. Я застыл. Мои глаза вновь начали щипать.
—Они погибли в автокатастрофе.— продолжил офицер,— Сожалею.
—Ах!— воскликнула только что вернувшаяся бабуля Шура. Она остолбенела то ли от новости, то ли от холодной прямоты офицера.
Слово автокатастрофа я не знал, но я понимал слово погибли. Я часто слышал это слово, в папиных любимых фильмах про Шерлока Холмса. Погибли... Погибли это... У-у-умерли?! Мама и папа?!
—... поэтому ты будешь жить с...
— НЕТ! ЭТО НЕПЛАВДА! ВЫ ВЛЕТЕ!!!
Не слушая офицера я скинул его руку с моего плеча и побежал в комнату мамы и папы. Заперев дверь, я схватил мамин халат и забился в самый дальний угол под кроватью. Прижав к себе халат, я сжался в комочек.
—М...ма-а-ам-ма... П-па-ап-па...
Я не хотел верить в слова офицера. Не хотел... Но не мог... Мама, папа почему? Почему именно вы? Почему именно сейчас? Слезы градом катились из моих глаз. Мама... Папа... Неужели я вас никогда больше не увижу? Почему я не поехал с вами... Мама... Папа...
Раздался громкий стук в дверь. Я ещё сильнее от него сжался.
—Андрей, открыл дверь, быстро!— крикнул офицер,— выходи по-хорошему, иначе, я её выбью!
—Какой вы бессердечный!— воскликнула бабуля Шура,—Он маленький мальчик! Проявите милосердие!
—Я здесь, чтоб забрать его в участок, а не чтоб проявлять милосердие!— ответил ей офицер,— Слышишь парень! Выходи!
—Как вы можете так говорить! Вы жестокий! Бессердечный! Тиран!
—Бабушка, если вы продолжите меня обзывать— получите штраф!
—Ах!
Я прижал руки к ушам, чтоб не слышать его.
—Это неправда! Неправда! Неправда! Неправда! Неправда! Неправда... Не-пра-вда....
Терпение офицера подошло к концу. Раздался громкий звук. Он вправду вышиб дверь.
Вскоре сильная рука схватила меня за ногу и выволокли из-под кровати.
—Вылезай!
—Отпустии!
Я развернулся и укусил полицейского за руку.
—Ах ты гаде...
Он занёс руку для удара.
—Не поднимайте руку на ребенка!— бабуля Шура схватила его за руку. Воспользовавшись моментом, я снова запоз вглубь кровати.
—Как же меня все достали!— офицер оттолкнул бабулю и выхватил телефон,— Алло? Да, нормальный! Помогите мне, этот...— тут он еле сдержался от обзывательста,— Кхм, я плохо лажу с детьми.
Когда он повесил трубку, он встал в дверном проёме. Я продолжил лежать под кроватью. Бабуля Шура села на колени и шептала мне ласковые слова, чтоб успокоить меня, но я её не слушал. Мамы и папы больше нет... Они не вернуться...
Спустя пол часа я услышал мягкий женский голос:
—Тише, малыш, вылезай... Сначала я подумал, что это мама, но потом понял, что мне просто показалась. Это тоже была офицер, только девушка. Как только я вылез, она обняла меня и посадила на кровать. Я пытался залезть под неё вновь, но мне не давали. Часы шли и я потихоньку успокоился.
—Ты знаком с маминой сестрой?— спросила она у меня
Я кивнул. Я бывал у Нади пару раз. Она тоже добрая, как мама, а вот её сыновья нет.
—Ты у неё немножко поживаешь, ладно?
Я замотал головой. Я хочу к маме и папе!
—Пойдем соберём твои вещи, ладно?
Меня потянули в мою комнату. Я не выпускал из рук маминого халата. Девушка-офицер нашла в нашей кладовке чемодан и начала складывать туда мою одежду. Я сидел на ковре, пустым взглядом уставившись в пол.
—Хочешь что-то забрать?
Я протянул мамин халат.
Женщина горько улыбнулась и положила его в чемодан.
Я протянул руку и обнял своего любимого плюшегого попугайчика Зефира.
—Ещё что-то?
Я покачал головой.
—Пойдем?
Она взяла меня за руку и повела к выходу. Я последний раз оглянулся на свою комнату.
—Подождите!
К нам неуклюже бежала бабуля.
—Андрюша, сохрани это,— у неё в руках была красная коробочка и чехол от маминой скрипки.
Я взял коробку, скрипку взяла девушка-офицер.
—Спасибо...
Я встал на цыпочки и обнял бабулю Шуру.
—Ещё увидимся, Андрюша.
Она потрепал меня немного по голове на прощание.
С Петрушкой я так и не попрощался.
Меня отвезли к Наде. Ей передали меня и мои вещи. Не смотря на то, что я был четвертым ребенком, она отнеслась ко мне очень тепло. Я же сторонился её и днями на пролет только и делал, что бездвижно лежал на кровати. Я б так и лежал, если бы не появились братья...
***
Я немного потряс головой, развеивая это страшное воспоминание. Я положил фотографию и достал оттуда книжку:“Приключения путешественника Шермана: Путь к звёздам„ Эту книжку мне читала перед сном мама. Благодаря ей я и люблю попугаев. Пролистнув пару страниц, я положил книгу и достал кулончик в виде сердечка. Внутри него были фотографии мамы и папы. Папа подарил маме этот кулон вчесть выпускного. Мама его очень редко снимала, видимо в тот день она забыла его надеть после душа. Также в коробке лежали одни из папиных часов. Также там лежала ещё одна маленькая книжечка. На ней была моя фотография, когда я был маленьким и мое имя. Я открыл её и начал читать. Эту книжечку вела мама и записывала все, что со мной случалось: первое слово, когда начал ходить, мою любимую музыку и прочее.
На глазах невольно начали наворачиваются слезы. Я быстро смахнул их и положил книжечку обратно в коробку. Последнее, что я достал были ключи. Пару раз их подкинув, я положил назад. Не знаю, сменил ли кто замок, или вообще до сих пор наша ли это квартира. Но даже так, я никогда не решался туда вернуться. Закрыв крышку, я вновь спрятал коробку. Не хочу, чтоб её нашел кто-либо из братьев, ведь они наверняка все попытаться сломать и выкинуть. До сих пор помню, как они оторвали голову моего попугайчика и повесили над моей кроватью.
—Фух!
Надо поскорее выходить отсюда: они могут вернуться в любой момент.
И вот сегодня, когда прошло семь дней с вечера откровений, я наконец-то приехал к Алинкиному дому. Спасибо Наде, которая поставила вчерашние ромашки в воду, а то если бы они засохли, началось бы все по новой... Печенье никуда не делось, братья его не нашли и оно осталось целым. А места в фильме я перебронировал. Все приготовления наконец-то были успешны завершены и теперь осталось только нажать на кнопку вызова. Номер квартиры я набрал, но рука не решалась нажать вызов. Она предательски подрагивала и увиливала в сторону. Мои мысли были погружены в сомнения. А что если за эту неделю Алинка познакомилась с кем-то другим? Она ведь не могла влюбиться в кого-то другого за неделю? Нет, Алинка не такая! А если...
Гадать бессмысленно! Не важно, к чему я сейчас прийду, ситуация в реальности все равно не измениться...
А если она меня до сих пор не хочет видеть? А если она меня возненавидела? А если... А если...
Нет! Алинка и "ненависть" совершенно различные понятия! Никогда не слышал, чтоб Алинка говорила:„ Ненавижу его или ненавижу это!". Она скорее скажет:„ Я расстроенна из-за этого или я разочарована". Такова Алинка. И к тому же, если бы все было так плохо, то Эмма и Матвей не подталкивали бы меня к ней и не давали советов. Они бы не стали так со мной и с Алинкой поступать. Может, Матвей может плохо пошутить, но он никогда не желает зла своим друзьям. Про Эмму я даже заикаться не буду— она сильно любит свою младшую сестру и заботиться о ней.
Всё! Хватит сомневаться! Я и так целую неделю тянул, не куда дольше! Будь что будет!
Мой палец завис в миллиметре от кнопки вызова. Нет, я не стал вновь сомневаться. Просто мне показалось, что что-то не так. Только я не могу понять что. Колокольчик в моей голове не перестаёт трезвонить об опасности. Не то что бы я не доверял моей интуиции, просто, что может произойти посреди бело дня, в безопасном районе, где много других люде-ей...
По моей спине пробежал холодок. Тишина. Лишь слышен шорох листьев и гул машин в дали.
Я резко обернулся. Ни души...
Дом Алинки полукруглой формы, внутри которого есть маленький дворик и парковка. Чтоб мне дойти до её подъезда мне нужно было пройти через этот дворик, и я отчетливо помню, что тут были люди. На горке катались несколько ребят, на одной из лавочек сидели две бабушки, которые обсуждали двух мам, играющих в песочнице со своими детьми, а также группу подростков, громко слушавших русскую попсу. Но сейчас, за эти пять минут которые я мялся перед дверью, все исчезли. Как ветром сдуло. Как сквозь землю провалились. Даже не знаю, какое из этих выражений подходит к этой ситуации больше.
Мое шестое чувство чуть-ли не кричало: БЕГИ!
Я сглотнул. Не могу же я так просто уйти, я же пришёл к Али...
—Хххха, ххааа...— я не смог сдержать своего хрипа.
Чья-то мощная рука "обняла" меня за шею. Я попытался брыкаться, выбраться из захвата, как учили нас на уроках, но ничего у меня не выходило. Всё мои сопротивления сводились на нет.
—По-по... по-мо... по-мо-ги...
Наступила темнота...
***
—Здравствуйте дорогие друзья!— пепельноволосый ехидно заулыбался,— Как ваше самочувствие?
Марго и Даниил не то, что отвечать— знать этого человека не желали. Они отвели глаза и сохранили мужественное молчание. За время, проведённое здесь, они перестали выглядеть живыми. Ходячие мертвецы— это лучшее описание их состояния на данный момент. Но на самом деле, не смотря на то, что их тела были изнурённы, изрезанны и выжаты, их дух остался стоек, а голова холодной. Они спасали друг друга от безумия, ведь с ума сходят по одиночке, а их двое. К сожалению, чем дальше это продолжалось, тем дальше закрадывалась страшная мысль— желание умереть. Мертвые не смогут сломаться, мертвые не смогут предать, мертвые не чувствуют боли, мертвые не видят страдания любимого— настолько коварным был шёпот этой мысли. Но лучик надежды не давал этой мысли завладеть их разумом: они хотели выжить, вновь встретиться с сыном. Поэтому они не могли позволить себе сдаться. Ради сына. Такова сила их любви к нему...
Даниил впервые увидел Марго во время предпоследнего года обучения в университете, когда он с друзьями проходил мимо музыкального факультета. Чёрные кучерявые волосы, завязанные в немного не аккуратный пучок на затылке, светло-зеленые глаза, детская улыбка, задорный взгляд, смугловатая кожа, голубое платьице и ухоженные руки, крепко сжимающие чехол от скрипки— он влюбился в её образ с первого взгляда. Представьте, какова была его радость, когда Даниил увидел её в автобусе. Не желая упускать шанса, он завёл с ней разговор и понял, что влюблён не только в её внешность, но и в её голос, речи, мысли... Он даже влюбился в её имя Маргарита, Марго.
Два года он ухаживал за ней, а после, за несколько дней до выпуска, Даниил предложил Марго выйти за него. Она также любила Даниила, но колебалась. Марго боялась, что он не будет любить её, узнав что она Супериор. Но когда она созналась, она была счастлива, ведь Даниил не только принял её, но и сам был с ней одной масти. Ответ стал: да.
Очередной учебный год был окончен, и Марго, окончившая музыкальный факультет, хотела пройти прослушивание в театральный оркестр, а Даниил ( у него уже была степень магистра) решил учиться дальше.
Но после случайной встречи с лучшим школьным другом, Даниил узнал о ЗСА и предложил Марго попробовать поработать там. В ЗСА они быстро поднялись по карьерной лестнице и стали неплохими агентами. Их пара ментала и атакующего была довольно сильна. Обычно менталы играли роль разведчиков, детективов и различных других поставщиков информации, иногда были стратегами. В любом случае, они редко ступали на прямое поле битвы, а во время расследования с ними ходил ещё телохранитель. Но Даниил не специализировался на выкачке информации, а на гипнозе. Массовом гипнозе.
Обычно чтоб загипнотизировать человека надо с ним встретиться взглядом без любых зрительных преград или же коснуться его, поэтому максимум за раз можно загипнотизировать 2-3 человека. К тому же, надо их контролировать, что довольно затруднительно. Поэтому массовый гипноз был почти что невозможен. Но Даниил смог изобрести этот способ при помощи силы Марго.
Благодаря колебаниям звука Марго могла определять местонахождение предметов и живых существ в радиусе 100 метров, а после создавала вокруг них звуковые волны различной чистоты. Это начинало укачивать людей, занижая их бдительность и самоконтроль. После этого, она распространяла голос Даниила, который, вместе с укачивания и начинал усыплять людей и вводить в транс. После этого она создавала резкий звук, после чего люди пробуждались, не помня, что с ними недавно случилось и продолжая вести себя так же, как и всегда. Но когда у них в голове раздавалась команда Даниила, они мгновенно повиновались ей, думая, что это их собственные мысли. Обычно Даниил стравливал их между собой или с не попавшими под гипноз товарищами, а тем временем он с Марго, под покровом хаоса и шумихи, пробирались и захватывали свою цель.
Самое интересное, что сам процесс гипноза не требует применения силы ментала— она лишь требуется при раздаче команд.
Это сделало эту технику сложной, ведь слова, волны, темб, все должно быть синхронизированым, сладким и убаюкивающим. Для этого нужно овладеть искусством гипноза на все сто. Даниил так хорошо изучил гипноз, что был способен гипнотизировать человека без использование какой-либо силы. В ЗСА ему дали прозвище Кот-баюн, а Марго по шутке называли Морской болезнью или русалкой. Такова была их Слава в ЗСА.
Но хотели ли они этого? Нет.
Марго мечтала дарить своей музыкой позитивные эмоции, а не отрицательные. Она хотела играть и дарить людям радость!
Даниил тоже учился на физико-техническом факультете не для того, чтоб гипнотизировать людей. Он хотел найти способ обьеденить технологию и науки с супериорской энергией, чтоб силы могли быть использованы не только для военных целей, но и для бытовых, и не только Супериорами, но и обычными людьми. Так же он мечтал чтоб Супериоров наконец-то признали друзьями обычные люди. Гипноз же он начал изучать по причине, что хотел выработать для него иммунитет. Если чтение мыслей можно заблокировать обычными линзами, то касание при гипнозе избежать нельзя. Менталы, конечно, могли выработать себе защиту и иногда распространять её на других Супериоров, но обычные люди и большинство Супериоров все равно подвергались влиянию этой ужасной силы.
Поэтому волей неволей он овладел этой способностью лучше, чем тот, кто специально учил эту силу для атаки.
Как только Марго узнала, что беременна, она с Даниилом уволились. Жизнь в ЗСА им была неприятно, и они четко осознавали, что если их ребенок унаследует обе силы, то он сможет использовать их технику массового гипноза даже более эффективно, чем они сами. ЗСА определенно сделает все, чтоб заграбастать его. Поэтому они решили всеми способами защитить его от этой организации. Единственный, кто знал об этом, был лучший друг Даниила, Максим. Хотя Даниил его призывал бросить его ЗСА, Максим Юрьевич колебался. В отличии от них он занимался лишь расследованиями, поэтому он и его семья были в более безопасном положении, чем Даниила и Марго.
Они купили квартирку подальше от центра, в спокойном районе и устроились на обычную мирную работу. Марго стала учителем музыке и открыла свой музыкальный кружок. Даниил стал доцентом на своем факультете. Хоть зарплата была меньше, чем в ЗСА, её хватало, чтоб жить. Также Марго создала свой канал. Ей нравилось делать каверы на скрипке песен различных популярных групп или певцов, как Imagine Dragons, Shawn Mendes, Maroon 5, Avicii, Twenty one pilots и тому подобных. Играла она великолепно, поэтому подписки продолжали расти.
Вскоре родился Андрюша, в прямом смысле, красивый как мама и умный как папа. От мамы он унаследовал волосы и глаза, только кожа была бледной, как у отца. Мальчик рос. Больше всего маленький Андрюша любил слушать, как играет мама. Каждый раз когда Марго брала в руки скрипку, он замирал, и мог часами слушать мамины песни. Андрюша довольно рано научился говорить. Первым его словом было мама, а вторым— музыка. Каждый раз когда Марго подходила к нему он кричал:„ Ма-а, уыка, уыка!“. Время шло, Андрюшка рос. Помимо музыки мальчик любил читать книги, а если точнее, чтоб их читала ему мама. Особенно он любил книгу про Мальчика-путешествиника, который колесил по миру, спасал слабых, исполнял мечты детей, помогал бедным, вместе со своим попугаем, который отгонял от него злых духов и плохие сны. Андрюша очень хотел себе попугайчика, но в доме, где они жили, домашних животных не разрешали, если не считать аквариум с рыбками. Марго и Даниил пытались не использовать силы перед сыном, поэтому свои эксперименты Даниил проводил в своем кабинете. Андрюше было очень интересно, чем занимается папа, и все время пытался подглядеть за ним, но не зря Даниил бы лучшим менталом в ЗСА— он с лёгкостью замечал своего сына. Также Андрюша любил проводить время с Петрушкой, соседским сыном. Они были одного возраста, поэтому им было очень интересно играть вместе. Родители детей также подружились, поэтому они часто оставляли своих сыновей друг другу, когда уходили по делам. Второй соседкой была очень добрая и приветливая бабушка— бабуля Шура. Бабуля Шура жила со своим мужем, дедом Толей. Их дети жили в другой стране, поэтому с внуками они виделись лишь пару раз в год. Поэтому, Бабуля Шура очень любила маленьких Андрюшу и Петрушу. Она учила готовить их пироги. Мальчики не очень любили готовить, но очень любили "дегустировать" пироги после готовки. Также Бабуля Шура пекла красивые пряники, различных форм и с разными рисунками. Она продавала их в соседние булочные и кондитерские, где её пряники пользовались большим спросом.
Но мирная жизнь не продолжилась долго. Один из коллег Даниила, однажды увидел, как использует свою силу Марго, и доложил о них ОБК. Поэтому в день четырех летия Андрюши, когда Даниил и Марго поехали за его тортом, их окружили и с помощью выстрелов, ввели Вембраний. Но в тюрьме они просидели совсем не долго. ЗСА, которое нуждалось в сильных агентов, узнало, что они попались, организовав спасательную операцию. Но спасали их не за даром. Они были обязаны отработать 15 лет в организации или же, при отказе, они будут вновь сданы в ОБК, где будут вынуждены остаться до конца жизни. Пятнадцать лет или вся жизнь? Выбор очевиден. Но Даниил и Марго не хотели, чтоб в агентстве узнали о их сыне, поэтому решили, помогать и следить за ним издалека, а когда отслужат срок вернуться к нему. Тем временем, к Андрюше наведался офицер, чтоб проверить, является ли он Супериором, как его родители. Но из-за того, что он не открыл свои силы, прибор не смог их уловить. Как ближайшему родственнику Андрея передали старшей сестре Марго— Наде. У Нади было три сына, старшему 10, а младшему три. Работа у Надиного мужа была очень нервной, поэтому, он часто выпивал. Все считали его обычным пьяницей, поэтому, когда он исчез, все подумали, что он просто бросил свою семью или спился. Так считал даже его старший сын. Но это было не так. Однажды, он пьяным бродил по переулкам, и попал под горячую руку Анириора... Надя не хотела рассказывать правды сыновьям, ведь считала, что если они узнают, то будут бояться каждого угла и переулка. Единственная, кто знал правду, была Марго. Если бы не это обстоятельство, то она бы точно открыла свою сущность сестре, чтоб мочь чаще видеться с сыном. Но Марго понимала, что если она откроется ей сейчас, то это будет выглядеть так: „Привет Сестренка, видишь ли, я жива и я тоже Супериор, да-да, как тот чувак который убил твоего мужа!“.
Из-за того, что Надя проводила почти все свое время на работах, сыновья росли без присмотра. Поэтому, когда к ним приехал маленький, беззащитный и одинокий Андрюша, они нашли себе новую грушу для битья. Они сталкивали его с кровати, будили, обливая холодной водой, со льдом, подсыпали перец и горчицу, ложили кнопки в ботинки. Однажды, они даже порвали Андрюшиного плюшегого попугайчика и повесили его голову над Андрюшиной кроватью. Из-за этого у Андрея сформировалось неправильное понятие о силе. Он думал, что если ты обижаешь слабых, ты сильный. А если нет, то ты слабый, и обижать будут тебя. Поэтому, как только Андрей пошел в школу, он стал "доказывать" свою силу одноклассникам и младшеклссникам. Чем старше он становился, тем больше за ним укреплялся статус злодея и хулигана. Но не смотря на это, он продолжал прилежно учиться и играть на скрипке.
Даниил и Марго, все свободное время от заданий старались за ним приглядывать, но агенство их нагружали по полной. Им оставалось только ждать и надеяться, что Андрей сможет их принять, спустя 15 лет... Филипп же узнал о Андрее совершенно случайно. Даниил и Марго разговаривали на перекрастке, а он проходил мимо и услышал отрывок из разговора. Но больше имени, он ничего не знал. Никому он это рассказывать не собирался, да и сам вскоре забыл, но его имя само всплыло у Филиппа в голове, когда он находился в опасности.
Когда Марго с Даниилом находясь на очередном задании, они попались в ловушку, и оказались в плену у Анириорской организации. И сейчас, когда существует возможность, что они поймали их сына, они не могли не волноваться.
—Посмотрите, кто у нас тут,— улыбнулся пепельноволосый и нажал на пульт.
Перед Марго и Даниилом появилось изображение.
—НЕ-ЕТ!— неудержавшись, Марго сорвалась на крик.
На проекции появился черноволосый кудрявый мальчик, привязанный к стулу. Он находился без сознания, голова лежала на груди, но его лицо все равно можно было разглядеть. Марго сразу узнала своего сына.
—Это не может быть он!— возразил Даниил—Я не верю!
Он не знал, какое влияние у этой организации, поэтому не мог быть на все сто уверен, что на стуле сидит их сын, а не просто его проекция.
Пепельноволосый подошёл с шприцом к Марго и ввел ей Вембраний. Второй шприц, приготовленный для Даниила, он положил на стол.
—Даниил, у тебя скоро кончиться действие Вембрания, поэтому, благодаря своим способностям ментала, ты сможешь определить, сидит там твой сын или нет,— с этими словами он положил рядом с шприцом рацию и нажал на кнопочку включения. Загорелся зелёный огонек,— Но я не буду недооценивать твои способности гипнотизёра, поэтому, временно выйду из комнаты и буду общаться с тобой через эту рацию.
Он достал вторую рацию, включил, и проговорил в неё
—Алло, алло?
С секундной задержкой, звук повторился на второй рации.
—Алло, алло?
—Отлично,— засмеялся пепельноволосый,—теперь вы меня хорошо услышите.
После этого пепельноволосый вышел из комнаты.
***
—Пожалуйста, примите меня к вашей организации!— Филипп накинулся на меня, как только я вышел из комнаты,— Я буду служить вам верой и правдой!
—Верой и правдой?— усмехнулся я
—Д-да, это ведь я вам помог найти этого м-мальчика.
Филипп выглядел жалко. Будто какая-то мелкая противная собаченка. Он встал на колени.
—Да, помог,— я присел на корточки рядом с ним и поднял его голову.
—Да, да! Помог, помог!
—Вот только...
—Только?
Его глаза расширились.
—Нам крысы не нужны!
С этими словами я встал и пнул его, отчего тот упал на землю.
—Нет, нет, я, ни-никогда!— начал, заикаясь, он отползать назад.
—Как ты предал ЗСА, так ты передашь и нас. Зачем нам в своих рядах предатель?— после этого, улыбка исчезла с моего лица,—Уберите его!
—НЕТ! НЕТ!
Двое моих подчинённых подхватили его подмышки и понесли в одну из соседних комнат.
Так вот, о чем я.
На моём лице вновь заиграла злорадная улыбка. Посмотрев на часы, я понял, что время действия Вембрания на Даниила истек, и он явно убедился в правдивости происходящего.
Я достал вторую рацию и отдал приказ:
—Начинайте!
Посте этого я поднес ко рту первую рацию и заговорил с будущими нашими друзьями.
—И так...
—Ублюдок!
Я проигнорировал слова Даниила и продолжил говорить
—Вы так много выдержали и это похвально, вы так верны своей организации,— начала я,— поэтому сейчас мы предоставим вам последний выбор: или жизнь вашего сына или ваша верность к ЗСА. Чем вы готовы пожертвовать?
—...
—Даниил, друг мой, ты больше не хочешь мне ничего сказать?
Ответа не последовало.
—Давай!— отдал я команду по второй рации.
Будем испытывать их родительскую любовь. Хм... Как же это прекрасно!
В это время, к мальчику должен был подойти палач, и размахнуться топором.
—Что ж, три, два, оди...— начал отсчитывать я секунды до того момента, когда парень лишиться головы.
—НЕТ! СТОЙТЕ!— раздался в рации женский крик— Я сделаю все, что угодно, только, пожалуйста, не трогайте его!
—О! Значит, мама уже сдалась! А что насчёт папочки?
Даниил молчал
—Мне нужно согласие обоих родителей, иначе, произойдет капитуляция!
—Кхм, я...
—Присоединякшься к нам?— помог я Даниила
—Я... Д-да...
—Вот и прекрасно!
По второй рации я отдал команду прекратить.
—Понимаете в чем дело, друзья мои...— начал я,— мы же друзья, да?
—...
—Не слы-ышу!
—Да
—Да...
—Почему я не слышу радости в голосе?
Я хотел сломить их дух окончательно. Раз издеваться, то по полной!
—...
—Ну ничего, над вашем энтузиазмом поработаем попозже. Дело в том, что я вам не верю. И чтоб я поверил, вам придется дать... Смертельное обещание!
Смертельное обещание— самая сильная способность менталов. Её сила заключается в том, что она действует на всех без исключения, не зависимо от уровня самого ментала. Суть обещания проста: Человек даёт обещание и согласие на использование смертельного обещания, держа за руку ментала. Тогда тот активирует определенные нервы в мозге давшего обещание, которые отказывают, когда человек нарушает обещание, и он умирает. Конечно, смертельное обещание не всемогущее, если ментал, который принял обещание умирает или хотя бы на секунду теряет контакт со своей силой— обещание обнуляется.
—Хорошо,— ответил мне Даниил,— но только если ты дашь нам смертельное обещание, что не тронешь Андрей.
—Милый Даниил, ты не в том положении, чтобы ставить мне условия.
—Мы не присоединимся к вам, если ты не дашь обещание.
—Но Дании...
—Молчи, Марго,— прервал он свою жену, а потом обратился ко мне:— Убьете его сейчас или потом, разницы не имеет. Мне нужна гарантия, что он будет жить, иначе, это будет бессмысленно.
—Какой жестокий папочка,— хохотнул я,— ладно, будет тебе обещание.
Я положил руку на ручку двери.
—Я вхожу,— предупредил я,— И прошу без фокусов. В комнате расположены камеры и датчики силы. Любая оплошность и шея вашего сыночка познакомиться с топором.
Открыв дверь, я увидел парочку супериоров, злобно сверлящих меня взглядом. Проигнорировав их, я отстегнул запястья и ноги Даниила. Он встал. Несмотря на то, что он был исхудавшие и измученным, он продолжал сохранять свое достоинство. Встреться я с ним при других условиях, мне определенно стало бы не по себе. Даже то, что он был на пол головы выше меня, ничуть меня не пугало. Я протянул свою руку, Даниил взял меня за запястье.
—Я обещаю, что я и мои подчинённые не убьют твоего сына, Андрея.
У меня возникло ощущение, что в голове у меня что-то щелкнуло.
—Хм,— улыбнулся я,— теперь ваша очередь.
В комнату вошел Геннадий, сороколетний парень с плохим зрением, один из моих подчинённых. Ментал.
—Здравствуйте Даниил!— воскликнул он,— для меня большая честь познакомиться с вами! Знаете, я немного разочаровался, когда узнал, что ваш сын, такого честного и сильного человека, оказался школьным хулиганом! Да и к тому же, не открывшим свою силу! Это просто...
—Умолни!
Руки Даниила напряглись. Если б он мог, то избил бы этого человека, да и меня за одно.
—Хватит провоцировать нашего друга, Геннадий! Да и к тому же, у Даниила много дел накопилось, за эти недели упрямства! Поболтаете позже!
Геннадий протянул руку.
Нехотя, Даниил позволил взять его за руку.
—Обещаю, что я бу...
—А,а,а!— покачал указательным пальцем я,— Мы! Ты и твоя жена!
Даниил виновато оглянулся на Марго.
—... мы будем служить "Двухглавому льву"...
—До конца своей жизни!
—... д-до конца своей жизни!
—Вот и ладненько!— прихлопнул ладонями я, когда Даниил закончил свое обещание,—Теперь, вам пора работать!—,а потом добавил,— Только Даниил, не забывай, если ты нас предашь, то умрёшь, и тогда с меня спадет обещание и я прикончу твоего сыночка!
Я отстегнул Марго от стула.
Она встала позади своего мужа.
—За дверью вас ждать Ирина, она проведет вас к вашем вещам и покормит, а потом объяснит вашу работу...
— Я хочу увидеть, как вы его выпускаете,— прервал меня Даниил
—Неужели ты без своих очков ничего не видишь: он в отключке! Или ты хочешь, чтоб мы выкинули его на обочину, безсознания.
Даниил фыркнул.
—Идите, идите! У вас много дел!
Последний раз глянув на экран, они вышли из комнаты.
—Мне внезапно стало интересно— обратился я к Геннадию,— у всех Менталов плохое зрение?
—Не знаю,— ответил он, поправляя очки,— мне кажется, это чисто совпадение.
—Ладно, это не так уж и важно, ты лучше скажи, мальчик и вправду хулиган?
—Был, но два года назад перестал.
—А ещё, что он не открыл свою силу?
—Да. Что вы собираетесь сделать?
—А разве не ясно?— ухмыльнулся я,— Если он унаследовал силы обеих родителей, то при должных тренировках он сможет стать одним из сильнейших в нашей организации. Нет, даже если он унаследовал только силу мамаши, он сможет нам пригодиться.
—А если он окажется чистым менталом?
—Лишних менталов не бывает.— ответил я,— но это будет более проблематично, ведь на него будет сложнее воздействовать.
—А разве вы не обещали его отпустить?
—Я? Когда это я такое говорил?
Моя улыбка стала ещё шире.
—Но, смертельное обещание...
—Я обещал его не убивать, но я ничего не говорил, про подчинять.— ответил я, а потом добавил,— Как думаешь, он присоеденится к нам добровольно? Упрямство ещё одного Сунила я не выдержу.
—Нет,— ответил Геннадий,— Я на 99% уверен, что он будет таким же, как и его родители.
—Какая жалость... Опять придется марать руки о пытки...
Я недовольно взял скальпель со стола и крутанул вокруг пальца.
—Я бы предложил иной вариант,— сказал Геннадий,— Сыворотка Внушения.
—Сыворотка Внушения?
—Да,— кивнул Геннадий,— У парня довольно переменчивый характер: изначально он был добрым малым, после стал жертвой дома, а вне дома— охотником, после замкнулся, а сейчас вновь подобрел. Мне кажется, что велика вероятность, что если он почувствует силу, то останется с нами добровольно. К тому же сейчас идеальные для этого обстоятельства.
—Что за обстоятельства?— спросил я
—Начнем с его лучшего друга, Матвея. Изначально они были врагами.
—О?
—Матвей превосходил его во всем, не считая учебы, хотя и там он сумел набрать бал лучше по истории...
—Я тоже всегда был плох в истории
—Кхм, Андрей ни разу полноценно его не победил, ни в учебе, ни в спорте, ни в драках. Даже не смотря на то, что он его друг, он до сих пор
завидует ему.
Завись— это самое темное и противное чувство человека. Зависть заставляет людей предавать друзей и близких, она выедает душу и мозг, душит и не отпускает. Если хочешь против кого-то опросить человека, зависть станет твоим главным оружием
—И знаешь что,— продолжил Геннадий,— на днях эта зависть ещё больше увеличилась
—И от чего же?
—Матвей оказался Супериором!
—Да, ты прав!— засмеялся я,— Это идеальные обстоятельства для сыворотки В!— а после добавил,— Скажи, а как этот Матвей превратился из недруга в друга?
Геннадий продолжил говорить:
— Девушка Андрея оказалась лучшей подругой девушки Матвея, да и друг самому Матвею.
—Вот так совпадение!— воскликнул я,— И довольно проблематичное.
—... Но сейчас они в ссоре. Она не приняла прошлого Андрея. Хоть он до сих пор её любит и хочет вернуть, где-то в глубине у него поселилось разочарование и злость...
—Великолепно!— я даже захлопал в ладоши,— Просто великолепно! Лучше и быть не может!
—А я о чем?— улыбнулся Геннадий.
—Отлично! Отлично!— я был очень рад, что мне не придется долго с ним возится,— Прикажи принести сыворотку в комнату А-7!
—Есть!
Я вышел из комнаты вслед за Геннадием и вошёл в комнату, где сидел сын Даниила. Он до сих пор не очнулся.
Я присел на корточки и посмотрел на его лицо. Интересно, на сколько сильным он сможет стать?
—Я принес сыворотку внушения— прервал мои мысли Геннадий.
—Хорошо,— я встал с корточки и посмотрел на него,— останься здесь, будешь передавать мне мысли мальчика по телепатии,— после этого я обратился а палачу,— Да, ты тоже можешь остаться.
Я вытянул руку. Геннадий отдал мне сыворотку.
—А что за сыворотка?— спросил палач
—Скажем так, она ослабляет некоторые клетки ЦНС и делает так, чтоб на человека было очень легко воздействовать.— объяснил я,— Если точнее, то он, находясь в сознании, будет соглашаться со всеми моими доводами и делать все то, что я скажу, но будет считать, что это его собственные мысли.
—Это...— замкнулся палач,— это способность Даниила?
—Да, это похоже на то, что обычно делает Даниил. Только вот ментала сложно овладеть и использовать эту способность, поэтому, мы пытаемся создать сыворотку, позволяющую контролировать людей более лёгким способом,— говоря это я ввел содержимое шприца в Андрея, от чего тот слегка вздрогнул,— К тому же, мы сможем доработать эту сыворотку, ведь у нас Даниил.
—Как я помню, он хотел создать Антидот для гипноза, а не наоборот,— напомнил палач
—А его никто и не спрашивал,— усмехнулся я,— Если он хочет, чтоб его сынок жил, прийдеться работать.
Я посмотрел на шприц в руке.
—Как жаль, что он работает лишь три недели. Если бы смогли создать вечный гипноз... — я немного прикрыл глаза, помечтав об этом,— Мммм...
Вечно мочь контролировать людишек, что может быть лучше? Только их полная анигиляция! Иметь в рабах Супериоров звучит более заманчиво, разве нет?
Я перевел взгляд на парня.
Что ж, он станет первым.
Немного похлопав его по щеке, я пропел:
—Просыпайся!
***
Меня легонько пару раз похлопали по щеке.
—Просыпайся!
Я невольно открыл глаза. Первое, что я увидел, это пепельноволосого примерно лет тридцати мужчину, с довольно экстравагантной внешностью. За ним стояли ещё двое. В одном я узнал недавно приходившего ко мне психологу, а второй мне был полностью незнаком, но топор, который он держал в руках, выглядет довольно внушительно.
Серые холодные стены не имели окон и прочих отверстий. Могу предположить, что я в подвале. Комната была голой, если не брать в счёт нервно подмигивающую камеру и стул, на котором я сейчас сижу. Голова болела и кружилась. Мне казалось, будто меня напоили.
—Очухался, Андрей?
Пепельноволосый посмотрел на меня и улыбнулся.
—Кто вы?— спросил я,— Где я? И откуда вы знаете мое имя?
—Меня зовут Здислав,—представился мужчина,—Я лидер "Двухглавого льва" Анти-низшей организации. Ты в моем штабе.
—Анти-низшей организации?
—Терпение,— ответил Здислав,— Я ведь ещё не ответил тебе на твой прежний вопрос! Или тебе не интересно узнать, откуда я тебя знаю?
—Интересно,— ответил я
Мужчина расплылся в улыбке.
—Мы знаем о тебе все, Андрей, даже то, что ты сам не знаешь.
—Например,— не поверил я
—Ммм...— промычал Здислав, почесывая подбородок,— То что ты Супериор?
Я на мгновение застыл.
—Я? Супериор?
—Да, ты,— подтвердил пепельноволосый,— И если я не ошибаюсь, с сильной энергией!
Сильной энергией? Сильнее, чем у Матвея?
—Да, сильнее,— кивнул он, отвечая мои мысли,— Никакие Матвеи тебе в подмётки не годятся!
Я вздрогнул
—Вы тоже Супериоры?— спросил я
—Да. И мы хотим научить пользоваться тебя твоей силой,— после этих слов его улыбка расширилась,— не за бесплатно, конечно!
—У меня нет денег...
—Мне не нужны деньги,— отмахнулся пепельноволосый,— Мне нужно твое сотрудничество.
Мы научим тебя пользоваться силой, если ты вступишь в наши ряды.
—А что за организация?— загорелся я
Подумать только! Я тоже Супериор! Мечты сбываются!
—Мы считаем, что супериоры, это высшее существа, созданные, дабы уменьшить количество населения...
—Ч-чего?
—Мы считаем, что низшие, обычные люди, просто ничтожны, и что они не достойны жить на этом свете. Они должны быть анигилированы. Выживает сильнейший!
—Но...
—Или ты хочешь сказать, что эти мерзопакостые людишки достойны жить? Братья, которые над тобой издеваться, члены банды, которые предали тебя, девушка которая не приняла?
—Э-это...
—Из-за людей этот мир прогнил насквозь. Их развелось слишком много, даже больше, чем тараканов. Ничего не случиться, если сотня-другая погибнут. К тому же, мы спасаем природу.
И вправду. На земле слишком много людей.
—Если так все и продолжиться, то планета вскоре погибнет. Надо пожертвовать мелкими сошками, чтоб мы, сильнейшие, могли выжить!
Их слишком много. Должны выживать лишь сильнейшие.
—Кстати, о твоём дружке, Матвей, да?
—Да.
—Ты никогда ему не завидовал?
Я? Матвею? Каждый день и каждый раз. Он превосходит меня во всем
—Тебе никогда не хотелось ему отомстить?
—Ото-мстить?— переспросил я,— но он мой друг!
—Друг?— после этого пепельноволосый рассмеялся,— Как смешно, как смешно,— он обратился к "психологу,"— Ты слышал? Он думает, что Матвей его друг!
После этого он повернулся ко мне с серьезным лицом.
—Да он тебя презирает!
—Прези-рает?
—Ты никогда не замечал, что он тебя пытается унизить?
И вправду. Постоянно.
—Показать, насколько он лучше?
Он постоянно показывает мне свою силу.
— Он постоянно над тобой смеется и стебется!
Да. Это так.
—И ты до сих пор считаешь его своим другом?
—Нет.
Матвей не мой друг.
—Тебе не кажется, что он слишком наглый?— продолжал Здислав
—Да
—Что он слишком зазнаеться?
—Да
—Что это несправедливо, что эта сила досталась ему, а не тебе?
—Да!
У него богатые родители, всю жизнь были друзья, он мог заниматься всем тем, что хотел и ещё у него есть сила! Это не справедливо!
—И он тебя побеждал раз за разом, не потому что сильнее. Не потому что умнее, не потому что хитрее... А знаешь почему?
—Почему?
—Потому что он Супериор!
Точно! Матвей такой сильный, из-за того, что он Супериор! Только и всего!
Если я тоже буду Супериором, то я его одолею! Одолею Матвея! Он больше не будет на меня смотреть свехрху вниз! Он почувствует вкус поражения, а я стану единственным победителем!
— Развей свои силы и отомсти ему!
Да! Я ему отомщу! За каждую издевку, за каждое унижение! Отомщу! Отомщу! По стене размажу!
Но...
—А Алинка?
—Алинка?— Здислав вопросительным взглядом посмотрел на психолога,— Ах, твоя девушка? разве не она не приняла тебя?
Да. Не приняла
—Бросила, не сказав ни слова.
Да. Бросила
—Ушла и не дала шанса.
Да. Она просто ушла.
—И ты её до сих пор любишь?
—Нет
—Тогда почему ты сомневаешься? Присоеденись к нам и Развей силы! И сможешь отомстить всем: Братьям, бывшей банде, девушке и главное этому Матвею!
Да. Я всем им отомщу. Они познают мой гнев! Они все, все поплатятся! Особенно Матвей! Он будет умолять меня о пощаде, но я не прекращу! Я поставлю его на колени!
Здислав протянул мне руку.
—Ты с нами?
—Да.
С первым сентября! Удачи в учебном году)
Мм, похоже, Здислав претендует на роль лучшего злодея этих книг. (если конечно, не считать Ефимовича)
Ваша, Andy Fort.