глава 2
Идя по коридору левого крыла, в котором я редко бываю, потому что гримирую обычно людей оперы, где находятся Рита или из балета, но не мюзикла, поэтому мне пришлось искать раздевалку 15 полчаса. Ещё я спросила у одного парня, где она находится, представился он Денисом и был очень приятный. Абы как, но я добралась до раздевалки и, открыв дверь, была рада, ведь там никого не было. Оглянувшись, я поняла, что тут две комнаты: одна со шкафами, а другая была за дверью, где я слышала хохот парней, пораскинув мозгами, было понятно, что это душ, и поэтому быстро направилась к шкафчикам. Найдя имя и фамилию Жени: «Евгений Караульский», я без раздумий открыла его, но не успела и разглядеть, как услышала открывание двери из душевой. Мне ничего не оставалось делать, кроме как залезть в шкафчик, благо, он был во весь рост, подвинув куртку, я влетела в него как влетая.
Из-за щели для вентиляции я начала разглядывать, кто так не вовремя вышел. В раздевалке стояло три парня. Один рыжий, как огонь, другой русый с дурацким тату на лице, а третий был с чёрными волосами и накаченный, как машина. Встретившись с ним в тёмном переулке, я бы испугалась. Рыжий что-то принялся говорить, и я начала вслушиваться в разговор.
-А где Караульский? - спросил рыжий, перекладывая чистые вещи на скамейку.
-Да, наверное, опять свою сестру от своей же матери защищает. - сказал русый, и два парня начали смеяться.
-А что, она всё ещё бьёт её? - басом сказал чёрный, и рыжий начал одобрительно кивать головой.
-Пипец у них семейка, конечно. - промямлил русый и одновременно с этим переодеваясь, поэтому мне пришлось закрыть глаза.
Тут распахнулась дверь в раздевалку, и все трое замолчали. Открыв один глаз, я принялась всматриваться, кто это, но не успев и вздрогнуть, как дверца шкафчика отворилась, и я увидела сначала хмурое лицо Жени и как оно быстро поменялось на удивление при виде меня.
Когда на меня посмотрел Женя, я перестала дышать, а в его глазах начинала тонуть. С его глаз мой взгляд перешёл на нос, он был прямой. Губы прибывали в лёгкой улыбке, а глаза были распахнуты. Ещё острые скулы, которые стали ещё выразительней, когда он перевёл взгляд на мою шею, я была одета в майку с тонкими бретельками.
Опомнившись, я поднесла палец к своим губам, давая команду молчать, Женя всё понял. Он протянул руку к моей, в которой я держала его футболку. Прикрыв дверцу шкафчика, парень снял свитер. Его руки были все в мышцах, к которым так и тянуло, но, понимая, что сейчас не время для таких мыслей, я покорно ждала, когда рыжий наконец-то переоденется и эта троица уйдёт. Под смешки своих товарищей рыжий всё запихал в шкаф, закрыл его на ключ и чуть ли не бегом пошёл догонять своих приятелей, которые уже устали ждать. И вот мы остались одни. Женя открыл шкаф, и я увидела усмешливую физиономию. Из-за улыбки на его лице появились милые ямочки, и я не заметила, как начала его невдумчиво рассматривать: густые брови, вены на руках, широкие ладони, которые остались в воздухе, заметив, что я его рассматриваю.
Тишину испортило тихий, но слышный звук сглатывания, я сглотнула, а Женя ещё шире начал улыбаться:
— Я, конечно, знаю, что такой привлекательный мужчина, но ты будешь меня в открытую пялиться?
Поняв, что он сейчас сказал, я стала пунцовой, даже кожей почувствовала.
Женя уже начал гоготать, и мне пришлось влепить ему громкий подзатыльник. Попытавшись выскользнуть из шкафчика незамеченным, я почувствовала сильные руки, которые засовывают меня обратно за плечи. С моих губ сорвалось: «Какого чёрта?!
Темнота, аромат мужского парфюма, к моему плечу прилегает кожаная куртка, а это означает то, что я опять в шкафу. Щелчок ключа, и вот я заперта в нём, отлично.
Я начала кричать и долбиться в железную дверцу: «Открой!»
— Только за поцелуй, — сказал Женя, — либо я тебя тут оставлю!
— Женя, открой!
— Я всё сказал.
— Хорошо, поцелую, только открой... — Как можно жалобней сказала я, надеясь, что он поверит в этот спектакль 1 актёра.
— Как мы быстро. — Прошептал мне на ухо Женя, когда открыл дверцу шкафчика. Смотрел он на меня с усмешкой, но его глаза... Я не понимала, какая это эмоция. Но делать нечего, надо целовать.
Наклонившись, парень подставил свою щёку, чёрт, мы слишком близко, я чувствую его тяжелое дыхание. В нос ударяет знакомый аромат мужского парфюма — кофе и мороз, не знаю откуда,но он до боли знаком, что хочется обнять и прижаться к нему всем телом. Замечая мой ступор, Женя подаётся ещё ближе. Что ж, Карина, давай, соберись. Я приподнимаюсь, кладу правую руку ему на плечо, что даже чувствую, как его мышцы сокращаются, а по руке пробегают мурашки. Невесомо прикасаюсь своими губами к его щеке и быстро отстраняюсь. Ноги подкашиваются, и Женя меня ловит. Его руки лежат на моей талии, и мне становится тяжело дышать. Он это замечает.
— Всё хорошо? Ты в порядке?
— Да... — хриплю я и вырываюсь из его хватки.
— Пока.
— Карина!
— Да?
— Приди, пожалуйста, на репетицию к нам, препод просит.
Промолчав, киваю и покидаю раздевалку.