Глава 18 утро когда слова важнее чем вчерашний шум
Утро было слишком тихим, словно весь дом пытался не потревожить тех, кто ещё спал после долгой вечеринки. На кухне пахло жареными тостами, свежей яичницей и чем-то уютным, домашним. Солнечный свет лениво пробивался через шторы, делая комнату мягче, чем обычно.
Чанбин первым вошёл на кухню. Волосы слегка растрёпаны, футболка надета небрежно, взгляд — чуть напряжённый, будто он ещё не до конца проснулся... или до конца не разобрался в собственных мыслях.
Он налил себе стакан воды и сделал пару глотков.
Потом тихо выдохнул и сел за стол.
Через минуту в дверях появился Бан Чан.
Он выглядел так же растерянно, но при этом спокойнее внешне — как человек, который пытается собрать мысли в порядок, прежде чем говорить.
Б. — «Доброе утро...»
Чанбин поднял глаза, мгновение раздумывал, а потом кивнул.
Ч. — «Доброе».
Тишина зависла между ними — не тяжёлая, но однозначно неловкая.
Бан Чан подошёл к плите и начал накладывать завтрак на две тарелки.
Б. — «Я... сделал еду. Думал, ты тоже захочешь поесть».
Чанбин осторожно усмехнулся.
Ч. — «Спасибо. Думаю, нам обоим она нужна».
Оба понимали, что разговор неизбежен. Просто никто из них не знал, с какой фразы начать.
Бан Чан сел напротив. Несколько секунд они молча двигали вилки по еде, не делая ни одного реального укуса. Наконец, Чанбин аккуратно положил вилку на край тарелки.
Ч. — «Слушай... нам надо поговорить».
Бан Чан поднял взгляд. Он кивнул медленно, как будто это тоже было сложно.
Б. — «Да. Я согласен».
Ещё немного тишины.
Чанбин выглядел спокойно, но в его глазах читалось что-то вроде смущённой тревоги — не страх, а попытка понять, что правильно сказать.
Ч. — «Вчера всё произошло... слишком быстро. Я не ожидал, что мы так резко... перейдём к таким эмоциям».
Он замялся, подбирая слово, которое не будет звучать слишком прямо.
Бан Чан понял и кивнул, не перебивая.
Б. — «Да, вчера было... странно. Но не плохо. Просто... непривычно».
Чанбин глубоко вдохнул.
Ч. — «Я много думал с утра. Не могу сказать, что жалею, просто... удивлён. Мы всегда были близкими, но... вчера алкоголь сделал своё дело. И я доверился тебе намного больше, чем обычно».
Он смял край салфетки между пальцами — жест, который говорил, что он действительно нервничает.
Бан Чан посмотрел на него мягко.
Б. — «Ты знаешь, я бы никогда не сделал тебе плохо. И никогда бы не давил на тебя».
Чанбин поднял глаза, и в них впервые за утро появилось что-то похожее на облегчение.
Он кивнул.
Ч. — «Я знаю. И именно поэтому мне сейчас не страшно говорить. Просто... я не понимаю, как к этому относиться. Мы не планировали ничего. Оно просто случилось».
Бан Чан сделал глоток воды, будто собираясь с мыслями.
Б. — «Иногда люди делают импульсивные вещи, когда расслабляются. Мы были уставшие, после победы, после громкой вечеринки... И да, алкоголь был. Он всегда делает сильнее то, что человек уже чувствует».
Эта фраза заставила Чанбина задержать дыхание.
Ч. — «Ты думаешь... мы давно это чувствовали?»
Бан Чан отвёл взгляд на окно, где блики света играли на тарелках.
Б. — «Не знаю. Но что-то точно было. Может, мы просто не замечали. Может, не хотели думать об этом. А вчера... всё прорвалось наружу».
Чанбин слушал внимательно.
Его дыхание стало ровнее.
Он перестал теребить салфетку.
Ч. — «Но что теперь? Нам нужно решить... как нам быть дальше».
Бан Чан перевёл взгляд на него, и в этот момент между ними снова возникла та странная, тёплая тишина, которая появилась ещё вечером на кухне на вечеринке.
Б. — «Давай так. Спокойно. Без давления. Мы можем просто поговорить. Понять, что мы чувствуем. И двигаться шаг за шагом».
Чанбин слегка улыбнулся.
Очень устало, но искренно.
Ч. — «Да. Мне нравится этот вариант. Без резких решений».
Бан Чан тоже улыбнулся.
Б. — «И без того, чтобы винить себя за вчерашний вечер. Мы оба были в таком состоянии, в котором просто искренность выходит наружу быстрее обычного».
Чанбин кивнул. Он взял вилку и наконец сделал первый нормальный укус.
Ч. — «Ты прав. И... если честно, я рад, что мы можем говорить об этом без нервных истерик или неловкости».
Бан Чан засмеялся тихо.
Б. — «Я тоже».
И впервые за утро воздух стал легче.
Они сидели, ели, разговаривали уже чуть спокойнее.
Утреннее напряжение растворилось, уступая место чему-то более честному — не определённому, но настоящему.
Перед тем как встать из-за стола, Чанбин сказал:
Ч. — «Давай просто... разберёмся вместе. Не торопясь».
Бан Чан посмотрел на него внимательно, спокойно.
Б. — «Да. Вместе».
И это слово стало итогом всего сложного утра.
————————————————————
😊😊😊😊😊😊