Море
От лица Узая.
Два дня назад, я понял, что моя мама была близка с Наргиз больше, чем я мог представить.После случая на Бульваре в моей голове звучало только одно слово: Мави. Единственный человек, который называл меня так, когда мы были наедине- моя мама.Это было ее секретное прозвище, данное мне когда я был еще совсем маленьким.Наргиз смогла надавить мне на больное место в душе, назвав меня так.Она сказала что-то про зеркало,и я внезапно понял,что в ее жизни тоже были трудности.Но какова ее история и как она связана с моей мамой? Это я и намеревался выяснить. С утра она куда- то собиралась,я увидел, что за ней приехали ребята- видимо ее друзья.Я поехал за ними.Мои планы чуть было не сорвались, когда я увидел своего старого друга Али, с которым мы вместе учились.Я очень обрадовался, увидев его, но решил отложить разговор на потом.Наргиз поняла, что я не хотел говорить о своей жизни с ними,и поэтому согласилась со мной поехать.Но не домой, как я ей сказал.У меня была другая идея.
И вот сейчас я завожу машину, в которой мы сидим.Нара села вперед, рядом со мной.
-Итак,я надеюсь, ты забрал меня из кафе, чтобы извиниться за свое поведение?Так как это- единственная весомая причина, которая может стоять за этим.
Да, я действительно хотел извиниться.Но она была слишком самодовольной, что изрядно выводило меня из себя.
И я сказал:
-Да, я хочу извиниться.Прости, я, конечно, хотел чтобы ты упала, но не настолько, чтобы сломала руку.
-Весьма своеобразное извинение даже для тебя,спасибо,- съязвила она.
Несколько минут прошли в молчании.
-Ну и?Куда мы едем?
-Ты можешь помолчать?Сама увидишь.
Я привез ее в место, которое очень много значило для меня- это был наш с мамой секретный уголок. Здесь было очень красиво- обрыв с видом на море. Мы вышли из машины, но Наргиз не подала никакой реакции.Наверное, это место ей не знакомо.
-Правда, здесь очень красиво?-спросил я,-Я прихожу сюда, чтобы отдалиться ото всех, и мне становится легче, ведь тут я бываю обычно один, в тишине.
-Да, здесь превосходно.
Она казалось задумчивой, смотрела в одну точку.
Это звучит странно, но несмотря на то, что она меня изрядно раздражала, я очень хотел с ней говорить.Первый раз я хотел с кем-то говорить о маме после ее смерти, но не знал, как начать.И тут я решился:
-Знаешь, мы с мамой часто приходили сюда.У нас с ней была одна игра, которая заключалась в том, чтобы...
-...Чтобы кричать свои проблемы ветру, который унесет их к морю,-она закончила мысль вместо меня.
Неужели она и об этой игре в курсе?Нет, это все-таки уникальный человек.Интересно, что еще она знает про меня?
-Ты знаешь,-почти шепотом сказал я.
-Да,-ее голос дрожал,-мы с Гюнеш почти каждую неделю бывали здесь.Играли в эту игру, делились секретами, вспоминали смешные моменты из прошлого.После ее смерти я пришла сюда, чтобы поделиться болью в своем сердце, думала хоть немного пройдет.Но, увы, без Гюнеш эта игра не работает, Мави.
Ее голос сорвался и она заплакала. Я растерялся.
-Хочешь, сыграем в нее еще раз?Может быть, сейчас получится, ведь нас же теперь двое.
Кроме этого я ничего не смог придумать. Я же должен был хоть как то успокоить ее.
-А если ветер встречный, и вся моя боль, вместо того, чтобы улететь к морю, врежется мне в лицо?- довольно серьезно спросила она.
-Тогда ты смело встретишь ее- ответил я.
-Хорошо,-но ты первый,- улыбнулась она.
Мы стояли лицом к морю, на самом краю обрыва.Я долго думал, что сказать. И не выдержал:
-Я не нужен никому, кроме мамы!-и шепотом прибавил,- я ненавижу отца...
Нара молча смотрела на море.
-Видишь, ничего не врезалось мне в лицо,-я посмотрел не нее,- теперь ты.
Она выдержала паузу, а затем закричала:
-Твоя мама умерла на моих руках!
А потом повернулась ко мне и спросила:
-Ну что,тебе стало легче?
В этот момент мне действительно стало легче.Не знаю почему, но я как будто успокоился.Возможно, потому, что теперь рядом со мной стоял человек, который в прошлом значил для моей мамы очень многое, и отныне я это точно знал.
-Да, стало легче,-я тоже заплакал, и пошел к ней навстречу.Она обняла меня и я ее в ответ.В этот момент во мне что-то перевернулось.Она не просто плакала, ее слезы текли из огромных глаз словно дождь, она обнимала меня так, словно я был ее единственной надеждой, за которую можно уцепиться, чтобы продолжать жить.
Мы простояли так минут пять, а потом она сказала:
-Знаешь, Гюнеш тебя очень любила.Не было ни одного дня чтобы она не упоминала о тебе, по крайней мере в моем присутствии.Она очень скучала по тебе, из-за того, что ты часто не бывал с ней рядом.Когда...-ее голос опять сорвался, но она взяла себя в руки и продолжила: -когда тетя узнала, что заболела, она не сказала об этом никому,кроме меня..Никто из вас не знал о ее болезни до того момента, когда ее забрали в больницу.Она заставила меня поклясться что я никому не скажу об ее недуге, не хотела, чтобы вы знали и жалели ее.Я одна носила в сердце эту боль не только после ее смерти но и в течение этих пяти месяцев ее болезни. Я ее очень хорошо знала и очень сильно любила..Ее смерть ударила по мне словно молния, но я собралась, и знаешь почему? Потому что ее последняя просьба мне была о тебе, Мави.Она со слезами на глазах просила меня не оставлять тебя, вот почему с самого твоего приезда к нам я пыталась с тобой заговорить.Вот почему моя рука сломана, и вот почему я теперь стою здесь, рядом с тобой.Каким бы самодовольным и грубым ты не был, я не могу оставить тебя.Не потому что ты мне так нравишься, а потому что ты -мой брат и в нас одна кровь.Потому что Гюнеш очень просила меня.Если хочешь, можешь со мной не говорить, но не делай глупостей, прошу. Я ей обещала...
Я онемел. Я не готов был услышать все это. Я посмотрел на нее и молча кивнул...
Мы сели в машину, чтобы поехать обратно домой.Перед тем как завести мотор, я сказал:
-Можно я попрошу у тебя одну вещь?
-Да,-без колебания отрезала она.
-Почаще называй меня так.
-Как?
-Мави.
-Хорошо,-она улыбнулась,-значит хоть иногда разговаривать мы с тобой все же будем.
-В любое время, когда захочешь,- совершенно искренне я пообещал ей.