1-часть.
т/и — та самая.
В университете её знали все: кто-то восхищался, кто-то завидовал, кто-то пытался «случайно» столкнуться в коридоре. Длинные взгляды, записки, предложения «провести». Она вежливо улыбалась — и проходила мимо.
Ей было 20, и она давно поняла: бегают — не значит нужны.
Сан Лай всегда ворчал.
— Ты хоть иногда смотри, кто рядом с тобой, — говорил он, когда забирал её на машине после пар.
Старший брат, 28 лет, ветеринар, добрый до безумия и слишком заботливый.
— Я смотрю, — отвечала т/и, — просто не вижу никого интересного.
Он хмыкал.
— Надеюсь, и не увидишь.
Она смеялась.
В тот вечер всё изменилось.
Сан Лай затащил её к себе на работу — «на пять минут».
В клинике пахло лекарствами и мокрой шерстью. Т/и сидела на высоком стуле, листала телефон, когда дверь резко хлопнула.
— Сан Лай! — голос был низкий, хриплый. — У тебя тут есть лёд?
Она подняла глаза.
Парень в кожанке. Разбитая бровь, кровь на костяшках пальцев. Чёрные волосы, взгляд — дерзкий, ленивый, будто ему плевать на всё.
— Ты опять влез в драку? — устало спросил Сан Лай.
— Ага. И что? — усмехнулся тот.
Он перевёл взгляд.
И замер.
Т/и почувствовала это мгновенно — как будто воздух стал плотнее.
Его глаза задержались на ней дольше, чем прилично.
— А это кто? — спросил он, не отводя взгляда.
— Моя младшая сестра, — холодно ответил Сан Лай. — Даже не смотри.
Парень усмехнулся.
— Поздно.
Т/и встала.
— Привет.
— Цзинь Джао, — он чуть склонил голову. — А ты...
— т/и.
Он повторил её имя тихо, словно пробуя на вкус.
— Красиво.
Сан Лай кашлянул.
— Сядь. Я обработаю руку.
Цзинь Джао сел, но продолжал смотреть на неё. Не нагло — опасно спокойно.
Т/и вдруг поняла, что впервые за долгое время ей не хочется отвернуться.
— Ты всегда смотришь так? — спросила она.
— Только когда интересно, — ответил он честно.
Её губы дрогнули.
— И часто тебе интересно?
— Нет, — он усмехнулся. — Это проблема.
Сан Лай резко поднял голову.
— Джао.
— Ладно-ладно, — тот поднял руки. — Я понял.
Но когда т/и уходила, он тихо сказал:
— Мы ещё увидимся.
Она обернулась.
— С чего ты взял?
Цзинь Джао улыбнулся — криво, уверенно.
— Потому что ты сейчас думаешь обо мне.
И он был прав.