Часть 5
POV Barbara
Я хотела заняться сегодня учёбой, но планы поменялись, и мы с девочки вечером попивали вино на кухне у Хеммингс дома. Челси как раз рассказывала про свою сводную старшую сестру, которая жила в Ньюкасле. Про эту девушку можно было написать книгу с анекдотами. Чего она только не выкидывала, и каких только курьезных ситуаций не происходило с ней.
Джи выплевывает вино изо рта обратно в стакан, не в силах сдержать подступающий смех. И мы смеёмся вдвойне. Кидаю полотенце подруге, чтобы она вытерла расплескавшиеся капли вина со стола. Подушечками пальцев убираю слёзы с глаз. В прихожей возникают голоса, мы переглядываемся, и в кухню заваливает толпа. Люк привел своих друзей. Лиам, Зейн, Найл, Луи, Эль, Гарри, Крис, Зак, Кэтти, Сиренна и Камилла.
Господи!
Крис — это девушка Стайлса, а Кэтти — девушка моего брата, из-за которой я не разговаривала с ним уже давно. Он снова с ней встречается. Фыркаю, когда она здоровается со мной.
Теперь имею возможность хорошо рассмотреть Кристен. Первое, что бросается в глаза — массивная челюсть, но это не портит её. Пухлые губы, аккуратный нос и большие выразительные глаза. У неё на голове идеальный начёс, а на худощавом теле платье.
Она что в ресторан собиралась?
Хочу уйти отсюда, но Лиам ловит меня, притягивая в свои объятия.
— Детка, я соскучился! — шепчет он в ухо и отпускает.
Все находят себе места, а я облокачиваюсь на стену спиной в стороне от стола. Челси моет стаканы, болтая весело с Элеонор.
— Люк, у нас тут девичник! — вопит Джи на брата, когда он появляется на горизонте.
Челси бросается в объятия Люка, она уже давно его не видела. Блондин тепло улыбается.
— Считай, что мы стриптизеры! — выдает Луи, нюхая вино с горлышка, предварительно покрутив бутылку.
Сомелье хренов. Зейн с Найлом хохочут. Люк достает из-под стола упаковку пива.
— Прогуляемся! — предлагаю я Джиджи и Челси.
Все пялятся на меня. Люк меняется в лице, бросает выпивку и подходит ко мне. Я смотрю снизу вверх на него, прижатая к стене.
— Малыш, останьтесь! Я скучал за вашей компанией!
Голос такой нежный, что я таю. Знает же, как уговорить меня. Засранец! Я и сама хочу побыть с ним в компании, но не хочу видеть Кэти и Зака вместе. Я скучаю по своими братьям. Челси тоже не против остаться, вижу по ней, а вот Хеммингс младшая не поддастся на уговоры. Она тянет брата за руку от меня подальше со словами:
— Знаешь, малыш, хватит применять на Барбаре свои штуки! Ты неделю нас динамил! Скучал он!
Она обижена, я понимаю зеленоглазую и следую за ней на выход.
В этот раз наша прогулка проходит без эксцессов, но мы быстро возвращаемся домой. Перед входом Джиджи матерится как сапожница, спотыкаясь на ступеньках. Входная дверь распахивается, и Люк готов прибить сестру за её язык.
— Так, давайте без выяснения отношений! — тихо говорит Челси, обнимая парня за талию и затягивая внутрь дома.
— Девчата, давайте с нами поиграем! — орёт Зейн.
— Вам по пятнадцать, что ли? — бурчит Джиджи, плюхаясь на диван.
Челси усаживается со всеми на пол, я стою рядом. Лиам тянет меня за ногу, и я теряю равновесие, лечу на парня. Он успевает придержать меня за талию, моя блузка, как некстати, задирается. Наши лица напротив друг друга, а Лимо не убирает рук с оголенной кожи. Я чувствую тепло от его пальцев, моё дыхание сбивается.
— Пейн, рехнулся? — рычит Зак, прерывая нашу заминку.
Я смущенно пытаюсь опустить блузку и поднимаюсь со словами:
— Я не хочу в это играть!
— Да, давай! — просит Челс.
— Один раз достань бумажку с заданием! — поддерживает Максвелл Люк.
Тяжело вздохнув, засовываю руку в мешочек и цепляю пальцем злосчастный кусок бумаги. Пока подношу его к себе, проклиная этих ребят.
— Читай вслух! — просит Эль.
— Поцелуй взасос человека напротив!
Первый раз за вечер встречаюсь с глазами Стайлса. Его выражение лица нечитаемо. Угораздило меня сесть напротив него.
— Давай, детка, сразу закроешь экзамен! — доносится голос Луи.
Все смеются, вот только нам с Гарри не до смеха. Рассматриваю его губы. Боже! Я хочу их поцеловать, но не могу.
— Пошли на хрен! — кидаю им и сажусь рядом с Джиджи.
Приходит сообщение с незнакомого номера.
«Привет, красавица! Не спишь? Шон»
Показываю дисплей телефона Джиджи, чтобы она прочитала сообщение. Она закатывает глаза и наблюдает за спором Найла и Челси.
— Это ты ему дала мой номер? — спрашиваю у неё.
— Да! Не смогла отказать его красивым глазкам! — с недовольством отвечает.
— Почему ты злишься? Я ни разу с ним даже не флиртовала! — шепчу я.
— Я не злюсь! Не хочу с ним курсовую делать!
Поджимаю губы и случайно натыкаюсь на картину поцелуев Крис и Гарри. Как неприятно. Спокойно. Отворачиваюсь. Не могу находиться здесь. Джи накрывает мою руку своей ладонью и в знак поддержки пожимает её. Я гляжу на свои колени.
— Всё равно вечер испорчен, и ночь полагаю тоже! Если я сбегу, ты не обидишься? — спрашиваю у подруги и пишу смс Шону так, чтобы она могла прочитать.
«Не сплю! Как насчет ночной прогулки?»
Ответ не заставил себя ждать:
«Пиши адрес! Я приеду!»
Она хихикает.
— Ты хочешь ещё больше запутаться? — интересуется зеленоглазая, смахивая с ног невидимый мусор.
Улыбаюсь ей.
— Это было так неожиданно! Люблю непредсказуемых девушек! — мягко произносит Мендес, когда мы сидим на краю моста Миллениум, любуясь поверхностью Темзы и шекспировским театром «Глобус» справа.
Слева виднеется купол собора святого Павла. Уже три утра на часах, а мы продолжаем сидеть и вести непринужденный разговор. Никакого намека на флирт, что мне безумно нравится. В последний месяц что-то слишком много ухажеров появилось у меня.
Телефон снова разрывается в моем кармане. В этот раз поднимаю трубку. Это Люк.
— Где ты? Зак сейчас разнесет наш дом!
— Всё хорошо! Я скоро буду у вас!
— Волнуются? — тихо спрашивает Шон и зевает.
Киваю.
— Ты не сильно обидишься на меня, боюсь, что Зак может полезть на тебя с кулаками!
— Разберемся! — храбрится Шон.
Подъезжаем к дому. В доме темно. Это радует. Прощаюсь с парнем и иду в дом Хеммингсов. Вижу силуэт брата, он спит в сидячем положении на кухне, Люк стоит посреди гостиной и недовольно сверлит взглядом.
Направляемся на учёбу втроем. Невыспавшиеся и недовольные. Я совершенно разбитая, нужно было остаться дома, но девчонки вытащили меня из кровати, купив мне два стаканчика кофе. Если бы это помогло, хоть спички вставить в глаза, чтобы не закрывались.
— В итоге, вы целовались с Шоном? — спрашивает Максвелл, сдерживая зевок.
— Неа! Прогулка была дружеская! Без намека на флирт! — отвечаю, еле-еле шевеля губами.
— Объясните, почему мы сегодня пешком? Я уже не могу идти! — ругаюсь на подруг, но всё моё возмущение теряется в зевке.
— Мы подумали, что утренняя прогулка взбодрит нас! — отвечает Джиджи — Ты бы видела, какой Зак был злой на тебя! Нам пришлось сказать, куда ты ушла! — виновато сообщает Хеммингс.
Отмахиваюсь.
— Не переживайте! Я разберусь с младшеньким!
— Смешно было, когда Зейн и Зак собрались колесить по улицам и искать тебя! — веселится Челс, когда мы садимся на свои места в кабинете, где проходила пара английской литературы.
Моя голова безжизненно падает на руки, сложенные на парте. Я сладко улыбаюсь, когда вот-вот погружусь в дрёму. Дергаюсь от пинка Челси. Она оповещает, что зашел мистер Стайлс. С трудом поднимаю голову и поправляю солнцезащитные очки, которые сползли на нос.
— Мисс Палвин, снимите, пожалуйста, очки! — обращается преподаватель ко мне.
— А может не надо? — говорю я лениво, не поднимая глаз на преподавателя, Челс усмехается.
— Я настоятельно прошу, мисс Палвин! — голос его твердый.
Что он привязался к этим очкам? Снимаю с шепотом:
— Я ослепну сейчас!
Он слышит.
— Вы себя плохо чувствуете? — интересуется он, опираясь бедром на свой стол.
— Вчера было лучше! — я расслабленно ухмыляюсь.
По аудитории проносятся смешки студентов. Выглядит мистер Стайлс идеально, черные классические брюки, рубашка в полоску, начищенные до блеска туфли и дорогие часы на запястье. Забавные кудри никак не сочетаются с его строгим взглядом. Непременно хочется увидеть ямочки на щеках, но я не заслужила улыбки своим хамским поведением.
— Перестаньте пререкаться и позвольте, я начну лекцию!
Я киваю с потерянным видом, он одаривает раздраженным взглядом, мне показалось, его раздражение витает в воздухе аудитории, я ощущаю его. Оно похоже на электрические разряды во время дождя, которые покалывают мои щеки.
— Зачем я задеваю его? — возникает в моей голове вопрос.
Резко поднимаю голову, чтобы увидеть мужчину снова, перед глазами воспоминания вчерашнего вечера, а точнее его лобзаний с невестой. Злость поднимается снизу груди. Стоп. Я ревную?
Я не должна это чувствовать. Не должна.
В аудитории резко заиграла музыка, и также резко прекратилась, прервав мои мысли. Смотрю на подруг, хоть мы не спали с девчонками всю ночь, но они выглядят как огурчики, а я похожа на ведьму из мультфильмов со своими красными глазами.
Совершенно ничего не слышу, что говорит наш преподаватель, усталость постепенно накрывает меня. Я еле держу голову на весу, иногда вздрагивая от того, что засыпаю. В середине лекции сдаюсь, положив голову на свой локоть, который покоился на столе.
— Мисс Палвин, я не громко разговариваю? — снова слышу голос Стайлса, вырывающего моё сознание из сладкого сна.
Мышцы тоже неохотно просыпаются.
— Нет! — отвечаю с раздражением.
Пусть отвалит от меня. Студенты смеются в открытую, а Джи пихает меня в бок. Поднимаю голову и встречаюсь с яростным взглядом преподавателя.
— Может отправить вас в кабинет ректора досыпать? — спрашивает наигранно-заботливым тоном.
— О, Боже, нет! Там слишком шумно! — выдаю я, не подумав.
— Что ты несешь? — шепчет Челси, я встречаюсь с ее глазами и быстро исправляюсь.
— Извините, мистер Стайлс, больше такого не повторится!
Он кивает, и я благодарна, что он простил меня за подрыв его авторитета среди студентов.
После звонка, я медленно собирала вещи, эта ночевка у Джи выбила меня из сил. Правильнее было сказать, не ночёвка. Болтали, пили чай, смотрели фильмы — этот план действий мы должны были выполнять, но всё пошло иначе.
— Мисс Палвин, задержитесь!
Выругавшись про себя, что сегодня на мне слишком короткая юбка, это Джиджи предложила надеть.
— Клетка сейчас в моде! — изображаю голос своей подруги, шепчу себе под нос.
Аудитория опустела, я спустилась к преподавателю с конца комнаты и стояла, нервно кусая губы.
Парень был внешне спокоен, но взглянув на мой вид, а в частности на длину юбки, ухмыльнулся. Встал с места и заговорил:
— Мисс Палвин, мне бы следовало Вас наказать!
Холодок прошел по спине, не хочу выполнять дополнительную работу. Блять. Мне задания с Хораном хватает.
— О, мистер Стайлс, я ещё раз приношу свои изв.. — начинаю я сожалеющим тоном.
— Молчать! — рявкает он, и я парализована.
— Я! Говорю! Извинениями тут не отделаешься! Наказание не избежать! — его тон и слова вызывают у меня двоякое ощущение.
Мысленно мне смешно, если брать в расчет нашу первую встречу, то такая фраза звучит «грязно». Поправляю волосы, закрывая сторону, где красовался синяк. Снова моя язвительность даёт о себе знать и я не сдерживаю её.
— О, нет! Меня всю ночь наказывали! — ляпнула, а потом поняла, что несусветную чушь.
Мужчина дергается с места. Татуированной рукой хватает меня за локоть и тянет в сторону, пока моя спина не касается трибуны, с который обычно вещают преподаватели. Прижимает к ней своим телом.
— Ты плохо себя ведешь в последнее время! — шепчет он с горячностью.
Грубо сжимает мой подбородок руками, выдыхая все слова прямо мне в рот. Желание пробуждается внизу живота. Я пытаюсь выбраться из оков, но он не позволяет шевелиться. Я трясусь от страха, что нас могут увидеть, но его это не беспокоит, различаю чертят, которые пляшут в зеленом огне его глаз. Он делает рывок телом навстречу моему, так резко, что я невольно издаю стон, вместе с воздухом, вырвавшимся из легких от его напора. Как этот мужчина влияет на меня. Он просто не оставляет мне выбора. Я хочу его. От одного только тембра его голоса, я мечтаю о его ласках. Он немного отлипает от меня, но руками исследует внутреннюю часть моих бедер. Я замираю, в самом чувствительном месте нарастает огонь. Я хочу, чтобы его пальцы коснулись меня. Он отрывает меня от трибуны и усаживает на стол, не церемонясь, вводит в меня палец, не забыв простимулировать клитор. Я стону от напора. Сразу добавляет второй палец и делает ритмичные движения, мягко ударяя большим пальцем по клитору при каждом входе до упора. Я догадываюсь, что он хочет меня наказать, он не даст мне разрядку, но слишком хорошо сейчас, чтобы остановить мужчину, обломав его триумф. Я откидываюсь немного на стол, поддерживая свой корпус руками, выставленными сзади на стол. Чувствую, что разрядка скоро, мои ноги непроизвольно расходятся в сторону так, что он может лицезреть, совершаемые им действия.
— Барбара, ты очень непослушная девочка! Ещё и лгунья! Врешь, про ночные утехи! Да ты взмокла от одного моего взгляда!
Палец ударяет очередной раз по чувствительному язычку, и моё лицо искажается удовольствием. Как только, я начинаю тяжело дышать, и с уст вырывается слово « да», он хочет прекратить свои действия, но я перехватываю его запястье с мольбой в голосе.
— Пожалуйста, Гарри! Я сделаю, что хочешь, только не поступай так!
На лице парня читаю восторг и неконтролируемое желание.
— Мы сделаем немного по-другому!
Он расстегивает ремень, а потом и брюки.
— Гарри, нас могут увидеть! — поздно включается моё благоразумие.
Он смахивает сейчас на полоумного. Просто проникая в моё лоно, не сводя глаз с меня. Я снова слегка откидываюсь, и страхи исчезают в тумане. Он совершает резкие толчки бедрами, я сейчас закричу от удовольствия. Жар растекается по низу живота, его тело сильнее наваливается на меня, мне приходится согнуть руки и облокотиться на стол локтями. Сильные руки цепляются за края с другой стороны стола, он фиксируется и с неистовым желанием наказывает меня. Я с трудом сдерживаю крик в эйфории, одной рукой вторгаюсь в его волосы, с силой тяну на себя, шепчу на повторе:
— Да, Гарри! Да!
Через минуту кончает и он. Прямо в меня. Когда мы останавливаемся, и немного отдышавшись, возвращаемся из мира удовольствия, осознание последствий бьёт по вискам. Мы сделали это без защиты. Я с распахнутыми от страха глазами наблюдаю, как он застегивает свою ширинку, нервно вспоминая свой цикл.
— Всё будет хорошо, Барби! — уверяет мужчина.
Хотелось бы в это верить. Я на ватных ногах выскакиваю из аудитории, не поговорив с ним об этом. Я ненавижу свою реакцию на него. Я должна была послать, пригрозить, что расскажу Крис.
Блять. Я ведь не просто хочу его тело, мне он нравится. Мы как родственные души.
Что я несу? Как маленькая. Ему нравится моё молодое тело, зачем я строю иллюзии.
Чуть ли не выбегаю с корпуса. Удивительно, я проснулась. Энергия так и льется из меня, торможу возле девочек и поправляю очки на глазах.
— Что с твоей губой? — удивленно рассматривает меня Челси.
Я краснею, потом быстро достаю косметичку и смотрю в зеркальце. Вот, чёрт, ранка снова кровоточила. Пытаюсь языком слизать, выступившую кровь, но чувствую сверлящий взгляд на себе. Подруги стоят напротив в одинаковых позах с руками сложенными на груди и ждут объяснений. Они явно не отстанут.
— Что? — принимаю непонимающий вид.
Джиджи сглатывает, тяжело вздыхает и Челси озвучивает мысли:
— Ты с ним целовалась!
Она утверждает, странно я даже не чувствовала боль на губе. Постойте, но мы же не целовались.
— Не целовалась я ни с кем! — уверенно говорю я, в моих словах истинная правда.
— Хорошо! — Джи довольна моим ответом, её тело расслабляется.
Это я сама кусала губы, когда спускалась вниз, и ранка снова раскрылась.
— И ты собираешься ей поверить? Да, она от одного его вида стонет, а тут остались наедине! Давай, говори! — в дело вступает сыщик Челси Холмс.
Я хмурюсь и иду в сторону четвертого корпуса.
— Ты так легко от меня не отделаешься! — догоняет меня подруга, хватая грубо за локоть.
Я немного ошарашена, Челси никогда не проявляла ко мне такую агрессию.
— Эй, ты чего? — говорю ей, потирая место на руке, где она меня схватила.
Во взгляде читается сожаление, она нервно облизывает губы и говорит:
— Прости!
На меня будто выливают ведро холодной воды, озноб сковывает мои конечности. Мне не хватает воздуха, задерживаю дыхание, а когда у меня получается выдохнуть, начинаю рыдать. Слёзы льются сами по себе, я не контролирую эмоции. Это истерика. Девочки отводят меня в сторону потому, что по дороге идет много студентов, и мы мешаемся пройти. Я усаживаюсь на траву, сумка падает с плеча. Девочки порхают надо мной. Я понимаю, что нужно собраться, снимаю очки с глаз, ничего не выходит. Слишком долго копилось напряжение. Своей кофтой Челси укрывает мои ноги, я всё-таки в короткой юбке.
— Вам помочь? — интересуются прохожие, но девочки отказываются от помощи.
Челси передо мной стоит на коленях, машет тетрадкой, не боясь испортить свои джинсы. Колени, наверняка, будут выпачканы травой.
— Детка, прости нас! — говорит голубоглазая.
Потом она резко поднимается, и моё тело тоже поднимают с земли. Не понимаю, что происходит, мне хотелось ещё посидеть, но я вижу перед собой мистера Стайлса.
О, Боже, снова начинаю задыхаться. Уберите его от меня. Девочки, стоят в стороне.
— Девочки, идите на занятие! — говорит причина моих слёз низким голосом и подруги уходят, но я знаю, что недалеко.
Они не оставят меня в таком состоянии.
— Барбара, посмотри на меня! — просит мужчина.
Я не хочу. Я чувствую себя такой распутной.
— Посмотри! — теперь требует, берет меня за плечи и поворачивает к себе.
Я не вижу его из-за слез.
— Возьми, выпей! — протягивает бутылку с водой. Повинуюсь. Руки трясутся.
— Давай, помогу!
Поит меня водой сам.
— Малыш, что за слезы? — говорит тихо, всматриваясь в мои зрачки.
Он не позволяет ничего лишнего, со стороны не покажется странными его действия. Просто преподаватель помогает студентке. Я молчу. Осознаю, что не понимаю, как отношусь к нему. Эти чувства такие сложные запутанные, снова слезы. Как я могла допустить мысли о чувствах к нему. Нет никаких возможностей превратить эту страсть в серьезные отношения. Мне тошно от себя, мне тошно от него. Стукаю кулаками в его грудь со словами:
— Стайлс, не приближайся ко мне!
Мой голос дрожит.
— Успокойся! — говорит спокойно, снова фиксирует мои плечи в своих руках.
Я с удивлением смотрю на него, он не может притрагиваться ко мне, он рискует быть замеченным.
— Барбара, это я виноват во всем! Я ненавижу себя! Я мудак! Мудак! Не плачь, прошу!
Его взгляд наполнен тоской, которая проникает в самое сердце моей девичьей души, отражаясь о поверхность ребер, превращаясь в нежность. Мои рыдания затихают, и я смотрю на него, не смея моргать. Его рука приближается к моему лицу, прикасается к щеке, а большой палец гладит пораненное место на губе. Я в ужасе от того, что нас могут увидеть, часто начинаю моргать, тем самым возвращая его в реальность. Он встряхивает слегка головой, взгляд меняется моментально. Отводит руку от моего лица, но плечи продолжает держать. Я снова чувствую волну слёз, и дрожащим голосом прошу:
— Я прошу, Гарри! Оставь меня в покое! Прошу, не разрушай мою жизнь!
Он сжимает сильнее мои плечи, виновато смотрит, а потом прекращает касаться моей кожи. Мне хочется кричать, чтобы его касания возобновились.
— Да! Барбара, ты права! Я не должен был поддаваться этой слабости! Ты меня простишь?
Вот так просто? Простишь?
Киваю, закусывая губу, он наклоняется, чтобы поднять мою сумку. Отряхивает её и протягивает мне.
— Спасибо! — говорю уже равнодушным голосом и продолжаю путь, не одаривая взглядом мужчину. Девочки, сидят на лавочке возле корпуса.
***
— Эй, Хоран! Ты знаешь, что ты мудак? — кричу я во дворе университета, когда иду в седьмой корпус на урок английского.
В последнее время на моем пути слишком много мудаков развелось.
Неделя была нелегкая в психологическом плане, пока я пыталась свыкнуться с лицезрением мистера Стайлса. Это было довольно-таки проблематично, ещё и проливные дожди добавили баллов к моему унынию, но я должна двигаться дальше.
Сегодняшнее утро выдалось солнечным, да и синяк практически сошёл с моего глаза. Я чувствовала себя бодро, пытаясь поддерживать разговор Хеммингс и Энди Роуз. Я заметила блондина издалека. Я готова накинуться на него с кулаками. Он сидит на лавочке под деревом с парнями. Среди них различаю Луи, Зейна, остальных мне не видно. Энди дергает меня за рукав и шепчет:
— Барбара, попроще с выражениями! Там мистер Стайлс!
И правда. Замечаю среди парней кудрявую голову. На меня обращены взгляды всех парней. Нахожу и Люка среди них. Машу всем ладонью с идиотской натянутой улыбкой, пока Найл подходит ко мне. Девчонки отошли немного вперед.
— Палвин, ты чего такая дерзкая?
Он не в духе. Мне плевать.
— Ты второй раз кинул меня с курсовой! Я весь вечер тебя прождала! Сама работа не сделается! — рычу я, сложив руки на груди.
— Как романтично! Надеюсь, ты смотрела в окно в ожидании своего героя? — как и всегда, шутит в своей манере, но сам нахмурен.
— Ладно, детка, прости! — сразу исправляется, неужели, Хоран чувствует за собой вину.
— Я тебе не детка!
К нам подходит Лиам. Закидывает руку мне на плечи.
— Малыш, проблемы? Хоран тебя обижает?
Он притягивает меня к своей груди. Хоран с недовольством фыркает.
— Просто Хоран — ленивая задница! Вчера я просидела весь вечер дома из-за него, а в прошлый раз сидела в кафетерии в ожидании, пока ко мне не подсел Шульц! — жалуюсь я.
Шульц — это озабоченный парень с нашего потока с брекетами и огромными очками, которого избегали все девчонки. Пошлые шутки вылетали с его рта со скоростью 1 шутка/мин. Мерзкий парень с вечно не расчесанными волосами, похожими на гнездо.
Найл закусывает губу, пытаясь сдержать улыбку, но увидев мой жалостливый вид, начинает смеяться. Лимо, естественно, поддерживает его, и они ржут, как лошади.
— Прекрати, ржать-то хоть ты! — ругаюсь я и бью Пейна по плечу.
После занятий я направилась к ректору, который вызвал меня к себе.
Что от меня требовалось снова?
Мистер Рейнольдс улыбнулся как-то натянуто и предложил сесть. Он был не один в кабинете. Важный мужчина стоял у окна, бросив на меня быстрый взгляд. Взволнованный ректор нервно провел по волосам, что вызвало у меня беспокойство.
Что случилось?
— Мисс Палвин, познакомьтесь с мистером Сайксом! — проговорил он и мужчина отвлекся от любования пейзажем.
Выглядел он отлично, но выражение лица оставалось непроницаемым. Ему было на вид не больше пятидесяти, этот мужчина входил в состав судей, на конкурсе красоты между колледжами, которое должно было состояться после Рождества. Мистер Рейнольдс оставил нас наедине, объяснив, что нам нужно поговорить.
Что ему от меня нужно?
— Барбара, можешь называть меня Билл!
Хм, зачем мне вообще к тебе обращаться? Молча киваю.
— Значит, ты подала заявку на участие в конкурсе? — больше утверждает, чем спрашивает.
— Да, что-то не так? — несмело начинаю, я даже не знаю, в каком направлении идет наш разговор, но пару слов мужчины и оценивающий взгляд и в моей голове появляются догадки.
— Хочешь выиграть? — с усмешкой говорит и становится за спинкой моего стула.
Запах его духов ударяет в нос. От этого аромата мне становится дурно, надеюсь, меня не вырвет. Его руки ложатся на мои плечи, а голова приближается к моей. Его дыхание на моем ухе, дергаюсь, но его ладони снова прижимают к стулу.
— Корону королевы нужно заслужить! — шепчет, и я цепенею.
Он отстраняется и возвращается медленно к окну. Я судорожно перебираю в голове мысли, заправляю прядь волос за ухо.
— Что вы имеете в виду? — подаю голос я, встав со стула.
Мне хочется уйти, но я не уверенна, что у его слов «грязный» смысл. Может, я неправильно поняла. Нужно убедиться.
Мистер Сайкс усмехается и медленно направляется ко мне. Он близко. Снова эти духи, я морщусь.
— Ты взрослая девочка, должна понимать! — мерзкий голос и его руки лезут под мою юбку.
Чёрт. Вскрикиваю и отскакиваю. Бешеными глазами смотрю на его строгий взгляд.
— Не смей меня трогать! — рычу я, хватаю сумку со стула и направляюсь на выход.
Мерзавец смеется мне вслед.
— Думаешь, это приблизит тебя к победе?
Яростно показываю ему средний палец и, матерясь себе под нос, выскакиваю из административного корпуса. Мои ноги несут меня куда-то, а мысли в тумане. Может, и сейчас все шепчутся за спиной, предполагая, что я за место «мисс университет» переспала с кем-нибудь.
Блять.
Как я раньше об этом не задумывалась?
Я не знаю, сколько прошло времени, когда я обнаруживаю себя стоящей напротив плаката с моим изображением. Пялюсь, пялюсь, а потом резко срываюсь с места и тяну за край плотной бумаги, моя улыбка на изображении искажается, но картон не поддается, а я настойчиво дёргаю. В итоге отрываю кусок снизу, снова тяну. Рывками. Ещё одна деталь пазла на полу. Снова и снова повторяю свои манипуляции. Добиваюсь, что плакат падает к моим ногам. Шелест бумаги разносится по безлюдному коридору, туман в голове рассеивается, но облегчение не приходит. Мисс «Университет» с пола смотрит на меня тепло, а мне хочется стереть эту улыбку.
Дура.
Топчу куски, пока не перестаю чувствовать твердую поверхность под ногами. Вскрикиваю, кто-то приподнял меня и относит подальше от места преступления. Знаю этот запах сигарет и мужского одеколона. Оказываюсь на улице, когда Зейн опускает на землю.
— Что это было? — пребывая в шоке, спрашивает он.
Молчу. Постепенно осознаю, что сейчас сотворила. Парень прикрывает глаза и машет головой с тяжелым вздохом и выдохом.
— Пошли! — командует он и за плечи ведет меня на выход.