Chapter 27
Серые стены, скучные люди и громкий гул. Все прилагательные можно было поменять местами, и ничего бы особо не изменилось. Это место всегда особенно раздражало меня. Раздражало больше школы, больше того захудалого места, где я когда-то подрабатывал, и даже больше, чем университет. Там хоть все люди были нормальными. Ну, относительно все, относительно нормальными.
Я прохожу давно знакомые коридоры, сворачиваю два раза налево, затем направо и оказываюсь у двери с номером 116. Мне сюда. Медленно поворачиваю ручку и вхожу в уютный кабинет, оборудованный так же, как и у всех мозгоправов. Лорал все так же сидела за своим столом, с умным видом рассматривая бумажки, а затем подписывая некоторые из них и откладывая в сторону. Когда я вошел, она неохотно подняла на меня взгляд, но сразу же поднялась с большого офисного кресла, приветствуя меня. Мы всегда при встрече становились будто старыми друзьями: она крепко обнимала меня, предлагала чаю, я отказывался, а затем наш разговор начинался.
- Итак, Гарри, тебя не было в городе почти неделю. Не посвятишь в свои грандиозные похождения? Мне, как старушке, приятно послушать что-то новое, - она весело рассмеялась, отчего я улыбнулся.
- Помнишь, я говорил тебе, что я би? - это было паршивое начало, но что есть, то есть.
- Да, конечно.Ты был так разбит в тот день! Как же я могла забыть? - казалось, она была мне второй мамой, которая была искренне заинтересована в том, что происходит в моей жизни.
- Так вот, я, кажется, влюбился в одного очень хорошего парня.
- И в чем проблема? Ты бы не стал мне рассказывать, если бы все было хорошо, так? - предположила она, получив в ответ мой кивок. - Он плохо обходится с тобой? Разбивает тебе сердце? - отрицательные повороты головы из стороны в сторону. - Он натурал?
- Нет, Лорал, - мне было смешно от ее предположений. - Он гей. Ну, мне так кажется. Точнее, я уверен в том, что ему нравятся парни. Насчет девушек не знаю. Я запутался, - я беспомощно улыбнулся, выискивая поддержки в ее глазах.
- Ничего, я, вроде бы, понимаю, о чем ты. Продолжай, - кивнула она.
- В общем, недавно мы поцеловались, - опускаю ту любимую часть Элли, чтобы не травмировать психику своего врача, - и это было вызвано нашими общими переживаниями, поэтому сейчас не знаю, что должен чувствовать. Это сложно объяснить. Но, кажется, я действительно влюбился в него, потому что не могу перестать думать о нем и постоянно беспокоюсь по его поводу. Знаете, вся эта дрянь, что обычно при влюбленности случается, и происходит со мной. И мне жутко сложно сдерживать себя из-за этого.
- Знаешь, Гарри, любой поцелуй является поцелуем. Если ты целуешь человека в новогоднюю ночь только для того, чтобы поцеловать кого-то - это ничего не значит. Со всеми случалось, верно? - я опять повертел головой из стороны в сторону, испуганно глядя на нее, она удивленно распахнула глаза: - Что, нет? Да ты вообще, считай, не жил! Ладно, проехали, - она махнула рукой. - Я к тому, что если поцелуй чувствовался настоящим, чувственным, то он такой и есть. Не нужно много книжек по психологии читать, чтобы это понять, Гарри. Мне кажется, он тоже чувствует что-то по отношению к тебе, просто не готов пока показать это.
- Я чувствую себя сейчас прыщавым подростком, честное слово, - я засмеялся, поразившись своим чувствам.
- Это нормально. Ты все еще молод и имеешь право на подобные... ребяческие сомнения, - она ласково улыбнулась мне. - Какие еще подробности?
- Я иду завтра со своим несостоявшимся парнем на ужин. И это должно как-то напрягать, но нет. Совсем, - я пожал плечами.
- Ого, да у тебя прямо Санта Барбара, - она засмеялась. - Но, в любом случае, почему бы и нет? Ты можешь ходить на свидания с другими парнями. Вы же не встречаетесь. Это так работает, Гарри: кто успел, тот и пригласил, - размышляла она, размахивая в воздухе ручкой.
- Хорошо. Значит, я делаю все правильно?
- Абсолютно. Как самый обычный человек на этом свете.
Ник позвонил мне тем же вечером, объяснив все детали предстоящего интервью и назначил наше свидание на семь вечера того же дня. Я не особенно удивился тому факту, что интервью будет уже завтра и в семь утра. Да, мне пришлось встать на два часа раньше и просидеть в студии всего тридцать минут перед долгими лекциями в универе. Но это никак не помешало мне, так как не сильно влияло на мою учебу, поэтому я не был особенно против.
- Итак, что привело тебя в мысли о том, что ты должен петь? - весело спросил Ник, говоря в микрофон и немного покрутившись на своем стуле. Он, как только я зашел в студию, сказал мне: "Чувак, не переживай. Я задам тебе пару дежурных вопросов и отпущу, подарив дополнительную аудиторию слушателей. Все будет в порядке". Поэтому, сидя в своем огромном кресле с противными огромными наушниками на голове, я волновался немного меньше, чем до прихода сюда. Любое мое слово могло быть использовано против меня, или любая оплошность могла повлиять на мою судьбу, так что я пытался выбирать слова тщательнее и контролировать голос, который постоянно почему-то становился хриплым, и мне приходилось прочищать его.
- Ну, на самом деле, это огромная заслуга моих друзей, которые, услышав один раз мой голос, решили, что я должен обязательно петь. И вот, теперь я пою в баре "In Irish Way"по пятницам.
- Думаю, огромное достижение иметь таких друзей, - искренне отозвался Ник на мои слова.
- Да, я обожаю их. Знаешь, они из той породы людей, которым вечно нужно заботиться о тебе и лезть в твою жизнь, чтобы направить тебя на лучший путь, понимаешь? И это прекрасно. Редко такие люди попадаются.
Гримми согласно кивает:
- Точно. У меня был один такой друг в школе. Мы однажды сильно напились на какой-то вечеринке. И он приехал с другого конца Лондона, чтобы забрать меня с этой пьянки, вставить мне люлей и отвезти домой, уложив в постель. Представляешь? Наверное, даже моя мама была удивлена таким поступком. Но, в любом случае, вернемся в теме разговора.
- Да.
- Какие вообще планы на будущее? Собираешься заняться музыкой профессионально? Или, может, пойдешь по специальности после окончания университета?
- Я еще не думал об этом. Но еще месяц назад у меня и в мыслях не было, что я буду петь, так что я могу сказать о своем будущем? Наверное, сначала закончу универ, а потом буду думать. Пока не знаю. Могу лишь сказать однозначно, что обожаю заниматься музыкой и всегда любил ее.
- А если, скажем, после эфира тебе предложат контракт на миллион фунтов стерлингов, ты откажешься? - смеясь, спросил Ник. Я тоже рассмеялся.
- Ну, конечно, нет. Просто пока ничего нет, поэтому живу так, как и планировал, - ответил я просто, пожав плечами.
- Хорошо, - кивнул Ник. - Напоминаю, у нас в студии Гарри Стайлс.
Затем они ушли на музыкальную паузу, и Ник повернулся ко мне.
- Слушай, если так продолжится, то я готов платить тебе за то, чтобы ты каждый день ко мне приходил, - он рассмеялся.
- Да ладно тебе, Гримми. Я не настолько хорош, - я улыбнулся.
- Знаешь, лучше, чем любая из Кардашьян. Как придут, так хоть щипцами из них слова выуживай. Иногда даже отказаться от них хочется, но выхода нет - только увольнение, - он вздохнул.
Позже, когда все закончилось, Ник подвез меня до универа, мягко паркуясь почти у самого входа. Он заглушил двигатель, явно не собираясь выпускать меня сразу же. Да и времени до начала пар у меня было куча. Я повернул голову в его сторону, выжидающе улыбаясь. Он сделал то же.
- Спасибо, что пришел. Ты, правда, очень выручил меня.
- Да перестань. Мне было даже приятно провести с тобой время за таким разговором. Это очень увлекательно, на самом деле. И почему только эти знаменитости так жалуются? - я притворно вздохнул. Ник засмеялся.
- Вижу их каждый день и не понимаю, - продолжал смеяться он. - Так сегодняшний вечер в силе?
- Да, конечно, - я кивнул.
Затем между нами повисла тишина. Я понял, что нужно прощаться, потому что он явно хочет уже умотать отсюда. Я уже было открыл рот, чтобы сделать это, как внезапно Ник положил свою ладонь поверх моей,заглядывая мне в глаза:
- У нас же все наладится, так? Я очень хочу думать, что тот вечер просто был ошибкой, и ты сильно разозлился и не понимал, что делаешь, и..., - он собирался еще что-то сказать, но я перебил его:
- Да, тот вечер был ошибкой, но я не жалею о нем, - я потряс головой, потому что действительно не жалел. - Наверное, это было неизбежно. Я не хочу давать тебе ложные надежды, ладно? Мы друзья, Ник, и я...
Я не успел договорить, так как почувствовал чужие губы на своих. Я пытался оттолкнуть его, но все мои попытки были безуспешны. Поэтому я сдался, отвечая ему и поддаваясь вперед. Этот поцелуй не был каким-то блестящим или особенно важным. Скорее, он был каким-то противоборством: Ник не хотел признавать, что мы лишь друзья, когда я говорил обратное.
- Значит, друзья, да? - тихо проговорил он, отстраняясь. Он выпрямился на сидении, смотря перед собой. Я тяжело выдохнул, понимая, что сам себе противоречу.
- Да, Ник. Я думаю, я нашел того, с кем не хотел бы ими быть, - я провел рукой по лицу, глядя на него. Он повернулся в мою сторону:
- Это тот шатен, да?
- Откуда ты узнал? - я нахмурился. Он следит за мной?
- Это было очевидно, - он пожал плечами.
- Прости, - я положил ладонь на его колено, отчего он весь напрягся. - Просто, видимо, я не тот, кто тебе нужен.
- Я уже забронировал столик на вечер и не могу отменить бронь, - он виновато посмотрел на меня.
- Эй, я все равно иду, слышишь? Я же обещал, - я улыбнулся ему, чтобы подбодрить. Он слабо улыбнулся мне в ответ и кивнул.
- Давай, тебе пора. Твоя подружка тебя уже заждалась.
Первой моей мыслью этим утром было: "Какого черта Луи уже 27?!". И, я думаю, я до сих пор недоумеваю. Буквально вчера только отмечали его двадцатипятилетие, правда? Не могу поверить, что наш мальчик растет. Скоро ему будет 28, а это для него великая цифра, мы все это знаем. Может быть, за этот год они с Гарри сделают, наконец, каминг и сыграют свадьбу? Мечты-мечты... Ладно, в любом случае. С днем рождения, Луи Уильям Томлинсон.