CREEP [L.T]

Последние три дня были нереально скучными и одинокими. Никого из моих друзей не было в университете. Ни Эллен, ни Найла... Хотя я не уверена, что могу называть Найла своим другом, но ведь он обнял меня при встрече, а это, как мне кажется, прямой намёк на дружбу. Единственный человек, с которым я общалась в эти дни, был Луи, но и это я с трудом могу назвать общением, потому что он просто привозил меня в университет и забирал оттуда. Сначала мы очень сильно ругались из-за того, что он не разрешает сидеть мне на месте рядом с водителем, но сейчас я уже привыкаю и не реагирую на это так остро. Но меня все еще не устраивает эта идея Джоанны, и я жду, когда Луи прекратит это все, потому что мне это не доставляет никакого удовольствия.

Сегодня четверг и по совместительству – очередной скучный день этой недели. Когда у меня закончилась вторая пара, я сразу направилась в столовую. Мы с Эллен всегда обедаем после второй пары вместе, у нас даже есть столик, за который мы постоянно садимся, и он всегда свободен для нас. Не знаю, совпадение ли это, скорее всего, да, но хочется верить, что он отталкивает людей, потому что знает, что наш.

Взяв поднос и поставив на него пакетик апельсинового сока и бургер, я посмотрела на наш столик и увидела там Элл. Я и не знала, что она пришла сегодня. Тот разговор был нашим последним, потому что она мне так и не перезвонила, но я не злюсь, ведь я понимаю, что она скучала по Ванессе, и им необходимо совместное времяпровождение. В любом случае, мысль о том, что сейчас я наконец поговорю с ней и обниму, согревала меня. Подойдя ближе к столику, я поздоровалась с ней, потянувшись обниматься, и в этот момент подошла её подружка, та самая Несси... Она странно посмотрела на меня и села рядом с Эллен, поставив свой поднос с едой на место, за которым обычно сижу я. Чувство собственности вызвало во мне сильную злость, ведь это только МОЕ место, и я с трудом могла преодолеть желание скинуть ее со стула.

– Ой, Ана, здесь, кажется, не хватит места для третьего человека, – спокойно сказала моя подруга, и улыбка с моего лица исчезла. Она произнесла это совершенно безразлично, в ее голосе не было ни намека на жалость или разочарование.

Ничего не сказав, я развернулась и подошла к столику, который находился в самом конце столовой и села за него одна. За этим столиком обычно сидят изгои и одиночки. Как не странно, свободен был лишь он. После слов Эллен, в моём горле стоял ком, и я готова была расплакаться, но я бы не хотела, чтобы кто-то увидел это. Возможно, я принимаю все слишком близко к сердцу, но это был наш столик, за которым всегда сидели мы, а теперь она говорит, что за ним нет места для меня. Как такое вообще возможно? После приезда Ванессы, она ни разу не звонила мне и не писала, не приходила в университет три дня, а теперь, когда она наконец вернулась, она общается с ней, а не со мной. Я уверена, что она даже не вспоминала про мое существование. Я ещё никогда не чувствовала себя настолько одинокой и брошенной. У меня пропало настроение, и я не хотела есть, несмотря на то что не завтракала утром. Эллен говорила мне, что никогда не променяет ни на кого и не оставит одну, в общем, все те слова, которые говорят настоящие подруги. Мы начали общаться с ней ещё в средней школе и очень сильно сдружились практически сразу, будто были созданы для дружбы друг с другом. Ванесса, с которой она была знакома с первого класса, отошла на второй план, а вскоре она вообще переехала в другой город с родителями, и я не вспоминала о ней до недавнего времени. Теперь она зачем-то перевелась в наш университет и вернула своё былое место, а я заняла её, если для меня вообще осталось место. Судя по словам Эллен, его уже не существует. Я перестала общаться со своей подругой детства, чтобы быть ближе к Эллен, но теперь я даже немного жалею об этом. Никто не сможет заменить друзей детства. Для Эллен они всегда будут на первом месте.

С трудом сдерживая слёзы, я совершенно не наблюдала за происходящим рядом со мной. Я также не заметила, как ко мне подсел кто-то, пока этот кто-то не помахал у меня перед глазами рукой, и я вздрогнула.

– Эй, Коннорс, ты видишь меня?

– К сожалению, да. Что ты здесь забыл, Луи?? – я закатила глаза, пытаясь скрыть свой расстроенный и в какой-то степени даже убитый вид.

– Это ты тут что забыла? Разве ты не должна сидеть со своей лучшей подругой? Это место для отбросов, а ты вроде бы не так уж и сильно похожа на них...

– Не должна, если не сижу, – отрезала я. Он последний человек, которому я бы хотела рассказывать о своих проблемах.

– Вы поссорились? – Луи наклонил голову набок.

– Томлинсон, это не должно касаться тебя.

– Но ты грустишь, и я не хочу смотреть на твою грустную физиономию. Она выглядит еще хуже, чем твоя обычная, – не знаю почему, но эти слова немного задели меня, став последней каплей.

– Так не смотри! Я не хочу сейчас говорить об этом также сильно, как и видеть тебя! – слишком громко и грубо ответила я и почувствовала, как несколько слезинок скатились по моим щекам. Чёрт, ну я же не хотела плакать! Я сразу же закрыла лицо руками, надеясь, что Луи ничего не заметил, хотя было так глупо надеяться на это.

– Подожди, ты плачешь?? – он растерялся. – Не плачь, – почти шепотом попросил Луи, а я попыталась уйти, но он схватил меня за руку и посадил обратно. – Скажи мне, что случилось. Я знаю, как ты относишься ко мне, но поверь, ты можешь мне доверять, – его слова звучали так успокаивающе и по-доброму, что впервые за все время нашего знакомства мне захотелось поговорить с ним.

– Просто с тех пор, как приехала её подруга, за нашим столиком больше нет места для меня. За нашим столиком, Луи... И теперь я одна, – хриплым и тихим из-за кома в горле голосом сказала я и, не выдержав, начала плакать сильнее, снова закрыв лицо руками.

Обида росла с каждой секундой, и поток моих слез вместе с ней. Я не хотела, чтобы Луи или кто-то другой видел меня сейчас, но я не могла держать эти эмоции в себе. Слезы не хотели останавливаться, как бы я не пыталась заставить их сделать это.

Я продолжила бы плакать дальше, если бы не почувствовала, как руки Луи заключили меня в крепкие объятия. Он зарылся своим холодным носом в мою шею и прижался так сильно, как только мог. Слезы стали медленнее скатываться по моим щекам, вскоре превратившись в тихие всхлипы и шмыганье. Я обвила его руками в ответ и закрыла глаза. Вдыхая его приятный запах, я постепенно успокаивалась. Он смог утешить меня одними только объятиями. Но эти объятия были такими тёплыми, уютными и удобными, что мне просто не хотелось, чтобы они когда-нибудь прекращались.

– Может, пойдешь домой? Я могу отвезти тебя, – спросил Луи, когда выпустил меня из объятий. Его голос звучал по-другому. Он был спокойным, тихим и... Заботливым?

– Нет, я не могу... нельзя пропускать пары просто так. Да и нужно искать старосту, а что я ей скажу? "Извините, меня кинула подруга, поэтому я пойду домой. Пока!" Так?

– Ты просто пойдешь домой, а я скажу вашей старосте, что тебе стало плохо. Ваша староста же Кейт?

– Да, но не надо меня отпрашивать, Луи, спасибо. Грусть не причина идти домой. У меня осталось всего две пары, как-нибудь просижу. Ладно, я пойду в аудиторию. Пока, – встав со стула, я взяла свой поднос с едой, к которой я так и не притронулась.

– Ты же не поела, – в его голое были слышны нотки беспокойства.

– Я не голодна.

***

Последняя пара у нас с Луи была общая, и он сидел со мной. Все полтора часа он что-то говорил и пытался как-то отвлечь меня, чтобы я не грустила. Это было чертовски мило и не похоже на обычного Луи, к которому я привыкла за последнее время. Наверное, каждый становится добрее, когда видит человека, который грустит. Он начинает считать своим долгом развеселить его любой ценой, чтобы он забыл о своей грусти хотя бы на пять минут. Я думаю, Луи чувствовал то же самое и поэтому кривлялся и получал замечания преподавателя каждые две минуты, но меня это очень забавляло.

Луи попросили остаться после занятий, а я, воспользовавшись этим, быстро выбежала из аудитории и направилась домой пешком. Я надеюсь, он не станет ждать меня или искать. Знаю, что так поступать неприлично, ведь мы договорились, но мне просто необходимо побыть одной. Да и свежий воздух поможет мне трезво оценить все, что сегодня случилось.

Весь вечер я слушала грустную музыку, читала любимую книгу и не выходила из комнаты. Я не готовилась к завтрашним занятиям. Я просто не пойду завтра в университет. Не хочу сидеть за дальним столиком и смотреть на то, как Эллен вместе с Ванессой смеются и веселятся. Не хочу быть в университете одна, это же ужасно... Есть, конечно, Найл и Луи, но с чего вдруг им общаться со мной? Луи сегодня разговаривал со мной только из-за того, что я выглядела слишком жалкой и, как он сам сказал, мое лицо было еще более ужасным, чем обычно.

Скорее всего, когда мои родители вернулись домой с работы, я уже спала, потому что мне не удалось застать их, ну или я просто не слышала, как они пришли. Это даже к лучшему, потому что мой убитый вид повлек бы за собой кучу вопросов от мамы.

***

– Анастейша, уже Луи приехал за тобой, а ты спишь! Вставай скорее, он же всё-таки ждёт тебя, – обеспокоенно вопила мама, тихонько теребя меня за плечо.

– Плевать, – сонным голосом ответила я и перевернулась на другой бок.

– Что значит плевать? – строго спросила мать.

– Я не пойду в университет.

– Это по какой причине?

– Просто не хочу.

– Не хочешь? Ну тогда давай, я съезжу в твой университет и заберу твои документы? Ты же не хочешь учиться, тогда будешь работать. Смысл нам платить за твоё обучение, если тебе не нравится, и ты «просто не хочешь»? – мама была раздражена. Она никогда не одобряла прогулы.

– Да, мам, блин, прекрати, – я приняла сидячее положение. – Я впервые в жизни не хочу идти в университет, а ты закатила истерику, будто я два месяца там не появлялась. Можно мне хоть раз не пойти, если мне действительно плохо? И нет, у меня не болит горло, у меня нет кашля или насморка. У меня просто нет настроения идти в университет. Я не хочу видеть своих одногруппников, знакомых, друзей, я не хочу никого видеть. Мне просто нужно побыть дома и отдохнуть.

– Ладно, раз так, не иди, – похоже, она все же поверила мне. – Может, поделишься своими проблемами со мной? Я же всё-таки твоя мама, и мне не безразлично все, что связано с тобой.

– Не сейчас. Я хочу спать. Но если кратко, то мы поссорились с Эллен.

– Наверное, серьезно поссорились, раз ты не хочешь идти в университет.

– Неслабо так. Поговорим вечером, ладно? – попросила я и легла, укрывшись одеялом.

– Хорошо, сладких снов. Я передам Луи, чтобы он ехал без тебя.

– И передай ему мои извинения, пожалуйста.

Уснуть, я, конечно, не смогла. Я никогда не могу уснуть, если до этого меня будили. К тому же, за окном было жутко яркое солнце, которому было плевать даже на плотные шторы.

Не знаю, что мне делать завтра. Идти в университет или остаться дома? Я же не могу теперь не ходить на учёбу только из-за Эллен. Это не причина, и я понимаю это. Подумаешь, она все время с этой Ванессой. Несси... Прямо как Лох-Несское чудовище. У них даже есть что-то общее, кроме прозвища, я думаю. Только Лох-Несское чудовище не портит мне жизнь.

Весь оставшийся день я провела в своей постели. Я не выходила из комнаты и почти не ела. Это даже к лучшему, может, сброшу пару килограмм. Сегодня пятница, день, когда происходит целая куча тусовок, ни на одну из которых я не ходила и не буду ходить. А может зря? Может стоит сходить хоть раз? Да нет, бред какой-то, я же домосед. Да и с кем мне туда идти? Единственный человек, который мог бы составить мне компанию, сейчас наверняка проводит время с Несси.

Когда я собиралась спать, мой телефон зазвонил. Я начала мысленно проклинать того, кто звонит так поздно, хотя я даже не спала. Посмотрев на экран, я ужасно удивилась.

– Что ты хотела, Эллен? – спросила я, ответив на входящий.

– Ана, мне срочно нужна твоя помощь, пожалуйста!